Против

Засевшая в голове идея часто не находит оттуда выхода, а, приобретя чёткие формы, определённые пути её достижения, будто обрастает корнями, закрепляясь в голове и обещая больше никогда её не покинуть. Видя план своих действий в подробностях, словно глядит на карту улицы, Жизель больше не отступил бы. Вполне логичные предостережения со стороны Франклина не заставили юношу даже подумать об отказе, и потому альфа ушёл из битвы проигравшим. - Ты же не в детский сад едешь, послушай меня, - не унимался Франк в дороге. – Эти люди могут быть опасны, не говоря о том, что я там свечусь в весьма неприглядной роли, и твоё со мной сотрудничество не будет проигнорировано. - Послушай, я постараюсь тебя не подставлять. У меня есть свои цели, и, если всё пройдёт гладко, мы добьёмся многого! Есть вещи, на которые необходим взгляд с разных сторон, верно? Иначе ответ всегда будет ускользать, но я не позволю этому произойти. Положись на меня. Поджав губы, мужчина оставил своё мнение при себе. Самодеятельность никогда не приветствовалась в профессиях подобного типа, так как не контролировалась и приводила к плачевным последствиям чаще, чем действительно помогала. Повышение после хорошо проделанной работы ждёт только героев кино и сериалов, но никак не человека, для которого доступ к расследованиям кончается ознакомлением с бумагами и отчётами. Пусть с начальником отделу повезло, ведь Каспар являлся человеком ответственным, близким к сотрудникам и справедливым к ним, но и его не порадует такая выходка омеги. Однако учить самостоятельного взрослого человека даже смешно. Пусть возьмёт ответственность за свои действия на себя, и сам же после разгребает последствия. Да только даже это решение не помешало Франклину выйти из авто следом за спутником. Тишина покрытой высокими деревьями земли была обманчивой. Кажется, что в месте, где нет ни души, безопасность обещала быть выше, но стоило лишь взглянуть за высокий забор, исписанный тонкими надписями поверх ярких рисунков известных персонажей, как вся умиротворённость исчезала. Об особенности заброшенного отеля Жизель знал лишь со слов сотрудника, и потому вряд ли боялся, да только сам Франклин успел испытать гостеприимство жителей здания, и выполнить просьбу омеги полностью оказался не в состоянии. - Ты можешь возвращаться, - повернулся к мужчине парень, - я справлюсь и сам. Спасибо, что подвёз, но у тебя есть работа. - Жизель, ты не был там ни разу, но желаешь остаться совершенно один среди… наркоманов. Ты работаешь в полиции, и все документы проходят через тебя, а я знаю, что ты внимательно читаешь каждое дело. Тебе хорошо известно, что далеко не малая часть убийств, особенно, если они одноразовые, совершаются в состоянии аффекта. И уже отсюда лишь некоторая часть занята злостью и ответной реакцией на агрессию. Пьяные или под кайфом они не контролируют собственные действия. Ты защитить себя не сможешь. Кинув в сторону собеседника злой взгляд, омега остановился и полностью повернулся к нему. Такие слова оскорбили юношу, но больше разозлило то, как обвинительно и жёстко прозвучал голос Франка. Мужчина согласился помочь, но сейчас, довезя практически до двери, старается отговорить от затеи, хоть и отказать с самого начала было намного проще. - То, что я делаю, может помочь расследованию… - Только может? - Это поможет! – возразил парень. Каким бы ни был уверенным в себе омега, полностью довериться ему в этом деле альфа не мог. Что задумал этот парень, решивший поиграть в великого спасителя, самостоятельно продумавшего план и воплощающего его в жизнь? Отвечать придётся не только самому виновнику, коим и окажется или уже является Жизель, но и всему участку вместе с начальником. Вряд ли парень рассматривает вариант своего поражения. - Мы не можем так рисковать, - покачал головой мужчина, преградив проход в отель. За время короткого разговора они успели дойти до пункта назначения, но и тут альфа постарался помешать. - Этот разговор повторяется, - нахмурился Жизель. Он считал, что тема закрыта, однако Франклин вёл себя хуже ревнивого мужа, не желая понимать, что совсем не помогает. Желание устранить помеху и приступить к более важным делам росло в секретаре с каждой секундой. - Что я Каспару скажу? – прошептал агент. Сжав зубы, Жизель рывком открыл двери и вошёл вовнутрь. Выслушивать эти лекции с каждой минутой становилось всё сложнее, но униматься альфа не собирался, чем и привлёк к себе нежелательное внимание со стороны обитателей нижнего этажа. - Не думал, что так скоро в наших краях появитесь, - раздался незнакомый голос со стороны одной из комнат. Обратив туда свой взгляд, омега увидел молодого человека в запущенном состоянии, который взирал на него красными глазами. – Но это и к лучшему. У нас появился новичок, и ему нужно что-то лёгкое. Не будет с собой товара? Кинув быстрый взгляд на Жизеля, альфа залез во внутренний карман пальто и достал оттуда прозрачный пакет с травой внутри. После этого в длинном коридоре появился молодой омега. Его внешность скрывала за собой грязные тайны, ведь как ещё объяснить тот факт, что ухоженный и привлекающий внимание юноша оказался здесь? Но такой экземпляр и интересовал Жизеля. Получив деньги за определённую дозу, агент спрятал их понадёжнее. Видеть процесс работы своими глазами, даже зная, что она фальшивая, было мерзко для омеги. Хранитель закона, который помогает развиваться беспорядку, не мог вызывать доверия, и автоматически получал на себя ярлык «Недостойный». Поэтому юноша испугался, что этот короткий момент заставит его усомниться в порядочности мужчины. А такие мысли имеют свойство развиваться, будто заставляя замечать худшие черты в человеке, и даже брошенный мимо корзины мусор видится греховным преступлением. - Теперь можешь идти, спасибо. Фран мог бы снова постучаться в закрытую дверь понимания омеги, но тот так вцепился взглядом в нового обитателя отеля, что надежды договориться угасли сами собой. Пользуясь своим положением, альфа мог бы пригрозить законом, смещением с должности или же тюремной расправой, но Франклин дорожил отношениями, которые они построили, и не смог бы поступить так. Ему не раз говорили, что в полиции работает только голова, и советовали ему отрезать все свои чувства от доступа к ней до возвращения домой, но он не последовал им. Наверное, то, что у Жизеля в голове появилась подобная идея, уже было звонком тревоги, а альфа не обратил внимания. Выполнял его просьбы, вместо того, чтоб не словами, а действиями дать понять, что этим парень ничего не добьётся. После неполадок в его личной жизни омега решил больше времени уделять работе и не замечать предмет своего воздыхания. Такая перестройка сказалась на нём не в лучшую сторону, как думалось Франклину, и, стараясь избежать новых ошибок, секретарь совершал их всё чаще. Работая в полицейской сфере, мужчина повидал много преступлений, основанных на фундаменте отчаяния, навалившихся проблем или попытки сбежать от обязанностей. Ни один после не был счастлив, понимал, что повёл себя глупо, но закон разбирается с результатом, а не мотивом. Чего желал ты добиться убийством, кражей, похищением – только твоё дело. И как был бы рад Франк отдать это в руки Жизеля! Он бы не боялся за него, не беспокоился, не думал бы о том, как признаваться в собственной глупости шефу и сообщать ему о том, где именно он оставил омегу без поддержки, связи и помощи. Абсолютно всё равно, что происходит между этими двумя, но альфа прекрасно видит всё то, что друг другу они показывать не хотят. Никогда Франклин не хотел оказаться вовлечённым в любовную историю, но здесь выкопаться из этой кучи являлось непосильной задачей. В любом случае, послушать его Жизель и не подумает. Так для чего напрягаться? Оставив эту мысль решающей, мужчина отправился к машине и с тяжёлым сердцем покинул территорию заброшенного отеля, стараясь занять голову работой и поиском ответов на вопросы о личности серийника. Омега же пристально наблюдал за передвижениями хорошего друга, пока его автомобиль не скрылся из виду, ясно давая понять, что никаких наставлений более он не услышит. Это облегчало, но позднее пришёл и страх, которому следовало бы появиться до того, как Жизель вообще оказался один в наркоманском притоне. - Ты не выглядишь так плохо, как обитатели отеля, - повернулся к незнакомцу секретарь, отвлекая самого себя от страшных мыслей. Если он сейчас не сделает ничего для толчка в расследовании, то вряд ли простит себе это. - Я только недавно здесь появился и не обжился толком, - застенчиво улыбнулся омега, опуская взгляд на пакетик в руках. Кажется, что он стесняется своего увлечения, если его можно так назвать, но внешность обманчива. И этим люди пользуются. - Что могло толкнуть молодого омегу на сознательное разрушение собственной жизни? – поразился Жизель, направляясь дальше по коридору и выискивая более-менее чистую комнату, которая не была занята. Такая нашлась в самом конце, и даже была неплохо обставлена. - У каждого есть проблемы, о которых он желает забыть. У меня, как ни банально, это родители. Я никогда не представлял, что мой побег от вечных ссор окажется именно таким, но… Я чувствую себя счастливым здесь. Когда под кайфом, естественно. Кажется, непонимание было слишком очевидным и ясным на лице Жизеля. Это смутило собеседника, хоть тот и не подал особого вида. Юноша сел на пыльный диван, после чего стряхнул грязь с места рядом и предложил занять его Жизелю. Омега долгое время боролся с собой, но после подумал, что это не самые любимые его брюки, и выкинуть их он сможет без скрипящего сердца. - Я знаю, что наркотики – не выход, - вздохнул незнакомец, - но был совершенно не в курсе, что сигарета наполнена не табаком, а друзья ничего не сказали! И потом я почувствовал такое облегчение, столько яркости, радости, веселья… И возвращение в реальность было тяжёлым. Я хотел обратно. И решил дать себе возможность. - Но твои проблемы не так тяжелы, ты ведь знаешь… - тут Жизель запнулся. Как называть этого молодого человека? - Адлер, - подсказал омега, протянув руку в качестве приветствия. - Жизель, - представился в ответ секретарь и пожал ладонь Адлера. Как ни странно, но сходить с темы омега не стал, пожелав выслушать нового знакомого. Он поинтересовался, что же хочет сказать Жизель, хоть по его лицу и было видно, что такие лекции совсем не новость. И вряд ли они были захватывающими и разнообразными. - Ты ведь знаешь об Антиальфе? – негромко спросил секретарь. Адлер напрягся, словно являлся непосредственным участником всех этих ужасов. Вероятно, его семья пострадала от убийцы или же он сам сильно боится оказаться жертвой, хоть омеги и не интересуют неизвестного, но эта фраза оказалась явно новой. И теперь слушать Жизеля юноша станет без принуждения. - Ты ведь знаешь, как многие боятся, а полиция не в состоянии сделать хоть что-то. Ты понимаешь, что те, кто пострадал от его рук, могли знать о подступающем конце после публикации связи между жертвами? А что чувствовали супруги, родители, дети? Им явно тяжелее, чем тебе, но опускаться так низко… Все они держатся. Каждый. - Тогда пора заканчивать. Его не поймают, - уверенно ответил Адлер, откинувшись на спинку дивана. Эти слова насторожили Жизеля. Не потому, что в них была уверенность такая, словно парень знал следующие шаги убийцы, а из-за того, что за ними крылось знание причины, по которой полиция навсегда останется позади. И так же потому, что и сам рыжий стал впадать в подобное уныние. - Почему ты так считаешь? – прищурился омега. - Разве ты не заметил? – вскинул брови молодой человек. – Я часто смотрю телевизор дома, являюсь фанатом криминальных сериалов и… Он не придумывает убийства. Он повторяет их с экрана. Я изначально посчитал, что мне показалось, ведь сходство действий, улик было идеальным, но это сценарий, эффекты… Однако нет! Антиальфа пользуется трюками кинематографа. И это его преимущество. - Потому что все эти трюки далеки от реальности, - завершил мысль Жизель. Это давно заметил каждый из детективов, новостью наблюдения обычного жителя города не оказались, да только сейчас в голове Жизелся начали появляться мысли, которые в конечном итоге должны были привести к ответу. Он чувствовал это. - В фильмах детективы наблюдают за жертвами, находят связь, после просто мистическим образом выходят на преступника и всегда проворачивают это весьма чисто и умело. Верно, с написанным заранее сценарием это совсем не проблема, но разве человек в условиях обычной жизни мыслит так? Чем заняты эти детективы чаще всего? Мелкими кражами или выслеживанием любовников? Да откуда опыт в таких крупных делах возьмётся? Они не думают, как герои сериалов и фильмов, и потому не догонят этого Антиальфу. Адлер в точности повторял мысли Жизеля, чем вызвал улыбку на его губах. Верно, все детективы основывают свои догадки на уже прожитом, на тех делах, которые раскрыли до Антиальфы. И никогда дело в их городе не было столь крупным. Вероятно, они проигрывают и в подготовке тоже. - Порой я думаю, что, если бы кто-то решил написать книгу о моей жизни, то он выбрал бы этот момент, именно этот период времени. В другие годы со мной не происходило ничего более удивительного и захватывающего, - поделился размышлениями Жизель. - И, как и в любой книге криминального характера, случайный незнакомец оказался бы этим самым убийцей или человеком, хоть как-то его касающимся, - усмехнулся собеседник. - Им мог бы оказаться ты, - вскинул бровь секретарь. На это заявление Адлер лишь улыбнулся. Верно, он мог бы оказаться этим самым убийцей, но они совсем не в фильме и не книге, у них нет заранее написанного сценария, и никто не заставит их отыграть столь волнующую сцену в соответствии со всеми стандартами театрального мастерства. Сейчас они поговорят, выскажут мнения, Жизель уйдёт и больше никогда не появится в этом здании. Такая простая житейская ситуация, и, как бы ни было прискорбно, но огромной пользы этот разговор не дал. Жизель желал узнать, что же заставляет людей пойти на подобное, но услышал стандартный ответ: семья. Настолько широкий круг поиска, что можно просто бросить всё и опустить руки. Эта подсказка не даёт совершенно ничего. Последующие разговоры были больше о семье, отношениях, школьных годах обоих омег. Они просто разговаривали, и Жизель совершенно не собирался поднимать тему Антиальфы снова, но мысли о нём вертелись в голове. Не было ни одного вопроса, который стоило бы задать. Адлер выжал из себя всё, так казалось омеге, ведь, если лучшие детективы города не могут справиться, то каким образом будет это под силу простому юноше? - Знаешь, я насмотрелся на свою семью и сыт по горло этими проблемами, - вздохнул омега спустя время тяжёлого молчания. – Мне необходим был кто-то, кому я могу рассказать обо всём, ведь так тяжело держать весь мусор в себе, знать, что там происходить подобное… Хотел идти к психологу, но для этого нужны деньги. И тут ты… Эти слова благодарности были приятны Жизелю, но прислушивался он к ним вовсе не поэтому. Кажется, что он отыскал то, что ему необходимо, и не мог поверить в эту удачу. Ведь невероятно самому не додуматься до такого простого решения! Он столько раз проявлял свои способности, и теперь слышит подсказку в простом признании слабости от начинающего наркомана. - Что ты сказал? – переспросил омега. - Я говорю спасибо за то, что ты меня выслушал, - пожал плечами Адлер, не понимая, почему выражение лица секретаря так изменилось. - Поскольку тебе нужно просто вылить все подробности тяжести жизни, верно? – загорелись глаза рыжеволосого. - Это обвинение? – нахмурился омега, сменив милость на гнев. Ему совсем не нравились эти уточнения, но ответа он не дождался, так как Жизель просто вылетел из комнаты, крича на ходу извинения за поспешность и обещая навестить позже.

***

В участок Франклин приехал, как ему показалось, вечность спустя. Его всё ещё несколько колотило, стоило представить, как отчитаться перед боссом. Нет, Каспар не имеет прямых полномочий относительно Франклина, не может наказать его или приставить к любому другому делу кроме Антиальфы, так как послан агент был именно для его раскрытия. Но желание защитить своего омегу и наказать того, кто подверг его опасности, совершенно естественно. Отчитай Каспар его в самой грубой форме, Фран и не думал бы обижаться. Все прилежно работали за своими столами, не обращая внимания на гуляющего сотрудника, выглядевшего совсем не спокойным. Мелкие кражи или бытовые убийства не прекращались после появления серийника, и эту работу вешали на новичков, практикантов или менее успешных детективов. Те и не были особо против, не оставляя без внимания отсутствие распорядка дня у привлечённых к делу Антиальфы, необходимость приходить среди ночи или внезапно срываться с обеда на очередное место преступления. Размеренность была им предпочтительнее. До того момента, как двери открылись и в участок вошёл Каспар с папкой в руках, Франклин успел себя истерзать. Холодности, с которой он только появился в этом городе, не убавилось, но именно сейчас мужчина боялся за себя, за Жизеля, Каспара и операцию в общем. Прикажи сейчас крименальдиректор закрыть уловку с отелем, и никто и слова вставить не имеет права. Провалиться на самом начале – именно этого и не хватало Франклину для успешной карьеры. - Ты чего такой напряжённый? – улыбнулся мужчина, проходя мимо агента и направляясь в сторону своего кабинета. – Жизель, чёрный чай без сахара. Франклин затаил дыхание, глядя, как, не услышав ответа, Каспар повернулся к столу секретаря и не заметил никаких следов присутствия того в участке. Они были близки всё это время, потому не стоило и сомневаться, кого начальник спросит об исчезновении члена полицейского участка. И верно, в следующий миг взгляд мужчины был направлен прямо на агента. - Куда он делся, не знаешь? – в голосе русого не было ни тени подозрения или злости, но даже само наличие вопроса лишило Франа дара речи. – Может, он звонил тебе и предупредил об… - Он в отеле! – выпалил мужчина, не давая себе возможности отступить назад. Теперь нет времени отговариваться, притворяться, что соврал или его неверно поняли. - В каком смысле? – не понял Каспар, откладывая папку на стол секретаря и опираясь на него бедром. Скорее всего, мужчина догадался, о чём идёт речь, но всячески запрещал придумывать себе ответ, давая возможность объясниться самому агенту. - Он сказал, что хочет продвинуть расследование, но для этого ему необходимо посетить обитателей отеля. Я отвёз его туда, но не смог отговорить от затеи. Сейчас Франклин понимал, что всё это звучит совершенно глупо. Он совсем не ребёнок, чтоб придумывать такие отговорки, должен отвечать за поступки, которые совершил, за свои промахи, держать голову ровно и ни в коем случае не показывать страха. - Ты оставил его там совершенно одного? – уточнил Каспар, прищурившись. - Он сказал, что справится. - Чем ты думал?! – взорвался альфа, стукнув по столу. – Наркоманы совершенно неуправляемы и, хоть и плохо владеют телом, натворить могут страшных дел. Он один себя никак не защитит! И подставит операцию, что не менее важно. - Я пытался объяснить это, но он меня не слушал, - ответил в своё оправдание мужчина. - Как ты вообще додумался отвезти его туда? – рыкнул директор, после чего резким шагом направился к выходу из отдела, прихватив агента за шкирку. Эта сцена наблюдалась несколькими парами глаз, владельцы которых притихли, не желая попадать под горячую руку. Путь до отеля Каспар нервничал и причитал о поразительной глупости агента, допустившего подобное. Он не выглядел слишком взволнованным, но это не мешало источать ауру напряжения и злости. Франклину было неловко, но он знал, что заслуживает и более строгого наказания, чем простой вопрос о его адекватности. Не допустить впредь таких промахов – первостепенная задача. Проявить себя с такой стороны, чтоб Каспар более не усомнился в нём, да и перед собой очиститься важно. - Он не сказал, что хочет отыскать там? – поинтересовался Каспар после недолгого молчания, которое было хуже его тихого бурчания. - Лишь, что это обязательно поможет операции, - покачал головой Франклин, не отрывая взгляда от дороги. – Я хотел бы получить подробности от него, но это же Жизель! - Он оставит всё в тайне до последнего штриха, и только с получением результата мы узнаем, что же творилось в его голове, - усмехнулся шатен. - Думаешь, он его добьётся? – повернулся к собеседнику агент. - Должен. Иначе вы оба получите строгий выговор. В официальной форме. Остановившись возле отеля, мужчины вышли из авто и сделали первый шаг к зданию, как оттуда выбежал рыжий омега, на ходу поправляя на себе верхнюю одежду и выглядя весьма встревоженным. - Только не это! – прошептал Каспар, двинувшись к нему. Что мог предположить мужчина в этот момент, оставалось тайной для Франклина, но и ему увиденное не понравилось. Жизель, заметив их, ускорил бег и, чуть не врезавшись в Каспара, ухватился за него, словно тонул. Кажется, в голове мужчины кошмарные картинки сменяли друг друга, что отразилось на его лице. Он смотрел на омегу широко открытыми глазами и боялся задать вопрос. Но на это и времени не было, так как секретарь сразу начал говорить: сбивчиво, нервно. - Человек, владеющий всей информацией, вот, кто нам нужен! – произнёс он фразу, которая была очевидна с первого убийства. – Антиальфой может оказаться новый друг альф, но что, если он контактировал с омегами? Нахмурившись, альфы переглянулись, стараясь сложить паззл. Вопрос юноши оставлял голову пустой, но и давал пищу для размышлений. - Их пассии жили в стрессе и страхе, даже если изначально его не было. Омеги не могут держать эмоции в себе, и вынуждены высказать переживания хоть раз. Кто выслушает? – чуть не прыгал на месте Жизель, не отлипая от Каспара, который и не замечал этого положения, полностью окунувшийся в раздумия. - Психолог! – осенило его. – Ты считаешь, что у всех был один психолог? - Это нужно проверить в любом случае, - подал голос Франклин. – Вернёмся в участок и отправим несколько человек к супругам пострадавших, а я обзвоню тех, кого в это время дома не бывает. Согласившись с таким планом действий, криминальдиректор занял переднее пассажирское кресло машины и пристегнулся. В его глазах горел огонь надежды и уверенности. Они не рассматривали эту вероятность без видимой на то причины, предполагая самые жизненные варианты, основываясь на уже закрытых делах и высчитывая процент причастных к убийству лиц. Чаще всего это были родственники, но никогда они не работали с настолько серьёзным масштабом. Быть братом каждому нельзя. И этот широкий круг поисков сбивал с толку каждого. - Ты сам додумался? – поинтересовался Каспар у секретаря. - Молодой омега подсказал. Он у них новенький, - ответил юноша, откидываясь на спинку сидения и расслабляясь.