Её глаза

— Что здесь происходит? — спросил ужасно толстый мужчина, вышедший из здания на главной площади. По всей видимости бургомистр. — Они собирались украсть оружие! — ответил ему начальник стражи. — А, враги государства значит. — сказал толстяк хитро щурясь. — Отчаянная банда наемников, не иначе, сир. — сказал Алфрид. — Придержи язык, — промолвил Двалин выходя вперед. — вы даже не знаете с кем говорите. Это вам не какой-то преступник. Это Торин, сын Траина, сына Трора! Торин вышел к Двалину, положив руку ему на плече. — Мы гномы Эребора. — сказал он. — Мы пришли сюда чтобы вернуть свою родину. В толпе начали шептаться о каком-то пророчестве. — Я помню каким этот город был раньше, — начал Торин, — в бухте стояли флотилии кораблей, полных шелками и самоцветами. Здесь был не просто городок на озере. Здесь был центр всей торговли севера! — толпа согласно загудела. — Я собираюсь вернуть те времена! Я разожгу огонь в великих кузницах Эребора! И богатство и изобилия снова потекут сюда! — Смерть! — послышался сзади знакомый голос и толпа утихла. — Вот что вы принесете нам! — это был Бард. — Драконье пламя и разорение. Если вы разбудите зверя, то уничтожите всех нас. — Слушайте кого хотите, но я обещаю вам, в случае успеха мы разделим с вами все богатства горы. У вас будет столько золота, что вы сможете отстроить Эсгарот заново, десять раз! — он говорил и толпа одобряюще гудела. — С какой стати нам верить твоим словам? — спросил противный тип. Повисло неловкое молчание. — Мы ничего о тебе не знаем. Кто может поручится за твою честность? — Я. — Прервал тишину голос Бильбо. — Я поручусь за него. — Как и я. — Добавила Элия. — Мы прошли с этими гномами через множество опасностей. — продолжил Бильбо. — И если Торин Дубощит дал слово, то он его сдержит. — Закончила девушка. Торин обернулся и посмотрел на них благодарным взглядом. Элия вдруг почувствовала как по всему телу разлилось приятное тепло. — Народ! — между тем продолжал Бард. — Народ, послушайте меня! Разве вы забыли что случилось с Дейлом? Вы забыли тех, кто сгинул в вихре огня? И все из-за чего? Из-за неуемных амбиций Короля под Горой. Который не видел ничего дальше своей прихоти. — Полно, полно! — вступил в разговор бургомистр. — Не пристало никому из нас так спешно судить остальных. Давайте не будем забывать, что это Гирион, правитель Дейла, твой предок, Бард, не смог убить дракона. Торин посмотрел на Барда взглядом полным ненависти и презрения. — Все верно сир, — поддакнул помощник, — все знают эту историю. Он выпускал стрелу за стрелой. И ни одна не достигла цели. Бард подошел к Торину. — У тебя нет права, — в его голосе звучал гнев и отчаяние, — нет права заходить в эту гору! — Лишь у меня оно и есть. — Торин повернулся к бургомистру. — Я обращаюсь к правителю Озерного города. Вы поможете осуществить предсказанное? Вы согласны разделить несметные богатства моего народа? Ваше слово. — Я вам вот что скажу, — он потряс пальцем, больше смахивающим на сосиску. — Добро пожаловать!!! В толпе слышались одобрительные возгласы. Все ликовали. Только один лучник не разделял всеобщего восторга. Элия чувствовала себя странно. Одна её часть радовалась за Торина, а другой было жалко Барда. Он многим рисковал проведя их в город. К тому же, жить в тени такого предка, как Гирион было нелегко.  Но, увы времени на размышления у нее не было. Спустя несколько минут их провели в здание мэрии и показали комнаты. И хотя всех гномов, включая Бильбо, поселили в одной большой комнате, Элии выделили отдельную. У нее появилось дурное чувство, но отказываться было нелепо да и некрасиво поэтому она расположилась в отведенном месте. Их накормили теплым ужином и дали переодеться в сухую одежду. Надо было рано вставать и поэтому все решили лечь пораньше, ну, почти все. Элии не спалось. Кровать была невыносимой и её все еще не покидало гадкое предчувствие. Не долго думая она взяла свечу и, одевшись, пошла к остальному отряду. Она шла по длинному коридору когда сзади послышался знакомый голос. — Не спится? — она обернулась и увидела гадкого помощника бургомистра. — Или может заблудились? — лицо его исказили гадкая ухмылка. — Нет, благодарю. — она собиралась идти, но он преградил ей путь. Под ложечкой неприятно засосало. — Вы понравились бургомистру. Он любит… молоденьких. Элия вдруг все поняла. И то, почему о оказался здесь, и то почему её поселили в отдельную комнату. Она с трудом преодолела желание закричать, понимая что это не поможет. Алфрид протянул руку к её лицу и тут она не выдержала. Элия ударила его по руке, что тот отдернул её. Он ухмыльнулся, обнажив желтые зубы. Но вдруг случилось то, чего они не ожидали. Из-за угла появился Торин. — Элия? Вот ты где. А я тебя ищу. — Он подошел и положил руку её на талию. Элии не надо было объяснять дважды. Она поняла какую игру он затеял. — Я немного заблудилась. Этот господин любезно предложил свою помощь. — девушка выдавила улыбку. — Благодарю, — сказал Торин. — Но ваша помощь не понадобится. — это звучало как «Убирайся если не хочешь неприятностей». — Рад был помочь. Оставлю вас. — он откланялся и ушел. Через минуту Алфрид уже докладывал бургомистру что девушка занята самим Королем под Горой. Торин продолжал держать её пока гадкий помощник не скрылся из виду. Когда он наконец опустил Элию, она едва не упала. — С тобой все в порядке? — спросил он. — Да. Просто я… — Испугалась? — он улыбался. — Тебе смешно? — Конечно смешно. Только ты могла так влететь. И что, во имя Ауле, заставило тебя выйти из комнаты посреди ночи? — Я хотела пойти к остальным. У меня было плохое предчувствие. — Ну сейчас можешь спокойно возвращаться к себе. Не думаю что он предпримет еще одну попытку. — Да. Спасибо. — Элия собралась уходить, но пошатнулась и Торин опять поймал её. Шок все еще давал о себе знать. — Пожалуй, я провожу тебя. — он взял девушку под руку и помог дойти до комнаты. Рядом с ним Элии было хорошо. Тепло и спокойно. Она забывала о всем пережитом. Но это длилось недолго. Вскоре они подошли к её комнате и Торин, открыв двери пустил её внутрь. Ощущение пространства уже вернулось к девушке и она смогла самостоятельно зайти. — Спокойной ночи. — в её голосе звучало разочарование. — Спокойной ночи. — сказал Торин. Он не хотел уходить. Когда он посмотрел на нее, то не смог удержаться. Сначала поцелуй был нежным, он не хотел причинять ей боль. Но спустя мгновение он к своему удивлению понял, что она ответила на него. Он оторвался и посмотрел ей в глаза. В глаза которые так любил. — Прости. — он отстранился. — Я… — она не знала что сказать. Торин развернулся и направился к двери. У самого входа он замешкался. — Да кого я обманываю! — он быстрым шагом подошел к девушке и, взяв её лицо в свои руки, снова поцеловал. На этот раз со всей страстью. Так, будто хотел вложить все то, что его мучило все это время. — Я люблю тебя. — Черт, и я тебя. — оба смеялись. Торин снова поцеловал Элию. Он сходил с ума от вкуса её губ. Желание, которое он так долго подавлял, начало подниматься в нем жаркой волной. Все было так, как будто они изголодались до смерти или тонули, и только одна половинка каждого могла спасти другую. Элия прильнула к Торину, одной рукой обнимая за шею, а другой с такой силой вцепившись в спину, что вонзилась в нее ногтями. Он опустил девушку на твердую постель, обхватил руками за талию, а потом одна его рука заскользила вниз по бедру, обхватила его и с силой подтянула вверх. На мгновение они оба отпрянули друг от друга, но все еще были ох как близки. Казалось, мир вокруг замер. — Я хочу тебя… — простонал Торин. — Да… Потом его губы снова впились в её, и теперь, осознала она, пути назад не будет. Стены рухнули. Тела сплелись. Он снял с Элии куртку, потом с себя рубашку… По мере того, как они все больше освобождались от одежд, это все меньше напоминало чисто животную страсть. Одновременно тут была и нежность, и изумительное чудо. Глядя в его глаза, Элия видела, что он любит её больше всех на свете, она — его спасение, в том же смысле, в каком он — спасение для нее. Элия никогда не думала, что её первый раз случится в маленькой комнатке старого здания мэрии, но место, конечно, не имело значения. Он — вот что имело значение. С тем, кого любишь, можно быть где угодно, и это будет потрясающе. А вот если ты с тем, кого не любишь, то не спасет самая роскошная постель в мире.  И, ох, она любила его. Она любила его так сильно, что это причиняло боль. В конце концов все их одежды грудой лежали на полу, но холод не чувствовался — таким жарким было прикосновение его кожи к её. — Ты не была раньше с мужчинами? — спросил Торин, упокоившись меж её ног. Девушка отрицательно покачала головой. — Не бойся. Все будет хорошо. Элия кивнула и Торин осторожно вошел в неё. Он не хотел причинять девушке боль, но человеческое тело было слишком маленьким по сравнению с крупным сложением гномов. Он остановился давая ей привыкнуть к новым ощущениям. Элии было больно и неприятно. Она со всех сил цеплялась за руки и плечи Торина оставляя на них тонкие красные борозды. А он что-то шептал ей на ухо и успокаивал. Но стоило Торину начать медленно двигаться внутри неё, Элия перестала осознавать, где кончается его тело и начинается её. Именно этого она всегда и желала. Чтобы они не были разделены, чтобы стали единым целым. Она испытывала нервозность, возбуждение и миллион других чувств. Торин был понимающим, опытным и определенно терпеливым. Следовать его руководству воспринималось как нечто совершенно естественное, но он явно желал также позволить и Элии взять все в свои руки. Наконец-то они были равны, и в каждом его прикосновении ощущалась сила, даже если это было легчайшее касание кончиками пальцев. Когда все закончилось, она откинулась на спину, прижимаясь к нему. Тело приятно ныло и болело… И в то же время испытывало потрясение, блаженство и удовлетворенность. Элия пожалела, что этого не случилось раньше, и в то же время понимала, что сейчас был самый подходящий, самый правильный момент. Она положила голову на грудь Торина, наслаждаясь теплом и запахом его тела. Он поцеловал девушку в лоб, провел рукой по волосам. — Я люблю тебя. — Он снова поцеловал её. — Я всегда буду рядом и не позволю ничему плохому случиться с тобой. — А я не позволю ничему случиться с тобой. Я люблю тебя. Торин снова поцеловал её, не дав девушке больше произнести ни слова. — Добро утро. — Элия с удивлением обнаружила что Торин уже не спит. — Доброе утро. — он коснулся губами кончика её носа и девушка улыбнулась. — Пора вставать. Солнце только поднималось, но нельзя чтобы их нашли в таком виде. Они оделись довольно быстро. Элия закинула волосы назад чтобы заплести косу. — Стой! — остановил её Торин. — Что? Гном улыбнулся и подошел к ней. Он взял в руки длинные волосы и, отделив небольшую прядь, начал плести косу. — Я твой, а ты моя. Отныне и до конца веков. — он снял со своих волос серебряное кольцо и надел на косу Элии не давая волосам распасться. — Что это было? — обернувшись спросила она. Торин мягко улыбнулся. — Это гномья традиция. Мы заплетаем жене косу в знак любви и верности. — Но мы ведь не… — Элия была в замешательстве. — Нет. Пока что. Но я клянусь тебе, как только вернем Эребор, ты станешь моей под взором богов. Элия улыбнулась. Будто и не было всех тех неприятностей. Она потянулась к нему и поцеловала. — Мне надо идти. — сказал Торин отстранившись. — Не опоздай. Он тихо вышел и закрыл за собой дверь. Элия почувствовала что расплывается в улыбке.