Немного крови

      Если у обычных людей утро начиналось где-то в районе шести-семи часов, то его наставало куда позже. Ну, или раньше, это как уже посмотреть.       На электронных часах яркие цифры сменились на четыре нуля и часы отвратно запиликали, заставляя тело на кровати в углу комнаты подскочить и охнуть, хватаясь за голову.       - Какого черта-а…       В часы полетел стоптанный кроссовок, а тело на кровати опрокинулось на спину, раскинув руки.       - Саске?.. – дверь в комнату приоткрылась, спуская свет из коридора и старшего брата. - Вставай, глупый маленький брат, - гнусавым несчастным голосом монотонно произнес он, не спеша в комнату входить.       Никакое зрение не поможет обойти весь хлам и не сломать ногу в комнате Саске.       - Пошел вон.       Саске развернулся на кровати и уткнулся носом в подушку, тяжко вздыхая. Итачи мрачно нахмурился и затянул теплый шарф на шее потуже.       - Отец зовет тебя.       - И он пошел.       - Это ты сейчас встанешь, маленькое чудовище, раздерешь свои патлы и спустишься к отцу, как приличный мальчик.       - Да ладно? - протянул младший, повернув к брату голову и прищурившись. - Заставь меня.       - Половое созревание не идет тебе на пользу, как я вижу... у тебя полминуты, пока я добираюсь до тебя, чтобы встать и изобразить послушание, - угрожающе заметил Итачи, подтягивая рукава и делая шаг в комнату.       От кровати раздалось лишь пренебрежительное, надменное хмыканье и зашуршало одеяло, очевидно подросток замотался в него с головой.       Мелкий говнюк, почти с нежностью подумал Итачи, выбирая куда поставить ногу, щурясь в сумерках комнаты. Разнообразный хлам и мусор обильно покрывал пол комнаты и другие горизонтальные поверхности. В воздухе витал отголосок железного аромата крови. Возможно Саске обожрался перед сном, и теперь его колбасит от переизбытка питательных веществ в организме. Или он просто тупая наглая задница.       Так и не решив, что именно стало с его лупоглазым, некогда милым младшим братишкой, Итачи молча навис над кульком из одеяла на кровати. По комнате он пробрался без особых, что удивительно, потерь, и теперь решал как ему поступить с затаившимся Саске. Стащить за ногу и без церемоний поволочь по лестнице вниз? С мелким ничего не сделается, а Итачи всяко приятно. Немного придушить и выкинуть пинком из комнаты? Быстрее, чем волочь, ведь отец дожидается его внизу, да и мама все еще не легла спать. Пока он размышлял, кулек совершил коварный маневр и повалил его на кровать, падая сверху, разматываясь.       Шало улыбающийся Саске расселся на животе брата и уперся тому в плечи руками.       - Попался, - довольно пропел он, поблескивая красноватыми глазами, - и как ты теперь меня заставишь?       - Фары спрячь, не на дороге, - вполне миролюбиво посоветовал Итачи и, игнорируя вытянувшуюся обиженную физиономию, уставился в потолок.       В прошлый раз он заметил там нечто странное... мило. С потолка на него глядела собственная фотография, пришпиленная дротиками к доске, которую старательно вбили гвоздями в потолок.       - Прелестно, Саске. Дротики в лоб не втыкаются? - Саске сделал вид, что озадачился услышанным и как бы удивленно запрокинул голову вверх.       - Нет? - приподняв брови, с вопросительной интонацией ответил малолетний мародер.       Итачи мученически вздохнул и вывернулся из-под младшего, опрокидывая его на свое место. Саске ожидаемо забарахтался, вскинув все конечности, порыкивая от злости, но брат держал крепко, сел ему на бедра и перехватил руки, то и дело сдувая мешающиеся волосы и ухмыляясь краем рта.       - Попался ты, так что кончай барахтаться и ползи вниз, пока я не помог. А я горю желанием оказать тебе посильную помощь...       - Кончай? - перебил заскалившийся Саске, как всегда услышавший только то, что хотел, - тогда твоя помощь мне по... - договорить ему помешала подушка, которую Итачи с силой опустил на обнаглевшее лицо.       Прижал ее, качнул головой своей мысли, и убрал, когда Саске надоело изображать нехватку воздуха и он зашарил руками в неположенных местах, ощупывая брата.       - Угомонись, - прошипел Итачи ему в лицо, наклонившись, и отметил красные щеки и быстрый кончик языка, лизнувший губы, сглотнул и убрался, вставая с брата.       Быстро пройдя к выходу, он у двери обернулся назад и увидел, как зажмурившийся Саске трет щеки, глубоко вздохнул и спокойно сказал, прислоняясь к дверному косяку:       - Вставай, бестолочь, и спустись хоть с матерью поздороваться, третьи сутки как мышь нычкуешься, она волнуется.       С кровати послышалось неопределившееся в своей интонации мычание, но Итачи решил посчитать его согласием, чтобы побыстрее уйти. Еще оставалось несколько дел, а спать уже хотелось ощутимо.

***

      Когда Саске наконец спустился на кухню, там его поджидала семья в полном составе.       Перманентно хмурый отец читал газету, делая маленькие глотки из темного стакана и не удостоил младшего сына и взглядом. Мама энергично суетилась у второго холодильника, перекладывая пакеты с донорской кровью, а Итачи без особого аппетита наворачивал творог чайной ложкой. Точно такая же тарелка ожидала и Саске, не хватало только аналогичного отцовскому стакана из темного стекла.       - Добрый вечер - немного покривил душой самый младший Учиха и прошел к своему месту, сел и пододвинул тарелку с творогом к себе. Итачи мазнул по нему незаинтересованным взглядом, отметил безуспешно прилизанную макушку и вернулся к трапезе.       - Как ты, милый? - мама ласково взъерошила Саске волосы и поставила перед ним стакан, полный густой алой жидкости.       - Так себе, - скучно протянул Саске, создавая в тарелке месиво, косясь на снова занятую холодильником Микото. Та развернулась и с тревогой всмотрелась в его лицо.       - Переел вчера? Я заметила, что пакетов ощутимо стало меньше.       Саске вздохнул и почесал кончик носа, скорчил гримасу усмехнувшемуся Итачи, и ответил матери, честно глядя в глаза:       - Немного. Мам, ты бледная очень.       Микото издала тихий смешок и погладила себя по щеке кончиками пальцев.       - Зато румянец здоровый, верно, милый? - Фугаку, услышав вопрос, согласно кивнул и кинул на жену поверх газеты довольный взгляд, от чего та еще и подбородок чуть вздернула вверх. - Соседки зеленеют от зависти, а секрет прост, всего лишь выйди замуж за вампира и нарожай ему чудесных детей.       Родители обменялись небольшими ухмылками, а сыновья закатили глаза. Только не снова. Оба отпрыска Учих усиленно заработали челюстями, стараясь быстрее доесть творог и не попасть под шквал родительского воркования, во время которого язык хотелось скоблить от сахара. Вскочили одновременно, звякнув ложками, и ломанулись к выходу, но сбежать не успели.       - Итачи, - оклик заставил затормозить старшего сына в дверях, отчего Саске влетел ему в спину на полном ходу и, не растерявшись, незаметно, но смачно облапал за зад, - лекарство. - Микото кивком указала на несколько бутыльков на столешнице и вернулась к перебиранию волос мужа, к которому приступила совершенно незаметно для детей.       Итачи успешно сохранил достоинство, лишь мелочно отдавив обнаглевшему младшему ногу, и взял свои лекарства, собираясь отнести в комнату. Саске хотел уже было смыться, но его остановил отец, позвав по имени и просто бросив в него пакет с кровью, стоило обернуться на голос. Пакет тот поймал, проявив меньше выдержки, чем брат, но отец лишь посоветовал ему сегодня не перебарщивать и отвернулся к жене с мягкой улыбкой.       С трудом сдерживая нечто, напоминающее возглас отвращения, Саске вымелся из кухни, быстро нагоняя Итачи на лестнице. Попробовал отвесить брату звонкого шлепка по пятой точке, но старший был настороже и увернулся, спасая себя от притязательств немного помешанного на нем родственника. А Саске уже ничего не могло спасти, в ускорении его рука печально пролетела мимо вожделенного места, остановиться не получалось, поэтому под собственный вопль он хорошо так вошел всей пятерней в стену и остался скулить, скорчившись на лестнице, ожидая, когда утихнет боль и исчезнут ссадины. Приложив к пострадавшей конечности холодный пакет, он с ненавистью проводил спину Итачи взглядом и стиснул зубы, пережидая внезапную вспышку жажды и помешательства. Брат даже на него не оглянулся. Определенно, некоторые нюансы мешали ему быть нормальным подростком шестнадцати лет. Начиная фактом рождения в союзе вампира и человеческой женщины и заканчивая желанием переспать с собственным братом, человеком.