Недосорванные

Из кабинета начальства Димка вышел со странным ощущением. Еще в полицейской академии он заинтересовался психологией, прослушал расширенный курс и даже сдал государственный экзамен. В результате получил корочку, позволяющую работать переговорщиком: например, вести переговоры с террористами, захватившими заложников, или уговаривать самоубийц слезть с крыши. В полиции корочка так и не пригодилась: с террористами Димка вел переговоры все больше с помощью бластера, а самоубийцы ему не попадались. Зато пригодилась сейчас – по штатному расписанию он значился психологом. По правде говоря, полученные во время учебы навыки не сильно помогали: как применить знания по криминальной психологии к грудным младенцам, было непонятно. Да и воспринимать киборгов как грудничков у Димки не очень получалось. И понять, демонстрируют подопечные зачатки интеллекта или непроходимую тупость, тоже. И когда Димка услышал, что им, наконец, дадут «взрослого» киборга, обрадовался и решил точно напроситься в группу. Но то, что группа будет состоять из него одного (стажер не в счет), он как-то не ожидал. Так что, плюхнувшись за рабочий стол и барским жестом указав стажеру на соседний, Димка задумался над очень важной дилеммой: выпить кофе из автомата в коридоре или сгонять на первый этаж к кофемашине. Внизу кофе был вкуснее, но голова намекала, что лучше лишний раз ей не трясти. – Эй, стажер, как тебя там? Будь человеком, принеси наставнику кофе, а? – Димка, наконец, вспомнил, что он теперь начальник, и решил воспользоваться служебным положением. – Меня Андрей зовут, – обиженно пробурчал белобрысый и поправил очки в тяжелой «академической» оправе, пытающиеся сползти с носа. – Кстати, а зачем тебе очки? – Димка искренне заинтересовался: если учесть, что любая операция по коррекции зрения выполнялась минут за пятнадцать в районной поликлинике, то увидеть человека в очках можно или на пляже, или на старинных фотографиях. – Мне кажется, вас это не касается. И бегать за кофе не входит в мои служебные обязанности. – Андрей считал, что очки придают ему солидности, и на вопрос начальника обиделся окончательно. Новый начальник ему категорически не нравился: широкоплечий, с коротким ежиком волос, в штанах с кучей карманов и свитере, он совсем не походил на настоящего ученого. Андрей ожидал, что его наставником окажется какой-нибудь известный в узких кругах психолог, и даже специально еще раз проштудировал все последние научные статьи в журнале «Кибернетика и психология», чтобы быть готовым к научным диспутам. Новый начальник никаких диспутов не хотел, а хотел кофе. И даже как его зовут, не запомнил. Димка уже хотел объяснить подчиненному, как правильно исполнять приказы командира и где он видел служебные инструкции, как дверь распахнулась, и в комнату влетело ангельское создание с огромными голубыми глазами и на высоченных шпильках. – Привет, Искуситель. Как жизнь? – Создание элегантно опустилось в соседнее кресло. Димка страдальчески сморщился, а стажер застыл в немом восхищении, даже очки поправить забыл. Ангельское создание было Леночкой, младшим научным сотрудником из соседнего отдела, занимающегося «двухлетками». И Димка планировал в скором времени сбагрить им подрощенного Илюшу. Собственно, из-за этого киборга к нему прилипло это дурацкое прозвище. Трехмесячный киборг, удачно завалив тесты и набрав девяносто четыре балла, отправился не на утилизацию, а к ним, в научно-исследовательское подразделение, занимающееся поисками интеллекта и причинами срывов у киборгов. И стал первым Димкиным заданием. Задача была простая: постараться добиться у киборга нестандартной реакции. И бывший коп подошел к заданию со всей ответственностью: «колол» киборга по всем правилам. За пять часов «допроса» успел выпить три литра кофе и раз сто подавить в себе желание прибить «подозреваемого», но вывести из себя киборга не смог. В конце концов, Димка решился на прямую провокацию, которая, с его точки зрения, должна была сработать на сто процентов. – А если я тебе поцеловать меня прикажу, а? – вкрадчиво поинтересовался он у брутального накачанного парня с легкой небритостью и безмятежными серыми глазами. Киборг вежливо улыбался. Димка озверел. – Давай, целуй! Быстро, я сказал! – проревел он, вскакивая. Киборг послушно перелетел через стол и впился губами в Димку. Оказалось, что стряхнуть с себя девяностокилограммового киборга сложно, а отменить приказ, когда твой рот занят, практически невозможно. Спасли Димку соседи, привлеченные грохотом роняемой мебели. С тех пор за Димкой закрепилось прозвище, но самое обидное, что реакция оказалась самой что ни на есть стандартной: киборг был Irien’ом и полученный приказ отработал в соответствии с базовыми установками и максимально возможным мастерством. После этого случая Димка засел за учебники, приводить свои знания по киборгам в равновесие с полученным опытом, а киборг успел освоиться на базе, получить имя Илюша и научиться виртуозно пользоваться словами «хочу» и «дай», чем приводил в неописуемый научный восторг Ольгу Андреевну и в такое же неописуемое бешенство Димку. – Нормальная жизнь. Стажером вот обзавелся, только он меня не слушается. За кофе не хочет идти. Служебные инструкции вспоминает, – пожаловался Димка. – Повезло. – Леночка посмотрела на стажера и улыбнулась. Стажера парализовало окончательно. – Кому? Ему повезло? – Ну что ты, Дима, конечно же, нет. Ему как раз посочувствовать можно. Ты у нас зверь. – Леночка качнула туфелькой и обратилась к застывшему статуей парню: – Андрей... Вас же Андрей зовут? Я не ошибаюсь? – И, дождавшись робкого кивка, укоризненно продолжила: – Так нехорошо. Если Дмитрий Сергеевич просит кофе, то надо ему принести. Вы же не хотите, чтобы важное научное открытие сорвалось по вашей вине? Андрей был готов одновременно провалиться под землю от стыда и бежать на край света за кофе. – Я сейчас принесу. Я быстро. – Стажер рванулся к двери, зацепился за кресло и чуть не упал. – И мне, пожалуйста, тоже. Капучино, – Леночка добавила в голос серебряных колокольчиков. – А мне черный. Без сахара. И на первом этаже он вкуснее, – разрушил хрупкое очарование серебряного перезвона Димка. Правда, не уверенный, что стажер, находясь в состоянии гипноза, его вообще услышал. – Не порть мне мальчика, Ленка. Он сейчас в тебя влюбится и работать не сможет. – Сможет, не волнуйся, – первую часть фразы Леночка оспаривать не стала. – Чего ты дергаешься, Королев, нормальный студент, все такими были. Димка мрачно фыркнул. Он таким не был. Сразу после школы он ушел по контракту в армию и два года отпахал в горячих точках, зарабатывая деньги на учебу. И к таким вот домашним мальчикам, которым родители принесли все на блюдечке с голубой каемочкой, относился с неприязнью. Плюс стажер его просто иррационально раздражал. Как ни странно, стажер про кофе услышал и принес все правильно. Леночка, элегантно подхватив бумажный стаканчик, как будто это была фарфоровая чашечка, сказала: – Кстати, представляешь, у меня вчера Маруся на ужин котлетки пожарила. Это так круто! Димка чуть не подавился кофе. – В смысле? Киборг с прошивкой Mary пожарил котлетки? И в чем научный прорыв? – Ты не понимаешь, я не уточняла задание, просто попросила ужин сделать. – Рандомный выбор. – Димка пожал плечами. – Вот если бы она у тебя катер пилотировать научилась без установки спецпакета – тогда да. – Королев, ты гений! – Леночка округлила и без того огромные глаза. – У нас же есть летный симулятор! Надо попробовать. А вдруг! – Ты что? Двухлетнего ребенка за штурвал? Да она у тебя убьется, – ужаснулся Димка. – Кстати, интересная тема, а если им прошивку снести? Оставить только голую операционку? Они что-нибудь научатся делать? Или будут тупо в стену таращиться? – Все, Королев, ты точно гений! Я всегда это знала! – В глазах у девушки загорелись трудовой энтузиазм и тяга к научным открытиям. – Все, что угодно – в обмен на твою идею. – Пользуйся, я добрый. Пусть твоя Маруся мне пирожков напечет. Только до того, как ты ей снесешь прошивку. – Спасибо. – Леночка подскочила, чмокнула Димку в небритую щеку и, крутанувшись на шпильках, вылетела в коридор. Начальник немного потаращился на захлопнувшуюся дверь, глотнул кофе и перевел взгляд на подчиненного. – Ау, прием, она уже ушла. Чудное мгновение закончилось. – Димка пощелкал в воздухе пальцами, привлекая внимание стажера. Тот нехотя отвел взгляд от двери и повернулся к начальству. – Да, Дмитрий Сергеевич? – Авторитет начальства после визита девушки выполз из-под плинтуса и немного приподнялся над полом. – Работаем. Твоя задача – узнать, как называется корабль, на котором обитает наш DEX, и выяснить, когда он бывает на планете. Корабль, в смысле. – Да, хорошо. – Стажер с энтузиазмом развернул виртокно и завис. – А как я это узнаю? Димка закатил глаза: вот дал же бог напарничка, даже элементарных знаний по сыскной деятельности не имеет. – Идешь к Светлане Михайловне, просишь переслать все данные по этому киборгу. Смотришь в базе, кто хозяин – и вперед. И мне пусть перешлет. Стажер неуверенно кивнул и направился к двери. Но Димке он уже был неинтересен. Развернув виртокно, парень погрузился в изучение видеозаписи последнего «срыва». Раз уж ему заниматься этой серией, то надо все досконально разобрать. *** Запись была длиной, минут на сорок. По завершении просмотра Димка совершенно не жалел погибших и очень сильно сочувствовал киборгу. Группа укуренных подростков решила использовать DEX’а в качестве живой мишени и методично кидала в него все колющее и режущее, что у них было. Судя по количеству старых шрамов на лице киборга, играли детишки не в первый раз. А если учесть, что именно они кидали, то и детишки были не простые. Что именно послужило причиной срыва, осталось непонятным – этот момент бывший коп прокрутил несколько раз, но ясней не стало. Вот киборг стоит, замерев механической куклой, и в следующий момент его лицо кривится в болезненной гримасе, рука ловит летящий в лицо вибронож, и киборг кидается к первому обидчику. Димка задумчиво гонял запись вперед и назад, раскладывал на кадры, но ничего нового не находил: такое ощущение, что просто достигнута некая критическая масса. Был бы на месте киборга человек, Димка бы сказал: «Озверел». И кстати, Валентин Михайлович был неправ. Киборга никто не останавливал. Он сам остановился: вытащил из кармана одного из погибших гранату, сорвал чеку и сунул в рот. Это пришибло бывшего копа больше всего. Какой же это должен быть программный сбой, если базовый инстинкт самосохранения не сработал. Димка минут пять пялился на максимально увеличенную фотографию DEX’a. Большую часть картинки занимали глаза. Запись была качественной, и смотрел киборг прямо в камеру. – Что ты скажешь про этот взгляд? – Димка обернулся к подошедшему стажеру. – Ну, если оценивать невербальный посыл с точки зрения теории… – начал белобрысый, поправляя очки, но не закончил. – Давай без теорий. Что бы ты сказал, если бы увидел такой взгляд в жизни? – перебил его начальник. – Ну, сказал бы, что человека загнали в угол. Что он собирается то ли с крыши прыгнуть, то ли на таран пойти. – Человека… – задумчиво протянул Димка. – Человека, говоришь. А это киборг, Андрюша. Вот тебе и программный сбой. Димка оттолкнул от себя картинку, одновременно включая режим «просмотр». Картинка дрогнула: еще секунду киборг смотрит в камеру, потом опускает взгляд на руки, заляпанные кровью – не поймешь, то ли своей, то ли чужой. Затем срывает защитную пластину и заталкивает маленький черный прямоугольник в рот. Обезглавленное тело падает на пол. В одном начальство было право: исследовать там уже нечего. Андрей издал сдавленный всхлип и, зажав рот рукой, выскочил из комнаты. Димка проводил его задумчивым взглядом: тонкую душевную организацию будущего научного светила он не учел.