fox

Единственное место, куда я могла поехать, был только пляж. С самого детства и по сей день, меня успокаивала только волнующаяся вода на побережье. Множество приятных воспоминаний было связано с этим местом: как Уильям учил нас плавать, как мы с Хлоей строили песчаные замки, как ноги привели меня сюда в тот вечер. Поэтому берег был моим вторым домом, приносящим мне спокойствие и защищенность. Сейчас я быстро кинула свой байк, который, приземлившись, слегка зарылся в песчаный грунт. Рядом, буквально через секунду, был припаркован пикап, и синеволосая бестия, вылезая из машины, сразу окликнула меня. Только вот мое тело продолжает отдаляться от девушки до того момента, как та хватает меня за запястье, разворачивая к себе лицом. - Может хватит уже бегать? Я пытаюсь поговорить с тобой! - О чем? – мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не огрызнуться на Прайс, которой сейчас хотелось просто горло перекусить. – Может о том, что ты психуешь без повода и прижимаешь меня к стенке? Или о том, почему я так чертовски не нравлюсь твоей любимой Рейчел? Палево! Черт, черт, черт! Скажи, что ты не понимаешь о чем речь, пожалуйста. Но вместо этого панк расплывается в улыбке, из-за чего я отворачиваюсь от нее. Еще это ужасное смущение. Ну почему мне не удалось воспитать в себе стойкость перед ней? - Во-первых, я не люблю Рейчел, – еле уловимые шаги за моей спиной сокращали и так небольшое расстояние между нашими телами. Через секунду я уже почувствовала ее дыхание на своей коже, ожидая, что же она скажет дальше. Моя собеседница улыбнулась, дотрагиваясь до моих рук своими. - Хочешь знать, - она шептала так тихо, - почему я разозлилась на тебя? Конечно же хочу! И быстрее, пока мое тело не выдало себя с потрохами. Она водила своими холодными пальцами вдоль моего предплечья, дыша в шею так, что по коже табунами бегали мурашки. Я кивнула ей в ответ, желая как можно быстрее покончить с этой мукой, пока не начала мурлыкать от удовольствия. - Мне не нравится, что ты не моя, - ее руки быстро перемещаются на мою талию и резко прижимают мое тело к ее. Не сумев сдержаться, я издаю тихий стон, немного выгибая спину, что не осталось без внимания голубоглазой дьяволицы, которая, больше чем уверена, сейчас расплылась в самодовольной улыбке. Ее ладони скользят по моему телу, стараясь прижаться ко мне еще ближе, в то время, как ее губы покрывают мелкими поцелуями мою шею. Только вот меня это не устраивает. Я слегка отодвигаюсь, чувствуя недовольный взгляд на своей спине, и разворачиваюсь лицом к Хлое. Пододвигаюсь к ней обратно, вновь чувствуя ее руки чуть ниже талии. Она довольно улыбается, как объевшийся сметаны кот, а я разглядываю ее лицо: немного вздернутый нос, слегка припухлые губы, сверкающие ясно-голубые глаза и несколько мелких морщинок вокруг. Касаюсь рукой твоей щеки, отчего ты прикрываешь глаза и трешься о ладонь, как кошка. Я улыбаюсь тебе и, привставая на носочки, прижимаюсь к твоему лбу своим. Отчего-то на глаза выступают слезы, говорила же, что плачу не последний раз. Ты придерживаешь меня, зная, что мне трудно удержать равновесие, а я просто обнимаю тебя за шею. - Я всегда была, есть и буду твоей, - не знала, что твои голубые глаза могут светиться еще ярче. Улыбка на лице становится шире, и ты поднимаешь меня на руки. Никогда не сомневалась в твоей силе. Я смеюсь из-за того, что ты начинаешь кружить меня в воздухе, словно во мне нет веса. Смех разрывает мои легкие, но это заставляет поверить в истинность момента. Наклонившись к твоему лицу и обхватив его руками, я, недолго думая, впилась в твои губы поцелуем. Ток прошел по моей коже, когда твои пальцы случайно коснулись оголившейся спины. Ты ответила мне, и уже, через считанные секунды, поцелуй перестал быть нежным, похожим на первый. Он стал страстным и таким сладким, что из-за него плохо получалось думать. Я лишь чувствовала, как ты усадила меня на кузов своего пикапа и стянула кофту, оставляя меня в одной блузке. Ощущала прикосновения твоих холодных пальцев, что судорожно гладили мою спину, в то время, как мои руки стягивали с тебя так мешавший сейчас жакет. Ты больше не говоришь ни слова, укладывая меня на спину и опускаясь поцелуями к шее. Твои губы слишком горячие, отчего кажется, что на коже останутся следы и ожоги, но сейчас это настолько неважно, что я просто выгибаюсь навстречу твоим ласкам. У тебя слишком ловкие руки, которые за считанные секунды разбираются с маленькими частыми пуговичками на моей блузе и откидывают ненужную вещь куда-то в сторону. Ты незаметно отстраняешься, проводя рукой по моему животу снизу вверх и обратно. Будто невзначай ведешь кончиками пальцев все ниже и ниже, изредка задевая резинку моих трусиков. Твои губы трогает коварная ухмылка, когда я притягиваю тебя ближе к себе за бляшку на ремне и стягиваю твою майку. Ты нависаешь надо мной, расстегивая застежку на бюстгальтере и избавляясь от вещицы. Не люблю оставаться в долгу, поэтому повторяю твои движения. Ты довольна. Это видно по твоим движениям, глазам и мимике. Опускаясь ниже, твоя грудь касается моей, позволяя почувствовать весь жар твоего тела, которое словно пылает. Мы хотим друг друга. Да, только сейчас я понимаю, насколько сильно втайне желала этой близости, как давно мечтала увидеть это вожделение в твоих глазах. Господи, Прайс, что ты сделала со мной, почему мой мир вдруг завязался на тебя одну? Твои губы вновь приникли к моим, теперь уже более требовательно, желая «взрослых» действий. И сейчас, меня вдруг одолела растерянность. Осознание того, что я не так хорошо знакома с человеческими отношениями сразу выбило меня из колеи. Ты почувствовала, как мое тело слегка зажалось, и отпрянула, поднимаясь на локти и вглядываясь в мои глаза. Твой изучающий взгляд оглядывал лицо, пытаясь проследить за мыслью, что витала в моей голове. Только это смущало еще больше, заставляя отворачиваться. Но ты не была бы Хлоей Прайс, если бы позволила мне закрыться от тебя. Твоя рука развернула мое лицо обратно, а губы вновь нашли мои, сливаясь, на этот раз, в нежном и трепетном поцелуе. Когда я успокоилась и вновь обвила твою талию руками, твоя рука двинулась вниз по моему животу. Еще пару мгновений до последнего шага… Но тут на пляже, в противоположной от нас стороне, с которой открывается хороший вид на наши занятия, появляются люди. Услышав звук, мы сразу отпрянули друг от друга, каждая начиная судорожные поиски своей одежды, что, спустя пару мгновений, уже практически полностью была одета. Ты слезла с кузова, что-то недовольно ворча себе под нос. Да, Прайс, я тоже не была в восторге от того, что узел внизу живота до сих пор давал о себе знать. Но и позволить себе такие занятия на людях мне тоже было невозможно. Спасибо за воспитание, Кейт. Слезая с машины, я подхожу к тебе со спины, точно так же, как и ты, минутами ранее. Мои руки обвивают твою талию, а лоб утыкается в спину. Я вдыхаю родной аромат. - Мне пора, - я произношу слова тихо, не хочу, чтобы кто-то услышал. Ты хмыкаешь и разворачиваешься ко мне лицом. С чего бы тебе быть довольной, действительно. Смотришь на меня с недоверием, словно ждешь, что я вновь исчезну. Не расцепляя своих рук, я вглядываюсь в твои глаза снова, не понимая ни единой твоей мысли. - И куда ты собралась теперь? – явное недовольство. Ты даже не пытаешься его скрыть, просто сверля меня взглядом. Словно опять считаешь меня врагом. - Мне нужно к Нейтану, - от этого легче не стало. Ты считаешь его психом, как и вся академия. Твое недоверие сложилось лишь из-за информации о том, что он принимает психотропные. Как ты удивишься, если узнаешь, что я жила на них почти все эти пять лет? - Он может быть… - Опасен, - заканчиваю за тебя. - Ты не первая мне это говоришь. Он мой друг, Хлоя. Я нужна ему. - Ты была нужна и мне! – срываешься на крик, разрывая объятия. Только прошу, не считай меня предателем. Знаю, что сейчас только такие мысли и витают в твоей голове. У меня не было другого выбора. Я смотрю в твои глаза и, отойдя к байку, завожу его. Мое обещание будет исполнено, и ты не будешь считать меня врагом. - Я люблю тебя, - говорю я, и срываюсь с места, чувствуя твой взгляд на своей спине.