fox

В мужском общежитии было как никогда тихо. Обычно, здесь всегда происходит какая-нибудь движуха, но сегодня никого не было даже в коридорах. Хотя, это даже к лучшему, не люблю лишние взгляды. Второй этаж, комната сто одиннадцать. Дверь, как всегда, не заперта. На ней небольшая надпись: «Заходи - не бойся, выходи - не плачь.», да, в твоем стиле, друг. Тихонько отпираю дверь и захожу внутрь. Это помещение всегда немного пугает своей темнотой, но я знаю, что это твоя атмосфера. Ты любишь, когда царит полумрак, наводящий легкий испуг. Это уже вошло в привычку. Твоя туша вальяжно развалилась на небольшой постели, что стоит посреди комнаты. Всегда считала это неудобным - постоянно приходится обходить ее. В ушах, как всегда, наушники. Очередной успокоительный сеанс. Что же произошло? Присаживаюсь к тебе на кровать, обращая твое внимание к себе. Лениво приоткрывая глаз, ты довольно расплываешься в улыбке, немного отодвигаясь, дабы уступить место, чтобы я прилегла рядом. Укладываюсь, забирая один из наушников себе. Пение китов. Господи, как это вообще возможно слушать, да еще и успокаиваться? Тебе я ничего не говорю, лишь приобнимаю одной рукой, чувствуя ответные объятия. Со стороны мы выглядим, скорее всего, как милая парочка психов. Эта тема являлась одной из самых обсуждаемых в нашей компании. А ведь когда-то наши пути располагались очень далеко друг от друга. Но кто же знал, что тебя предадут все, кого ты любил? Прошлый год выбил почву из-под твоих ног. А главное, была такая глупая причина: твои «друзья» узнали, что ты принимаешь психотропные лекарства из-за нервного расстройства. С детства потрепанная психика нуждалась в том, чтобы дыры в ней залатали. Тогда я впервые увидела твою беспомощность и почувствовала, что мы гораздо больше похожи, чем казалось. Но на тот момент это было слишком странным, ведь каждый из нас считал другого врагом. Было невыносимо наблюдать, как ты чах с каждым днем. От тебя отвернулись все: твои дружки из клуба «Циклон», который ты же образовал, лучший друг Логан, которого ты называл своим братом, и лучшая подруга Виктория, что клялась быть вместе «и в горе, и в радости». Именно в тот момент я решила, что с войной покончено, правда показала это очень странным способом. До сих пор помню твои ошарашенные глаза, когда в тебя полетели белые носки. Да, с воображением у меня всегда были проблемы, зато есть, что вспомнить. С того момента ты начал общаться с нами. Кейт очень долго привыкала к твоей компании, несмотря на ее коммуникабельность. А вот с Уорреном вы быстро нашли общий язык, правда, мне до сих пор не понять как. Ваше общение могло длиться часами, на протяжении которых вас нельзя было тревожить. Вы оба, словно целиком и полностью погружались в разговор, забывая про существование меня, Марш, да всех вокруг. Но в один момент все пошло не по плану. Ты, как и сегодня, стоял и нервно курил около крыльца Блэквелла. Твои глаза были красными из-за почти недельной бессонницы. В тот же день мы впервые поговорили по душам. Тогда ты мне и признался, что влюбился. Мало того, что в парня, так еще и в того, что был младше тебя на три года. Наш разговор продолжался больше полудня. В нем ты узнал о Хлое, о моих боях и семье, а я, наконец, разобралась в причинах твоих стрессов. Спустя пару дней после этого разговора, в моей голове поселилась мысль о разговоре с Грэхемом. Мне не хотелось говорить тебе, зная, что ты сразу начнешь отговаривать, поэтому, я решилась действовать сама. С парнем диалог был достаточно короткий, так как, когда я хотела назначить встречу, он не понял меня, посчитав, что это приглашение на свидание. Тогда он сразу решил ретироваться и рассказал о своей ориентации. Было мило, когда он мялся, преодолевая смущение, но все-таки сказал, что ему интересен ты. После всего этого вы стали "недопарочкой". То ссорились, то мирились. Раздражали друг друга и жутко ревновали. Но, по совместительству, подъедали мой мозг, делясь своими мыслями во времена ссор. Я ничего не говорила и даже немного завидовала, ведь всегда хотела иметь кого-то близкого. Сейчас вы, видимо, вновь поссорились. Ты всегда принимаешь ваши размолвки слишком близко к сердцу, потому что боишься потерять его насовсем. Вот такой паникер. Мы еще около двадцати минут лежим и слушаем крики китов, под которые мой мозг тоже начал расслабляться. Из-за чего-то вдруг накатила усталость, поэтому я медленно начала проваливаться в сон, замечая, что ты сам уже давно уснул.