Бессонница

- Сколько, ты говоришь, уже не спишь? - Не знаю..Около года или полутора.. Машина Октавии резво рассекала жаркий воздух. Утренние пробки спали, и девушки, не торопясь, но и без промедлений добирались до пункта назначения. Они уже договорились, что едут в аквапарк, в котором, как выяснилось, Лекса не была ни разу. Она как дите радовалась разрешению Рейвен на поездку, и сейчас сидела, высунув нос из приоткрытого окна, глазея по сторонам. За несколько дней в больнице ей казалось, будто мир вокруг изменился, краски стали ярче, воздух свежее. Октавия без перерыва расспрашивала Лексу о чем-то, но как та уже поняла, это был не медицинский опрос, а просто вот такая она - Октавия - болтушка, у которой рот не закрывается вообще. Особенно приятно было Лексе осознавать, что ее новая знакомая не подбирала выражений, не боялась обидеть или задеть чувства, она рубила сплеча, вываливая все, что думала. Это, безусловно, будоражило, заставляло Лексу вспоминать порой не самые приятные моменты, заставляло думать, откликаться внутренне. Но это же ее и "будило". - Мда.. Невесело тебе, - Октавия криво ухмыльнулась. - Должна отметить, сегодня ты выглядишь лучше! Она с водительского сидения бросила короткий взгляд на Лексу. Шатенка и чувствовала себя лучше. Все такая же уставшая, но более свободная. - Да.. Лекса отвыкла от социального взаимодействия. Октавия вообще нежданно ворвалась в ее близкий круг. Еще вчера утром она считала девушку посторонней со странной привязанностью к медитации, а сегодня она все утро ждала совместной поездки. Лекса отвыкла от взаимодействия, но и соскучилась по нему. - Так что, ты хорошо плаваешь? Лекса улыбнулась. Октавия спрашивала все подряд. Даже удивительно, насколько человек может не заморачиваться, а просто быть. - Да, отец учил меня в детстве. Правда, я уже давно не плавала.. - Даааа, что же ты делала последний год своей жизни, девочка.. Лекса тихо улыбнулась, не желая озвучивать и без того очевидный факт - последний год она выживала, досыпала. - Нет, ну ладно, плаванье...Но как ты прожила без секса!! Лекса, не веря своим ушам, оторвалась, наконец, от пейзажа за окном и уставилась на Октавию. Та в удивлении приподняла брови, которые теперь виднелись над ее очками. Она все также продолжала следить за дорогой и комментировала сексуальную жизнь Лексы совершенно буднично, будто говоря о погоде. Лекса закачала головой, цокая, как бы говоря, нет-нет, я и не подумаю обсуждать эту тему с тобой, на что поймала светящуюся белозубую улыбку подруги. - Да ладно тебе...С кем еще обсуждать секс, как не с полузнакомым водителем по дороге в аквапарк, - Октавия засмеялась. Лексе нравился ее смех - низкий, хриплый, как у Кларк. - Было бы что тут обсуждать..., - Лекса отмахнулась. Тема была ей не совсем комфортна. - Я тебя умоляю...У таких красоток, как ты, наверняка полон дом ухажеров...Хотя, погоди...Тебя не они интересуют...Черт, - с лица Октавии не сходила улыбка. - Ну тогда полон дом таких же красоток... Блин, да даже я бы на тебя повелась, если бы ты сделала первый ход, а-то сама я смущаюсь. Глаза Октавии были спрятаны за очками, но Лекса уверена, та ей нагло подмигнула. Теперь смеха не сдержала Лекса. Никакого фильтра между мыслями и ртом у этой девушки. И да, черт побери, Лексе ужасно польстил комплимент Октавии, хоть он и был, возможно, сделан невсерьез. - Ну может, когда я приведу голову в порядок, я его и сделаю, этот шаг, и тогда тебе придется ответить за свои слова, - Лекса подмигнула в ответ, поддерживая игривый тон разговора. - Ох, детка, надеюсь, тебе повезет и на тот момент я буду свободна. А-то я тут усиленно посылаю сигналы Линкольну. Вот же твердолобый тип! - Линкольну? Похоже, он не приглянулся только мне? - Лекса, скривилась, вспоминая, как заставляла себя идти к нему на массаж. - Тебе он и не должен быть приглянуться. А вот...хм...дай подумать...доктор Рей? Октавия стрельнула глазками в сторону сидящей на пассажирском Лексы. Та лишь, улыбаясь, качала головой, не уставая поражаться направлению диалога. - Мммм, нет, говоришь...Доктор Кларки? - Кларки? - Лекса разулыбалась шире, тут же опомнившись и сдерживая реакцию. - Ага, ее беееесит, когда я ее так называю. Попробуй как-нибудь! Октавия в очередной раз гулко засмеялась. - Так значит Кларки? - заговорила она через пару минут из ниоткуда. Лекса уж подумала, что ей удалось отделаться от этого разговора. Было как-то неловко признаваться в симпатии к своему же врачу. Тем более они с Октавией были подругами и, не дай бог, этот разговор покинет пределы автомобиля. Октавия продолжала бросать взгляды на Лексу, прощупывая, просматривая реакцию. Лекса растерялась в конец. Сказать "нет" - значило откровенно соврать, "да" - признаться и вызвать шквал новых вопросов, "молчать" - выдать себя с головой так или иначе. - Эм...Ну, доктор Гриффин, конечно, очень красива.. - Доктор Гриффин, - Октавия прыснула, - Лекса, завязывай! Мы не в больнице, и я не твой врач. Все, что мы обсуждаем, останется между нами. И я имею ввиду это! - Октавия погрозила пальцем в сторону Лексы. - Посмей только Линкольну сдать мой план по его захвату! Так что....Я уверена, в своих мечтах ты ее доктор Гриффин не называешь...Хотяяя... Октавия улыбалась во все 32 зуба и шире, довольная получившейся игрой слов. Лекса же багровела с каждой секундой. Она чувствовала себя подростком, которого за просмотром непристойностей застала мама. Сто лет она уже вот так открыто не обсуждала тему своих влюбленностей в кого-либо. Да и некого обсуждать - ее долгой и последней влюбленностью была Костия, которую и обсуждать уже не хотелось. Лекса продолжала хранить смущенное молчание, глядя в окно. - Давай сменим тему, - онаа отмахнулась, переводя разговор. Шатенка даже для себя еще не поняла, как относится к доктору, так что рано было говорить об этом с кем-то посторонним. - Ок! – на удивление быстро согласилась Октавия. – Мы подъезжаем! Впереди действительно виднелся купол аквапарка. Это был современный центр, напичканный разного рода и вида водными горками, бассейнами, саунами, джакузи, спа и всем-всем. Девушки планировали зависнуть там на целый день. Так и вышло. Они потеряли счет времени внутри. Обойдя все взрослые аттракционы по разу, девушки вторглись на детскую территорию и успели обкатать горки и там, пока их не попросили вежливо покинуть зону, не подходящую им по возрасту. Для Лексы это было вопиющим нарушением правил, Октавия же лишь хохотала, помахав детишкам и подросткам на прощание рукой. Подушечки пальцев Лексы вспухли от постоянного нахождения в воде, вылетая с крутых горок, она наглоталась воды, хватив ее и ртом, и носом. Битый час она потратила на то, чтобы научить Октавию плавать кролем и держать глаза под водой открытыми. Под вечер она выглядела как наркоман – красные-красные белки, резь в глазах, уставшие мышцы, белые ногти и мокрые закудрявившиеся волосы. Ее челюсть также устала. От улыбки, которая не спадала, кажется, ни на минуту. Октавия была настоящим ребенком, дурачилась и заставляла Лексу дурачиться с ней, прыгать в бассейн бомбочками, катать друг друга на горбушке, брызгаясь, хохоча в полный голос. Лекса уже и забыла, что она человек-бессонница, госпитализированный и проходящий лечение. Она не помнила также и о том, что им вечером возвращаться обратно. Впервые за долгое время усталость была приятной и практически не замечалась. Окончательно выбившись из сил, девушки приняли душ и отправились в бар, находящийся здесь же на верхних этажах. Стоило заговорить о еде, как Лекса ощутила дикий голод, ее организм уже фактически ел сам себя изнутри, а желудок призывно урчал. Октавия также пускала слюни, разглядывая меню. Заказав, девушки откинулись в креслах, вытянувшись и впервые за день вздохнув расслабленно. - Оххх, - Октавия, вытянув руки вверх, сладко потягивалась, зажмурившись. - Дааа, - Лекса потерла уставшие глаза и лицо, разминая кожу у основания роста волос. По голове побежали мурашки. - Скажи мне, что у тебя тоже ноет все тело даже изнутриии…, - Октавия растягивала слова, говорить было лень. Лекса поймала себя на желании завалиться в мягкую кровать, уткнуться лицом в подушку и закрыть глаза. Черт, она бы, наверное, даже заснула. Она и раньше пыталась себя истязать до беспамятства, выкладываться в зале, чтобы потом вырубиться без сил. Но не выходило. Она ложилась, а глаза как назло распахивались обратно. Но сейчас она чувствовала, да что там, она знала, что смогла бы заснуть. Ее веки уже тяжелели. Лекса подумала, что набитый желудок еще больше усилит сонливость, и сегодня она сможет ночью дремануть. Эта мысль ее улыбнула. - Ммм, - Лекса согласно промычала. – Знаешь, мне кажется, я щас засну… Голова Октавии резко поднялась. - Может поехали? Перекусишь в машине и в кровать? - Не, все ок…Мне пока не хочется назад. Девушка напротив улыбнулась. - Долго тебе еще лежать? – Октавия откинулась обратно в кресло, прикрыв глаза и снова расслабившись. - Не знаю, Кларк говорила, что положат на неделю, но неделя уже прошла. Наверное, скоро выпустят. Лекса последовала примеру подруги. Она подперла висок ладошкой, медленно моргая. Вид Октавии напротив умиротворял. Ее большие глаза были закрыты, и ресницы бросали красивую тень на скулы. На губах блуждала легкая улыбка. В баре был приглушен свет, создающий атмосферу интимности. Образ девушки напротив заблистал новыми красками. Она не была во вкусе Лексы, однако. Слишком похожа внешне на нее саму. Шатенка, пухлые губы, тонкий нос. Лексе нравились противоположности. Все же отрицать естественную красоту своей новой знакомой Лекса не могла. Ей было приятно любоваться этой красотой. Осознавать, что такая девушка на нее обращает внимание, пусть и по-дружески. Октавия приоткрыла один глаз. - Любуешься моей неземной красотой? - ехидно проворковала она, улыбаясь одной половиной лица, и снова прикрывая глаз. Лекса улыбнулась сама себе. Она даже не стала отрицать, что действительно залюбовалась девушкой. - Костия была твоей большой любовью? – голос Октавии посерьезнел. - Наверное.. Только скорее моей единственной любовью. - Твоя первая? - Мммм.., - Лекса задумалась, раскладывая вопрос на полочки. Она была первая, кто всерьез ответил взаимностью Лексе. Первая, с кем они начали вместе жить. Первая, про кого Лекса подумала – «мы будем вместе всегда». – Да, можно и так сказать.. - Твои родители знали о ней? - Неа. Они не знают, что мне нравятся девушки. Октавия снова подняла голову, устремив на Лексу взгляд. Спокойный, раздумывающий взгляд. - Не считаешь нужным говорить? - Я хотела, когда мы были вместе с Костией. Я думала, что скажу, когда все станет серьезным. Все стало серьезным, но я все не могла решиться… Лекса отвела взгляд, разглаживая складки салфетки на коленях. Эта тема всегда цепляла ее. Она чувствовала себя слабой, трусихой. Анализируя причины того, почему так сложно было открыться родителям, Лекса укоряла себя по большей части. Обвиняла в том, что сама себя принять не может, что сама не гордиться собой, стыдиться своего выбора, стыдиться Костии. Эта мысль цепляла следующую – вину перед Костией за то, что публично не может признать отношения с ней, скрывает их под маской «дружбы». В общем, Лекса неслабо загружалась, начиная копать эту тему. Поэтому предпочитала просто прикрываться фразой «я еще не готова». Друзья были в курсе и им было все равно. Этого пока было достаточно. - Мне кажется, они знают это и сами. Просто не принимают эту мысль, не слыша твоего подтверждения. Ты независима от родителей. Ты живешь сама и обеспечиваешь себя сама. И если они не могут тебя принять такой, тебе будет намного проще и быстрее пережить это и двигаться дальше, чем ежедневно терзаться догадками. Лекса молчала. - Не знаю, конечно…Я не была и, наверное, не буду в такой ситуации. Это лишь мое мнение со стороны. - Угу. Невеселую тему прервал официант, подоспевший с едой и напитками. Девушки резво накинулись, наталкивая салаты и горячее за обе щеки и довольно жуя. Лекса смела свою порцию за 5 минут. Она всегда отличалась тем, что ела очень быстро. При этом она никуда не торопилась, просто обедала, просто быстро. Костию всегда это слегка раздражало. Она вечно говорила «Лекса, я не заберу у тебя твою тарелку, ешь нормально!» Вообще, оглядываясь назад, Кос часто поправляла Лексу, переделывала ее, подбивала под себя. Ее внешность, прическу, стиль одежды, манеры. В то время Лекса принимала это за заботу, сейчас за неудовлетворенность. Лекса была воспитанной девочкой, но у себя дома считала логичным вести себя, как ей хотелось. Она хотела иметь возможность поднять то, что упало на пол, и, не ловя на себе недовольных взглядов, съесть это. Хотела не мыть посуду сразу после еды, а просто лечь поваляться. Хотела иногда есть не за столом, а сидя в кровати или на диване. Хотела, в конце концов, есть с той скоростью, с которой ей удобно. Наверное, в этом и есть притирка друг к другу – привыкание к доселе чужому тебе человеку, воспитанному иначе и привыкшему жить не как ты. Лекса притерлась к Костии быстро, та же, похоже, так и не смогла. Сейчас, когда они друзья, все стало проще. Исчезли постоянные комментарии и поправки. «Теперь ей просто все равно» - так думала Лекса, злясь на Костию за это, а затем и на себя за свою реакцию. - Только не говори, что все еще любишь, - Октавия говорила с набитым ртом. Еще одна вещь, которую бывшая на дух не переносила. - Я.. Мне кажется, я не знаю, как это – не любить ее. Я делала это так долго, что разучилась по-другому. И вообще я верю, что те, кого мы ранее любили, всегда остаются в каком-то особом месте сердца. - Те, кто этого заслуживают, да, - голос Октавии сквозил недовольством. – В твоей ситуации я не думаю, что Костия из тех, кто должна остаться в близком кругу. Она не дает тебе двинуться дальше. Как якорь. Лекса моргнула, соглашаясь со словами. - Тебе нужен секс, - Октавия ткнула вилкой с куском курицы на ней в Лексу, вызвав у той неловкий смешок. Только не эта тема снова. – Да-да, я серьезно, - она заиграла бровями, подтверждая свои слова. - Это совсем не то, о чем мне сейчас стоит думать. - А о чем тебе сейчас стоит думать? - Как вылечиться…Как снова стать нормальной… - Лекса. Октавия дожевала и отставила тарелку, вкладывая в свою дальнейшую речь максимум уверенности и напора. - Ты нормальная. Ты отличная. И с тобой все в порядке. Тебе не нужны мозгоправы, чтобы выбраться из той ситуации, что сложилась. Бессонница, да, это болезнь, но ты можешь ее одолеть и сама. Ты достаточно сильна и способна для этого. Тебе нужно просто, наконец, начать думать о себе, начать ценить себя, начать любить себя. Ставить в первую очередь свои приоритеты. Ты… Блин, ты даже слишком хорошая. Очисти свое окружение. Убери тех из него, кто пытается тебя изменить, кто приносит негатив и заставляет тебя сомневаться в себе. Октавия положила свою руку поверх прохладной руки Лексы, сжимая ее. - Найди себе сексуальную блондинку и трахни ее, наконец! Октавия сверкнула широкой улыбкой, убив всю проникновенную силу предыдущих своих слов. Лекса, качая головой, выдернула руку из цепкой хватки шатенки. Несмотря на последнюю ремарку, слова девушки пробили ее оболочку и зароились в голове. Возможно ведь, она и права. - Ты под чары доктора Гриффин попадаешь? Лекса приподняла бровь. Вопрос звучал крайне неоднозначно. Октавия приподняла бровь в ответ, бросая Лексе вызов понять вопрос так, как она хочет и ответить на него. - Если ты говоришь о гипнозе, то меня предупредили, что завтра сеанс. - Легкие пути выбираешь, Граунд, - шатенка смерила Лексу ухмылкой, получив такую же в ответ. - Это ведь нормально, если она тебе нравится. Даже хорошо. Кларк – достойная девушка, - Октавия не унималась. - Ты все свою линию гнешь… Лекса допивала, чувствуя с каждой минутой усталость все сильнее. Ей уже даже языком лень было шевелить, хоть и хотелось еще потрепаться с подругой. - Еще бы…Я чувствую, что ты не договариваешь…Ну да ладно…Поехали? Дорога до больницы проходила менее оживленно. Девушки тихо подпевали под музыку из динамиков, впитывая и перерабатывая всю тяжесть в мышцах. На прощание Октавия заключила Лексу в тиски объятий, сжав ее до хруста костей. - Увидимся завтра! Спи крепко! Лекса лишь отсалютовала, уже не имея сил говорить и побрела в свою комнату, шаркая ногами по дороге. _________________ Лекса открыла глаза. В комнате темно и очень-очень тихо. Тело гудит, голова тоже. Она физически слышит этот гул. Закрывает глаза, соображая, что еще глубокая ночь и она просто проснулась, как обычно. С каждым последующим открытием глаз в комнате все светлее. Тело ноет сильнее, так как Лекса ни разу не сменила позу. Она лежит на спине, подоткнув руку под щеку и раскидав ноги в разные стороны. Тело наполовину прикрыто одеялом, и под резинкой шортов влажно. Лексе жарко, но шевелиться неохота. Она не хочет спугнуть дрему. Окончательно она открыла глаза около 9 утра. Разбитая, но скорее не от бессонницы, а от вчерашней активности. Вставая с кровати, Лекса в голос застонала. Мышцы забились. Впервые мысль о назначенном на сегодня очередном сеансе массажа вызвала у Лексы приятные ощущения. Умывшись, она влилась в свою больничную рутину, периодически поглядывая на часы и считая время до встречи с доктором Гриффин. Чем ближе к нему, тем сильнее Лекса волновалась. Много читая про гипноз, она знала, что наоборот должна быть максимально расслаблена и спокойна, но ее скорее волновала перспектива встречи с блондинкой, чем сам сеанс. Они не виделись несколько дней. Последним был разговор, больше похожий на медицинский опрос, рукопожатие и оставленный номер телефона, которым Лекса каждый день заставляла себя не пользоваться. Они в принципе виделись-то… - пересчитать по пальцам одной руки можно. За это время Лекса не успела ни свои ощущения сформировать в конкретные чувства, ни понять намерения Кларк. Она также переживала, что Кларк найдет и раскопает в ее подсознании что-то плохое, слишком личное. Что-то, что заставит блондинку взглянуть на Лексу другими глазами. Все мысли заставляли Лексу, сидя в приемной, ожидая, нервно подергивать ногой. Писклявый голос вернувшегося секретаря не добавлял спокойствия. Людей было немного, и Лекса, очевидно, была последней записанной. Она пришла на час раньше и наблюдала, за всеми с того же угла, где сидела в свой самый первый раз здесь. Казалось, это было так давно. К Лексе Кларк из кабинета вышла сама. Она будто знала, что та будет сидеть на «своем» месте, сразу бросила взгляд туда и улыбнулась. Кивком головы она пригласила Лексу следовать за собой и удалилась обратно в кабинет. Внутри было все также, хотя что могло измениться за неделю. Непривычно было только видеть Кларк в белом халате. И под ним не стандартный свитер с джинсами, а рубашку, заправленную в юбку-карандаш. Сексуально. Взгляд Лексы автоматически оглядел выступающие округлости Кларк, задержавшись на ее попе, пока блондинка не усадила ее в свое кресло, указав Лексе на место напротив себя. - Как твои дела? – голос доктора был спокоен и тих. Ей будто самой была некомфортна та официальная деловая обстановка и те роли, которые они вынуждены поддерживать. - Хорошо, - Лекса села на диван напротив, улыбаясь и продолжая оглядывать Кларк. Ее глаза просто не могли остановиться впитывать зрелище перед собой. Жаль, она сама сегодня выглядит как обычно. Ненакрашенная, еще и изрядно поношенная вчерашним днем. - Как у тебя? Лекса засомневалась, уместно ли обратиться к доктору на ты, но тут же себя успокоила. Они уже в рамках дружеского общения, не стоит переигрывать. - Нормально, - блондинка кивнула, дополнительно подтверждая свои слова. – Волнуешься? Это скорее было утверждение. Нога Лексы продолжала трястись в ускоренном темпе. Заметив это, она заставила ее остановиться. - Есть немного. - Давай тогда начну я. Расскажу тебе, чем мы сегодня займемся. Кларк заерзала на своем месте, усаживаясь удобнее. - Это то, что называется эриксоновским гипнозом. Он более современен и эффективен, так как основан на использовании гипнотического транса в сочетании с особым языком. Внушение происходит мягко, без насилия, отличается бережным и уважительным отношением к желаниям пациента. Твое внимание будет развернуто внутрь тебя самой, мой голос будет лишь направлять внимание. Я сначала сниму приобретенные тобой ограничения, а после помогу использовать жизненный опыт и умения, чтобы создать и перестроить тебя изнутри, на бессознательном уровне. Кларк сделала паузу, давай Лексе возможность понять и усвоить слова, задать возникшие вопросы. Вопросов, однако, не было. Лекса лишь кивала. Ей в общем-то были безразличны условия, на которых Кларк погрузит ее в транс. Она доверяла блондинке и могла в принципе пропустить это введение. - Бессознательное или подсознание - это та часть, которая управляет телесными функциями, от сердцебиения до дыхания, - Кларк продолжала читать мини-лекцию. - В подсознании хранятся все твои воспоминания, желания и фантазии, весь опыт накопленный за жизнь, начиная от младенчества и далее, все знания и навыки. Здесь обитает мудрость, творческое начало. Здесь живет способность к решению проблем. Но это также и область, где содержатся источники всех наших проблем, страхов и болезней. Суть в том, чтобы обратиться именно к этой части, запустить внутренние механизмы поиска решения задачи или проблемы. Лекса уже давно перестала слушать. Она наблюдала. Кларк говорила руками, и это было чертовски привлекательно. Ее руки, пальцы кружились в танце жестов, передавая мысли и чувства, успокаивая Лексу, вызывая желание быть приласканной этой рукой, ощутить ее в своих волосах или на своей спине. Лицо Кларк также активно шевелилось, брови ходили в такт эмоциям, нос морщился и забавно вздергивался, когда Кларк пыталась объяснить что-то сложное простым языком. Глаза то расширялись, то сужались, внимательно наблюдая за реакцией Лексы. Зачарованно шатенка следила за девушкой напротив, снова и снова признаваясь себе, как же она очаровательна. Кларк замолкла и разулыбалась, не в силах сдержать смущение от столь пристального взгляда. - Тебе совсем неинтересны подробности, да? - Неа, - Лекса улыбнулась в ответ. – Я тебе доверяю. - Это хорошо. Это главное. Тогда располагайся удобнее. Кларк махнула рукой, призывая Лексу лечь. Сама она пересела на другое кресло, ближе к шатенке. Была бы воля Кларк, она бы уселась рядом на диван, но это только помешает сеансу. Лекса легла и поерзала, находя удобную позицию. Она прикрыла глаза и глубоко вдохнула, сосредотачиваясь. - Все хорошо? Тебе удобно? Тепло? По оголенным рукам Лексы тут же проскочили мурашки, подняв маленькие волоски дыбом. Лекса ощущала этот момент особенно интимным. В конце концов Кларк проникнет внутрь нее. Не так, как ей бы хотелось, признаться честно. Но если рассудить, этот процесс скорее чувственнее и важнее, сокровеннее, чем близость физическая. Угукнув, Лекса дала понять, что готова начинать. - Давай тогда начнем с того, что ты физически поймешь и почувствуешь, как тебе удобно здесь, ка этом диване. И может быть сейчас, если ты захочешь, ты сосредоточишь внимание на своем дыхании. Процесс обычно происходит сам по себе, но ты можешь его контролировать. И, выдыхая каждый раз, расслабляться. Если где-то в теле у тебя осталось напряжение, то мысленным взором пробегаясь по телу, ты можешь отыскать те места в нем, в которых чувствуешь напряжение. И может быть вместе со следующим выдохом ты выдохнешь его во вне. И расслабишься. Лекса ожидала услышать что-то шаблонное, начать следить за движением маятника, ощутить власть Кларк, услышать ее тяжелый магнетический голос. Но Кларк была все также тиха и спокойна. Только речь стала более растянутой, плавной. Предложения рвались на части посередине большими паузами. Монолог блондинки стал похож на состав поезда, за которым ты наблюдаешь, который увлекает твое внимание и всю тебя за собой в круговорот, стирая все вокруг в единое пятно. Лекса ощущала, как веки налились тяжестью, а тело стало ватным, будто отсоединилось от головы. Вся Лекса, вся ее суть существовала теперь внутри ее черепной коробки, по спирали закручиваясь вокруг хриплого голоса извне. - Ты можешь почувствовать или понять, что вот таким образом ты можешь выдохнуть столько напряжения, сколько должно уйти от тебя. Уйти. Исчезнуть. Раствориться. Но при этом все, наверное, должно быть плавно и спокойно. И пока какая-то частица твоего разума может заниматься этим, как будто бы проходясь по телу, смотреть и оценивать, насколько легко и свободно твоему лицу, шее, рукам. Насколько спокойно твоему телу. Может быть твоя внутренняя мудрость захочет совершить путешествие. Путешествие в твои воспоминания. И может быть память может легко распахнуть свои двери, открывая тебе приятные страницы, приятные моменты того, что было. Может быть что-то приятное придет из детского времени. И может быть тогда, может быть тогда, ты сможешь погрузиться в эту беззаботную жизнь. и звуки вокруг тебя - это будут голоса близких, и шум семейных праздников, или тишина твоей комнаты, поскрипывание входной двери, шорохи домашних животных. Все это окружает тебя пока ты там, в той самой твоей комнате. Может быть ты скажешь, что ты видишь вокруг, кто рядом с тобой.. - Я стою…, - Лекса заговорила после небольшой паузы. Она говорила и тут же со стороны слышала голос. Чужой голос, не ее, но говорящий те же слова. – Стою… Вокруг никого нет. Точнее, я никого не вижу, но чувствую ее рядом. - Может быть ты знаешь, что она делает. Почему она рядом? - Она держит меня за запястье. Ее пальцы такие холодные. Я их чувствую, но не вижу ее. Хочу увидеть. Ведь может быть тогда, может тогда я смогу что-то изменить, исправить. - Но раз она рядом, наверное, она слышит, что ты хочешь сказать. И ты можешь сказать - Прости меня, - по щеке Лексы скатилась слезинка, а руки сжались в кулак. Вена на виске выступила голубой прожилкой. –Тебе всегда было мало того, что я могла дать, кем я могла быть. Ты поэтому ушла? Почему ты не сказала мне раньше.. Кларк понимала о ком речь. Лекса буквально рассыпалась перед ее глазами, хотелось сорваться, заключить ее в объятия, пробудить и сказать, что все позади, и больше ее никого никто вот так не оставит. Но ведь она доктор, да. Поэтому лишь крепче сжала челюсть. - Ты думаешь, что-то изменилось бы? Что изменилось бы, если бы я сказала? Кларк мутило от необходимости говорить от лица бывшей той девушки, что ей так отчаянно нравилась. Так надо, так надо, твердила она себе, силой сохраняя спокойный плавный тембр. - Не знаю, может быть у нас было бы больше времени. Ведь я могла бы измениться ради тебя. Как менялась раньше. Я бы сделала это, чтобы ты осталась. - А что было бы после? Ты бы разве не ушла сама? Разве бы мы не перестали быть тем, кто тогда впервые влюбились друг в друга. Мы ведь были бы уже не теми.. Кларк и не осознавала, как будет тяжело перебороть себя, свою эгоистичную сущность, корыстно желающую пока Лекса в трансе намеренно внушить ей отторжение, полное отрицание своей бывшей любови, и нарисовать заново в ее голове свой светлый образ, вызвать теплую привязанность к себе, к Кларк. Кларк была сама себе противна только лишь за то, что такая мысль в принципе проскочила в ее голове. Она не имела никакого права управлять мыслями и желаниями Лексы. Ее долг - только направить их в определенное русло. Дать Лексе, нет, дать пациенту самому найти решение. - Не знаю.. Наверное, ты права. Зачем тогда ты держишь меня так больно, Кос, так больно. Твои пальцы холодные. Они всегда были холодные, даже в самую жару. И ладони чуть влажные. Ты этого всегда смущалась, а мне было все равно. На лице Лексы скользнула ностальгическая улыбка. - Может быть ты попробуешь - только попробуешь - распецить пальцы сама. Если это то, чего ты хочешь.. - Я не хочу совсем тебя потерять. А что если, ты захочешь вернуться когда-нибудь. Что если захочешь вернуться, а меня не будет. И комнаты не будет. Может быть мне подождать еще? - Ты можешь ждать сколько хочешь.. Кларк буквально выпихнула эти слова из своего рта. - Но ведь ты не видела другие комнаты.. Тебя может ждать там что-то лучше, что-то важное. Может быть стоит пойти вперед. - Я боюсь. Боюсь, что если ты вернешься, меня не будет. Я пропущу этот момент и уже никогда тебя не увижу. Ты можешь пойти со мной дальше? Ты можешь держать меня также, я могу потерпеть еще. - Мы можем пойти вместе, но тогда ты постоянно будешь думать о моей руке на твоем запястье. Тебе будет больно. - Я боюсь ошибиться. - Может быть это не ошибка. Может быть это твой выбор. И может быть , что бы ты ни выбрала, ты будешь права. Но ведь если ты выберешь остаться, нНе будет ли эта комната единственной, в которой ты будешь до конца своей жизни. А если двинешься вперед, то откроешь много нового. Там ждут тебя, Лекса. Там безопасно - Там не тебя. - Там есть другие, кто не будет держать тебя так больно. Ты можешь просто попробовать. Просто заглянуть в другую комнату, если хочешь. - Там вода на полу.. - Какая она? - Прохладная. Я стою в ней, но мне не холодно. В этой комнате светлее, хотя все какое-то коричневое вокруг и большое. Откуда-то играет музыка. Да, тут лучше. - Как твоя рука? - Она все еще держит, не так сильно. Ее пальцы медленно сползают с запястья мне в руку, теперь их держу я. - Если захочешь, ты сможешь их отпустить. - Пока не хочу. Хочу посмотреть другие комнаты. - О, нет. В этой так чисто, а мои ноги мокрые. Я оставила следы, и они будут ругаться. Они так старались, чтобы все вокруг было как полагается, чисто и аккуратно. Что скажут люди, когда увидят мои мокрые следы на белом ковре. Черт, они опять будут недовольны. Лекса заводилась. Ее брови, хмурясь, сходили и расходились, дыхание участилось. - Тебя никто там не держит, Лекса. Ты можешь уйти в любом момент. - Черт, дверь пропала, ее нет, ее нет. Лекса крепко сжала руку в кулак, судя по всему, так она держит те самые призрачные пальцы Костии крепче. - Все в порядке, дверей очень много. Оглянись вокруг. Смотри внимательно. Может быть она прозрачная или без ручки. Смотри, Лекса. Ты найдешь выход, не торопись - Я не знаю, я не вижу. И пальцы, они выскальзывают.. Почему сейчас? Почему ты отпускаешь меня? Эта та причина? Та причина, по которой ты ушла? Ты злишься, что я не сделала тебя частью их? Что я тебя скрывала? Лекса судорожно хватала рукой воздух вокруг себя. - Нет! Где? Где? Ее голос кричал внутри ее головы, но со стороны слышался лишь тихий хрип. - Кос? Я не смогу найти выход отсюда без тебя… Кос.. Кларк решила вмешаться. - Лекса, посмотри по сторонам. Ты знаешь, где выход оттуда. Это твоя комната, ты уже была в ней. Вспомни. Выход есть. Тебе не обязательно идти. Посмотри на потолок, на пол. Выход – это не всегда дверь с ручкой. - Она ушла. Почему она ушла? Почему сейчас? Ведь я могла бы, я могла бы.. - Ты могла. И ты можешь. И сможешь. И сделаешь, когда захочешь, а не когда тебя заставят. Делай только так, как хочешь, Лекса. Думай о себе. Заботься о себе. Если тебе не нравится в этой комнате, уходи.. - Кажется, эта прозрачная стена… Да..Это была дверь…Но теперь я не знаю, где я. Тут темно. - Тебе не обязательно смотреть, чтобы понять, где ты. Что ты ощущаешь? Запах, Звуки.. - Какой-то гулкий стук…Тук-тук…тук-тук Лекса повторяла вслух то, что слышит. По меркам Кларк похоже было на имитацию сердцебиения. - Тук-тук… Гулко, где-то далеко.. - Ты чувствуешь запахи? Ощущаешь что-то руками, ногами? - Нет, вокруг меня ничего. Я боюсь идти вперед. Я ничего не вижу. Пахнет какой-то жвачкой и немного потом.. Мне нравится запах, он безопасный. - Может быть, если ты закроешь глаза, стоя в этой комнате, и глубоко вдохнешь, а потом выдохнешь, ты почувствуешь что-то еще - Нет, ничего..Только этот звук и запах..Он кому-то принадлежит, я знаю. Здесь, наверное, кто-то есть еще. - Возможно, тебе стоит остаться пока здесь.. Кларк глянула на часы. 60 минут для первого сеанса было более, чем достаточно. Говоря метафорами Лексы, они толком ни одной комнаты не успели исследовать за это время, но…Что ж поделать, не все сразу. Пора было выводить Лексу. - Если хочешь, ты можешь остаться. Ведь в этой комнате безопасно. И тебе нравится запах. Ты можешь думать об этом, когда тебе некомфортно, вспоминать, возвращать это ощущение. Запомни его. А пока комната вокруг тебя стирается, исчезает. Ты начинаешь видеть очертания своего тела, ощущаешь свои ноги, руки. Твои веки все легче и ты можешь их открыть, если хочешь. Ты медленно понимаешь, где ты. Ты расслаблена. Ты лежишь. И если ты устала, ты можешь немного вздремнуть. Глаза Лексы затрепыхались и раскрылись. Она исследовала потолок отсутствующим взглядом, а после перевела его на Кларк, повернув голову. Лекса все еще находилась в полудреме, полутрансе, и вряд ли трезво соображала. - Мы не торопимся. Мы можем быть здесь столько, сколько тебе нужно. Ты можешь поспать, пока я буду здесь. Кларк продолжала рвать предложения, говорить размеренно, усыпляя Лексу. Она позволила себе придвинуться ближе, сев у изголовья девушки. Еле касаясь пальцами, она стерла мокрые дорожки от слез на щеках и от пота на лбу, прошлась подушечкой пальца по выступившей вене, откинула со лба влажные прядки волос и зарылась рукой в волосы Лексы, почесывая ее. - Мы никуда не торопимся, Лекса. Ты можешь поспать.. Кларк повторила свои же слова, но уже с другим смыслом. Глаза Лексы оставались закрытыми, похоже, ее транс уже перетек в легкий сон, морщинки разгладились. Кларк высвободила аккуратно руку из волос Лексы и, облокотившись спиной о диван, уронила голову на колени. Этот сеанс и ее вымотал. Девушка, посапывающая за ее спиной, с каждым днем все больше и больше теряла статус пациента в глазах Кларк. Борьба доктора и человека возобновлялась каждый раз, как Кларк видела Лексу. До сих пор доктор выходил победителем. Возможно, стоило дать шанс человеку?