Дикий Запад

Проклятье, как же больно! Все тело ломит, а шея неприятно ноет. Все тело затекло, а руки и вовсе едва чувствую. Я пытаюсь пошевелить руками, но в итоге просто не могу, и не потому что их не чувствую, а потому что они связаны… С трудом распахиваю глаза. Первое, что я вижу — это горящие кругом факелы. Все мутно, и веки вновь закрываются. Пытаюсь повернуть голову в сторону, но это плохо получается, и голова просто падает на плечо. Открываю снова глаза и вижу черный лес в метрах двадцати, наверное. Снова закрываю глаза, потому что мне физически тяжело смотреть. Все тело болит, а голова раскалывается. Пытаюсь снова открыть глаза и понять, где я, но у меня не получается… Мое сознание снова отключилось… Слышу голоса сквозь сон. Открываю глаза, и уже не так больно, однако, дискомфорт чувствуется. И сразу же прищуриваюсь, когда лучи солнца стали меня ослеплять. Я наклоняю голову вбок, пытаясь увернуться от назойливых лучей, но опять же, у меня едва это получается. Ладно, к черту это. Я поморгала пару раз и стала медленно блуждать взглядом по территории и вообще оценивать ситуацию, и в конце-то концов понять, где я черт возьми… Я посмотрела вверх и увидела столб. Огромный, мать его, столб, к которому я и привязана. Проклятье! Опускаю взгляд вниз и вижу веревку, обтекающую мою талию и, судя по всему, привязывающую меня к этому столбу. Черт! Резко дергаю руками и еще раз убеждаюсь, что они связаны. Но ноги свободны, потому что я сижу на земле. Это хоть что-то. Не все потеряно. Ладно… Поворачиваю голову в одну сторону и вижу палатки. Много. Конусообразных. Кругом факелы и костры, и тут я с ужасом понимаю, где я… В индейском племени… Меня окатил неподдельный ужас. Я не знаю, что им нужно, и вообще, зачем они держат меня. Тысячи вопросов начинают заполнять мой мозг, и еще один всплыл резкой вспышкой… Где Лекса? Я вновь огляделась по сторонам и попыталась посмотреть назад, но я едва ли что-то увидела. Ее нет. Ни одного столба, схожего на мой, а значит, ее нет. Или быть может, ее связали и бросили в яму или на худой конец в клетку, сделанную из ветвей деревьев. Черт их знает. Но самой страшной мысли я не могла позволить крутиться в моей голове… Мысли о том, что ее могли убить… Но тут я понимаю, что это бред. Ее здесь нет. Значит, она просто ушла… Оставила меня. Возможно, пришла и, увидев, что меня нет, не стала искать или ждать… Забрала мои вещи и отправилась на поиски Дона одна. — Дьявол! — фыркаю я, дергая ногами. Я шумно выдохнула и откинула голову назад. Проклятье, я не знаю, что мне делать. Ни оружия, ничего. Все забрали, и я не знаю, как отсюда выбраться. Я чувствую, что проголодалась. Я без еды, наверное, сутки вторые. Если подумать, то меня похитили тем вечером. Значит, я всю ночь и до сих пор сижу здесь… Не знаю, сколько я так протяну… С каждым часом я все больше слабею. Я зла и мне, по правде говоря, страшно… Мне ничего не остается, кроме как наблюдать по сторонам. Вид особо не меняется. Передо мной вдали лес, по бокам палатки и сзади тоже. И естественно, сами индейцы. Маются своими делами и меня вовсе не замечают. Будто меня здесь и вовсе нет. Дети бегают по территории и играют у костра. Не знаю, чего мне ожидать… Может, они хотят заморить меня голодом и потом просто выбросить мое тело… А может… А что может? Я не вижу ни единой причины, держать меня, да еще и в живых… Я снова обреченно вздыхаю и пытаюсь направить свою злость и мысли в одно русло. Русло, чье имя Лекса! Чертова сучка! Бросила меня на распятье этим демонам чокнутым. Зря я ей доверилась. Таким как она, нельзя доверять. Черт, а чего я ожидала? Наше приключение длится от силы неделю. Я была наивна, раз понадеялась, что за это время, несмотря на наши стычки, связь могла окрепнуть и появиться доверие. Черт, я уверена, ей глубоко до фени, где я и что со мной. Жалею лишь о том, что так и не врезала ей за ее похотливый язык. Вот и доверяй после этого людям. — Я прикрою твой зад… — кривлю ее, фыркая себе под нос, — ага, как же… Твою мать… Снова вздыхаю и откидываю голову назад. С закрытыми глазами слышу, как дети бегают возле меня и вокруг. Вот же черти мелкие. Я открываю глаза и сверкаю в них злобным взором, отчего они нахмурились, и стали смотреть на меня. — Брысь отсюда! — фыркнула я. Они навряд ли поняли, что я сказала, но, судя по интонации, поняли, что я их прогоняю, и потому смылись, продолжая играть у костра. И я снова закрыла глаза, пытаясь погрузиться в сон… Снова открываю глаза и чувствую, как в желудке что-то неприятно скулит. Я так голодна и сил все меньше, и меньше. И только сейчас понимаю, что уже вечер. Посмотрела кругом. Костры едва дымятся, и на улице никого. Наверное полегли спать… — Ммм… — начинаю в ужасе мычать я, когда мой рот накрыла чья-то ладонь. Я начинаю дергаться и выворачиваться, но из-за того, что связана, это плохо получается. — Да заткнись ты! — слышу ее тихий голос возле уха, и мое сердце забилось еще сильнее. Она убирает руку с моего рта, когда убеждается, что я больше не сопротивляюсь. — Какого черта?! — тихо фыркаю я, поворачивая голову назад, чтобы увидеть ее. — Нужно вытащить тебя отсюда… — она тихо подползает ко мне вперед так, что теперь я вижу ее лицо напротив своего. — Ты пришла… — тихо шепчу, серьезно смотря в ее темные зеленые. Она оглядывается по сторонам, а после на меня. — Да, — отвечает так, будто это слишком очевидно, — ты думала, что я брошу тебя? — продолжает говорить. Тянется рукам к моей шее и убирает волосы вбок. — Что ты делаешь? — она что-то внимательно рассматривает на моей шее. — Ничего, — отчеканивает она, — нужно поторопиться… — она снова обходит меня и сзади начинает разрезать веревки. — Как ты нашла меня? — тихо спрашиваю, начиная потирать затекшие запястья. — Гений, нет времени болтать об этом. Нужно делать ноги. — фыркает в ответ, и я вздыхаю. Она права, нужно бежать, пока нас не заметили. Она помогает мне встать, придерживая за талию. И, признаться честно, я давно не испытывала такого. Не испытывала чувства защищенности рядом с кем-то. Почему-то рядом с ней я чувствую именно это. Ее теплые руки бережно держат меня за талию, а моя рука покоится на ее плече. Она молчит, а ее взгляд сосредоточен на одном. И я до сих пор не верю, что она спасла меня… — Стой! — начинаю, выскальзывая с ее хватки, и подбегая к небольшой кучке вещей. — Ты что делаешь?! — тихо ругается на меня, когда я начинаю рыться и забирать свои вещи. Она оглядывается по сторонам, убеждаясь, что нас никто не видит. — Нас прикончат одним махом, если заметят. Я убью тебя сама, когда мы выберемся. — продолжает бубнить и ругаться. Я, к тому времени, нахожу свой кольт и свою сумку. — Этот кольт — самое дорогое, что есть у меня… — начинаю тихо, подходя к ней. Я все еще пошатываюсь, и она тут же меня подхватывает, приобнимая крепче. Иногда я удивляюсь, как она меня еще не прикончила… — Больше так не делай… — только и ответила она, даже не смотря на меня. — Стоп, а где лошади? — вдруг меня окатила волна волнения. — Их здесь нет… — отвечает слегка грустным тоном. — Как это нет? — Тихо… — прерывает она меня, прикладывая указательный палец к свои губам. Она придерживает меня и тихо проводит меж палаток, но после мы услышали чей-то крик. — Проклятье! — рычу я, когда понимаю, что нас заметили. — Бежим! — бросает она, и мы срываемся с места. Я изредка оборачиваюсь назад, смотря как горизонт с племенем становится меньше и все чаще исчезает из виду, но вижу, как десяток человек бегут за нами. Вот же дьявол… — Не останавливайся! — прикрикивает она мне, продолжая бежать рядом со мной. Я лишь молчу. В моих глазах по-прежнему еще немного мутит. Небольшая слабость в ногах. Но я пытаюсь не сдаваться. Поскольку мы сбежали глубокой ночью, то, я уверена, что рассвет перед моими глазами это точно не галлюцинации. Точно, это рассвет. Я не знаю, сколько мы так бежим, но индейцы даже не останавливаются. Они достаточно далеко от нас, и все же их стрелы стали долетать… — Черт, они начинают стрелять… — кричу я ей. — Просто беги… — бросает мне в ответ. Багровые лучи только восходящего солнца начинают слепить глаза. У меня больше нет сил бежать. Я слишком слаба сейчас. Песок под моими ногами начинает вздыматься клубами дыма после каждого моего шага. Камни разлетаются в стороны… И я чувствую запах сырости. Слышу, как шумит вода. Это галлюцинации или… — Проклятье… — вздыхает она, когда мы резко остановились возле обрыва. Это не галлюцинации, мы у каньона горной реки… — Что будем делать? — запыхавшись, спрашиваю у нее. Бежать нам некуда. Если бежать вдоль каньона, то нас быстро достанут. Мы в тупике. — Только один вариант… — вздыхает она, смотря серьезно на меня. Я без лишних слов понимаю, какой. Это безумие чистой воды. Я сглатываю и смотрю вниз. Пропасть и в конце река с сильным течением. Смотрю назад, и вижу, как бегут они. Вижу, как летят стрелы… Смотрю на нее и вижу решимость. — Это безумие… — тихо говорю я, не отрывая своего взгляда от ее зеленых. Она серьезно смотрит в мои, а после протягивает мне руку. — Доверься мне… — тихо шепчет, и я без колебаний киваю. Она сжимает мою руку крепче, и еще мгновение посмотрев в мои глаза, отворачивается. Сделав несколько вздохов, мы прыгнули в пропасть. Мы сделали шаг… Я услышала свист мимо пролетающих стрел. Какие-то крики… Все было быстро… Я не успела подумать… Я стремительно быстро приближалась к реке. Она все еще держит меня за руку. Мгновение, и происходит удар об воду. И перед тем, как в мои легкие стала попадать вода, я почувствовала сильную боль в голове… а после я не чувствую ничего…