Школа ЙА и Мэри Сью

Мы с Мари шли на отработку. Вечерний Теримпадеронионор держал атмосферу тайны. В части школы, по которой мы сейчас шли, все было фиолетово, что тоже заключало в себе какую-то таинственность. В полутьме казалось, что портреты прежних сотрудников Теримпадеронионора двигаются, как в мифическом Хогвартсе, а ковры, недавно постираные, казались утренней травой — таким чудным средством их стирали. Мы прошли дверь второго уровня и свернули в подземелье. Подземелье светилось зеленоватым, глаза замурованых в лёд животных иногда загорались всеми оттенками красного. Второй раз на моей памяти мне стало жутко. Посреди всего этого мы увидели Фионорру. Она шла медленным спокойным шагом, ее длинное платье, фиолетовое, как форма первого уровня, шуршало по полу. — Что ты тут делаешь? — спросила Мари, оглядываясь по сторонам. Фионорра спокойно обернулась и сказала: — Рэйхам назначил отработку, — Фионорра продолжила идти, а мы уставились на нее, не понимая, за что ей, никогда не нарушающей правила, могли назначить отработку, — Подралась с Миллисентой, — объяснила она в ответ на наши вопросительные взгляды, будто почувствовав их спиной. Мари покачала головой, а я решила, что приличному человеку тоже надо иногда подраться. До кабинета обработок мы шли в полном молчании. Мы с Мари не хотели говорить, а О'Норра по природе своей была немногословна. Тихим шагом наша группа продвигалась к кабинету. Вот и его дверь. Я приоткрыла её и заглянула внутрь. Рэйхам стоял посреди кабинета в позе мага, воскрешающего мертвого, отставив одну ногу назад, вытянув руки вперед и подняв кисти кверху. При этом он произносил слова древнего или современного заклинания. — Со-о. Ейш до сром. До-с-со выйз ми те-е, — это было похоже на партелсанг, — Ньёрдайкен фор-р фи гу вай… Су, с вард нот, — в воздухе появился дух светловолосого кареглазого мужчины, одетого, как стрелок в Российской Империи*. — Кто это? — шепотом спросила я. Мне казалось, что этот дух нам точно ничего хорошего не принесет. — Стрелец, — ответила Фионорра, как обычно коротко и односложно, но многообъясняюще. Стрелец огляделся и спросил Рэйхама: — Все идет по плану? — Да. Скоро эта школа станет прибежищем ваших сторонников. Я лично прослежу за тем, чтобы никто нам не помешал. Заклинание полностью законно, нас не заподозрят, — добавил он, — Такого мага, как я, ни в чем не заподозрят. — Был бы ты не таким хвастливым, цены б тебе не было. Считай, что школа уже прибежище ЮА. Я видел одну, она сидела на подоконнике и писала слэш, а это уже смелое нарушение. Молодец девочка. — Я бы не стал так опрометчиво называть вещи своими именами, — сказал Рэйхам, — Это все же школа, а не секретный штаб. Тут даже у стен есть уши. Успокойтесь, это образное выражение. Я говорю о том, что это людное место, и нас, возможно, даже сейчас слышат. — Кто слышит? — Стрелец огляделся по сторонам. — Думаю, ничего серьезного. Самые страшные — пара-тройка учеников, вроде, а Сью и О'Норры. — Что вы стоите, как бараны, бегите! — шепотом крикнула Фионорра. Мы побежали со всех ног, оставив Рэйхама и Стрельца. Фионорра применила заклинание, и нас понесло в спальни. Все смешалось в бешеном круговороте — кристаллы, светящиеся зеленоватым светом, фиолетовые занавески на окнах, портреты учителей и директоров. Не прошло и минуты, как мы оказались в моей спальне. Я упала на кровать и сказала: — Надо доложить дону Джованни. А то школа станет школой ЮА вместе с их богомерзким слэшем. — У нас нет доказательств, — оборвала меня О'Норра. Сегодня я говорила больше, чем в обычные дни. Я иду… — тут голос Фионорры пропал. Жестами она показала сон и отправилась в свою спальню. Мы глазели на дверь, а потом стали обсуждать события сегоднешнего дня под шум разбушевавшегося под вечер ливня.