Переплетённые нити трёх жизней

Когда врач сказал, что у неё бесплодие, сердце девушки чуть не остановилось. Смириться с этой проблемой было трудно, а подруги, которые пытались как-то поддержать, делали ещё хуже. Если бы Марина не была сильной девушкой, то она наверняка не справилась бы, не смогла бы принять свою судьбу. Она не опустила руки, поняла, что жизнь на этом не заканчивается, и пошла к этому же врачу на консультацию. Оказалось, что ЭКО* — единственный рекомендованный врачом выход. Ну, Марина была и не против. Главное, чтобы она смогла забеременеть, а методы лечения её совершенно не интересовали. Девушка была на средине третьего десятка, она была незамужняя и несчастливая. Она не хотела выходить замуж и не хотела строить с кем-то отношения, а просто хотела родить и воспитать своего ребёнка. Собственно, за этим она и пришла к доктору. Через неделю после того, как девушка сделала все назначенные обследования и анализы, врач обрадовал Марину тем, что она полностью готова к искусственному оплодотворению. Спустя пять дней Марине сказали, что эмбрион прижился. Когда девушке было тридцать два, её сыну исполнилось пять лет. Если бы молодая мама не решила сыну на День рождения подарить первую поездку на море, то она дожила бы до тридцати трёх и, возможно, прожила намного дольше, а маленький Серёжа не остался бы сиротой. То, как прямо на их автобус, переполненный людьми, которые обсуждали между собой грядущий отдых, ехала фура — было последним, что видела Марина. Последним, что слышала — крики людей. Столкновение было неизбежным, потому что пьяный водитель фуры гнал с огромной скоростью, а водителя их автобуса захлестнула паника, и он не успел ничего предпринять. Фура откинула их транспорт на легковую машину, стоящую в крайнем правом ряду, и автобус вместе с этим автомобилем слетел с обрыва. Марина была уже мертва после самого столкновения, так как сидела у окна с той стороны, на которую пришёлся удар. Может, это и чудо, но её сын оставался жив даже после того, как они несколько раз перевернулись, и половина кричавших ранее людей замолчали навсегда. Ни один мимо проезжавший человек машине не остановился, чтобы помочь или вызвать «скорую». Наверное, Сережа бы тоже погиб, как и его мама, и водитель, и большая часть пассажиров, если бы не один человек, который проезжал по шоссе на своём автомобиле и увидел внизу легковую машину и автобус. Когда тёмно-синяя Бэнтли резко остановилась, из её салона выбежал молодой парень лет двадцати пяти и сразу же бросился в сторону помятого автобуса. Еле подобравшись к одному из выбитых окон, он заглянул внутрь, зацепившись щекой о кусок разбитого стекла, который торчал из рамы. Он тихо ругнулся и тут же закрыл рот, услышав измученный стон внутри салона. Парень не надеялся найти кого-нибудь в живых после такого, но ему повезло. Не раздумывая, он обошёл автобус вокруг и кое-как залез в него через теперь неровный и измятый вход. Повсюду пахло кровью, железом и гарью, но он старался об этом не думать. Стон повторился вновь, и это помогло ему найти живого пассажира. «Полуживого», — подумал тогда он — ноги мальчика прижало тяжелым креслом, и смотреть на эту картину было тяжело. Аккуратно, насколько это возможно в темноте, парень поднял чёртово кресло и откинул в сторону, одновременно думая над тем, как поднять мальчишку на руки, чтобы не навредить ещё больше. Его облило холодным потом, когда до слуха донеслась фраза: «Я не чувствую ног». В такой ситуации ужасно было подумать, что так поднять мальчика будет легче, но юноша успокоил себя тем, что он быстрее сможет отвезти его в больницу, где ему окажут нужную помощь и поставят на ноги. По крайней мере, он на это надеялся. Пятнадцать минут езды на огромной скорости — и они уже возле больницы. Их приняли сразу же. Мальчика положили на каталки и увезли в неизвестном направлении, а через минуту в ту же сторону помчались врач и несколько медсестёр. Одна из них вернулась к парню и сказала, что с порезом нужно что-то делать. Если бы она не сказала, то он, наверное, и не вспомнил об этом. Во внутреннем кармане курточки мальчика нашли блокнот, где были написаны номера всех ближайших родственников. Первыми и самыми главными номерами были номер мамы и какого-то дяди Антона. Только когда парень звонил «дяде Антону», он почувствовал, как сильно у него дрожит голос и трясутся руки. Не без труда объяснив Антону сложившуюся ситуацию, он положил трубку, услышав короткое: «Я приеду». Его голос не срывался, он был ровный и спокойный. Тогда парень даже позавидовал выдержке незнакомого ему человека, но вся эта зависть сразу же прошла, как только он увидел огромные глаза того самого Антона, наполненные слезами и паникой. Когда наутро врач сказал, что мальчик все ещё в тяжёлом состоянии, юноша решил, что приедет к нему через несколько дней, проведает, спросит о его самочувствии. Но когда он наконец-то приехал, то мальчика уже не было в больнице. Он получил серьёзную травму ног, и его вынуждены были направить в более квалифицированный медицинский центр в Германии. Больше парень не видел ни мальчика, ни Антона.