Маньяк для ведьмы

Почему-то на съемочной площадке всегда было холодно. Готовясь к очередному заданию, Виктория ожидала и то, что потом придется отпаивать себя горячим чаем и прятаться от посторонних глаз в забытом Богом кафе. Через несколько часов она возвращалась к жизни и приезжала в гостиницу, чтобы засесть в номере или собрать вещи для перелета в Питер. Домой удавалось вырваться все реже и реже. С каждым днем все сложнее было предугадать, когда продюсеры сообщат о выезде. Вот и сегодня о съемках ей стало известно час назад, удалось только взять сумку и приехать на другой конец Москвы. В ангар, где опять была минусовая температура. Оставалось радоваться, что с другими экстрасенсами она не пересекалась, хотя бы не тратила силы на защиту от внешнего темного воздействия. Из гримерки ее провели на площадку, следя за тем, чтобы женщина не запуталась в проводах и не рухнула на бетонный пол. - Здравствуйте, Виктория! – еще за пару метров поприветствовала ее Сотникова. Сдержанно кивнув, ведьма перевела взгляд на сидевшего за столом мужчину и застыла на месте. Сердце пару раз глухо стукнуло, и, прислушавшись к нему, Виктория шагнула в свет софитов. - Здравствуйте, Вера, - она сжала книгу и свечу, стремясь больше сил взять от этой защиты. Присела за стол и вновь посмотрела на наблюдающего за ней старого знакомого. Встреча недельной давности не прошла бесследно: она знала, что предстоит еще одна, правда, не ожидала, что все будет так быстро. - Познакомьтесь, Виктория… Это следователь по особо важным делам следственного управления Следственного комитета по Санкт-Петербургу… Игорь Воронцов… Виктория раскладывала магические принадлежности на столе и делала вид, что ей неважно то, что говорит Сотникова, но на самом деле вслушивалась в каждое слово. Знала, что и Воронцов не сводит с нее взгляда, но пока не спешила встречаться с ним глазами. Он еще в Питере заинтересовал ее. За помощью к экстрасенсам обращаются бизнесмены, которые от скуки захотели привлечь удачу, неуравновешенные влюбленные парни, а также отчаявшиеся отцы погибших детей. Еще с порога она ощутила, что навязанный на ее голову мужчина был исключением из правил. Испытавший столько, что хватило бы на несколько жизней, Воронцов сознательно отгораживался от людей. Не имел близких друзей, сторонился привязанностей и проводил почти все время на работе. Все это легко читалось по его усталому лицу с нитью морщин, дневной щетиной. Он не был старым человеком, но в его темных волосах отчетливо пробивалась седина, и эти белесые нити лучше карт говорили о том, что он пережил. - Виктория, в этом конверте фотография. Нам хотелось бы, что бы вы о ней рассказали… - Вера пододвинула к ней конверт, напомнив о том, что случилось в Питере. Суетливо Райдос посмотрела на молчаливого Воронцова и отметила, насколько пронзительны его карие глаза. Почти как у нее. Хотя у него не было паранормальных сил, но такая мощь исходила от этого человека, что было сложно что-то считывать. Пока он не захочет открыться. - Я попробую, - сглотнув, Виктория накрыла ладонями конверт и ощутила знакомую энергетику. Зажмурилась и содрогнулась, - смерть… Девушка мертва, причем уже давно. Где-то год, полтора года… Я могу вызвать ее, узнать лично, что произошло… Занимаясь спичками, Райдос украдкой смотрела на Воронцова, и каждый раз натыкалась на его прищуренные глаза. Уловила небрежность в его одежде, подсознательно отгадала, что мужчина одинок и поймала себя на желании вернуть первое видение, связанное с ним. К счастью, зажгла свечу и отвлеклась на книгу мертвых. Этот мир был невидим. Осязаем лишь избранными и такой знакомый, что Виктория уже давно не боялась его. Он стал ей ближе, чем реальный, был спокойный и дающий сил. Но она помнила, что за все придется платить и старалась не нарушать баланса, чтобы не пришлось откупаться. - Она здесь, - женщина всматривалась в очертания границ, четко видела силуэт и вскоре различила то, что хотела. – Хорошенькая, глаза голубые, ясные… Волосы кудрявые… Были вообще-то длинные, но потом стали короче… Не понимаю, - похолодела внутри себя Вика. – Неразборчиво что-то говорит… Показывает мне здание какое-то. Серое… Когда дождь идет, разводы на нем… И большие окна. Над входом то ли львы, то ли грифоны… Старое здание… И музыка… музыка… Классическая… Эстрадная… Много музыки… Улыбается она, - у Виктории тоже дрогнули губы. – Любила музыку, с ней просто родилась… С детства пела что ли… Да, много пела… Маму показывает мне, очень похожи они. Делает так… - женщина постучала в воздухе пальцами и догадалась, - пианистка. Мама у нее на пианино играет. И ее научила… Но не вижу, чтобы она много играла. Нет… - Что еще, Виктория? Что это за здание? – была очарована, как всегда, Сотникова. Был в ней нездоровый интерес к таким историям, но впрочем, у многих он был – то, что неподвластно нам, больше всего и влечет. - Много она там времени проводила… В тот день тоже туда шла… через парк… Заброшенный… Показывает мне его… Наш? Да, питерский… Но не знаю его… на окраине, видимо… - Виктория взглянула в книгу, на страницы которой капал воск, обмакнула в него пальцы и почувствовала жжение. – Тепло было… Опаздывала, спешила… На метро спешила. Он подошел сзади… Не видела его… За волосы схватил, - рывок Виктория ощутила явственно, болезненная гримаса исказила ее лицо. – От страха даже не закричала… Ударил о камень. Больно… Губы прикусила,- Виктория сглотнула ком тошноты в горле. И не ела ведь ничего, но вся желчь стояла у корня языка. – Плохо вижу… камни, деревья… Тащил ее долго… Потом… - она знала, что показывает ей девочка, начинала погружаться в это и затряслась от внутренней боли. Силой воли прогнала от себя эти отвратительные картинки. – Зверь… Ублюдок… - Виктория вынырнула на резкий звук и поняла, что Воронцов зацарапал по столу. Увидела, как застыло лицо у мужчины, насколько сильно он хочет мщения. – Не нашли ее. Там и лежит. Родители не верят, а она к ним приходят… Собака ее видит… И… - Виктория отпрянула в сторону и ошарашено примолкла. – Еще пришли, - выдавила она из себя. - Кто пришел? Виктория? - Пять… семь… Больше десяти их, - оцепенев, считала Райдос. – Все… Он их всех убил… Зверь… Не нашли… Нет, больше трех нашли. Остальные в лесах… Я… - мертвые высасывали силы, и Виктории становилось трудно дышать. - Виктория, вы можете еще что-то… - Простите, не могу… Мне нехорошо что-то, - грузом сваливались на нее картинки, все давило, сжимало в тисках, захотелось вырваться из этого места. Рассказ Сотниковой о пропавшей студентке музыкального училища она выслушала, как в тумане. Собирала свои вещи и не реагировала на дальнейшие вопросы. - Игорь, расскажите… - встрепенувшись, Вера дернула его за рукав кофты. - Многое верно… С 2006 года в пригороде Питера найдено пять трупов молодых девушек… в возрасте 18-25 лет. Изнасилованы, задушены… Многие были обезображены. Эта девушка тоже пропала… Но ее не нашли… - отстраненно и слишком бесцветно говорил Воронцов. Что он испытывает, Райдос ощущала с помощью своих сил, но он стоял за такой стеной, что ничего не помогало до конца понять его. Уставившись прямо на него, Виктория увидела полыхающее пламя в черных глазах. - Не надо вам заниматься этим… - Виктория, что это значит? Вы его видите? – от испуга приоткрыла рот Сотникова. Она не разбиралась в безмолвной беседе Райдос и Воронцова, ждала жареных фактов, которые помогут при монтаже сделать красивый и эффектный видеоряд. Понимая это, Виктория каждый раз боролась с желанием убраться из шоу и перестать на виду помогать людям. Они же и вынуждали оставаться и раз за разом проходить испытания. - Опишите его, - расцепил стиснутые зубы Игорь. Виктория вновь ощутила колебание стены, которая надавила на нее и едва не снесла, но полученный опыт в общении с потусторонним миром помог ей выстоять, лишь сделать назад шаг. - Я пойду. Где здесь туалет? – замотала она головой. - Виктория, вам сюда… - ассистентка пригласила ее на интервью, но Райдос, не оглядываясь, отправилась по указанному направлению. Скрывшись в уборной, она отставила сумку и бросилась в кабинку. Если можно было бы, женщина вывернулась бы наизнанку. Но это бы не помогло, ничего бы не спасло от проклятого дара и того, что он давал. - О, черт… - от воды легче не стало. Смотря на себя в зеркало, Виктория пробормотала, - соберись. Так же нельзя. Ну же… - рявкнула она и шлепнула себя по щеке, потом по другой. Оперлась о раковину, и согнулась. – Немножко еще… Чуть-чуть… - заметила проводок и выругалась. Нервно потянула микрофон на себя, дернула и выхватила из-за пояса батарею от него и быстро отключила. Оставалось надеяться, что съемочная группа не вставит в эфир все записанные звуки. – Черт… Ей потребовалось еще полчаса, чтобы хотя бы немного смыть с себя остатки того ужаса, который накрыл ее в другом помещении. Когда нить, связывающая ее с загробным миром, ослабла, Виктория посчитала, что набралась сил и вышла из туалета. – Какого… - натолкнувшись на рослого мужчину, она отшатнулась и злобно посмотрела на Воронцова. – Зачем ты здесь? - Я же сказал, что сеанс не окончен… Ты его видела? - Кого? – опустила она голову. - Ублюдка этого… Зверя! Он рядом? – Воронцов перекрывал ей путь к побегу, но Викторию это не останавливало. - Я никого не видела. Я все сказала, - Райдос попробовала протиснуться в зазор между мужским плечом и стеной, но Игорь перехватил ее за руки, от чего Виктория пришла в бешенство, – Не трогай… - У тебя руки холодные, - озабоченный голос Воронцова поразил, и Виктория перестала бороться, увлеченная тем, как мужчина растирает ее ладони. В ступоре она глядела на поглаживания крупными пальцами и ощущала, как тепло растекается под кожей. Это умиротворение было губительным. - Не надо тебе этим заниматься, - вдруг вырвалось у нее. Райдос подняла голову и обнаружила, что слишком сблизилась с этим здоровяком. – Ты хоть понимаешь, что можешь пострадать? Если не прекратишь? Уже все потерял, силы отдал… Семью… - перед глазами промелькнула темноволосая головка, - дочь… - он крепче сжал ее руки, и Виктории стало труднее игнорировать это прикосновение, - Ты ничего не получишь взамен. Остановись… - Ты его видишь? – мужчина явно старался считать ответ, но он не был экстрасенсом, все это было ему неподвластно. - Ты дурак? – сгримасничала Райдос. – Дурак… Говорю тебе, оставь все… И… - а вот она прекрасно все видела и понимала, что он не сдастся, - Ну тогда мне тебя жаль. Болван… - Игорь! Мы ждем вас… - позади раздался звонкий голосок ассистентки. Мысленно повторив оскорбление, Райдос юркнула и промчалась мимо удивленной девушки. А вот Игорь еще с минуту переваривал то, что услышал. Даже когда он вернулся на площадку и сел за стол, он все еще был далеко. - Вы весь в этом… От громкого голоса с акцентом Воронцом очнулся и обнаружил перед собой девушку с рыжей копной на голове. Жутко подведенные глаза хищно смотрели на него, хотя сама незнакомка обнюхивала, как собака, конверт с фотографией. - Безумны… Полностью в этом… - отдельно проговаривала каждое слово девушка. Внезапно она опустила руку с письмом и вдруг усмехнулась, - ваша жизнь изменится… Если бы Воронцов был весельчаком, он бы рассмеялся. Хотя он не помнил, когда в последний раз хохотал. Подумав об этом с грустью, Игорь отметил, что такой набор фраз должен быть в запасе у каждой гадалки. Странно, что Райдос не говорит так. Этим она видимо и увлекла его. - Женщину рядом с вами вижу… - Мэрилин, мы чуть-чуть ушли в сторону. Надо говорить о конверте… - А он мне интересен, - была откровенна участница шоу. – Эта ваша идея фикс… Найти… Как охотник… Вот ищете и ищете его… Все забыли, потеряли все. Все ищете… Вот… Даже не спите ночами. Нельзя так… - А можно ближе к делу? – старался не удивляться сказанному Игорь. То, что он не высыпается, можно легко понять по кругам под глазами. Сон давно стал мешать Воронцову, будь его воля – вычеркнул бы эту обязанность из своей жизни. - Девушки мертвые за вами стоят… И много их… Но вы лично с ними не знакомы… Это все жертвы… Все, - кажется, сама не верила в это девушка. – И здесь одна из них, - она наконец взяла конверт. - Что вы видите? Приготовившись к рассказу, Игорь пообещал, что отблагодарит потом друга за бредовую идею, с которой он носился последние месяцы. Оказалось, что прийти на прием к экстрасенсам не так уж и глупо.

***

Это была бесполезная, двадцатая по счету, чашка кофе. Черный, без сахара, настолько крепкий, что горечь еще долго сглатывалась. И почему-то Воронцов знал, кто еще предпочитает такой напиток. Выдержав последние дубли, он ушел в главный павильон и очень быстро заметил самое тусклое место. Там и притаилась с кружкой в руках Виктория. Приблизившись к женщине, которая расположилась на диване, он понял, что она давно следит за его передвижениями. - Можно? – он сел в другой угол и оглядел заполненное помещение. От смешка скосил взгляд. - Ты не тот человек, который спрашивает разрешение… - ответила на его безмолвный вопрос Райдос, которая тоже якобы была поглощена наблюдениями за снующими людьми. - Что ты еще видишь? Обо мне? – сел вполоборота Игорь. Так ему было лучше видно, как женщина держит осанку. Интересно, она вообще расслабляется? - А разве тебе не рассказали все, что ты хотел? Ты же для этого пришел сюда? Или для чего? – сделала она глоток. - О да, рассказали немало… Особенно про моих троих детей… и погибшую при исполнении обязанностей жену… - усмехнулся Игорь. Он откинулся назад и ощутил, как ноют напряженные мышцы. - Ты разведен. У тебя один ребенок. Дочь. Лет десяти… На тебя похожа… Любишь ее… - суховато рассказывала Райдос. - Кто же не любит детей? – можно было предположить, что ведьма погуглила про него в интернете, но вряд ли на сайте управления вывешивали данные о его разводе. Да и доверял ей Воронцов. - У мужчин обычно другая любовь к детям. У них на первом месте любовь к женщине, она первостепенна. У тебя наоборот. - Видимо, не встретил такую женщину, - Игорь изменил себе – он любил потягивать кофе, а тут сгоряча в один глоток осушил его. Обожженное горло сразу же отрезвило, мужчина подавил кашель и уставился в противоположную стену. - Почему ты одержим этой девушкой? Этой историей? Принимаешь слишком близко это, - вдруг у нее дрогнул голос. Они вдвоем увидели, как в стороне на них посматривает Мэрилин. Девушка, поймав взгляды, вдруг прищурилась и демонстративно отвернулась. - Я два года веду это дело. Раньше дела были у разных следователей, пока мы не поняли, что все дела рук одного человека. И пропажа этой девушки… Я связал ее с этим… По моим подсчетам он убил 12 девочек. Изнасиловал и убил… - Ты далеко от него… Даже не видел его… А он приходит на места… Я… - Почему ты замолкаешь? Начинаешь говорить и все? – сжал в руке чашку Воронцов. Еще немного и от закрытых эмоций он бы раздавил хрупкий фарфор. - Потому что я вижу отрывками. Это не телевизор, когда настроился на канал и смотришь программу. Мой телевизор включается, когда захочет. Может, в Питере, в родном городе я увижу больше. Может, даже скажу, где точнее искать девочку… Почему именно она? - Полтора года не было пропаж и убийств… Как будто на дно лег. Юля стала последней… И с каждым днем я будто слышу, как часы удары отбивают… Еще немного и будет новая жертва. Я чувствую это, - таким Игорь ни с кем не делился, а с ней захотелось выговориться. Сам от себя не ожидал такого и сидел огорошенный. - Ты не экстрасенс, - отрезала Виктория. - Я – следователь… и неплохой следователь… - подался он к ней и замер от чуть уловимого травянистого запаха. То ли шампунь, то ли крем… Обнаружив его заминку, Райдос повернула голову. - Я знаю. За тобой стоят не только эти девушки. Еще… дети, старики, женщины… Все дела, которые ты вел… Души, которые не нашли покоя. Погибли насильственной смертью и ждут отмщения. Как ты спишь по ночам? – прошептала чуть слышно она. - А я не сплю? Зачем? – хмыкнул он. - Ну, может, чтобы самому успокоиться? И не сходить с ума. Если он захочет, он снова убьет… И ты ничего не сделаешь… - была категорична она, что явно не понравилось Воронцову. - Еще посмотрим. И ты мне можешь помочь, - констатировал он факт. - А ты не говори за меня, Воронцов… - она знала, как к нему обращаются, и уже давно отбросила эти знаки приличия. Как-то легко они вступили в контакт и условности в виде «говорить на Вы» отпали и не стояли между ними. – Ты не можешь знать, что будет впереди. - Но ты ведь можешь?! – прожигал он ее взглядом. - Могу… Вопрос только в том – захочу ли я, - поднялась Райдос. Воронцов остался сидеть на месте и, не шелохнувшись, проводил ее. Было ощущение, что его покидает какая-то энергия, за которой хочется тянуться и прикасаться. Ведьма. С трудом переборов себя, он опять откинулся назад и вздрогнул от хруста. Чашку Воронцов все же раздавил.