Пилот (рабочее)

      Неделю спустя.       — Вот ты и дома, — тихо сказал я, наблюдая за тем, как уже полупустая и разобранная яхта подходит к причалу в Токио.       После нескольких дней размышлений на тему: «куда и как приткнуть девушек», я пришел к выводу, что лучше тира придумать ничего нельзя будет, но так как в Японии за последних два десятилетия в оружейном законодательстве особых изменений не произошло, за исключением поправок на пилотов НД, на чем я и собираюсь сыграть. Но, достаточно хорошо знакомых людей, имеющих подобные предприятия во владении, я, увы, не имею, потому придется организовать собственное дело. Благо, шестнадцать лет мне уже есть, точнее, будет через несколько дней, а значит и ограниченная самостоятельность. А сестра точно не будет мне мешать, потому её, самостоятельность, со всей ответственностью можно назвать полной.       К чему я все это сказал? Все просто (и немного сложно, если вникать в детали). Имя мне уже сделали, спасибо «Директрисе и Ко», а значит кредит под «нулевой» процент (за рекламу, понятное дело) для своего тира получить не составит труда, да и коммерческая успешность, по крайне мере первое время тиру обеспечена, благодаря моему распиаренному имени. Оформить этот же тир на себя и лицензию для него тоже, благо, «некто» мне довольно серьезно задолжал. Третье, и главное во всей ситуации, — это доступ к огнестрельному вооружению с официальной лицензией даруемый статусом пилота (правительство закрыло глаза и выдало лицензии, уж лучше пусть пилот использует личное табельное оружие, чем выстрелит из куда более тяжелого оружия НД), а значит, юридически я имею право работать с оружием.       Итого, я получу место где «Черный кролик» будет чувствовать себя в своей стихии, смогут тренироваться по крайней мере с личным стрелковым вооружением, а если повезет, то и с НД. Единственное, нужно будет найти несколько работников с лицензией, чтобы пятерка вроде как совершеннолетних «лоли» (согласно документам, благо, в низкорослой Японии это не слишком сильно бросается в глаза, но все же) смогла спокойно там работать. Потому, пришлось идти на поклон к Чифую, которая пообещала посодействовать в моих поисках.       Еще после некоторых размышлений, я решил, что брошенная «яхта» «Черного кролика» вызовет слишком много вопросов, потому я её (яхту) арендую, единственное, на время оформления всех документов и прохождения таможни пришлось снять все «подозрительное» оборудование для обслуживания НД (Чифую обещала позже его завезти, похоже, это и в её интересах), все равно позже его нужно было перенести в будущий тир, а судно после небольшого ремонта и модернизации сдать в прокат (деньги, а уж тем более оборудование, не должно стоять).       — Заскучал по родным местам? — спросила тень возле рубки.       — Скорее просто устал, господин Тень, — ответил я, — а где еще можно отдохнуть, как не дома.       Сейчас был поздний вечер, город на горизонте уже покрылся ночными огнями, как и лампы ходовых огней, создавших под рубкой тень в которой прятался мой собеседник.       — Боюсь, у нас кардинально противоположные обстоятельства… отдыха, — ехидно сказал собеседник, — и даже крышка гроба не гарантирует отдых. Впрочем, ты уже сам в этом убедился.       Хм, ко мне в гости решил зайти коллега по «цеху»? Похоже на то.       — Надежда умирает последней, — ответил я, оборачиваясь.       Все же у Табанэ и Ко должна быть совесть… Я в это верю.       — Ну-ну, — сказал он, как бы соболезнуя мне, — я чего зашел: тут наши заокеанские друзья проводят не слишком безопасные испытания ИИ. Будь осторожен. — И с тихим шуршанием исчез в неизвестном направлении. Понял я это еще до того, как обернулся. Хм, шестое чувство проснулось? Потом об этом подумаю.       Обернувшись, я увидел на том месте, откуда со мной говорил неизвестный, пустое место. Выбежавшая, спустя тридцать секунд, пятерка девушек, вооруженная MP5, ничего сделать не успела, да и не могла, судя по всему.       — Отбой, — обратился я к Клариссе, — а вас, фрау Бодевиг, я попрошу остаться.       Не смог я не вспомнить крылатую фразу, из, сейчас кажущемся таким далеким, прошлого. Забавно было другое, судя по реакции немки, эта фраза ей была знакома. Интересно… Кто-то из ГДР приложил руку к её обучению?       — Слушаю вас, герр Майор, — отчиталась она как обычно, безмерно официально.       — Чтобы ты себе там не надумала, знай: я за тебя, и я обеспечу тебе соответствующие поведению условия жизни. Понятно? — попытался я её в последний раз вразумить, ибо терпеть на берегу «капризы» я не хочу и не буду.       — Так точно, гер Майор! — отчиталась она.       — Свободна.       Днем позже, Токио.       Входя в пафосный пятизвёздочный отель, находящийся на побережье бухты Токио, я размышлял над тем, нужно ли все это мне. Найти тихий остров в ЮВА, построить свой домик и не отсвечивать? А учтя сделанное мне имя, прятаться еще где-то, кроме ЮВА (там всем просто все равно) и, пожалуй, заполярного круга, бесполезно…       Одет я в деловой костюм, стилизованный под парадную флотскую форму, купленную за немереное количество денег. Прошел салон, где меня привели в… представительское состояние за еще один костюм в финансовом эквиваленте и после кратко ликбеза на тему этикета от Чифую, отправили в гости к директрисе, для которой у меня есть специальный блокнотик, в котором я записал все, что думаю о директрисе… расслабляет. Девушка на ресепшене вежливо поприветствовала меня с полупоклоном и, узнав цель моего визита, сопроводила к лифту, который отправил меня прямо в один из «президентских номеров».       С другой стороны, тут у меня есть все, что нужно для жизни:       Деньги — не слишком много, последний раз в Лас-Вегасе, мы спустили миллиона три, которые я откладывал (не спрашивайте на что), но достаточно, чтобы содержать собственный НД, о том, как обеспечить «Черный Кролик» я предпочитаю сейчас не задумываться… а это еще нужно сделать относительно незаметно, по крайне мере так, чтобы не слишком сильно выделяться.       Семья — подумать только, но Чифую действительно стала мне семьей и Сестрой, да-да, с большой буквы, даже несмотря на последние… события, которые у недальновидного человека могли бы подорвать доверие. Увы, я прекрасно понимаю, что «Мужчина пилот — борец с киднеппингом»™, особенно в свете информации от Табанэ спокойно жить сам не смог бы, постоянно отражая если не попытки сманить на свою сторону, то попытки устранить, чтобы конкурентам не достался. Слишком уж в оружейном бизнесе суровые нравы, о которых я знаю не понаслышке. Собственно говоря, на одном из таких грузов в прошлой жизни я и погорел… буквально. Но это совсем другая история.       ЖенщиныДевушки — пожалуй, самый спорный пункт, раньше я как-то в них не нуждался, а они во мне, что закономерно. Встретиться один-два раза с понравившейся представительницей противоположного пола к взаимному удовольствию во время отпуска было нормой. Это можно считать просто еще одним способом отдыха, а не нужды в семье. Да и сейчас, если подумать, особой нужды не испытываю. Конечно, подростковое либидо давит на мозги, но благо, квартал «Красных Фонарей» есть практически в любом городе, а одна не в меру «умная» блондинка даже не против мне помочь сэкономить время, что ей зачтется… но все это потом. Да и похоже «недокументированные» особенности организма благоприятно влияют на трезвость мышления.       Скоростной лифт, наконец, поднял меня на нужный этаж высотки и услужливо открыл передо мной двери, предоставляя мне зрелище огромного, открытого холла в европейском стиле, с панорамным окном, с видом на бухту Токио, в которой сейчас, несмотря на то, что Солнце уже зашло, кипела жизнь. Множество судов, самых разных размеров, сверкая ходовыми огнями, пересекали бухту в разных направлениях.       — Доброго вечера, Мори-доно, — поприветствовал я женщину поклоном уважения, как человек ниже рангом, но не подчиняющийся ей, дополнив соответствующим, прозрачно намекая на то, что в зависимости от результатов разговора будет понятно, останусь я в Академии или нет.       Вообще, я ни разу не политик, но за мою веселую жизнь пришлось провести много… «деловых» разговоров с самыми интересными людьми, особенно под конец карьеры, когда я обзавелся собственным большегрузным летательным транспортом. Правда, если не считать опыта в армии, то с такого ранга людьми, как директриса, можно сказать «гражданских» переговоров у меня не было и что ожидать от этих переговоров, я себе не совсем представляю, так как в каждом… «случае» они обычно отличаются как небо и земля.       Женщина, как и положено, встретила меня у входа. Одета была к моему, не скрываемому удивлению, в кимоно, поправка, в классическое, правильно завязанное женское кимоно, разукрашенное в фиолетовый цвет с тюльпанами. Благо, хоть не в гета, а в относительно простеньких сандаликах (скорее всего, за баснословные деньги, хотя не эксперт, точно не скажу).       Сама директриса выглядела как японка от двадцати до пятидесяти лет, длинные, черные, шёлковые волосы за спиной черной волной следовали с каждым её движением, карие глаза внимательно и как-то оценивающе меня рассматривали, тонкие черты на овальном личике смотрелись… невинно.       — Доброго, Оримура-сан, — улыбнулась она, поприветствовав ответным поклоном старшего к младшему. — Прошу, проходите, — указала она жестом радушной хозяйки в направлении нескольких кресел с видом на город.       — Отличный вид, — начал я диалог, после того, как мы присели за «стол переговоров» — стеклянный журнальный столик с прохладительными напитками.       Что интересно, наблюдать за семенящей директрисой (а в правильно одетом и завязанном кимоно идти иначе просто невозможно) было довольно забавно, вот только цель этого представления с каждым шажочком от меня все больше уплывала.       — Действительно, — согласилась женщина, — как ваша морская прогулка?       — Увлекательно, — ответил я, не скрывая своего неудовольствия, — даже слишком… «увлекательно».       — Да? А мне казалось, что вам понравилось, — как бы, ни к кому не обращаясь, сказала она. — Пираты, похищения, спасение лучших друзей — самый классический сюжет манги или комикса.       Плясать под твой сценарий? Нет, спасибо. Мне хватило и первой главы этого увлекательного произведения.       — Хех… только слишком сильно этот «комикс» пропах оружейной смазкой и кровью все тех же «друзей». Я не герой и не стану им только потому, что это кому-то нужно или выгодно. Не нужно ставить перед скромным солдатом задачи, к которым его не готовили.       Почти прямым текстом обозначил я свою позицию. Не хватало только стать «знаменем» очередной «революции».       — Да?! — со странными интонациями не то спросила, не то утвердила Миюки Мори — директриса «Небесной Академии». — Но солдаты разными бывают, а образование дело наживное и поправимое.       — Разными, — согласился я. — Только нескромные долго не… служат, а учиться на собственных ошибках фатально опасно.       Да и не живут… учтя обстоятельства, то для таких «солдат общественного фронта» «служба» и «жизнь» слова — синонимы. Если на то пошло, Табанэ может найти себе другого пилота, я не тешу себя иллюзиями на счет своей уникальности. Чифую достать довольно сложно, а трогать Хоки себе дороже (вроде бы были такие самоубийцы, которых так и не нашли…).       — А вы, Оримура-сан, ищете долговременное пристанище? — с интересом спросила женщина, уже совсем другими глазами на меня смотря — этаким заинтересовано-заинтригованным.       — Скорее жизнеспособствующее, — попробовал я подобрать правильное определение к антиподу академии. Да и какой-то базис нам в любом случае нужен и лучше бы он был максимально дистанцирован от академии, так как ближайших лет пять в ней будет весьма не спокойно.       — Вот как. Тогда мне придется «перенаправить» ресурсы на других кандидатов.       Напугали ёжа… Конечно, придется искать альтернативные источники дохода, но в той же ЮВА хорошие пилоты нарасхват, а благодаря Афине наступить на грабли из прошлой жизни мне не светит. Несколько операций на каникулах вполне позволят мне остаться на плаву.       — Главное, чтобы мы взаимно остались довольны проделанной работой, — намекнул я на плату. Академия и так будет иметь известного ученика, а вот играть дальше с ней в шарады, когда каждый второй начнет вставлять палки в колеса академии, я не желаю.       — А как же труд тех, кто идет рядом?       Работа Чифую? Мешать я ей не буду, но и помогать тоже, разве что обеспечу запасной аэродром. Что я и попытался передать следующими словами:       — Я лучше буду готов подставить плечо в нужный момент, чем подтолкну к… очередному приключению. А беречь родных… любой ценой, не это ли наша задача как людей?       — Это окончательное решение? — явно удивилась женщина моему желанию выйти из игры.       — Пожалуй, да. Мне сейчас не интересны все эти игры и даже больше… вредны, — сверкнул я провалом выбитого зуба, увы, стоматологов способных этот дефект «улыбки» исправить за несколько часов не существует.       — Учти, обратного пути не будет, — сказала женщина.       — Его и не бывает, — рассмеялся я, — он, путь, всегда идет только в один конец.       — Тогда я больше не буду тебя задерживать, Оримура-сан. Или у тебя ко мне есть еще дело?       — Пожалуй, только одно, — задумавшись, сказал я, — я тут небольшое дело решил учредить…       Часом позже, после того как один не в меру сообразительный юноша покинул президентский номер.       — И как тебе юный Оримура-кун? — спросил пожилой мужчина, с европейскими чертами лица и характерным акцентом.       — Двоякое ощущение, — ответила Мори, в этот раз одетая уже в обычный домашний халат, — но он явно достойный представитель этого необычного семейства.       — Тоже что-то подозревает? — улыбнулся старик.       — Скорее готовится… ко всему… и чует что-то, — попробовала передать собственные ощущения женщина.       — Ясно, в любом случае, это не помешает нашим планам?       — Нет. Из-под нашего крыла они уходить не торопятся. Так что, менять что-то сейчас не нужно.       — Вот и отлично, вот и отлично, — покивал старик, — но…       — На следующем ТО и «перестрахуют», — кивнула женщина, — было бы неприятно, если бы всплыл «такой» неожиданный фактор.

***

      Небесная Академия, днем позже.       — Так и не передумал? — спросила меня Чифую.       — Нет, в конце концов, Академия — это учебное заведение, а не государство в государстве. Я, конечно, понимаю, что ты это делаешь ради таких девочек как ты или Лаура, но мне важна в первую очередь ты и ради этого я готов выйти из вашего «кружка по интересам».       Мы помолчали, очередная автоматическая дверь пропустила меня и сестру в глубины медицинского корпуса академии. Я поправил халат, который меня заставили надеть вместе с бахилами и прочим одноразовым одеянием и, вдохнув, открыл дверь в палату к которой я шел все это время.       — Привет сестрица — поприветствовал я лежащую в постели под капельницей и в наручниках Мадоку.       — Привет-привет братюльничек, — с безумной ноткой в глазах, ответила девушка, которую довольно серьезно потрепала Чифую после того, как она насадила меня на рыцарское копье. — О, и сестричка решила навестить меня, вот уж новость, так новость, — съязвила она, заметив зашедшую вслед за мною Чифую.       Чифую, как обычно, была хладнокровна и просто присела в углу. Насколько я знаю, она несколько раз приходила сюда и слушала, как Мэдока поливает её грязью. Зачем и почему — непонятно… для меня. Только известно, что все дело связанно с событиями тринадцатилетней давности, когда родители умерли и ждать, пока Чифую наконец решится «прижечь» эту рану я больше не собирался… Слишком сильно это не способствует выживаемости.       — Итак, раз уж все семейство в сборе, — сказал я, достав из внутреннего кармана формы Ядро Афины, я поставил его на специальный пьедестал, в котором причудливом образом совмещались системы наблюдения и информационного подавления — прототип того, что должно быть поставлено на мой НД. — Предлагаю высказать всем все друг о друге.       Чифую посмотрела на меня… удивленно, хотя обычная её холодная маска никак внешне не прореагировала.       — Что, вот так, перед тобой, выродок, открыть душу? — плеща ядом, сказала Мэдока.       — Было бы неплохо, — проигнорировал я очередное оскорбление, — но сначала я бы хотел услышать, что произошло тринадцать лет назад, — холодно добавил я.       — А она тебе не рассказала? — рассмеялась Мэдока. Чифую молча сверлила меня взглядом. — Тогда я расскажу. Позволишь, «сестричка»? — впрочем, абсолютно не прореагировав на убийственно-промораживающий взгляд Чифую, продолжила, как ни в чем не бывало. — Дело было… лет пятнадцать назад, когда на свет появился ты. Примерно на шестом месяце беременности матери нам с сестрой поставили диагноз — Болезнь Канавана.       Афина довольно быстро предоставила мне краткую справку, наследственный дефект, в результате которого миелиновая оболочка (своеобразный электрический изолятор) нервов деградирует, в результате чего нервная система медленно сходит с ума.       — К тому моменту Чифую уже могла только слюни пускать, — продолжила Мэдока, — а я на полном ходу шла к тому же… состоянию. — Хм, а последнее определение ей явно не просто так далось. — Отец ударился в поиски… а у матери случился выкидыш на почве нервных волнений. Каким чудом ты дожил до трех лет, не знает никто, но факт остается фактом, недоношенный ребёнок с прогрессирующей нервной деградацией упорно цеплялся за жизнь.       — Если пациент хочет жить, то медицина тут бессильна, — мрачно пошутил я, наблюдая за Чифую и уже догадываясь о продолжении истории. Сестра, несмотря на все, просто сжала подлокотник, который тихо стонет под силой её рук.       — Да-да, — покивала Мэдока, — так вот, через год поисков на горизонте появилась «расчудесная Табанэ» и предложила выход — испытание экспериментальной технологии, которая способна вылечить детей. Хи-хи. Только она забыла сказать, что нельзя вылечить то, чего нет в принципе, а к тому моменту что-то соображала только я и то ненадолго. Даже жертва родителей, которые ради повышения шансов на успех, сами приняли участие в экспериментах, не изменило кардинально ситуацию. Увы, взрослое сознание слишком сложно, если верить нашей расчудесной крольчихе, чтобы до конца корректно пройти процедуру, потому еще через два года мы стали сиротами.       — И тогда ты решила убежать от «чужих» тебе людей? — в первый раз за всю беседу подала голос Чифую. Правда, тон, которым был задан вопрос, пробирал аж до костей, даже привычного меня.       — Да! «Сестричка», хи-хи — сказала она, безумным тоном. — Если бы не вы, я бы сейчас жила с родителями! Они бы не бросили меня одну! Ненавижу!!! Как же я ненавижу вас обоих! — яростно добавила Мэдока, задергавшись в наручниках, едва не срываясь на визг. А затем отвернулась и перестала реагировать на нас.       Вздохнув, я оторвался от стены которую все это время подпирал и поставив перед собой стул, спинкой вперед, посмотрел на Чифую, внимательно наблюдающей за мной, затем на отвернувшуюся Мэдоку. Мысленно посетовал на свою недальновидность.       — Я не убегу, — тихо сказал я Чифую. — А если кто-то попробует, догоню и еще раз «убегу», — это уже Мэдоке, ибо сейчас нужно ковать железо, пока горячо. — Чтобы вы обе сейчас и в прошлом не думали — мы семья и это что-то, да значит для каждого из вас. Винить дитя за глупые решения не стоит, не в тех обстоятельствах все происходило, чтобы были правые и виноватые. — Придавив взглядом Чифую, сказал я. — А винить детей за осознанное решение родителей глупо и по-детски. Ты так не считаешь, Мэдока? Я готов тебя простить, а готова ли ты простить себя? Я вернусь за твоим ответом завтра.       Сказав все что думаю, я подхватил ядро с подставой и покинул палату, закрыв за собой двери на замок.       — Уверен, что это их удержит? — неожиданно из-за угла спросила Инори.       — Нет, но надеюсь, что мой намек будет доходчивым, — ответил я.       Инори только покачала головой.       — С тебя новая дверь, — сказала она и пошла дальше, а в следующее мгновение я услышал как, жалобно звякнув, сломался дверной замок.       Эх… не все и сразу, не все и сразу.