Глава 47
11 июля 2016 г., 21:28
Днём позже, пляж, всё та же наблюдательная вышка спасателей.
Сонно потянувшись, я еще раз обозрел пляжное хозяйство.
— Лепота, — помимо воли вырвалось у меня. А что вы хотели от подростка, в период полового созревания, при обзоре на четыре десятка отлично физически развитых сверстниц в купальниках?
Правда, желание выброситься в море у всех девушек одновременно, как будто бы отрезало. И я совсем не связываю этот факт с сидящей у меня за спиной, прикрывшейся пляжным зонтом Лаурой, в которой неожиданно проснулась кровь предков. Сейчас ей, для создания полного образа, не хватает полметра роста, пистолета-пулемета MP 40 и немецкой овчарки…
Да-а… овчарки. Может прикупить щенка? Девушкам нужен объект для заботы. Да, запишем.
А так, полное совпадение с дозорным в очередном концлагере. И меня совсем не смущает её купальник или обманчиво расслабленная поза, как и всех остальных присутствующих на пляже. Глаза, глаза, словно прожекторы, отслеживающие каждое движение, намеренья и, казалось бы, даже мысли не скрываются от её взора, нервируя особенно чувствительных особ. А для пущей убедительности блондинка еще и чистила что-нибудь и при этом выглядела ну очень угрожающе: то нож заточит, то манипулятором НД как будто бы чью-то шею раздавливая, смотря на только задумавшую что-то девушку.
— Развлекаешься? — прозвучал голос сестры из-за спины, с явными нотками злости.
— Скучаю, — не согласился я, — благо, уже завтра домой и месяц каникул.
— Мог бы и предупредить лично, — укоризненно сказала она, — а не отправлять вместо себя посыльную.
Хм, посыльную? Кларисса что ли постаралась?
— Виноват, мало времени, суматоха, — повинился я.
— Отработаешь, — заключила сестра, спускаясь с вышки уже обычным, предписанным ГОСТом, методом — по лестнице.
Любит Чифую иногда театрально появляться, для создания нужной атмосферы.
кровь богу крови…
…Одиннадцатой, одиннадцатой дорогой нужно обходить.
— Ой, простите, простите, — повинился фотограф, сделав лицо «попроще» и одновременно отдавая честь традициям в виде нескольких поклонов.
— Ничего-ничего, — точно так же ответил я поклоном, чертовы традиции.
— А теперь призывайте полный доспех, — попросил он, настраивая что-то на камере.
Покорно призвав вместо одних перчаток, полный вариант доспеха, я вопросительно уставился на опять зависшего при виде НД фотографа.
Да что в нем такого-то? Угольно-черный доспех выглядел, как по мне, весьма непрезентабельно. Черные, угловатые перчатки-манипуляторы покрывали мои руки тонким слоем до самого плеча, где переходили в такие же угловатые наплечники, облегающие тонким слоем плечи, поверх такого же угольно черного «водолазного» комбинезона, прячущим, открытые участи тела. Сзади, за плечами висели два скромных пилона выпуклой цилиндрической формы высотой по двадцать сантиметров и в диаметре от трех в вершинах и до шести сантиметров в самой толстом месте. Вся эта система за спиной была связанна с эффекторами у меня на лопатках, соединяющиеся с наплечниками и спинным усилителем-поддержкой в виде своеобразного хребта доспеха, повторяющий контурами мой собственный. Пройдя по хребту до пояса, можно увидеть большой эластичный пояс, по конструкции и форме до ужаса напоминающий атлетический. Пояс плавно переходил в нижнюю броню НД, которая осталась все такой же угловатой. Хотя, «штаны» стоят отдельного описания: представьте себе стилизованную под F117 (он же Стелс) латную набедренную защиту, постоянно расходящуюся к низу, затем плавно переходящую в коленный сустав, а затем идут широкие, все так же стилизованные два расширяющиеся столба, по одному на ногу, добавляющие мне без малого двадцать сантиметров роста.
Собственно говоря, весь секрет полета спрятан именно в них. В этой части доспеха, причудливо сплетаясь, работают главные эффекторы антиграва, инерционного компенсатора и двигателя. Конечно, можно передвигаться за счет антиграва, но как показал опыт, технология слишком сырая, чтобы быть надежной в чем-то кроме прямой цели — левитации. Потому сейчас здесь стоит электрический турбореактивный двигатель, развивающий на пике мощности до двух тысяч лошадиных сил, в идеальных условиях. Но на двести-триста килограмм веса, этой мощности за глаза хватает для того, чтобы придать НД невероятную энерговооруженность, которая в комплексе с инерционным компенсатором позволяет развивать пятнадцать-семнадцать G ускорения.
Правда в отличие от обычных двигателей, где топливо, смешиваясь с забранным из-за борта кислородом сгорает, тем самым нагреваясь и расширяясь, создавая тягу, нагрев рабочего тела у двигателя НД происходит за счет создания, если очень сильно упростить, постоянной электрической дуги или шаровой молнии в рабочей камере превращающей сжатый газ в плазму. В результате чего плазменный поток нагревается и расширяется, создавая давление в рабочей камере и выталкивая себя из двигателя, тем самым создавая довольно внушительную тягу для устройства длиной около тридцати сантиметров и диаметром порядка шести-восьми сантиметров.
Правда, у меня встают волосы дыбом, когда я представляю, какие токи пробегают внутри двигателя, и от какого напряжения всё это питается.
— Простите, а можно ваши клинки? — спросил фотограф, возвращая меня из дебрей технической порнографии.
— Эм, клинки? — удивился я. Не то, чтобы я не понимал о каких именно идет речь, но откуда о них знает фотограф? А затем вспомнил о деятельности одной француженки…
«Хи-хи», — отреагировала Афина, виртуальная проекция которой сейчас весело размахивала стройными ножками, сидя в довольно откровенном наряде, надетом (насколько это понятие применимо для виртуального образа), понятное дело, в целях тренировки, по её мнению. А то я слишком часто отвлекаюсь на ненужные и бесполезные по её мнению объекты — женщин.
А находится она в таком состоянии виртуального образа в дополненной реальности согласно предписанию брошюрки от Сильвии, согласно которому «выгуливать» ИЛ довольно полезно. В силу определенных условий жизни в ядре, «выгуливать» её часто я физически не могу, потому предпринял альтернативу в виде прогулок по дополнительной реальности.
Заметив мое внимание, Афина развернула виртуальный экран, на котором показала набор кадров моего сражения с беспилотным НД довольно неплохого качества и неплохо доработанных через фотошоп, с теми самыми клинками, понятное дело. Совсем СБ Академии мышей не ловит. С другой стороны, на такую работу профессионала загнать можно только отсутствием альтернативы, что для подобных специалистов очень редкая ситуация, практически невозможная. А воспитывать своих… смотри на одно предложение назад.
Вздохнув, я мысленно приказал проявить клинки.
— Оооо, — едва ли не с религиозным восторгом отреагировал фотограф и защёлкал фотоаппаратом. Вот так и живем.
Мда… японцы и «меха» это что-то за гранью понимания. Нет, я конечно понимаю — национальная гордость, все дела, да и до того имелись предрасположенности, как лидера мирового роботостроения. Но превращать этот… фетиш на человекоподобных боевых роботов в объект поклонения…
Вот так и живем.
***
Двумя неделями позже. Летние каникулы, раздолье для школьников, студентов и их разновидностей. Кто-то просто лениво поплевывает в потолок, кто-то в поте лица вкалывает за гроши, по крайней мере так им кажется, а особая каста неудачников еще прохлаждается по месту обучения, пересдавая долги и исправляя плохие оценки. — А теперь правую руку чуть выше и вправо и разожми кулак, — тихо говорил фотограф поглядывая поочерёдно в камеру и обратно на меня. Я же… Я отрабатывал свой капитал на будущее. Точнее «беспроцентный кредит» по самым выгодным условиям™. Хотя, это сущие мелочи, особенно после недели выбивания разрешения на открытие оружейного магазина, что в Японии та еще головная боль, особенно с этим железобетонным «не положено». Брр… удушил бы. Единственное, что спасало мою неуравновешенную психику в моменты кризиса— это полигон, пушка Лауры и много-много снарядов для неё. Я даже в чем-то начал больше понимать людей из «общества». Когда для внедрения твоего изобретения нужно пройти семь кругов бюрократического ада, начинаешь как никогда ценить неформальную обстановку внутри «общества». Щелк — сработала вспышка фотокамеры. И фотограф просматривает результат, бубня себе под нос: — Отлично, а тут еще немного крови и оторванную голову, да-да-да… Творческие люди бывают такими страшными во время творческого процесса, что их лучше не трогать и обходить десятой дорогой…. — …и череп сюда, да,***
Но, все-таки, лето — это отличное время, — размышлял я, прохаживаясь у плиты и переворачивая отбивную. Особенно когда все дела сделаны. Взгляд упал на пачку бумаг, удостоверяющих то, что я имею право открыть оружейный магазин «Покоритель Неба», а по соседству лежала еще одна пачка бумаг с утвержденной арендой куска прибрежной земли, сроком на двадцать лет и договор со строительной компанией о постройке здания согласно проекту. Кроме того, ребята из IMI (Israel military industries), стали крайне сговорчивы после того, как я слил предварительно одобренную Сильвией информацию по «Серебряному Евангелие», она даже посоветовала передать небольшую брошюрку по искусственным интеллектам её авторства, чтобы подобных инцидентов не случалось. В дверь позвонили. — Иду-иду! — отвлекся я от готовки. Увы, полвека холостяцкой жизни так и не сделали из меня повара, потому в кипящей воде плавала картошка (целый забугорный шик, по меркам Японии) которой скоро предстояло превратиться в пюре, а на соседней сковородке обжаривались сделанные на скорую руку отбивные. Убедившись, что ничего не сгорит, я побежал к двери, где стояла принарядившаяся Хоки. Неожиданно… — Привет, — поприветствовала она меня, явно стесняясь чего-то. — И тебе не хворать, — повисла неловкая тишина, которую нарушил мой голос: — Ну, проходи, раз уж пришла, — вздохнул я, приглашая жестом её в дом. Пройдя в гостиную, я жестом предложил ей располагаться в ней, а сам убежал на кухню, которая, по сути, была продолжением гостиной, но отделена барной стойкой. — Ты готовишь? — удивилась Хоки, заглядывая через плечо. — Сестра в Академии, вот и приходится изворачиваться, — ответил я, переворачивая очередную партию отбивных. — А где… — В Академии на полигоне, тренируются, — предугадал я её вопрос. — А ты? — Мой НД все еще обкатывается и он не готов к серьезным нагрузкам, — объяснил я. — Понятно, — ответила она. — Я слышал, ты будешь выступать на осеннем фестивале, — чтобы хоть как-то заполнить тишину, сказал я. — Не знаю, пока основная кандидатка Мики, она живет ближе и имеет больше возможностей для тренировок, — ответила девушка. — Понятно, — равнодушно сказал я, прикидывая, хватит ли уже приготовленного на толпу голодных после тренировки кроликов, или нет. Прикинув, что от простенького салата хуже не будет, полез в холодильник по овощи. — Почему ты предал Сесилию? — спросила Хоки. От такого поворота фактов я захотел посмотреть на собеседницу и логично, врезался затылком в верхнюю часть холодильника. — Ауч! Что? — удивился я, посмотрев на отвернувшуюся Хоки. Женщины! Хотя, чего еще стоило ожидать, оставив дело на самотек? Хоки, заметив мою «травму» быстро подошла ко мне и организовала холодный компресс, начав хлопотать вокруг меня. Правда реальная травма была у холодильника, у которого неожиданно обнаружилась вмятина, не позволяющая плотно закрыть дверь. Хорошо, хоть переборку не пробил, ибо, судя по вмятине, такое вполне могло произойти. Ну вот, теперь еще и новый холодильник покупать из собственного, далеко не бездонного кармана. Сев на диван в гостиной, я усадил девушку рядом с собой. Благо, диван в ней был всего один, и сесть сбоку или напротив физически невозможно, чем не преминула бы воспользоваться Хоки. Вроде бы мелочь, но на атмосферу беседы уже влияет, создавая иллюзию доверительного разговора. Наша жизнь, это вообще, сотни и тысячи незаметных на первый взгляд мелочей проходящих по пункту — «само собой разумеющееся». — Что ты знаешь о нашей сделке? — спросил я прямо, держа девушку за руку, впрочем, Хоки не спешила её одергивать, но ситуация явно её смущала вместе с далеко не самой приятной темой для разговора. — Вы заключили устную помолвку, — сказала девушка, отвернувшись, хотя румянец прилил к щекам. — Далее, — подтолкнул я девушку. Зная по опыту и собственным наблюдением о свойствах довольно прямолинейного характера девушки, который со временем приобрел агрессивные нотки. — Ты её бросил, подкинув ей фальшивый мануал к НД, — выдала она. Вздохнув, я внимательно посмотрел на Хоки фирменным взглядом «мудрого наставника». Хех, прямо как в былые времена в семье Шинононо я знакомил подругу с большим миром, заодно и сам вникал в то, как за десяток лет изменился мир. Словом, совмещал приятное с полезным. — С чего ты взяла, что я её бросил? — спросил я. Девушка шокировано уставилась на меня пытаясь подобрать слова. Но прежде, чем она что-то сказала, я попросил Афину показать карту города с метками НД на плазме и жестом кивнул в её направлении. Образ Афины фыркнул, изобразив язвительную миниатюру. — Ты за нами следил! — шокировано сказала Хоки, когда поняла, кто и где изображен на карте. Правда, семейство синеволосых гордо вычеркнула себя из неё, но я не обижаюсь… на них вообще сложно обижаться. «Ага, а еще подслушивал, подглядывал и снимаешь все показатели жизнедеятельности в реальном времени», — язвительно добавила Афина. — Твоя сестра попросила присмотреть за тобой, — абсолютно честно ответил я. То, что я в оплату услуги попросил передавать мне данные с их ядер уже совсем другая история. Хоки не сразу нашла что ответить. С одной стороны — это явный шаг с моей стороны к ней и в плане доверия, и в плане заботы. С другой стороны — смущает же. Все это явно читалось на её лице и немого зарумянившихся щекам. — Бака! — стукнула она меня в плечо. Чем вызвала у меня искренний смех. Прямо как в старые добрые времена. — Да-да, — покивал я. Сестра пришла как раз к моменту, когда я проводил Хоки. Увы, у меня все же остались кое-какие «бумажные» дела, которые стоило сделать до завтра, потому проводить её до дома я не смог. — Смотрю, ты помирился с Хоки? — с явными нотками одобрения, сказала сестра. — Это должно было когда-то произойти, — пожал я плечами, передавая термос с холодным чаем, который стоял у стола. — Ты слишком безответственно относишься к этому, — расстроенно покачала головой сестра, заметив мое явное пренебрежение. — Может быть, — пожал я плечами, — но они меня не услышат, пока не захотят, а я не привык бегать за кем-то. — Предпочитаешь, чтобы бегали за тобой? — удивилась сестра. — Мне папарацци в соседней квартире хватает, — хохотнул я. — Сам виноват, — пожала плечами сестра, — твое лицо сейчас на каждом втором рекламном стенде. А в сети ходит столько легенд об «обычном японском студенте — супергерое, посвятившем свою жизнь борьбе с терроризмом», что оно и не странно. — Ты забыла добавить о знаменитой сестре, которая решила помочь своему непутевому брату, натаскивая его в искусстве сражения. И тот преуспел настолько, что даже НД не посмел его ослушаться, — мы представили, как бы это выглядело и рассмеялись. В нашей небольшой семейной ячейке сама собой возникла традиция просмотра сетевых небылиц посвященных нам же. — По крайней мере, не придётся тратиться на рекламу магазина, — попытался найти я хоть какую-то выгоду из положения, кроме хорошего настроения после очередной байки из сети. — Когда открытие? — спросила сестра. — К осени подрядчики обещали закончить здание и облагораживание территории. Так что, к рождеству можно будет провести открытие. — Будешь устраивать какой-то праздник по поводу? — А как же. У меня уже лежит несколько предложений от музыкальных групп средней руки. — Свое дело что ли открыть? — задумчиво спросила сестра, ни к кому не обращаясь. — Я давно тебе предлагал, — пожал я плечами. Сестра не ответила, но явно задумалась.***
Проснулся я резко. Вот была тьма сна, а вот сознание функционирует и осознает положение, в котором оказалось. Где-то на периферии сознания хихикнула Афина. Дело было в моей спальне, которая абсолютно не изменилась, за исключением одного досадного исключения. — Доброй ночи, Табанэ-сан, — с лицом мыслящего кирпича, поприветствовал я крольчиху. Боюсь, изобразить другое лицо у меня бы не вышло. — Доброй, Ичика-кун, — прошептала она мне на ушко. Теплое дыхание обожгло кожу возле него. Благо, подростковые реакции у этого тела несколько притуплены, и мне не пришлось отрешаться от эмоций. И да, вы правильно поняли. Старшая Шинононо решила в очередной раз эпатировать публику, пробравшись в постель скромного подростка. И вы будете совершенно правы, если предположите отсутствие одежды на ней. — Вы по делу, или… — прошептал я, в ответ в её же, услужливо подставленное ушко и лизнув его, заодно проверяя реакции. Реакция была положительно одобрительна. — Шалунишка, — с придыханием одобрительно ответила она, — но я по делу, — миг и крольчиха стоит у изголовья кровати одетая в свой обычный наряд. Я не смог сдержать разочарованный вздох и начал подниматься. Заряд бодрости, чтобы дойти до душа мне обеспечили. — Так что там за дело? — спросил я, выйдя из душа. — Я нашла их.
