«Указания по пользованию лифта Лифт предназначен для грузовых перевозок Не пытайтесь нажимать на кнопки лифта Не пытайтесь самостоятельно открыть двери лифта Не дергайте за перила лифта Не пытайтесь самостоятельно покинуть лифт…»
Окей, странно, но я не думала ничего из этого делать. Я еще раз обвела взглядом кабину. В голове вдруг возник вопрос, который заставил меня задуматься, почему он не пришел раньше. Куда я спускаюсь? Множество последующих вопросов зарождались друг за другом, пугая меня с каждым разом все больше и больше. Откуда я еду? Как сюда попала? Почему мне так тревожно? Как будто что-то произошло, но я не могу вспомнить что и когда. И вообще происходило ли это на самом деле? Я лишь знала, что меня зовут Эми. Да, Амелия, если точно. Попытки вспомнить хоть что-то связанное с детством, кто мои родители, где я росла, что люблю, не увенчались успехом. Я вновь села на пол, схватившись за голову, и начала раскачиваться. Что произошло? Что было вчера? Сколько сейчас времени? Когда этот чертов лифт остановится? Мысли заполняли роем голову. И я все надеялась, что, наконец, доберусь до пункта назначения, лишь бы не оставаться одной со своими мыслями. Мне нужно, чтобы кто-то объяснил, что же все-таки происходит. Кабина резко остановилась с громким звоном, и я дернулась, уставившись на двери в ожидании, когда же они откроются. Противный скрежет и волна света захлестнули меня. Несколько десятков глаз уставились на меня. Я почувствовала чьи-то сильные руки, которые понесли меня куда-то. Я почувствовала мягкую обивку дивана. - Странно, нам давно не отправляли новопосвященных. - Им лучше знать, Белла. Раз отправили – значит, это несет за собой какую-то цель. Меня окружали неизвестные люди, проверяя пульс и осматривая тело на наличие ран. Я дернулась и оттолкнула кого-то, поджав ноги к себе. - Отойдите от бедного дитя! – раздался голос со стороны. Люди, окружающие меня, разошлись в сторону, давая проход женщине с проседью и узором морщин на лице. – Мы приветствуем тебя в нашем скромном доме, дитя. Скажи, как твое имя? Я огляделась по сторонам: мы находились в центре большой общей гостиной. Такие обычно бывали в отелях когда-то очень давно. Я испугалась собственной мысли: как я смогла вспомнить это? Без понятия, но почему то уверенность в этом была. - Эми. Я ничего не помню, вы мне можете помочь? Жалобный тон заставил тепло улыбнуться женщину, которая подошла ко мне и положила руку на плечо, усаживаясь рядом. - Не беспокойся, ты прошла обряд очищения. Ты и не должна помнить того, что было раньше, в прошлой твоей жизни. Теперь ты одна из нас. Добро пожаловать в «Ледник». Я Белла. Я ничего не поняла из сказанного, что было видно по моему лицу, так как все сразу же наперебой стали что-то объяснять, пока Белла не шикнула. - Все объяснения потом. Для начала тебе нужно набраться сил, чистка тебя обессилила. – Она подняла взгляд на одного из людей: - Отведите Эми в ее номер. Тощий парень с взъерошенными волосами спросил: - Какой именно? - Думаю, 218 ей подойдет. Как раз вид из окна не такой уж пугающий. Пугающий? Мой вопрос в суматохе никто не услышал, и я лишь последовала за тощим парнем, почесывая руку. Мы поднимались по лестнице, которая была покрыта темно-бардовым ковром, а перила перекрашены в давно истершуюся позолоту. Светильники на стенах блекло освещали пролеты, поэтому приходилось смотреть под ноги, чтобы лишний раз не споткнуться о незамеченную ступеньку. Мы вышли в коридор такого же стиля, только двери были темно-коричневые, и рядом с каждой стояло по одному зеленому растению в большом горшке. На картинах, украшавших обклеенные зеленоватыми обоями стены, изображены были какие-то люди в деловых костюмах со строгими взглядами. Тощий парень открыл дверь, которая ничем не отличалась от других кроме номера наверху. Лампы осветили комнату теплым желтым оттенком, придавая особый уют. Двуместная кровать располагалась в центре небольшой комнаты с двумя окнами по бокам от нее. Так же были две прикроватные тумбочки, небольшой комод с зеркалом, повсюду небольшие вазочки с маленькими леденцами и сухими лепестками цветов, свечки, рядом с которыми лежали спички. Такое ощущение, что здесь кого-то ждали. Ждали меня. - Мы всегда держим пару комнат наготове, - как будто прочитав мои мысли, сказал парень. – Кстати, меня зовут Майк. Я знаю, каково это. Ты не понимаешь, что вообще происходит. Я тебя посвящу в курс дела, только сначала принесу тебе что-нибудь поесть. Подождешь десять минут? Я кивнула. Как будто у меня был выбор. - Оставь, пожалуйста, дверь открытой, - попросила я. Майк остановился посреди комнаты и понимающе кивнул. Мне не хотелось оставаться одной опять в закрытом помещении, по крайней мере, открытая дверь хотя бы немного успокаивает. Я села на кровать. Почему-то волна усталости нахлынула с новой силой. Стены моего номера были бежевого цвета с каким-то цветочным ненавязчивым узором. Я заметила дверь в другом конце комнаты, и, решив подтвердить свое предположение, убедилась, что это простая ванная комната с белой плиткой на полу и стенах. На двери с внутренней стороны было закреплено гигантское зеркало во весь мой рост. Я стала рассматривать себя. Странно, вроде бы я и знаю, что должна так выглядеть, но при этом такое ощущение, что смотрю с новой стороны. Я бы не сказала, что это девушка очень худая или полная, каштановые волосы убраны в лохматый пучок, и все еще детское лицо с большими темными глазами. Что же такого я натворила, раз ничего не помню и оказалась здесь? Легкий тюль на окнах закрывал полностью происходящее снаружи. «Как раз вид из окна не такой уж пугающий». Эта фраза прокручивалась у меня в голове снова и снова, не давая покоя. Что-то заставляет всех этих людей сидеть внутри здания, потому что снаружи их пугает нечто. Мне не стоит смотреть, я понимаю, но мое тело меня не слушается. Медленно приближаясь к окну, моя рука коснулась белого тюля, ощутив его шершавую поверхность. - А вот и я, - Майк зашел в комнату с подносом в руках. Мне пришлось отойти от окна, оставив на потом просмотр местных пейзажей. Суп с булочкой я съела сразу же, оставшись довольной и ожидая, когда же Майк начнет ту часть, где будет объяснять, что вообще происходит. Но он пока только расхаживал по комнате, ожидая, пока я доем. - Итак, - наконец, начал он. – Для начала вопрос: ты помнишь что-нибудь из прошлого? Я отрицательно покачала головой. Все равно, что вспоминать сон, который забыл. - Так и должно быть. Понимаешь, «Ледник» - это место, куда отправляются люди извне для очищения. Мы – избранные. Я все еще ничего не понимала и нахмурила брови. - Дело в том, что мы знаем, что существует мир вне «Ледника». Но раз никто из нас не помнит, что было раньше, то значит зачем-то это нужно. Это все дело рук создателей. - И зачем это все? Зачем ссылать кого-то в замкнутое пространство, стерев ему память? – спросила я. Мой голос стал увереннее и в нем зазвучали привычные нотки моего тона. Майк подсел на край кровати, понизив голос. - Мы тоже задавались этим вопросом, и у нас появилось множество догадок. Одна из них, которой мы придерживаемся до сих пор, это то, что во внешнем мире случилось что-то ужасное. Что-то, что угрожает человеческому роду. И нас, избранных, лучших представителей, решили сохранить от внешних опасностей, чтобы, когда угроза миновала, мы вышли бы наружу и заселили мир заново. Что за бред. Какие могли наступить катаклизмы, чтобы люди прибегли к такому решению. И раз меня направили извне в «Ледник», значит, во внешнем мире еще есть люди, и они вполне нормально живут. Тогда зачем все это? - Ты сказал «до сих пор»? – спросила я. – Сколько вы здесь? В глазах Майка что-то мелькнуло. Как будто я задела его за больное. Он опустил взгляд. - Мне было десять, когда я сюда попал. Белла здесь уже была главной в то время. Я ужаснулась. Это было как минимум лет двенадцать назад. Неужели они все это время живут в каком-то странном отеле в замкнутом пространстве? - Ты не беспокойся, создатели нам помогают! – улыбнулся Майк, заметив мое удивление. – Через тот лифт, на котором ты прибыла, они нам присылают еду и новых людей, чтобы нас всегда было четное количество проживающих. Парень встал и направился к окну, отодвигая штору. - Понимаешь, девушка, на место которой ты прибыла, не была готова столкнуться с трудностями. А когда мы выйдем отсюда, чтобы зародить новый мир, выносливость и сила духа будут важнейшими качествами для выживания. Надеюсь, что ты-то с этим справишься. Меня передернуло. Может от сквозняка, а может и от услышанного. - Ну не буду тебе мешать. Отдыхай пока. - Майк задвинул штору обратно и улыбнулся мне, направившись к выходу. – Если услышишь звук сирены – не пугайся. Просто в срочном порядке спускайся вниз, в гостиную на собрание. Не важно, чем ты занята. Бросай все и сразу спускайся. Я кивнула, и Майк ушел, закрыв за собой дверь. Что-то здесь не так. Я вскочила и отодвинула штору, которая прикрывала окно. Фонари у самого низа отеля немного освещали снежную ограду, а остальной ландшафт скрывала мгла. Снежинки бились в стекло, и я заметила где-то сбоку что-то странное. Окно находилось сбоку здания, поэтому я не видела лицевой фасад. Но край какой-то кучи, которую заметало снегом, я уловить с трудом могла. Какой-то мерзкий холодок пробежал по спине, и я закрыла окно шторкой. Не нравится мне все это. Раздался звук сирены, и мне пришлось выйти из своего номера, оставив грязную тарелку с подносом на кровати.5. Лифт
17 августа 2016 г., 17:10
Жуткий скрип, который повторялся через одинаковое количество времени, заставил меня открыть глаза. Это далось мне с трудом, потому что голова ужасно раскалывалась. Какой-то железный лифт спускал меня вниз, опасно трясясь и останавливаясь периодически. Я приподнялась на локте, осматривая небольшую кабину.
Несмотря на слабое освещение, я вполне могла разобрать все, что в ней находилось. Железные медные прутья покрылись темными пятнами, а пол, покрытый некогда красным ковровым покрытием, помутнел и протерся.
Я встала, опираясь на стену. Кнопки у дверей с этажами не подсвечивались и были вдавлены внутрь. Рядом висела табличка. Я подошла ближе, стараясь сфокусировать зрение. Это почему-то давалось с трудом. Нет, я видела буквы, но для того, чтобы сложить их в слова потребовалось почему-то какое-то небольшое количество времени. Как будто в мозгу собирались воедино маленькие винтики общего механизма.