Нежданно-негаданно.

Со времени революции и её благополучного окончания прошло очень много лет. Безусловно, эти годы были сложными для всех выживших, новый президент начала активную работу над восстановлением дистриктов и их облагораживанием. 12 Дистрикт, которому, как оказалось, досталось больше всего, так как по приказу Сноу он был стерт с лица Земли, были отправлены добровольцы, чтобы помочь в постройке домов. Китнисс вернулась в родной дистрикт сразу после казни Сноу, Плутарх позаботился над тем, чтобы она сбежала незаметно. Вскоре после Китнисс в деревню победителей, единственное уцелевшее место во всем дистрикте, возвратились еще два представителя населения. Пит и Хеймитч, закончив все дела в Капитолии, приняли решение вернуться в 12 Дистрикт и помочь с его восстановлением. Спустя какое-то время, жизнь наладилась, стала более размеренной и спокойной. Китнисс и Пит поженились и девушка забеременела. Всё это время Хеймитч либо пил, либо спал – так он проводил круглые сутки, в его жизни особых перемен не произошло. Мужчина предпочитал проводить дни в беспамятстве, засыпая и просыпаясь с бутылкой алкоголя в руках. Чем старше он становился, тем крепче напитки оказывались в бутылке, тем дольше он не выходил из запоя, просто не видя смысла жизни в чем-то другом. Как-то раз, в тот день Хеймитч еще не успел напиться и выглядел слегка помятым, но в своем уме, в дверь его дома постучали. Мужчина с трудом поднялся с кровати, наскоро заправив рубашку в брюки, он открыл дверь. В дверях стоял взволнованный Пит, в глаза его было недоумение, вперемешку с радостью. Первое, что пришло в голову мужчине – что-то не так с Китнисс и ребенком, свое предположение он тут же поспешил выдвинуть. - Нет! – воскликнул Пит, похлопав Хеймитча по спине и широко улыбаясь. – Эффи приехала! Пошли. – он не дал Хеймитчу и слово вставить, взял за руку и потащил к себе домой. То, что Эффи решила навестить всех их - было самым настоящим потрясением, так как она ни разу не приезжала с тех пор, как они с Питом покинули Капитолий. Хеймитч совсем ничего не слышал об Эффи, да и разговор о ней никогда не заводился. Не то чтобы он позабыл о том, что существовала такая женщина, но думать – не думал. Мужчина вошел в дом вслед за Питом, из столовой доносились веселые голоса и смех, Эффи было слышно даже в прихожей. - А я ему говорю: « Вы пожалеете, если не отдадите!» - в тот момент, как мужчины вошли в столовую, Эффи что-то рассказывала Китнисс с воодушевлением, каким она сопровождает любой диалог. Китнисс улыбалась, держа руку на животе, к ней подсел Пит. - Привет, Эффи. – у него болела голова, от того приветствие могло показаться сухим. Женщина в тот же миг вскочила со стула и, с присущей ей капитолийской чопорностью, поприветствовала Хеймитча, протягивая ему руку. Как только Эффи встала, в глазах у Хеймитча начало рябить от переизбытка красок: ярко – зеленые волосы, платье ядовитого оранжевого цвета, все в цветах и бабочках, женщина улыбалась и хлопала ресничками, которые были чуть ли не длиннее ее пальцев, ручка, которую она протягивала в знак приветствия, была покрыта тоненькой перчаткой синего цвета, из под которой торчали длинные ногти. Хеймитч пожал руку, выдавив из себя улыбку. Честно говоря, ему было не очень приятно видеть Эффи, вот так внезапно приехавшую в гости. Когда они прощались в последний раз, Хеймитч попросил не пропадать, а она сделала как раз наоборот, что с ее стороны весьма не вежливо. Хотя, если говорить о вежливости и манерах, то точно не Хеймитчу, чья рубашка была заправлена только одной стороной, а другой, по мальчишечьи, торчала. - В Капитолии всё изменилось. – начала было Эффи, голос ее поутих, будто говорила о чем-то запрещенном, хоть сия информация таковой и не являлась – То, что показывают в новостях – глупости, не все довольны переменами, но могу сказать точно, абсолютно все довольны, что Сноу больше не во главе государства. – твердо произнесла женщина, для пущего эффекта приподняв носик. - Кто бы сомневался… - хмуро забормотал Хеймитч – Вам, капитолийцам, лишь бы побастовать за нарушение ваших прав. Никакого уважения к новому правительству! – он беспардонно положил локти на стол и уронил на руку голову, устало прикрыв глаза, будто ему поручили сказать целую речь. - Но никто не бастует! – возразила Эффи. Некультурный жест Хеймитча заставил женщину топнуть каблучком и тяжело выдохнуть, она так не любила, когда мужчина проявляет невежливость в ее присутствии, она принимала это на свой счет всякий раз. Хеймитч, почувствовав на себе ее гневный взгляд, поднимает голову и поудобнее усаживается на твердом деревянном стуле. Молодые люди сидели молча с тех пор, как пришел Хеймитч. Китнисс хотела что-то сказать мужчине, но Пит вовремя остановил ее, мол Эффи и Хеймитч сами разберутся, а вмешательство девушки может серьезно рассорить их. - Люди хотят лишь те привилегии, коими они были наделены во время правления… - она замолчала, понимая, что напоминать всем сидящим за этим столом фамилию ненавистного им человека не стоит. А вот Хеймитч не стал молчать, он продолжил за Эффи. - Убивать детей на играх и издеваться над всеми жителями? Этого они хотят? По телевизору больше смотреть нечего? – язвительно заявил мужчина. Он никогда не сможет забыть всего того, что пришлось ему пережить из-за Сноу и капитолийцев, которым было скучно на досуге и они смотрели как несколько человек убивают друг друга. Он больше ничего не сказал, встал и ушел из-за стола, даже не попрощавшись, хлопнул дверью так, что та едва с петель не слетела. Он злился. - Извините меня. – виновато прошептала Эффи, опустив голову. Ей вообще не стоило заводить этот разговор о Капитолии, ей даже приезжать не стоило! - Эффи… Ты же знаешь Хеймитча. Не опохмелился, вот и злится. Не обращай внимание. – Китнисс закатила глаза, хотя мысленно задавалась вопросом, почему это Эбернети вел себя так. Ночь подходила к самому зениту, всё это время в столовой не стихали разговоры. Чайник с чаем то остывал, то Пит гостеприимно подливал туда горячей воды, наливая Эффи еще одну чашечку ароматного напитка. Они говорили обо всем, Пит задал вопрос, который Китнисс задать никак не решалась: - Как там Гейл? – за этот вопрос он получил одобрительную улыбку жены. Эффи рассказала им и о Гейле. Странно, кто бы мог подумать, что они будут сидеть за одним столом с Эффи и не ругаться, а мирно общаться, будто были старыми друзьями. Чуть позже Китнисс отвела Эффи в ее спальню. Эффи понадобилось немало времени, чтобы смыть с себя весь макияж, убрать с головы тяжелый парик и вылезти из неудобного, узкого платья. После недолгого разговора с Китнисс, Пит решил пойти к Хеймитчу и узнать как он, тот странно вел себя днем, возможно, его что-то беспокоит. Не то чтобы они стали друзьями с мужчиной, просто больше тут и дружить было не с кем, люди не решались обознаваться в деревне победителей, а Пит не мог проводить все время в полном одиночестве, не каждый же день! Тогда он и начал посещать Хеймитча суть чаще, чем в прошлом, а потом отношения с Китнисс приобрели новые рамки и снова произошли перемены. - Зачем ты так с ней? Знаешь ведь, что Эффи непохожа на других. – Пит говорил с присущем ему спокойствием, его голос мог умиротворить абсолютно любого человека, но Хеймитча почему-то сегодня взбесил лишь сильнее. - Тебе что нужно от меня? – можно было почувствовать, как Эбернети начинает злиться – Отстань. – мужчина потянулся к полке, где стояли еще не открытые бутылки со спиртным. Увидев это, Пит схватил Хеймитча за запястье, отрицательно качая головой. За это своё действие Пит получил от Хеймитча разъяренный взгляд, от которого Пит тут же поспешил избавиться, убрав руку. - Тебе что от меня нужно? Чтобы я извинился? Хорошо! Но потом ты отстанешь от меня и моих друзей. – он кивнул в сторону полки. Пит вообще не представлял себе, что Хеймитч умеет извиняться. Как это будет? Это может вообще произойти? Но это должно было произойти, так как Хеймитч упрямо направлялся в дом Сойки, нашел ту самую комнату, где должна была спать Эффи и без стука ворвался в нее. Эффи, которая сидела на кровати и расчесывала светлые волосы до плеч, мокрые от душа, вздрогнула и приглушенно взвизгнула от неожиданного появления мужчины. Женщина инстинктивно потянулась к одеялу, натягивая его к подбородку, так как она уже была готова ко сну и сидела на кровати в одной единственной ночнушке. - Что ты тут забыл, Хеймитч?! – воскликнула женщина. На одно мгновение Хеймитч потерял дар речи. Он не ожидал увидеть Эффи в таком виде. И… она была очень красивой. Светлые волосы, пшеничного цвета, с трудом дотягивались до плеч, кожа у нее светлая, но не болезненно, а как-то по красивому, на щечках горел румянец, а глаза, без этих ярких, отпугивающих ресниц, выглядели куда более нежно и выразительно. - Извиниться хотел. – он сказал это совсем не тем тоном, каким собирался. Невинный вид Эффи странным образом подействовал на вспыльчивого Хеймитча. Он чувствовал в своих движениях неловкость, будто конечности не хотели слушаться хозяина. Мужчина неуклюже развернулся и хотел уже выйти, когда медленно повернул голову, еще раз взглянув на ошарашенную Эффи, улыбнулся ей и произнес: - Тебе идет. – он стремительно покинул дом, столкнувшись у выхода с Питом. Больше молодой человек не пошел за Эбернети, тот выглядел так, будто убьет каждого, кто попытается спросить в чем дело. Оказавшись у себя дома, Хеймитч открыл очередную бутылку и, спустя некоторое время, забылся в пьяном сне.