я болею тобой

Болеть одним человеком убивает. Обычно вместо «я люблю тебя» говорят «я болею тобой». Я болею тобой. Обычная фраза, но слишком много смысла. Озноб по спине. Кружка горячего чая на тумбе. Квартира, пропахшая сигаретным дымом. Сигаретами, которые курил Зейн. Лиам болеет. Лиам болеет одним человеком и не может вылечиться. Не может выбраться из этого болезненного состояния. Это больше, чем любовь, но немного больше, чем просто болезнь. Болею тобой. Я болею тобой. Уж лучше бы у него была ангина, болели лимфоузлы, но никак не сердце. Сердце, которое трескалось и расходилось по швам. Я болею тобой. «Я скучаю», — пишет Зейн, пишет, пишет, пишет и делает больно. Каждая секунда, минута, день без темноволосого ангела (или же демона?), она режет. Режет больно, втыкая иголки под кожу, будто он подопытный кролик. Будто он жертва, попавшая в капкан. И правда. Он попал в капкан. Капкан этой болезни, этой боли и немного любви. Или больше любви? Слишком много любви. Лиам щелкает зажигалкой снова и снова, и снова, затем подкуривает сигарету и вдыхает в свои легкие знакомый запах Marlboro. Холодно. Дрожат руки. Остывший чай на тумбе. Я болею тобой. Я всё ещё помню тебя. Я помню твои руки на мне, твои поцелуи, покрывающие мою шею. «Не одному тебе плохо, Ли, мне тоже больно», — очередная смс. «Я скучаю». А я болею. Болею тобой. Лиам не считает, сколько он уже скурил сигарет, он чувствует, что ещё чуть-чуть, и он загнется. Один. В давящем одиночестве. Он так сильно влюблен и болен. Он хочет быть всегда рядом с брюнетом. Хочет целовать его в губы, шею, ключицы. Хочет петь ему песни, особенно их песню о том, где поется: «я влюблен в тебя и во все твои мелочи». Хочет шептать ему на ухо, какой он удивительный, какой он красивый и замечательный. Хочет брать его везде: на завтрак, в обед и ужин. И чтобы он брал его в ответ. Полностью. Сильно. Глубоко. Чтобы забрал всю боль, чтобы заставил перестать чувствовать это страдание и тяжелый груз, щемящий где-то внутри. Лиам хочет перестать болеть. Бросить курить. И перейти с чая на что-то покрепче. Я болею тобой. Болею тобой, Зейн. Я немного болею и, кажется, больше люблю. «Приезжай ко мне. Приезжай в ЛА, Лиам. Приезжай. Я буду ждать», — пишет Зейн, а сердце Пейна делает сто ударов в минуту, прыгает и прыгает, и прыгает, и заставляет улыбнуться. Это сообщение действительно заставляет улыбнуться. Он зовет его к себе. Он позвал его к себе. Он скучает. Он... любит. Возможно. А Лиам любит. Лиам болеет. Лиам любит и болеет. В нём два в одном. Болею тобой. Он всегда будет болеть, и никакая София, никакая другая девушка его не излечит. Вакцина лишь одна. Вакцина - это Зейн Малик. Он хочет быть здоровым, но он больной. Пожизненно больной, влюбленный и с огромной болью внутри. Болею тобой. Знаешь, Лиам, не ты один болеешь. Твоя болезнь тоже умирает и тлеет как сигарета, каждый чертов день.