Кара Юпитерова

Глава 11. И если здесь Даже звезды срываются в бездну - Что сказать про людей? Их натура известна… Микроблог Тэсси Ам Запись тринадцать "Очевидно, это своеобразный символ доверия. Не бояться того, что за штаммы могут гулять у другого, и вместе со слюной обменяться микрофлорой. Возможно, такая традиция основана на древних языческих обрядах, символизирующих у гуманоидных рас полное доверие или даже согласие вступить в партнерство. Точное происхождение этого ритуала установить невозможно... Но иногда он бывает таким приятным!" Летучий Ежик: "Да у нас в школе каждую перемену эти придурки оборзевшие сосутся по углам. Хоть очередь занимай, чтоб под лестницу попасть". Тэсси Ам: "Зачем под лестницу?" Летучий Ежик: "Так не один, с Дари же! Сосаться и жамкаться! Она же клевая!" Если перемену в поведении идеального блонди в лабораториях заметили быстро, то вида не подал никто. Если начальство умиротворено - это прекрасно, но, как правило, внушает подозрения. А то мало ли что еще взбредет в элитную голову с этой внезапной и бурной жаждой деятельности! Терапевтический эффект, оказываемый Катце, был мощным просто невероятно. Так, что его хватало даже на несколько дней, если дилер вдруг предупреждал, что вечером не появится. В такие вечера можно было гладить и вычесывать Тэсс, бесцельно и уютно валяясь на диване, или наблюдать за ее резервными копиями, которые уже вовсю пытались мутузить друг дружку, особенно белый и черный детеныши. Черный Рики вообще был каким-то несуразным: мельче других, непригляднее и гораздо шебутнее, и Рауль с каким-то удовольствием отмечал, как ловко он отвешивает плюхи вальяжному и пуховому белому Ясси. Конфеты, фрукты и оливки, причем даже в большинстве своем не синтетические, попадали на стол пусть не в промышленных масштабах, но регулярно... Кто там говорил, чтоб непременно окружить себя красивыми и приятными вещами? В качестве очередной порции красоты тот Рики, который двуногий, преподнес странные украшения. Вернее, дело было так, что один из фурнитуров поймал монгрела за целенаправленной порчей имущества генетика, но на просьбы царапать лазером у себя в апартаментах Консула не прореагировал, а на аргументы, приведенные после просьб, дал сдачи. Когда же к совести (если, конечно, само это понятие применимо к конкретному переростку) монгрела воззвал сам господин Эм, дарк слегка стушевался. А потом - вытащил из кармана два бережно завернутых коротких ремешка, к каждому из которых были привязаны пластинки с символами, повторяющими процарапанный на дверном косяке рисунок. Три символа на каком-то из старотерранских языков. - Это что, новое матное слово выучил? Дарк засопел, зыркая из-под неровной челки своими антрацитовыми глазищами, и выдал: - Это нарочно. Чтоб защищало. А это - носить на обеих руках, чтоб тоже защищало. - Там что-то встроено? - Да нет же! Это просто... ну чтоб защищать! Как этот, но этот просто чтоб на удачу и чтоб не убили... ну или если убили, то чтоб сразу насмерть... - дарк подцепил у себя за воротником спрятанную на шнурке еще одну табличку с символами. - Не говори ерунды - они не могут действовать подобным образом. Не тот функциональный класс. Вообще никакой... - Но действуют же! Патта только на заказ делает такие. - Для Консула заказывай для своего. Дарк насупился еще сильнее: - А я и не для вас! Я для это... для него! Чтоб его сберечь! - А для меня? - усмехнулся генетик, но дарк всполошился: - Я могу и вам достать! Я могу! - Ты - кого угодно достать можешь. Растрепанный и с горестным взглядом, монгрел и вправду напоминал сердитого и тощего черного кота. - Юпитер с тобой. Что делать-то с этими... артефактами? Рики разулыбался своими не слишком ровными зубами: - На руках носить. Нет, ну правда же! Один на правую, один на левую... Анализируя позже тот диалог, господин Эм только диву давался: кажется, он впервые в жизни говорил с этим... с этим самым, причем - вполне себе даже цивилизованно. Забавный опыт. Они даже смогли уговориться на то, чтоб стены и двери, если на то пошло, портить исключительно с помощью маркера, а шнурки можно прятать под рукава. По части странного опыта время вообще наступило крайне богатое. Во-первых, в очередном приступе чувств (которые внутренний голос обозвал сразу приступом идиотизма), сам генетик тоже внезапно обзавелся пэтом-переростком. Сначала его внимание привлек не единожды повторявшийся уже в документах смутно знакомый номер - кстати, именно сапфирка тоже просекла это и даже выделила цветом, намекая, что, возможно, у кого-то из младших нейрокорректоров путаница в документах. Путаницы не оказалось, а вот номер абсолютно точно вспомнился - и теперь одну из комнат в апартаментах занимала давно знакомая зверюшка - Мимея. Именно зверюшка, кстати, довольно живучая - за два месяца огребла три коррекции. Речевые навыки утратила, передвигалась будто под тяжелой наркотой, спасибо, что под себя не гадила, - собственно, по результатам такой промывки мозгов должна была отправиться прямиком на усыпление. Отправилась бы и раньше, если б не племенная ценность... а ценность, кстати, тоже весьма сомнительная - единственный полученный от нее детеныш не прожил и недели, а сама родительская особь с тех пор капитально слетела с катушек. Рауль Эм утверждал, что хочет опробовать на ней контактную коррекцию-реабилитацию путем общения с эконом-пэтами, - ведь любой опыт нужно сначала провести на животных, прежде чем повторять его на вольных гражданах! Рауль Эм едва не сгорал изнутри от отвратительной смеси стыда и вины, думая, что, не будь когда-то он зол на Минка и его пэта, без разбора использовавших окружение для выяснения собственных отношений, не отдал бы Мимею с глаз подальше в питомник. А еще - жалость. Иррациональная, но оттого не менее поглощающая - стоило только представить собственные реакции на гибель Резервной Копии... Неприятный опыт. Отвратительный. Опыт с Катце был совершенно иного рода и гораздо позитивней. Эффект снежного кома: стоило раз преступить запретную черту - и дальше забивать на нормы и правила с каждым разом становилось все легче. Может, дело и шло у них медленней, чем у нормальных людей, но где люди и где блонди! И уж точно не в ущерб качеству: ведь элита достойно всего самого-самого! С теперешних высот вспоминая свои попытки благодарить, Рауль только усмехался. Контактно и молча благодарить получалось с каждым разом все дольше и лучше; и уже не сталкиваться носами и не стукаться зубами, как поначалу, и не просто замирать, разинув рот, если рот у рыжего всегда был таким гостеприимным, ласковым и вкусным! Свой собственный вкус на нем тоже ощущался довольно забавно... Рыжий заказал еще три футболки: из этой, страшной розовой, Рауль практически перестал вылезать. Чужому блонди под сьют не смотрят, и потому генетик использовал ее в качестве нижней одежды днем и все так же засыпал в ней ночью. Те полтора часа, на которые приходилось с ней периодически расставаться, чтоб получить все обратно чистым и отглаженным, были наиболее печальными - зато как щекотало нервы вечером бродить по спальне, буквально всей кожей ощущая взгляд Катце на своих голых ногах! Рыжий тяжело дышал, часто сглатывал, но чересчур не наглел - только руками под эту футболку лез особенно активно, уже не только с резервной копией общаясь, но и с самим блонди. Это была игра. Своя собственная странная игра, свое собственное хождение по краю, причем край этот очень легко отодвигался. Ну, как край футболки: то погладить по бедру, а то - задрать и до пояса, вовсю оглаживая веснушчатыми руками по заду. Как бы не заиграться! Границы личного пространства тоже постепенно мялись. Случайные открытия продолжались: один раз Катце, упорно не желавший ночевать в гостевой и неизменно сматывавшийся домой, вырубился прямо здесь. Просто - бесцеремонно валяясь на кровати хозяина апартаментов, когда оба были абсолютно размякшими после своих игр, когда начисто лишенная брезгливости и такта Тэсс (хотя какая на фиг брезгливость, если она крыс жрет!) лапами гоняла по полу влажные салфетки, которыми эти двое только что обтирались, когда лениво говорили совсем ни о чем... А потом внезапно наступило утро с надрывающимся в комме будильником. И Катце смешно скакал по комнате, пытаясь одновременно натянуть джинсы, найти свитер и матерясь, что если шаттл на Неополию улетит без него и переговоры сорвутся, то братья Скоцоне не переломятся его на Амои найти и живьем в стеклопластик закатать. Это было весело, а просыпаться вместе оказалось приятно. Так, что, когда в один из следующих вечеров рыжий вздумал попрощаться, генетик просто и без лишних церемоний подгреб его к себе под бок и пожелал спокойного сна. Вырваться ведь от блонди абсолютно нереально... Микроблог Тэсси Ам Запись девятнадцать "Якки обо мне заботится - он смог устроить расписание так, чтоб мне можно было поменьше торчать в Синдикате"... Стерто. "Чтоб на работе мне времени приходилось проводить меньше. Рисон притащил сборник комиксов и идущий в подарок вместе с ними маленький костюм Феликса Фаербола. Костюм страшный, а вот чтение оказалось довольно забавным"... Стерто. "Костюм страшный и подшивка тяжеленная, такой убить можно, если сверху на голову уронить. Карред сам варил горячий шоколад - теперь мне кажется, что у повара руки растут не из того места, потому что у него такого никогда не получалось... Возможно, потому что мне и попросить горячего шоколада не приходило в голову"... Стерто. "Карред варит мне горячий шоколад и иногда спит у меня". Росари: "Это уже похоже на гарем!" Тэсси Ам: "В гаремах живут пэты, а не элита и монгрелы вперемешку"... Стерто. "А не разные придурки!" Лейла: "Ты что, с Амои? Знаешь, в таком случае понятно твое странное отношение к себе и к окружающим". Тэсси Ам: "И что?" Лейла: "А то, что ни хрена это не гарем, извиняюсь, а обычное рабство!" Росари: "На Джамила-одиннадцать тоже существуют гаремы!" Лейла: "Ну и что? Никто уже тысячу лет не приводит в свой гарем невольников или невольниц. Никому не придет в голову продать жену, если она наскучила или вышла из юного возраста. Моя биологическая мать погибла в аварии, когда мне было всего шесть, - старшая жена папы мне всю дорогу сопли вытирала, а когда я уехала в Хармат учиться, то мама Зумруд по четыре часа туда-обратно в шаттле тряслась, лишь бы мне своих домашних сладких лепешек привезти или плова! Я не представляю, чтоб папа выгнал, например, маму Алию, когда она сломала ногу и не могла ничего делать по дому - да он сам ее кресло катал, пока она не смогла ходить! И это все - несмотря на то, что у нас шесть человек прислуги было! Мы живем не так богато, может быть, но я не думаю, что Арам отдал бы меня кому-то, даже если я стану толще раза в три и сварливее раз в десять. Извините, Тэсси. Мне просто очень сильно повезло: у нас не принято обращаться с людьми как с мусором. Несмотря на прижитых без брака детей, цвет кожи и волос и прочие глупости". Пишет Тэсси Ам: "Я схожу с ума от собственной мнительности. Я знаю, что еще рано, у меня три справочника перед глазами, гуманоидным еще не полагается... Мне кажется, или он уже начинает шевелиться?" Пишет Росари: "А что говорит медик, который ведет тебя?" Пишет Тэсси Ам: "Ничего. Его нет". Пишет Талисси: "Если нет проблем, то и делать в больнице нечего! Там только зараза одна, и не стоит чужим в лишний раз показываться!" Личное сообщение от Росари: "Тэсси, тебе точно не нужна помощь? Я знаю, что на Амои социальная служба абсолютно никакая, а ты - прячешься от всех на работе и не состоишь на учете у медицинской службы. Я, конечно, мало что могу предложить, но…" Личное сообщение от Тэсси Ам: "Нет, спасибо. Мы справимся". - Катце! - М? - Катце, тебя чему учили в Академии? - М... - Катце, готовить учили? - Ну учили... и убираться учили... и вообще учили... - Катце, а ты умеешь печь сладкие лепешки?