Кара Юпитерова

Глава 12. И мысли далеко, А разум – странно чист. Удар гормонами по интеллекту был и вправду страшным. Возможно, особенно по высокому интеллекту блонди, не предназначенному изначально для таких встрясок - оттого-то на этом идеальном гуманоидном варианте все сбои ощущались особенно остро. Рауль Эм не уставал поражаться непредсказуемости - даже нашел в сети соответствующий термин для всего безобразия разом. Пользователи обзывали это "пролактиновые мозги". Резервная копия начинала шевелиться. То есть шевелилась она с тех самых пор, когда отрастила себе конечности, но теперь - шевелиться стала ощутимо. Генетик прикинул разницу в пороге чувствительности блонди по сравнению с прочими среднегуманоидными показателями, плюс – собственную изначально слабую упитанность, сравнил инкубаторные и виварные скорости развития плода и велел себе успокоиться… Зато полчаса спустя навзрыд оплакивал очередную киномуть с одного из социальных каналов. Блонди невозможно напугать, они все слишком рационально для этого устроены – очевидно, почти все, за исключением Рауля. И такая честь, кто бы мог подумать, принадлежала Мимее. С тех пор как Резервная начала подавать достаточно явственные признаки жизни, бесцельное лежание на диване приобрело дополнительный сакральный смысл: генетик наблюдал. Созерцал. В рекомендациях по гимнастике и медитации такое обзывали "Внутренний свет", но при чем тут свет – кто его знает. Рауль лежал, прислушивался к осторожным, будто кончиком пальца или прядью волос, касаниям изнутри, наблюдал за эконом-пэтами (Тэсс мурлычет в корзинке, языком причесывая рыжего, черный и белый носятся друг за другом), жевал белые медовые лепешки с изюмом. В припадке оптимизма думал, что не так много времени пройдет – и щекотка превратится в полноценные швырки, ощутимые и видные снаружи даже невооруженным глазом… И в это время из-за плеча раздалось неразборчивое мычание. Корзинка с лепешками полетела в сторону. Возле дивана стояла пэт-переросток, против своей обычной апатичности – вполне себе взбудораженная. Она явно пыталась выразить какую-то свою мысль, только выходило так, будто ни одного целого зуба не имела. На домашнем корме выглядела она немногим лучше, чем раньше, - все такой же сломанной… Зато теперь! У нее даже слюни потекли от напряжения. Другие пэты старались держаться от Мимеи, даже причесанной и подкрашенной, как подобает, подальше, очевидно, чувствуя в ней чужую и видя слишком взрослую. А теперь, при виде красивого и перекошенного личика, волна восторга (как же чудесно помогает экон-реабилитация!) схлынула - и блонди разобрал откровенный страх. - Эээи! - старательно выводила пэт. - Э-иииии! - Спокойно! - приказал генетик, непонятно только, Мимее или себе. - Пф! Э-и! Как назло, моментально вспомнились все слухи и истории, когда внезапно взбесившиеся пэты пытались напасть на хозяев и даже всерьез тех калечили. И вспомнилась еще одна досадная мелочь - кольцо. Организм сейчас не слишком хорошо справлялся с водно-солевым балансом, и кисти рук иногда начинали отекать: Рауль просто бросил мешающий предмет в ванной, желая отдохнуть, а потом - не вспомнил. - Мимея, тихо. Вот так - голос должен быть ровным. Плохо, что реакции, по сравнению с другими блонди, у генетика теперь немного тормозились, но никто, слава Юпитер, был не в курсе этой маленькой слабости. "И сегодня же велю закрывать ее комнату!" - Это хорошо, что ты стараешься восстановить речь. Значит, и команды понимаешь. Сядь. Мимея поморгала и медленно села на пол у ног - ровно так, как обучали в академии. Очевидно, пэтская наука в пустую красивую голову вбита была почти на уровне безусловных рефлексов. - Молодец. Я рад, что ты такая послушная. Руки, кстати, слегка подрагивали, и сердце все еще не могло успокоиться, но покидать диван Рауль не поспешил - показывать питомцу свой испуг нельзя ни в коем случае. - Хорошая девочка, - рука осторожно погладила по мягким надушенным волосам. Красивым, приятного оттенка - за такую масть все питомники передерутся! Как натуральный шелк - тот, который легально было не то что не купить, а вывезти-то с производящей эту роскошь Рионы затруднительно... Да, шелк. Никакого сравнения с той жесткой гривой, что демонстрировал миру бывший фурнитур Минка. Даже странно - до чего же привычно и приятно стало путать и теребить его красную проволоку! Почти так же, как чесать и гладить кошку... Под хозяйской рукой Мимея успокоилась окончательно. Стихла, дергаться перестала - даже тремора не осталось и следа. Рауль горестно вздохнул над пролившимся зеленым чаем - ныне этот чай для генетика был почти под запретом и потому не пился даже, а смаковался изредка... Подгреб поближе опрокинутую круглую корзинку с лепешками. "Слишком большое нервное потрясение - приучать общаться с эконом-пэтами постепенно. Но как удивительно, контактная коррекция действует и на нее!" - Бэби! - неожиданно четко произнесла пэт. - Правильно. У Тэсс три котенка. Черный, белый и рыжий. Два играют, один - спит. - Бэби! - повторила Мимея. И тихонько коснулась Рауля выше пояса. - Бэ-би! - Я уже в курсе, - ответил блонди. Потом снова погладил посмурневшую Мимею, грустно отметив, что абсолютно ничего, кроме жгучей иррациональной вины, не испытывает. Такую - хотя, признаться, не растерявшую привлекательности даже теперь - не в кровать тащить, а жалеть сидеть. "Отравил ты меня, Катце. Наркота ходячая, не человек!" Размышляя так, генетик сжевал еще одну белую лепешку с изюмом, даже отломив кусочек для Мимеи: Тэсс обычно с радостью принимала подачки с хозяйского стола, если ей предлагали мясо. Пэт взяла - и правильно сделала. Хорошая порция углеводов в сочетании с вредными животными жирами - отличное успокаивающее средство. - Бэби. Там. - Главное - не болтай об этом. Или мне придется принять меры. На вот, скушай еще лепешку, и иди к Тэсс или к себе. Возможно, именно наличие аналогичного опыта помогло чокнутой Мимее так запросто раскусить своего бывшего и вновь обретенного хозяина - в любом случае оставалось тихо радоваться, что за пределами апартаментов блонди по традиции появляются замотанными в гору положенных по статусу тряпок. А не в свободных брюках и голубой майке, где на животе красовалось, в шутку повторяя логотип какой-то пищевой или парфюмерной компании: "Сделано с любовью". Ладно хоть рыжий гад смеха ради не заказал напечатать на футболке "Сделано по пьяни" - хотя, наверно, так было б гораздо честнее. Опыт-опыт... Рауль честно попытался найти объяснение своему феномену, но на архивах с геномами блонди получил от ворот поворот. Право доступа мог получить только Консул в чрезвычайных ситуациях с кодом А или весь Синдикат в тех же ситуациях и при случае невозможности передачи информации лично Консулу... - Вот сучка! - с досады Рауль даже слегка грохнул по голографическому экрану. Экран обиделся, согнулся и подло погас. Оставалось только надеяться на рыжего. Дилер долго спрашивал, в курсе ли Рауль Эм, на что тянет такое неуклонное стремление залезть в архивы Юпитер, но обещал скооперироваться с другими умными гражданами и не-гражданами и поковырять со своего терминала. При этом он без конца бессознательно потирал шрам на изуродованной щеке. Вот ведь даже удивительно: фаллопластику не пожадничал сделать и время свое потратил, а такую безделицу, как рубец, с лица убрать не собрался... Не узнают его без этой метки, что ли? Ничего не дал визит в закрытый элитный питомник-инкубатор, знакомый Раулю по смутным воспоминаниям многолетней давности. Ничего, кроме переполоха среди местного начальства и собственных истрепанных нервов: поголовно нейрокорректированные повадки обслуги, под присмотром которой чинно выгуливалось или занималось прочими делами светлое будущее Танагуры, не понравилось генетику. Хотя деликатная коррекция персонала со стабилизацией сильных эмоций была прямо прописана в правилах заведения, и задолго до Рауля... Уже в Эос с Раулем случилась натуральная истерика: собственные странные мысли довели просто чуть не до беготни по стенам. Как бесящуюся Тэсс, когда она вдруг принималась скакать по коврам и обоям. Блонди трясло, он что-то сам себе бормотал, что так не должно продолжаться и все надо менять, чем скорее, тем лучше... Пришла кошка, запрыгнула на плечо и стала громко урчать в ухо и тереться носом о щеку, следом пришла Чокнутая, макушкой скользнувшая под ладонь. Потом пришел Катце - и обе, и пэт, и эконом-пэт, сразу исчезли из комнаты. Катце тоже не спрашивал ни о чем и не пытался даже влезть под одежду, только гладил по волосам, целуя темно-золотые завитки... Парадоксальное он создание был, этот рыжий. Стоило пересечься с ним в спокойном виде - и готово дело, всех мыслей и пожеланий - как бы спрятаться ото всех, чтоб никто не мешал лизаться до полного умопомрачения, а стоило оказаться разбудораженным через край - и успокоение наступало без всяких препаратов... Наркота, наркота. Дилер думал, дилер искал лазейки в электронных мозгах в Танагуре, а генетик - снова и снова погружался в неотфильтрованные глубины федеральной сети. Увы, федеральная сеть в большинстве своем мало что могла предложить. А потом… Пишет Тэсси Ам: "Ежик, скажите честно: сегодня вы пришли сюда, чтоб всех исключительно обхамить?" Пишет Летучий Ежик: "И нагадить в душу. И оторваться. И отрелаксировать. Дари, сучка, опять не дает: говорит, месячные"... Пишет Лейла: "Ежик, фу!" Пишет Дарси Дарси: "Да чтоб тебе самому, сопляк, побывать хоть раз в женской шкуре! Со всеми этими приятностями - чтоб поясницу ломило, чтоб хотелось спать и убить всех или чтоб после викенда тест внезапно оказался положительным... А потом еще и обидеться на тебя, а? Что ноешь, что хочешь всех убить и весь скучный-противный, сучка такая"... Пишет Росари: "В этом плане можно позавидовать химерийкам, наверно". Пишет Лейла: "Химерийцы - несколько воспитанней, чем кое-кто?" Пишет Росари: "Ну... разные есть, наверно. Но в женской шкуре у них побывать - это не так затруднительно: некоторые мужские особи обладают природной трансгендерностью".