Меня зовут Томас Генбергер

POV Wilhelm Silver.

      — Ребят, вы чего? — Брайан нервно усмехнулся, отшатнувшись назад. — Билл, что случилось? Зачем ты меня вырубил сегодня?       Я на несколько секунд закрыл глаза, понимая, что ситуация достигла своего апогея. Всё. Это конец. Похоже, мы трое не доживём даже до приезда Лолы и её подручных. Мы просто перебьём друг друга до смерти. Шнайдер приедет в дом, наполненный запахом смерти. Ей не придётся выполнять всю грязную работу. Мы сделаем это за неё.       Не говоря ни слова, я опустил взгляд в пол и начал натягивать на себя одежду, вымазанную в земле. Плевать. На всё уже плевать.       — Не тебя одного вырубили, — подметил Том, фиглярно улыбаясь. — Ты читал предсмертную записку Шоны? Ты вообще знал, что твой отец тебя сдал в психушку так же, как и Гинсберг меня туда упекла? Только тебе больше повезло, чем мне.       — Замолчи… — прошептал я, сидя на полу и обнимая себя за ноги.       Но Генбергера было уже не остановить. Краем глаза я видел, как больно ранит Брайана каждое слово Томаса. Нойманна будто припечатало к дверному косяку, он не мог и пошевелиться.       — Твой папаша находился здесь, на втором этаже, когда мы приехали, — уже со злостью в голосе продолжал Том. — Знаешь, ему повезло, так как он умер мгнове… — не успел брюнет договорить, как Брай схватил его за волосы и грубо вытолкал из ванной комнаты.       Я уткнулся лбом в свои колени, слушая грохот, раздающийся со стороны гостиной. Хотите драться? Отлично. У меня больше нет сил. Похоже, тут каждый сам за себя. Я не могу бесконечно стараться кого-то защитить. Кто же защитит меня? Ни один, ни другой об этом не думают. Хрен с ним, с Томом, он не в состоянии отвечать за себя большинство времени, но Брайан… Для чего он помогал мне? Чтобы потом устраивать здесь побоище? Я устал от всего этого. И хочу домой.       Медленно поднявшись с пола, я неспешно вышел из ванной. Передо мной открылась совершенно ужасная картина: Том и Брайан стояли друг напротив друга, тяжело дыша, и каждый из них целился в противника револьвером. Я бы запаниковал, случись всё это раньше, но теперь мне было всё равно. Примерно через сутки прибудет Лола, а это значит, что все и так умрут. Нойманн и Генбергер не особо-то жить хотят, как я вижу. Но я хотя бы попытаюсь сохранить свою жизнь.       Тихо пройдя мимо этих двоих, я вышел из дома. Мужчины не обратили на меня никакого внимания. Их окутали чувство ненависти и желание убить. Не знаю, что здесь будет дальше. Главное, что это будет без моего участия.       Я подошёл к фургону, на котором мы с Генбергером прибыли в этот злосчастный дом. Сев в за руль, я начал искать ключи, которые с какого-то хрена пропали.       — Чёрт… — выругавшись, я нагнулся и стал шарить рукой около сидения. — Неужели, — я подобрал связку и, выпрямившись, посмотрел в окно.       Меня охватил такой липкий пробирающий страх, что трудно было пошевелиться. Я выронил ключи, глядя на то, как к дому приближается чёрный джип, сопровождаемый шестью байкерами.       — Лола… — пока не поздно, я пересилил себя и, выскочив из авто, с криком забежал в дом. — Ребята, она тут! Том, Брай, Шнайдер уже здесь! — истошно крича, я сбил Генбергера с ног, и брюнет нечаянно пальнул из револьвера куда-то в сторону кухни.       От шума оба мужчин пришли в себя. Я вскочил с места, помогая Томасу подняться.       — Быстро, быстро бежим наверх! — скомандовал Нойманн, схватив меня за руку.       — Мы все умрём, вашу мать! — запаниковал я, спотыкаясь чуть ли не о каждую ступеньку по пути на второй этаж. — Там огромный джип и шесть амбалов на байках!       — А у нас одиннадцать патронов на оба револьвера, так что всех уложим, не ори! — Том толкнул меня в сторону комнаты, где умер Генри. — Быстрее, спрячься пока там. Брайан, — напуганный брюнет посмотрел на такого же санитара, — останемся здесь, будем по обе стороны от лестницы.       Неожиданно около дома раздался визг тормозов. Мы замерли на месте, глядя друг на друга так, будто больше никогда не встретимся. Я судорожно выдохнул, чувствуя, как ноги становятся ватными, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Адреналин играл в крови так, что с ума можно было сойти.       — Билл, прячься, — прошептал Том, затолкнув меня в комнату.       — Будь осторожен… — я вцепился в руку Генбергера, ощущая, как мои глаза наполняются слезами.       — Хорошо, — он крепко обнял меня, уткнувшись носом в мою шею. — Прости меня за всё…       — Ничего, ничего… — прижимаясь к парню всем телом, я пытался не дать волю чувствам, и не разреветься: сейчас нужно быть сильным.       — Том, они вошли, — послышался шёпот паникующего Брайана.       — Я люблю тебя, — сказал Том, напоследок взглянув мне в глаза.       Передо мной захлопнулась дверь комнаты. Я закрыл лицо руками, упав на колени. Зачем он сказал мне это именно сейчас? Молчал бы лучше, дурак! Теперь пережить всё это будет намного сложнее… Хотя, куда уж хуже?       Я облокотился спиной на дверь и закрыл глаза, прислушиваясь ко всему, что происходит в доме. Тишина только добавляла нервоза и напряжения. Я думал, что как только команда Лолы окажется здесь, то сразу же начнётся стрельба или что-то в этом роде, но я ошибся. Они выслеживают нас, словно охотники. А я даже помочь ничем не могу.       Сидеть на месте оказалось невозможным. Я поднялся и начал измерять комнату шагами, всё время думая о том, как помочь парням. В голову не приходило ни одной путной мысли. Я только мешаю. Нет у меня ни оружия, ни нормального плана.       — Спокойно, Билл… — прошептал я сам себе, подходя к открытому окну, как вдруг мой взгляд наткнулся на края деревянной садовой лестницы, которые торчали со стороны улицы и упирались на внешнюю сторону подоконника.       Кто-то поднимается ко мне…       Забыв, как дышать, я мигом спрятался за шторой и заткнул свой рот ладонью. Мои глаза расширились от ужаса. Громко сглотнув, я услышал, как кто-то встал на подоконник, а затем спрыгнул на пол. Тяжёлые медленные шаги раздавались всё дальше от меня, в сторону выхода, и тут я понял ещё кое-что ужасное: Том и Брайан ни за что не будут ожидать врага из этой комнаты.       Осторожно выглянув из-за шторы, я увидел низкорослого, но крупного светловолосого мужчину, одетого в камуфляжную форму. Держа в руке огромный автомат, он осторожно направлялся к двери. Я тихо подобрал с пола ремень от брюк Генри и, приблизившись на цыпочках к этому ублюдку, резко накинул ремень на его шею, тут же утягивая мужчину за собой на кровать. Мы бесшумно упали на окровавленные простыни, после чего я обхватил блондина обеими ногами и начал душить его изо всех своих бешеных сил. Он бился в моих руках, словно беспомощный птенец, пытался ослабить хватку и что-то хрипел, но я лишь сильнее сдавливал его шею. В этот момент я неслышно плакал, откинув голову назад, так как вообще не хотел никого убивать, но выхода другого у меня просто нет. Пара минут — и мужчина обмяк.       Задыхаясь от истерики, я вылез из-под мертвеца и схватил тяжёлый автомат, лежащий рядом. Это пригодится моему Тому.       — Коридор второго этажа! — внезапно я услышал незнакомый мужской голос из глубины дома, а затем раздались выстрелы.       — Брайан! — по крику Генбергера стало понятно, что он явно запаниковал. — Живой?       — Живой!       — Да рано ещё умирать! — крикнул я, выскочив из комнаты и тут же подползая к Тому с оружием в одной руке.       — Ты где это взял?! — заорали оба мужчин, вытаращив на меня свои глаза.       — Лучше не спрашивайте, — я отобрал у Генбергера револьвер и вручил ему автомат, после чего сел рядом с брюнетом и посмотрел на Брайана. — Ты в порядке?       — Блять, нас пытаются грохнуть! Как ты думаешь, я в порядке?       Беспорядочная пальба начала раздаваться с самого начала коридора. Люди Лолы, бесконечно стреляя, не давали нам выглянуть из-за угла и дать отпор. Я слышал, как они приближаются, словно на нас надвигалась опасная стена.       — Они, твари, сами себя в ловушку загнали, — Том усмехнулся и, оставаясь на месте, просто выставил автомат в коридор и открыл огонь по ублюдкам.       Я закрыл голову руками, вжимаясь в угол всем телом.       — Чёрт! — Генбергер выронил оружие. — Мне руку отстрелили, Билл, тебе придётся взять автомат!       — Что? — в полнейшем шоке я взглянул на Томаса, корчащегося от боли в раненом запястье.       — Быстрее, бля, Сильвер! — Брайан помахал мне пустым револьвером. — У меня патроны кончились!       — Выкуривайте их оттуда! — как только кто-то из людей Лолы крикнул эту фразу, около нас тут же упала дымовая шашка, которая начала быстро вертеться и испускать едкий вонючий дым.       — Ещё кто кого выкурит, мрази! — в конец разозлившись, я вскочил с места и, перешагнув через Тома, пнул шашку обратно.       — Билл, нет!       Раздался очередной выстрел. Я почувствовал дикую режущую боль в левом боку. Меня снесло с ног. Я упал на пол и сжался в комок, когда открылась очередная пальба. Ещё три пули попали мне в правое бедро. Крича от боли, я медленно отползал в сторону комнаты, но не удалось мне преодолеть расстояние в ничтожный метр, как мне насквозь прострелили плечо. Больше не в силах двигаться, я просто лёг на пол, судорожно ловя ртом воздух. В глазах всё потемнело, я больше ничего не слышал.       Трясущейся рукой я дотянулся до кармана джинсов и вытащил из него свой телефон. Всё… Это последний шанс для Тома и Брайана остаться живыми.       С трудом набрав девять-один-один, я просто положил телефон на пол. Они услышат выстрелы, вычислят адрес и спасут их…

______________________________ 6 лет спустя ______________________________

      Сегодня исполнилось шесть лет моему тюремному заключению. Осталось ещё девять… За всё время, что я здесь провёл, мне удалось заработать репутацию психопата, к которому лучше не подходить, иначе глотку отгрызу. Конечно, первое время было нелегко, особенно первый год. Каждая тварь в этой тюрьме хотела меня трахнуть. Я защищался, как только мог. Немеренное количество раз мне пришлось лечиться от побоев, но никому всё же не удалось меня поиметь. Сломить мою душу после всего, что произошло, уже не под силу ни одному сраному человеку.       Сам не понимаю, как я выжил тогда. Когда я очнулся, врачи сказали, что я пролежал в коме около недели, так как потерял много крови. Но собственное состояние меня волновало не столь сильно, как состояние Тома. Я не знал, жив ли он вообще. И когда мне ответили, что Генбергер находится в реанимации с тяжёлыми огнестрельными ранениями, я чуть не сошёл с ума. Вторая плохая новость добила меня окончательно: Брайан погиб во время перестрелки. Врачам пришлось пичкать мой организм успокоительными, чтобы я легче переносил пережитый кошмар. Но на тот момент я не знал, что всё только начинается.       Полиция охраняла меня круглосуточно. Когда мне стало лучше, я попал под стражу. Меня допрашивали каждый день, и каждый день я обвинял во всём себя, Лолу и покойного Брайана, лишь бы Том не попал в тюрьму. Я знал, что очередного заключения где-то он просто не выдержит. Мне рассказывали, что Шнайдер ничего не отрицала на свой счёт. Она хладнокровно признала, что ей хотелось изменить сознание человека, заставить его думать, что он является совсем другим. Похоже, эта женщина совсем с головой не дружит, раз ей по хрену на всё. Хотя, наверное, Лола знала, что рано или поздно её поймают. Остаётся только догадываться. Я не в курсе, что с ней стало. Так же, как и не в курсе на счёт Тома. Я нахожусь за тысячи километров от родного города. Моим домом стала тюрьма. Когда я выйду на волю, мне исполнится тридцать девять лет. Не знаю, смогу ли я продолжать обычную жизнь после пятнадцати лет заключения, но известно мне только одно — я найду Тома. Я всё ещё люблю его. Наверное, он уже и имени моего не помнит… Хотя, кто знает?       — Сильвер! — строгий голос охранника Джея вырвал меня из раздумий.       — Да, — я поднялся с койки и посмотрел на мужчину.       — Начальник тюрьмы вызывает, — открывая камеру, ответил он.       — С какого хера? — я нахмурился.       — С большого и толстого, — съязвил охранник. — Идём.

***

      — Может всё-таки ответишь, что ему надо? — я остановился у кабинета начальника тюрьмы и взглянул на Джея.       — Да не знаю я, там не Шульц.       — А кто? — я удивился.       — Какой-то Томас Ман, — Джей пожал плечами. — Новый у нас начальник, в общем.       — Т…Томас Ман? — моё сердце резко набрало обороты, а в мыслях затеплилась крохотная надежда.       — Иди уже, Сильвер, он срочно тебя требовал, — охранник толкнул меня к двери.

***

      — Вызывали? — дрожащим голосом спросил я, глядя на человека, сидящего в кресле с раскрытой газетой в руках.       — Вызывал, — мужчина резко положил газету на стол, и я увидел до боли родное, улыбчивое лицо.       Я прикрыл рот трясущимися руками, а из моих глаз тут же хлынули горячие слёзы. В этот момент я снова почувствовал себя тем слабым парнишкой, будто и не было этих шести лет в тюрьме.       — Как?.. — я всхлипнул, начав оседать на пол: ноги совершенно отказывались держать.       — Тихо, тихо… — Том поднялся из-за стола и в одну секунду оказался рядом, подхватывая меня за талию. — Я здесь, всё теперь будет хорошо.       — Я не верю, — вцепившись в мужчину крепкими объятиями, я задыхался от собственных слёз. — Как ты здесь оказался? Как, блять, ты здесь оказался?! — я срывался на крик.       — Сначала успокойся… — Генбергер усадил меня на небольшой диван, стоящий в углу, а сам сел рядом.       — Я думал, что ты меня забыл, понимаешь? — продолжая свою истерику, я забрался к Тому на колени и прижался к нему мёртвой хваткой, уткнувшись лбом в его шею. — Как же я скучал по тебе…       — Ты всё такой же, — Томас обнимал меня в ответ, поглаживая мою спину, — маленький…       — Мне уже тридцать, — я посмеялся сквозь слёзы.       — А выглядишь, как тогда, — брюнет зарылся пальцами в моих волосах и нежно поцеловал меня в шею. — Я думал, что снова свихнусь, если не найду тебя…       — Расскажи мне, пожалуйста, — я вытер слёзы и посмотрел в любимые карие глаза. — Всё расскажи.       — Меня признали невменяемым, — Том слегка улыбнулся, проведя указательным пальцем по моей щеке. — Я не давал никаких показаний, мне просто назначили лечение в нормальной клинике. Я целый год им там мозги трахал, боясь, что всё может повториться. А ещё через полгода поправился. Детективы выясняли, помню ли я что-то, но я смог их убедить, что почти потерял память. И, как только меня отпустили домой, я связался с нужными людьми, которые поменяли мне имя. И… — Генбергер прервался, тяжело выдохнув и склонив голову.       — Что такое? — я взволнованно посмотрел на мужчину.       — Я думал, что тебя больше нет, понимаешь? — он взглянул на меня, и я увидел слёзы в его глазах. — В той тюрьме, в которой ты сидел изначально, был ещё один Вильгельм Сильвер. Я не знал, что тебя перевели сюда до того, как там появился человек с такими же именем и фамилией. И мне сказали, что Вильгельм Сильвер повесился, — Том взял меня за руку, продолжая свой рассказ. — Я оплакивал тебя всё это время и думал, что умру.       — Боже… — снова обняв Генбергера, я почувствовал, как мне за него больно и обидно.       — А потом… этот звонок, — брюнет усмехнулся. — Я понятия не имею, откуда мои люди о тебе узнали. Мне просто позвонили и сказали, что ты жив, и что ты здесь. Это было три месяца назад. Я купил место начальника тюрьмы у вашего Шульца, тот ещё продажный хрен… Он не хотел брать за тебя залог, так как сумма там не слишком большая. И тогда я предложил ему совсем иную сделку, с более крупными деньгами. Шульц с радостью избавился от этого места. И сегодня решились все проблемы с документами.       — Поверить не могу, что ты сделал это… — меня начало распирать чувство гордости за своего мужчину.       — Но я сделал, — Том улыбнулся. — Я дам тебе досрочное освобождение, Билл.       — Я люблю тебя, Томас Генбергер, — мои губы растянулись в ответной улыбке.       — Я люблю тебя, Вильгельм Сильвер, — после этих слов брюнет поцеловал меня.