История Луки Коулмана и Натаниэля Хейли

*четыре года спустя*

— Лука, ты не видел, куда я положил свои лекции? Уже час Натаниэль искал свою тетрадь. Уговорили его все-таки поступить в университет. Если бы еще ничего не забывал и не откладывал на последние сроки, цены б не было. В их доме потерять маленькую тетрадку слишком просто. — На втором этаже, в твоей комнате, на подоконнике, — ответил демон, наблюдая с Эсмиральдой за перемещением парня. Им вдвоем было хорошо, сидели себе на перилах лестницы, наслаждались обществом друг друга, а бедному Натаниэлю собираться и скорее лететь на пары. — Черт! — парень скинул кроссовки и побежал в комнату. — Ты ее туда положил? — донеслось недовольное. Делал-то уроки в гостиной вчера. — Подобрал с пола, — ухмыльнулся Лука, отпуская любимицу. Та вдруг захотела поползать по дому. — Предупреждай в следующий раз, — Натаниэль уже успел вернуться, быстро урывая поцелуй супруга. — Я побежал. Приготовишь сегодня ужин? — Мог бы и не спрашивать, — подмигнул Лука и пронаблюдал, как золотко стал быстро спускаться вниз по лестнице. И когда сошел с последней ступеньки, демон спрыгнул с перил на первый этаж и помахал супругу на прощание. Натаниэль перехватил с полочки ключи своей машины, которую они купили совсем недавно для большего удобства, и, махнув еще раз, выбежал за дверь. За четыре года, после того, как они с Лукой поженились, произошло много вещей. Написание своих книг, выпуск с огромным тиражом, съемки еще в одном фильме, переезд в Лондон, поступление в университет. Однако и коттедж за городом не забросили, уезжали туда на выходные. Но Натаниэлю было комфортнее ездить до университета через сам город. И он все еще планировал туда вернуться после окончания, и осесть уже насовсем. Не исключалось, конечно, желание любимого супруга. Порой, того тянуло на какое-нибудь приключение. Сидеть дома в одиночке не его стиль. В тайне от младшего мужа он занимался поимкой мелких тварей, чтобы хоть как-то сохранять в себе силы демона, а то ведь одомашился совсем. Иногда путешествовал по миру в одиночку, только чтобы время убить. Но самыми запоминающимися были моменты, когда мог вырвать на выходных золотку и отправиться с ним... куда-нибудь в Перу. Натаниэль все еще ворчал, что его заставляют учиться, а он не успевает все совмещать. Из-за чего и секс у них слегка подсократился. Что удавалось урвать? Небольшой петинг и страстные поцелуи перед сном. Порой в головку Натаниэля закрадывались мысли, что за четыре года супружеской жизни он мог… надоесть Луке. Неприятные, мрачные и страшащие его мысли мешали счастью в браке. Тогда он чаще стал думать о том, чтобы бросить учебу. Но тогда Лука будет недоволен. Чертов замкнутый круг. И раз уж тема пошла о мрачных мыслях… Натаниэль не мог понять одного — куда делся Томас и его ручной демон Брэндан? Со дня свадьбы, когда они заявились к ним неожиданными гостями, больше ни слуху, ни духу. И сколько бы парень не пытался выведать у супруга, тот молча пожимал плечами. Или правда не знал, или пытался что-то скрыть. Звонил в тайне родителям Томаса, но те с грустью отвечали, что Томас отправился путешествовать, и так ни разу и не позвонил. Это настораживало и пугало Натаниэля. Что же могло произойти? Если бы он только знал, что вечером произойдет грандиозная встреча…

***

После учебы, только к восьми вечера приехав домой, парень вдохнул аппетитный запах, доносящийся из кухни. Эсмиральда первая, кто приползла поприветствовать члена семьи. — Привет, — Натаниэль присел на корточки и погладил любимицу по гладкой чешуе. Та поддалась навстречу руке и прикрыла глаза. — Знала бы как я устал от этого круговорота, — вздохнул Натаниэль. Эсмиральда никогда не могла ответить, но умела выслушать и своим присутствием придавать сил. Своей заботой она действительно напоминала маму: выслушает, успокоит «объятьями», и уже чувствуешь, что дышать стало легче. — Пойдем посмотрим, что там Лука делает вкусненькое. Натаниэль поднялся с корточек и уже хотел отправиться на кухню, как услышал звонок в дверь. Не успел обернуться, Лука появился тут как тут и с мрачным видом, довольно грубо, оттолкнул парня от двери. — Иди наверх, живо. — Лука?.. — парень опешил от такого поведения. — Что на тебя нашло? — Натаниэль! — крикнул до боли знакомый голос за дверью. — Т-томас?.. Сердце гулко забилось о ребра. Что происходит?! Паника читалась в глазах. Почему Лука не дает открыть дверь? — Наверх иди! — рыкнул демон. Защита, поставленная на дом, не позволяет зайти чужакам. Но чем черт не шутит. Для перестраховки Лука исчез. Стоило проверить и выпроводить нежданного гостя. — Лука! Голова шла кругом, страх не хотел отпускать сознание. Парень совсем не понимал, что делать. — Да что происходит?! И только он хотел открыть дверь, дорогу перегородила Эсмиральда. Она, как и хозяин, чуяла опасность, исходящее от незваного гостя. Тихо зашипев на второго хозяина, взглядом на лестницу, как и Лука, велела подниматься. Натаниэль помотал головой. Он так давно не видел друга... Но что-то в его голосе было совсем не так. Надо проверить. Надо срочно проверить! Вот только Эсмиральда, стоя на стороне первого хозяина, второму просто не давала пройти. Даже укусила за ногу, когда тот попытался выйти. — Ладно, — поникнув, Натаниэль отправился наверх. Стоило переступить порог спальни, как он наткнулся на хитрый взгляд Томаса. Тот сидел, вальяжно откинувшись на спинку кресла. Нога на ногу, рукой подпирал подбородок. На губах блуждала несвойственная ему ухмылка. — Здравствуй, Натаниэль. — Томас? — парень озадаченно смотрел на друга. — Как ты здесь оказался? Где пропадал столько лет?! — О, да по мелочи, — отмахнулся тот и с неожиданной грацией поднялся на ноги. — Всего лишь пожил в аду. — Ч-что? — Натаниэль готов был упасть от таких новостей. — Т-ты… — слова застряли в горле. — Как же так?.. Ухмылка переросла в хищный оскал. Томас подошел ближе к «другу», не дав тому упасть. Но не отпустил, а прижал к себе, якобы, обнимая после долгой разлуки. — М, ты просто превосходен. Мне так сложно удержаться от соблазна… Позволь мне забрать твою душу? — Томас, прекрати... — Натаниэль положил руки другу на грудь. — Скажи, что ты пошутил! Скажи, что не стал демоном! Нет. Он не мог и не хотел в это верить. Этого просто не может быть... Почему же такое случилось? Внезапно подкосившееся ноги дали понять, что все сказанное правда. Томас применил на него магию, заставив упасть на пол. Новорожденный демон присел на корточки и после моргания глаз показал свой истинный цвет. Темнее ночи. — Прости... — с мольбой прошептал Натаниэль. Огромная вина навалилась и придавила своим тяжелым грузом. Рука инстинктивно потянулась к лицу друга. Но... для чего? Что желая этим показать?.. А тот вдруг засмеялся. Сначала тихо, но с каждой секундой смех нарастал. Откинув голову назад, он не переставал хохотать. Как же забавен был Натаниэль. Просто умора. — Простить за что? За то, что я стал демоном? Расслабься, Нат. Я не сожалею. Мне нравится то, что происходит. Убийства, разрушения, души, секс, я в восторге. Но знаешь, что раздражает меня больше всего? — перехватив руку парня, что тот так и не отпустил, он порезал ставшим острым, как бритва, ногтем кожу на запястье. И, собрав капли крови, с удовольствием облизал. — Голод. — Ты не считаешь, что я во всем виноват? — Натаниэль не мог оторвать взгляда от черных глаз. — Томас, это ведь не ты. Не ты сейчас это все говоришь... — Это я, — очень спокойно и с легкой улыбкой ответил новорожденный демон. — Или ты не рад меня видеть таким, Нат? Я разочаровал тебя? — Нет. Я рад, что ты живой. Но это и правда сейчас не ты. Ты не тот Томас, который был мне дорог. Пустой треп Томас прервал, буквально придавив бывшего друга к полу и навис сверху. — Я хочу есть, Нат, — завороженно стал шептать, словно насылая на парня гипноз. — Я очень-очень голоден. И ты станешь, — пожал плечами, — неплохим ужином. — Томас, — Натаниэль закрыл глаза. Он чувствовал себя таким жалким, что вдоволь было плакать. — Том, ты бы не сделал этого, даже будучи демоном. Я уверен, что это не ты сейчас говоришь. — Прощай, Натаниэль. Это последние слова новорожденного демона, после чего он приступил к пиршеству. Вернее сказать приступил, если бы черный туман, окутавший все его тело, не отбросил в противоположную стену. С такой силой, что та потрескалась. Вот только вред удар не причинил нисколько, одно только разочарование из-за прерванного ужина. Не успел Томас подняться на ноги, его схватили за горло и придавили к полу. — Жалкое отродье, ты не только посмело ворваться в мой дом, но и попытаться поглотить душу того, кто по праву принадлежит мне, — глаза Луки полыхали ненавистью и жаждой стереть новорожденного с лица земли. То, что объектом являлся Томас, лишь подливало масло в огонь. — Ах, спаситель явился, — прохрипел Том, но мерзкую улыбку даже боль не способна стереть с лица. — Долго же до тебя доходило, что след ложный. — За это я тебя еще немного помучаю, перед тем, как уничтожить. — Лука... Натаниэль с трудом поднялся с пола. Теперь его взору предстала черная аура. Та, которую он когда-то знал. Он потемнела. — Слышишь? Твоя подстилка тебя зовет, — через чур ласковым тоном заговорил Томас, за что лишь сильнее ощутил давление на шею. Но самым болезненным стало ощущение чужой души внутри. Она словно выжигала изнутри и новорожденный стал кричать от боли. — Лука, не надо!  Натаниэль не мог на это смотреть. Слишком тяжело все это осознавать. Парень поднялся и на негнущихся ногах подошел к любимому супругу, кладя ладонь ему на плечо. — Пожалуйста, Лука. Оставь его, — молящие нотки сейчас не казались чем-то унизительным. Все что угодно, но он не хотел видеть смерть друга. Агония прекратилась. Небольшое время на передышку у новорожденного появилось. Но чувствовать себя обязанным человеку… вот еще, это унизительно. Натаниэль своей жалостью и желанием помочь только сильнее раздражал. И в голову ударила замечательная мысль. После просьбы Натаниэля Лука и хватку на шее слегка ослабил. Томас приподнялся, вцепился в воротник рубашки собрата и припал к его губам жадным поцелуем. Никто из присутствующих не ожидал такого поворота. Особенно Лука. Шок его был достаточно сильным и он не сразу осознал, что жалкое отродье вылизывает ему рот. Однако поцелуй быстро прекратили. Кто-то перехватил Томаса со спины и оттянул от Луки. — Пардон, народ, — Брэндан держал веселую улыбку, хотя во взгляде читалось раздражение. — Он опять удрал. Натаниэль, сам того не понимая и пока все находились в шокированном состоянии, подошел к Томасу, с особым удовольствием заезжая ему в нос. — Даже не смей целовать Луку. Ты и мизинца его не стоишь! — глаза метали молнии. Инстинкт ревности двигал им сильнее страха перед существом, в несколько раз сильнее. — Может, я и человек, — еще один удар в скулу, — но даже демон не имеет права посягать на мое! В помещении словно время остановилось. Тишину прервал удивленный свист от Брэндана. Кто-то еще мог такое предугадать? Никто! Взгляд новорожденного спокоен, усмешка та же. Во рту скопилась кровь и Томас харкнул прямо к лицо Натаниэлю. — Пардон, — в манере Брэндана ответил он. И ведь даже не попытался вырваться. — Мой язык случайно оказался у него во рту. — Да что б тебя!  Натаниэль со злостью вытер лицо и был готов вновь врезать, но почувствовал на талии сильные руки. — Успокойся, — мягко настоял Лука и успокаивающе поцеловал в затылок. От милой картины Томаса передернуло. Любовь, нежность, и все это от демона — какая мерзость. — Ладно, народ, — Брэндан вздохнул, — реально пардон. Не знал, что он к вам побежит. Долго за ним сегодня гонялся. — Долго за ним гонялся? — Лука поднял наконец взгляд на собрата и ничего кроме раздражения в нем не читалось. — Сколько ему с момента перерождения? Два месяца? Не будь идиотом, и держи своего любимчика на поводке, пока он не совершил то, о чем пожалеет путем собственной жизни. В следующий раз я его точно убью. — Хм, горазд только болтать, — весело хмыкнул Томас и откинул голову на грудь Брэндану. — А ты все никак не уймешься? Оставь меня в покое. — С тобой не разговаривают. Дай взрослым обсудить проблемы, — Брэндан даже не посмотрел на Томаса. — Для новорожденного он слишком активен. За последние два дня сбежал раз шесть. — Не думаешь ли ты, что впору задуматься? — с издевательской усмешкой задал вопрос Лука. И идиоту должно быть ясно, что после стольких попытках нужно принимать меры. — Остался только один, — нахмурился Брэндан. — Но, кажется, выбора уже нет. — Убирайтесь из нашего дома. Брэндан не стал спорить, только кинул на выпавшего из реальности Натаниэля взгляд и испарился вместе с Томасом.