История Луки Коулмана и Натаниэля Хейли

Самое тяжелое оставалось впереди. Лука поднял не сопротивляющегося супруга на руки и осторожно опустил на постель. — Томас стал заниматься темной магией еще задолго до нашей свадьбы. В тот день, когда они оба заявились к нам, душа его уже была искалечена. Если подсчитать, то не сложно догадаться, что он вернулся на землю около двух-трех месяцев назад. Натаниэль не реагировал никак. Находился не здесь, лишь краем уха улавливая и пытаясь переварить произошедшее. Взяв платок и немного его смочив, Лука осторожно стер оставшейся след от крови перемешанной со слюной на щеке супруга. То, что Натаниэль молчал, не удивительно. С другой стороны, было бы лучше закричи он сейчас. Поистерил бы, снес мебель, но выпустил пар. Открыл все свои чувства. — Это моя вина… — прошептал Натаниэль, все еще смотря перед собой. — С меня все завертелось изначально. — Поздно в чем-то кого-то винить, даже себя, — вздохнул Лука и, оказавшись позади, обнял супруга со спины. — Этого следовало ожидать, пойми. Брэндан не пошел бы по моему принципу. Он привязался к Тому, это видно невооруженным глазом, но ему нужен был он, как демон рядом. В противном случае твой друг сейчас был бы мертв. — Он и так мертв. Человек, который был мне дорог, умер… — Возможно, что-то человеческое в нем осталось и пробудится через пару десятков лет. Как и у всех нас, демонов. Но давать ложные надежды я не хочу. — Почему ты не сказал раньше?.. — А что бы это дало? Я не ждал, что это отродье появится на пороге нашего дома. Нужно лишиться последних мозгов, чтобы рискнуть зайти на территорию другого демона, не равного по силе. И его, с позволения сказать, «опекун», — отсылочка к Брэндану, — оказался полнейшим идиотом. За новорожденными первый год ведется четкий контроль, ведь они совсем непредсказуемы. Лишь после адаптации позволяют спокойно шастать по миру. — Я хотя бы знал, к чему должен был готовиться, — Натаниэль понурил голову. Так больно было все это осознавать. — Эй, — мягко позвал Лука и стал целовать то в висок, то в затылок, — солнышко, не кори себя за случившееся. Рано или поздно это бы произошло. Томасу по судьбе было уготовлено стать нелюдем, они ведь всегда его окружали. Он сам на четверть не являлся человеком. Какая-то его часть принадлежала ангелам. Натаниэль резко развернулся и прижался к сильной груди. Из глаз полились такие жалкие слезы… Порой он считал себя таким жалким и слабым, а теперь еще и нюней. Пальцы демона мягко зарылись в волосах. Он стал слегка раскачиваться и успокаивать супруга, что брал на себя слишком много вины. Если перекрутить на самое начало, то во всем случившемся виноват как раз-таки Лука. Не заинтересуйся он Натаниэлем, не было бы никаких последствий. Ничего бы не было. Максимум, отсняли бы второй сезон и разбежались. — Почему мне так хреново? — убито прошептал Натаниэль. — Почему я не могу смириться с тем, что моего друга больше нет?.. — Тш-ш, не плачь. От его шепота супруга только сильнее душила истерика. И это нормально. Нормально для человека, который потерял близкого. К сожалению, или к счастью, подобные чувства Луке были не знакомы. Ни в человеческой жизни, ни уж тем более в демонической. Да и утешать прибитыми фразами: «не плачь», «все будет хорошо», «все в порядке», не помогали. Никак. Действенными были ласки и тепло любимого человека. — Прости, я таким плаксой стал, — горько улыбнулся Натаниэль. — Тебе незачем извиняться, — подцепив пальцами подбородок супруга, Лука стал нежно целовать влажные и соленые после слез щеки и оставлять короткие, нежные поцелуи на губах. Таких же соленных. — Раньше я не был таким неженкой, — Натаниэль заглянул в глаза демону. — Я не стал тебе противен из-за этого? — Я все еще испытываю к тебе любовь, золотко, — улыбнулся Лука, убрав с лица супруга несколько прядей. — Это уже ничто не изменит. И моя искалеченная темная душа рвется к тебе, чувствуя, что ты можешь ее исцелить. — И я люблю тебя… От признания демона становилось теплее на душе. — Пойдем в уборную? — приподнявшись, Лука взял свое сокровище на руки и направился к выходу. — Приведем тебя в порядок, заодно примем расслабляющую ванну. А после поужинаем. — Давай уедем куда-нибудь? Сейчас Натаниэлю хотелось оказаться как можно дальше от дома. — Прямо сейчас? — Да. Только Эсми надо взять с собой, наверное. — Поужинать не желаешь? — перед тем как выполнить желание супруга, Лука предпринял последнюю попытку упросить хотя бы немного перекусить. — А что ты приготовил? — Карпачо из лосося и рататуй. На десерт пирожное со взбитыми сливками. — Ты меня на убой решил накормить? — кажется, грустный настрой уходил немного в сторону. — Я ведь тоже не ел, тебя ждал. — Ладно, но сначала примем ванную, — согласился Натаниэль, решая, как он сегодня отвлечется от дурных мыслей. Что демон предлагал, к тому и вернулись. Всего и нужного было, что завлечь вкусной едой. В этом вся природа человека. Улыбнувшись своим мыслям, он потащил супруга в уборную. Сам ему наполнил ванную, сам добавил успокаивающие вкусно пахнущие масла. Натаниэль пока медленно раздевался, краем глаза наблюдая за фигурой старшего мужа. Никогда парень не перестанет любоваться его красотой. А Лука просто наблюдал. Хочется супругу принять ванну одному или он не прочь компании, он не знал и потому ждал. — Ты еще одет? — не понял Натаниэль. Для него было само собой разумеющееся, что муж будет с ним. — Понял, — усмехнулся Лука, принимая это за согласие и быстро снял с себя лишние тряпки. Несмотря на скорость, все сделано быстро и с изяществом. Попробуй так обычный человек разоблачиться… Сексуально это будет выглядеть только в медленном темпе. — Поцелуешь меня? — Натаниэль не спешил забираться в ванную. С недавних пор они все-таки решили установить себе ванную инь-янь на двоих. — Какой поцелуй желаешь? Словно официант, спрашивающий о выбранном из списка блюд. Но ведь у поцелуев есть тоже свои виды. И смотрю какую часть тела целовать. Лука подошёл к супругу и притянул к себе за талию. Их члены соприкоснулись, посылая приятное покалывающее чувство. Разливалось тепло. Натаниэль с хитрой улыбкой постучал по губам указательным пальцем, показывая, с чего следует Луке начать. Вместо поцелуя демон перехватил руку и вобрал указательный пальчик в рот, нежно посасывая и играясь с ним язычком. — Мой любимый демон хочет поиграть? — хитрый взгляд был направлен на супруга. В голове складывались веселые и страстные перспективы. — Спустя две недели, — прекратив вылизывать пальчик, Лука опустился перед младшим мужем на колени и стал нежно целовать его живот. — Я соскучился по твоему телу. — Прости, — виновато опустил голову. — Я из-за учебы очень сильно устаю. В отметку за извинения, что были вовсе ни к чему, мужчина прикусил кожу на животе. Да, его малыш немного поплыл жирком. Совсем немного. Живот уже не был плоским, но эта мягкость Луке даже нравилась. Однако не нравилась Натаниэлю, который подумывал выкроить время на занятие спортом. Хотелось бы держать себя в форме, чтобы супруг восхищался его телом. Лишние мысли вылетели из головы, когда демон стал делать сногшибательный минет. Натаниэль едва на ногах устоял. Так давно не испытывал столь ярких эмоций, что быстро кончил. До конца не пришедшего в себя супруга после оргазма, мужчина подхватил на руки и устроил в его части ванны, с зелёной подсветкой. Сам Лука устроился на противоположной части, с синей подсветкой. — Какая хорошая ванная, — Натаниэль блаженно откинулся на бортик, слегка прогибаясь. — Да, совсем неплохая, — кивнул Лука, призывая бутылку вина и два бокала. — Выпить не желаешь? Или на пустой желудок быстро охмелеешь? — Не стоит пока, — покачал головой Натаниэль. — Либо я полезу к тебе с сексом, либо впаду в депрессию. Ты же знаешь, — парень прикрыл глаза. — А вот от яблочного сока я бы не отказался. Ничего не поделаешь. Лука наполнил один бокал соком, второй вином, и первый протянул супругу. — Прошу. — Спасибо. Не мешало бы и как следует расслабиться. Одно напряжение унять демон смог, но хотелось бы, чтобы и переживания отпустили парня. Откинувшись на бортик ванны, Лука пригубил вино и вытянул ноги. — Знаешь, — Натаниэль вздохнул спустя какое-то время тишины, — у меня все равно в голове не укладывается, почему Томас решил убить меня. — Он испытывает дикий голод. В первый период жизни демонов у всех так. Сколько бы не насыщал, этого мало. — Но почему он вспомнил в этот момент обо мне? — Натаниэль с одной стороны и был рад, что друг его не забыл, но с другой… все равно жутко от всего этого осознания. — Кто знает, — чуть усмехнувшись, Лука выпил еще немого вина. — Возможно, стало любопытно, живешь ли ты со мной до сих пор. О том, что новорожденный мог навредить еще их общим знакомым или уничтожить собственную семью, мужчина решил не упоминать. Но Натаниэль и без него об этом вспомнил. — Надо проведать родителей Томаса, — сквозь ком в горле прошептал он. — Я не смогу спокойно жить, зная, что Томас мог и им навредить. — А если они уже мертвы? — Надеюсь, что из знакомых я был первым. Натаниэль помрачнел. Не хотелось верить, что Томас, всегда безмерно любивший свою семью, в один момент перечеркнул все. Выяснить это они могли сразу после ужина. Лука пошел навстречу, чтобы дать супругу успокоение. Видя, что тому кусок в горло не лезет, сам решил проверить, живы ли те люди. Хватило меньше минуты. Натаниэль задумчиво смотрел в тарелку. Ему хотелось только одного, чтобы Томас, когда придет в себя, был все-таки счастлив. И к нему заглянул. У бывшего Хейли скопилось сотни вопросов, но с ответами он еще мог повременить. — Они живы. Голос супруга, раздавшегося в тишине, был неожиданным. — Не врешь, чтобы меня успокоить? — напрягся Натаниэль, но скорее все-таки от неожиданности. — Нет. Я проверил их дом. Оба живы и здоровы. — Вот и хорошо, — вздохнул с облегчением. — Теперь поешь, — коснувшись головы парня, Лука сел рядом и взглядом указал на недоеденный ужин. Съедено от силы три-четыре ложки. — И все равно можно осознавать, что друга у меня больше нет, — Натаниэль просто положил голову на плечо мужа. — Сейчас нет. Но он может вернуться. — Он улетел, но обещал вернуться. Я бы хотел, чтобы мой друг вернулся. Хотел, чтобы вновь был тот Томас, ставший мне практически братом. — Поживем, увидим, — усмехнулся мужчина, целуя в макушку. — Надеюсь, все будет хорошо, — позволил себе слабую улыбку парень.

***

Как же сильно раздражало… Словно на поводке держат. Томас страдальчески вздохнул, послушно следуя за наставником-бывшим любовником, что не отпускал локоть. — Что, потащишь меня на второй этаж и обвяжешь цепями? — Посажу, — строго произнес Брэндан. — Чем ты думал, когда лез к другому демону? Тихий хмык — вот весь ответ. Будет он еще докладывать о каждом своей шаге. Вполне уже самостоятелен, чтобы принимать решения. — Ты же понимаешь, что тебя бы убили? — Брэндан остановился и посмотрел на парня. — Он сильнее тебя. Ты помнишь, что его душа была светлее? А сейчас ты мог наблюдать, что она почернела. Ты пробудил в нем ярость. — О, как страшно, — усмехнулся новорожденный, вырвавшись из захвата. Но не успел уйти, его обняли со спины. — Я голоден, Брэндан. — Томас, — старший демон уткнулся в макушку парня. — Это надо переждать. Просто переждать. Сколько бы душ ты не поглотил, ты не насытишься. Но трогать людей, на которых стоит метка чужого демона — опасно. В такие моменты демона одолевает ярость. И выжить будет сложно. — Твои нежности ни к чему, — фыркнул новорожденный, отталкивая от себя демона с помощью способностей. Постоянно нужно быть начеку. Томас — непредсказуемая тварь. Может быть покорным, а может наплевать на чувство самосохранения и не слушаться. Вот и сейчас Брэндан упал на пол, почувствовав как невидимая сила буквально отшвырнула его. Но мальчишка не сбежал. Он обернулся и оседлал старшего демона. — Мне наплевать на Луку. Он ручной песик, действующий по велению Натаниэля. Я знал, что меня не убьют, пока тот рядом. — Томас, — строго произнес Брэндан, хватая парня за грудки. Глаза почернели. Вокруг стала проявляться черная аура. — Ты не зазнавайся. Твой поцелуй явно дал бы Натаниэлю повод разрешить Луке тебя уничтожить. Да и сам Лука уничтожил бы тебя. Ты играешься, но не понимаешь, что делаешь. — А ты заревновал, да? — мурлыкнул новорожденный, опираясь локтями по обе стороны от головы демона. Наклонился к нему так близко, что чувствовал дыхание. И чужая сила стала окутывать собой, словно сдерживая. Вместе с голодом просыпалась похоть. Как давно Томас не трахался с Брэнданом? Кажется, что целую вечность. Люди оказались в этом плане интереснее, ведь их легко подчинить. — Я твой наставник. Люцифер с меня голову снимет, если я недосмотрю за тобой. На людей ему плевать, но если ты начинаешь распри между демонами и их собственностью, должен понимать, при поражении тебе не жить. Моя обязанность тебе все правила рассказать. Или тебя запрут в Аду. Одни слова. Но когда Брэндан выглядит серьёзным, еще и выпустив свою сущность, он становится невероятно сексуальным. Оскалившись, Томас укусил за нижнюю губу, а затем стал медленно облизывать каждую, просто и выгодно затыкая наставника. — Ты меня слушать будешь? — Брэндан закрыл рот парня ладонью. — Я не для этого тебя демоном делал, чтобы ты помер сразу же спустя несколько месяцев, еще не научившись полностью управлять своей сущностью. Сейчас тобой управляет она. А если ты ее не заткнешь, то тебя просто придется уничтожить. Такие безбашенные демоны создают проблемы, а уничтожить тебя придется мне, как наставнику, который не справился со своей задачей. Тихо рыкнув от нравоучений и прервавшегося удовольствия, Томас ловко поднялся на ноги. Выпущенная сущность старшего демона блокировала все способности, что раздражало еще сильнее. — Успокойся, — Брэндан давил своим авторитетом и силой. — Тебе надо прийти в себя. А на счет цепи я подумаю. — Я. Хочу. Есть, — процедил сквозь зубы каждое слово. — Терпи, — твердый голос. — Учись растягивать души. Как маленьких детей учат? Жуй, а не глотай. Еще один рык сорвался с губ. Не хотел он терпеть! Это невыносимо! Но и исчезнуть, как раньше, тоже не мог. Надзиратель чертов не дает и шагу ступить, заблокировав все его способности. Еще и защиту на дом нацепил. Почувствовать ее не составило труда. Томас развернулся и пошагал на кухню. С лестницы не спустился, но зато спрыгнул. — Несносный мальчишка, — обреченно вздохнул Брэндан. А ведь знал, что будет тяжело. Голод мучил. Жажда невыносимая… Томас, стоило добраться до кухни, стал шарить по полкам, в шкафах и холодильнике. Кидал на стол все съедобное: крекеры, шоколадная паста, хлеб, банка с огурцами, чипсы, копченые сосиски, взбитые сливки, печенья и все прочее. Усевшись за стол, он стал поглощать все, что накидал, в надежде притупить голод. Брэндан прошел на кухню, облокотившись на наличник. — Что же мне с тобой делать?.. — задумчиво оглядел парня. Даже идей не было, как отвлечь от голода. — Не знаю, — сказал с набитым ртом и вскинув голову стал заливать в себя взбитые сливки. — Я голодный. Брэндан сел рядом с парнем. В голове была одна идея. Попробовать ослабить голод с помощью своих сил, но так Томас на это сильно может подсесть. И нужно скорее предпринимать решение, потому что от вида, какой бутерброд новорожденный начинает себе готовить, даже демону становилось дурно. На хлеб намазаны и сливки, и кетчуп, сверху огурцы, раскрошенные печенья и порезанные сосиски. И все замазано шоколадной пастой. Брэндан не дал это даже попробовать, резко развернув лицо парня к себе и впившись в его губы. В этот момент сущность старшего демона стала обволакивать парня с ног до головы. Что-то свежее поступало в легкие. Словно глоток воздуха для человека, что долго просидел в духоте. Томас подался этому странному, но нужному сейчас ощущению. Жажда отступала, как если бы странник, долго шедший по пустыне, испил чистой воды из колодца. Брэндан поглаживал по щеке, передавая Томасу немого силы. Конечно, надолго этого не хватит, но хоть он вздохнет спокойно. Как только поцелуй прервали, Томас еще выдохнул через рот и открыл глаза, в которых на секунду мелькнул его истинный цвет. — Что это? — Передал тебе немного силы для пропитания. Но не злоупотребяй этим. Потом трудно будет отвыкнуть, — нравоучительно произнес демон. Прислушавшись к себе, Томас с удивлением ощутил сытость. Похожее после насыщения душой. — Продержится денек, если не будешь много пользоваться магией. — Получше любых цепей, да? — усмехнулся Томас и перевел взгляд на созданный бутерброд. — Фу, что за дерьмо? — А ты собирался это съесть, — с хитрой ухмылкой произнес Брэндан. — Но на счет цепей я еще думаю. Облизав перемазанные в сливках и шоколадной пасте пальцы, новорожденный без слов поднялся из-за стола и направился на выход. — Куда собрался? — Брэндан мгновенно оказался позади, перехватывая Томаса за талию. — А что мне дома сидеть? Я хочу прогуляться. — Посиди еще немного дома. На сегодня прогулки закончены, — Брэндан поднял Томаса на руки. Как принцессу. Новорожденный тут же сменил позу: скрестил ноги на талии мужчины и обнял за шею. Руки Брэндану пришлось устроить на его заднице. — Тогда может займемся сексом? — У тебя только секс на уме? Сколько ты уже успел трахнуть? — Сбился со счета, — отмахнулся от точного числа Томас, — ты сам говорил, что мной будет двигать жажда убийства, разрушение и похоть. Разрушить еще ничего не успел, как видишь. — Ладно, полгодика продержаться надо, — состроил печальную мордашку старший демон. — Раздражает. Томас вдохнул исходящий от демона запах парфюма и прикусил кожу на шее, около сонной артерии. — И что тебя раздражает? — шлепнул по упругой попке. Нечего кусаться. — Неутолимый голод. Я три сотни лет контролировал себя. Почему на земле, где полно ходячей еды, я должен сдерживаться? — Потому что демоны — благоразумные существа, а не животные. Демон, поддавшийся животному, имеет право только на уничтожение. — Так зачем ты идешь на уступки? — прищурил глаза Томас, зарывшись пальцами в волосы и слегка оттянув назад голову старшего демона. — Зачем подавил на время жажду? — Потому что я в ответе за себя, — спокойно опестил Брэндан. С ним играют. Он не против, но все еще надеялся вернуть себе такого замечательного любовника и партнера. — А кто же был твоим наставником? И помогал ли он тебе так же? — У меня не было наставника, — задумался Брэндан. — Но мы с другими собирались в группы по два-три. И контролировали себя. Одному одно давалось проще, второму — другое. — Что? — не мог в такое поверить. — Как вы ужились? Демоны ведь не переносят друг друга. — Мы выжить хотели, — пожал плечами старший. — Поэтому пытались проявить благоразумие. Тогда еще были гонения на демонов. Искать новые сосуды хлопотно. — Значит и Коулман был в числе этой группы? — Он и еще один парнишка, — подтвердил Брэндан. — Только третий умер от руки другого демона. Полез на рожон. — Дай угадаю, у вас на то время не было наставников, потому что создавалось достаточно много демонов, а в наше время это большая редкость и над каждым нужен контроль, чтобы тот стал достойным? — Примерно, — Брэндан не глядя понес парня прочь из кухни. — Многие высшие остаются в аду. Не понимаю эту тягу торчать в адской дыре. — Там — дом. Там тюрьма, а на земле свобода. По крайней мере Томас так считал. Но даже на земле над ним ведется контроль, к которому он не был готов. Брэндан обещал приглядывать и будучи тем, кто еще испытывал человеческие чувства, Томас радовался этому факту. Сейчас же ничего кроме раздражения. Его бесит Брэндан. Бесит, что он сильнее. Бесит, что наставляет хуже ребенка. Однако его раздражение не мешает желанию провести страстную ночку. Брэндан знал, что это временно. Временные трудности. Это не так долго. Надо просто только переждать.