Одни против целого мира

На коже оставались влажные следы, словно чьи-то разгорячённые губы покрывали горящие участки кожи, в надежде впитать в себя хоть крупицу той боли, что раздирала волокна и пробиралась к свету. Пот скатывался по лицу, попадая в глаза, которые тут же начинало жечь. Дженнис раскрыла рот и громко втянула в себя воздух. Живительный кислород слишком быстро заполнил лёгкие, отчего горло сдавил сухой кашель. Спёртый воздух просочился через поры, заставляя чаще дышать, сглатывая режущий ком в горле. Сквозь закрытые веки пробивался слабый свет, и девушка едва разомкнула глаза. Под потолком, с характерным потрескиванием вольфрамовой нити, светила лампа, изредка мигая и едва освещая небольшое помещение. Неясный шум в голове постепенно рассеялся, и Дженн аккуратно приподнялась с кушетки. Оглядев комнату и не обнаружив ничего интересного, за исключением кипы бумаг, которыми были завалены столы, стоящие по периметру, девушка свесила ноги над полом, едва подавив крик. Паника подкралась незаметно, но обрушилась на неё со всей силой, будто терпеливо дожидаясь неподалёку, пока Дженн не заметит в каком она сейчас состоянии. Ноги были аккуратно перевязаны, а от мысли, какие раны могут скрываться под ними, кожа под бинтами начала неприятно зудеть, а по телу прошла волна колких мурашек. Мыслей не было. Было только бешеное желание посмотреть на себя в зеркало. Поднеся мелко трясущиеся руки к лицу, девушка чуть слышно всхлипнула. Всё было сделано аккуратно, но сквозь марлю, в некоторым местах, просочилась кровь. Кожа на пальцах была содрана, но обработана какой-то прозрачной мазью, которая едва блестела в тусклом свете. Невесомыми движениями, Дженнис дотронулась до лица. Боль сопровождала каждое её прикосновение. Дрожащие пальцы бесцельно блуждали по лицу, размазывая льющиеся из глаз слёзы. Становилось страшно. Она попыталась что-нибудь сказать. Не в надежде, что кто-то придёт, а для себя, чтобы вернуться в реальность, понять, правда ли с ней всё это происходит. Чуть распухший язык медленно провёл по зубам, натыкаясь на пустое место в конце нижнего ряда. Это послужило неким сигналом, после которого запустился мыслительный процесс. Будто с некой насмешкой, в памяти начали всплывать кадры из прошлого. Удары Горо заболели с новой силой, заставляя девушку согнуться и до скрипа стиснуть зубы. «Может тут есть какие-нибудь обезболивающие?» Аккуратно наступив на левую ногу, Дженн скривилась от боли, но встала с кушетки. Схватившись за живот, она опёрлась о стенку и перевела дыхание. Мысли о том, что эту боль возможно заглушить, вселяли надежду и заставили девушку медленно продвигаться вдоль стены к выходу. Впереди был длинный коридор, с боку, почти в самом конце, была открыта дверь, откуда лился более яркий свет и доносились приглушённые голоса. Слабо улыбнувшись, Дженнис ускорила шаг. Она словно шла по битому стеклу, вонзающемуся в связки, пробивающему кости. Боль душила и заставляла слишком быстро дышать. Вместе с воздухом, внутрь проникали осколки стекла, раздавленные окровавленными ногами. Они полосовали и рвали, превращая внутренности в кровавое месиво. Дженн с силой зажмурила глаза. Снова наваждение, но такое реальное и такое осязаемое — конечно, на полу ничего не было, и ноги не превратились в кровавые обрубки. Подобравшись к комнате как можно ближе, девушка замерла на входе, пытаясь понять чьи голоса она слышала. Женский голос взвинтил нервы, и слишком быстро разогнал по телу кровь, пульсирующим потоком ударившую в голову. Осев на пол, девушка обхватила живот, понимая, что ей срочно нужна чья-то помощь. В комнате говорила Венна — звонкий и бодрый голос был до странности аморфным. Она чуть не задыхалась от того потока информации, который рассказывала своему спутнику. — И я безумно рада, что всё закончилось, — завершила она свою речь. — Так же, как и ты? — Так же, как и я, — отозвался Карл. Дженн расслабленно выдохнула, но замешкалась, и решила пока не выдавать своего присутствия. Что-то в них двоих напрягало. — Карл, — голос Венны снизился на несколько тонов, — признайся, будешь по ней скучать? Послышался негромкий смех парня и слабый стон Венны. Влажные звуки наполнили комнату. Дженн придвинулась ближе и рискнула заглянуть во внутрь. Сердце предательски ускорилось, а глаза наполнились слезами, застилающими открывшуюся картину — Карл сидел на кровати, а сверху была Венна, обхватившая его шею руками и страстно целуя, стонами отзываясь на его прикосновения. Оторвавшись от любимого, Венна вытерла губы и соприкоснулась с Карлом лбами. — Меня так бесило всё это. Я понимаю, что это был план Рика, но ты и представить не можешь, как я ревновала к ней. — Представляю, — Карл поцеловал девушку в губы. — Мне оставалось только терпеливо ждать, пока она не исчезнет из моей жизни. — Ты признался ей. Как она отреагировала? — девушка склонила голову на бок. — А как могла отреагировать эта ненормальная? Поверила каждому слову, — он злобно ухмыльнулся. — Ей чуждо то, что мы считаем нормальным, поэтому было не сложно врать ей прямо в глаза. — Кажется, у нас гости, — оскалилась Венна и повернула голову в сторону выхода. — Любишь подглядывать? — подхватил Карл, залезая руками под майку Венны. — Как тогда в лесу? Признай, тебе понравилось. Дженн смотрела на это безумие, не обращая внимания на слёзы и ужасную ломоту. Почему это снова происходит с ней? Почему её снова предают? Карл. Его признание было таким искренним, чистым, немного грубым, но Дженнис поверила. Он столько раз играл с её чувствами, которые она перестала скрывать только недавно, после того разговора в лесу. Медленно она приближалась к его оголённым проводам, чтобы в итоге пропустить через себя смертельный разряд. В последний раз. — Дура наивная, — разразилась хохотом Венна. — Думала, что такую, как ты можно полюбить? — Ты же чокнутая, — скривился Карл. — Психопатка. — Тебе не место среди нас. Каждое слово пропитано ядом. Он просачивался в кровоточащие раны, с едким шипением разъедая истощённую кожу. Дженн упала на пол и закрыла ладонями лицо, глотая солёные слёзы и пытаясь стать настолько маленькой, чтобы её никто не видел, вновь стать незаметной для мира. Внезапно стало темнее. Подняв голову, девушка посмотрела на закрытую дверь, за которой только что видела Карла и Венну. Она не слышала, чтобы кто-то выходил или закрывал дверь, а значит… Девушка поднялась на колени и подползла к ручке. Ледяная сталь немного отрезвила разум, и Дженнис повернула её до упора. Дверь оказалась заперта. — Что? — выдохнула она и принялась дёргать ручку вновь и вновь. — Открывайте, я знаю, вы там! — голос сорвался на крик. — Ненавижу вас! Больше никто не посмеет играть с моими чувствами, — прорычала она, ударяя кулаком по стальной поверхности, оставляя на ней кровавый след. — Я сотру с ваших лиц эти грёбанные счастливые улыбки! — Дженнис. Повернув голову, она увидела лишь пустой коридор, который теперь казался чуть длиннее, чем раньше. Скривившись от боли, девушка зашипела. В крови взыграл адреналин, который на время заглушил бешеную боль, теперь же всё вернулось в троекратном размере. Но ей двигало чувство, что она не в безопасности и, превозмогая боль, Дженн пошла дальше. Даже от ненастоящего предательства Карла, девушку распирала злоба, которая и помогала ей идти вперёд. В ушах до сих пор стоял звонкий смех Венны, а на периферии маячило ухмыляющееся лицо парня. На место злости пришла обида и горечь от разочарования. Остановившись, девушка подняла глаза вверх, стараясь удержать вновь подступающие слёзы. Теперь они не приносили облегчения, а только подпитывали чувство, что Дженн никому не нужна. — Мне просто показалось, кто знает, какими лекарствами меня пичкали, — тихо прошептала она. Очевидно, что она подверглась медицинскому вмешательству, а значит, что ей могли вводить какие-то препараты — те же обезболивающие, при передозировке, вызывающие жёсткие галлюцинации. Но ведь раньше она и без них слишком явно ощущала кошмары наяву. Медленно теряя самообладание, девушка обхватила плечи руками и глубоко задышала, концентрируя внимание лишь на главной цели — найти того, кто сможет помочь. Впереди раздались мужские голоса и, судя по всему, они шли по направлению к Дженнис. Не успел страх сковать хрупкое тело, как в поле зрения показались Рик и Дэрил. Мысленно улыбнувшись старым знакомым, девушка невольно заплакала. Ей так хотелось кому-то всецело довериться, не бояться подвоха и знать, что тебя не предадут. Обеспокоенные лица подбегающих к ней мужчин вселяли лишь мнимую надежду, но никак не подкрепляли веру в их бескорыстие, и она не понимала почему. — Зачем ты встала? — Рик подхватил девушку за плечи, за секунду до того, как та чуть не упала. — Мне было плохо, — едва прошептала она. — Малышка, тебе нельзя вставать, — голос лидера был взволнованным. Малышка? — Что случилось? Где Слай?! — О нём больше не стоит беспокоиться, — отозвался идущий рядом Дэрил. — Он далеко отсюда. — Как… — Аккуратнее, — Рик помог Дженнис лечь. — Все вопросы потом, тебе сейчас не о чем беспокоиться. Я позову Мэгги, она от тебя практически не отходила. «Только Мэгги?» От мысли, что, возможно, Карл даже не был здесь, не видел в каком она состоянии, стало вновь невыносимо тоскливо. Это всего лишь предположения, но и этого хватило, чтобы почувствовать свою никчёмность. За мрачными раздумьями и самобичеванием, Дженн не заметила, как ушли Рик с Дэрилом и, как в комнате появилась Мэгги. Девушка приветливо улыбнулась и начала что-то рассказывать Дженнис, но та неотрывно смотрела в одну точку, полностью поглощённая в свои думы. — Дженн, как ты? — Мэгги осторожно коснулась смоченной салфеткой её лба, отчего девушка резко дёрнулась. — Ох, прости, я не хотела тебя напугать. Слишком холодная? — Нет, — Дженн выдавила улыбку. — Рик сказал, что ты потратила много времени на меня. Спасибо, Мэгги, — внезапно, Дженн поняла, что что-то здесь не сходилось. — Подожди! А разве ты не в лагере? — девушка едва перевела дыхание. — Мы пришли следом, но все подробности потом, не хочу тебя слишком нагружать, — Мэгги хитро улыбнулась и рассмеялась, глядя на изумлённую Дженн. — Тебе очень больно? Прости, я боюсь тебе снова давать обезболивающее, я и так ввела чуть больше положенного. Размышления Дженнис, касаемо большой дозы обезболивающего, оказались не беспочвенными. Попытавшись не думать о том, что от неё скрывают, она заметно повеселела и ещё раз поблагодарила Мэгги. Та махнула рукой, будто говоря «нашла за что», и начала промывать ей руки. Содранные костяшки неприятно заныли, заставляя Дженн рефлекторно сжать кулаки. Нужно отвлечься. Срочно. — А где Карл? — на выдохе спросила она.  — Он, — Мэгги на секунду прекратила своё занятие и посмотрела на девушку, — в порядке. Сейчас с ним Ве… Сердце пропустило удар. Ещё один. И снова. Холод пробрался под кожу и сковал тело. — Он не один, — Мэгги достала тюбик с мазью. — То есть, за ним следят, и он в безопасности. — Всё-таки, что здесь произошло? Мэгги, от неведения я начинаю переживать ещё больше! — в сердцах проговорила Дженн, не отдавая отчёта своим действиям. Поднявшись на кушетке, девушка схватила Мэгги за руку и с силой сжала её. — Дженнис! — Прошу, просто расскажи, — прошипела девушка. Произошедшее не на шутку напугало обеих. Дженн продолжала сжимать запястье Мэгги, глядя на её встревоженное лицо. С глаз словно сняли пелену, и Дженн резко одёрнула свою руку, чуть отползая в сторону. Не зная, что на неё нашло, она во все глаза таращилась на красные пятна от её пальцев на запястье Мэгги. — Я…Я не… О, Мэгги, прости меня, — девушка закусила губу. — Не страшно, — та немного натянуто улыбнулась, но в момент изменилась в лице. — У тебя был стресс, и я дала слишком много лекарств. Хочешь я вколю тебе снотворное и ты поспишь? О нет, хватит, а то совсем сгублю тебя, — Мэгги скептически скривила губы, сетуя на свою недальновидность. — Не беспокойся, мы все в безопасности. Все живы, относительно здоровы, а остальные подробности лучше тебе узнать потом. Дженн покорно кивнула. Любопытство и паника раздирали её изнутри, но она боялась повторения того внезапного всплеска. В памяти всплыл момент, когда она разбила бутылку о голову Карла, ведь тогда она не контролировала себя, а сейчас всё было почти наоборот. Лишь на секунду она почувствовала удовлетворение, увидев страх в глазах Мэгги, и это ей понравилось.

***

POV Дженнис Я пролежала в лазарете, как я его окрестила, неделю. Семь долгих дней, наполненных дикой болью, которая, казалось, не хотела ни на секунду отступать. Зато хватило времени вспомнить о недавних событиях и переварить новые. Смерть маленькой незнакомки от моих рук — крохотное, хрупкое тельце упало на пол со звуком оглушающего выстрела, и я проснулась. Она теперь преследовала меня во снах, которые слишком часто не имели чёткой границы с реальностью — это всё обезболивающие. Мне легче винить во всём лекарства, которыми меня пичкали, чем собственный рассудок — я ведь не сумасшедшая. Теперь мои руки тряслись постоянно, а когда мозг обновлял краски минувшего, поджившая кожа на пальцах вновь начинала кровоточить. Боль от моих действий приносила лишь временное облегчение, но я готова была её терпеть. Смерть ребёнка на моих руках, которые должны быть всегда в крови, как напоминание. Я буду помнить о тебе всегда, только перестань кричать. Прошу… — Прекрати эти крики! — я вырвала иглу из вены и отшвырнула больничный штатив в сторону. После моих срывов она замолкала, правда ненадолго, но этого хватало, чтобы вспомнить избиение Горо, словно это было вчера. Под рёбрами начинало болеть, но я не обращала внимание — уже привычно. Его удары отражались болью по всему телу, этот урод даже выбил мне зуб. Почему-то вспоминалось об этом каждый день, прокручивая в голове те удары, которые удалось прочувствовать, пока я не отключилась. Даже сейчас была ощутима эта волна ярой злобы по отношению ко мне. Неужели можно так сильно ненавидеть человека? Воспоминания затягивали дальше, разбавляя тяжёлое дыхание азиата криками Карла. Невольно начало болеть горло, будто это я срывала связки в попытке докричаться до разъярённого ублюдка. Помню, что он обещал убить его. Как бы странно это не звучало, но каждый раз это обещание согревало мне душу. Будто Карл мой принц, а я его… — Дура, — нервно засмеявшись, смахиваю с тумбочки лоток с медицинскими инструментами. Тут стало слишком тихо, пусть хоть их звон ненадолго заполнит эту пустоту. Я какая-то нервная. После арены все меняются. В комнате запахло гнилью, как тогда на суде. Я едва могла ползать, моя смерть должна была быть быстрой и болезненной. Первый укус пришёлся на ногу, сил отбиваться не было, и я оставила жалкие попытки. Боль была настолько дикой, что я провалилась в темноту, перед этим заметив на арене какое-то движение. Только на следующий день я вспомнила о вакцине, которую мне вкололи перед выходом на арену. Об этом знает Рик? Мэгги должна была видеть, что с моей ногой, но рассказала ли она лидеру? Очевидно. Это они от меня скрывают произошедшее. Я снова слышала её. Приближающийся издалека крик мёртвой девочки невозможно с чем-то спутать. На автомате зажимала уши, как в комнату зашла Мэгги и мягко улыбнулась мне. — Думаю, тебе не повредит свежий воздух.

***

Раньше здесь была столовая для местных, а сейчас её обустроили под подобие склада. Среди огромного количества коробок, сновало не менее огромное количество людей. Несколько дней назад Мегаструктура была пропитана яростью, с присущим ей запахом крови и отчаяния, а сейчас всё выглядит так, будто я оказались в лагере Рика — каждый был занят своим делом, целенаправленно шёл туда, куда ему нужно и брал то, что ему необходимо. Трясу головой и слышу тихий смех Мэгги. — Скоро всё поймёшь. — Скорее бы, — бурчу себе под нос, съёживаясь от мимолётных взглядов. Мэгги отвлеклась на проходящего мимо Гленна, но не отошла от меня. Хотела бы я сказать, что меня тошнило от этой заботы, но это было бы неправдой. Она и правда помогала от чистого сердца, а не потому что так сказал ей Рик. Улыбнувшись и кивнув подошедшему Гленну, который обнял Мэгги, я почувствовала, как на душе снова всё затягивает тёмными тучами. За эти дни Карл ни разу не зашёл ко мне, но Мэгги неустанно говорила, что с ним всё в порядке. Где-то впереди раздался взволнованный возглас Рика. Пытаясь разглядеть лидера среди горы коробок, я быстро бегала глазами по помещению — слишком много незнакомых людей и ощущение, что они были не жителями Мегаструктуры — её обитатели слишком пропитаны ею, от чего их можно без труда выделить среди других. Я хотела увидеть лидера, хотела поговорить с ним. Повернувшись в сторону Мэгги, я увидела, как она попыталась схватить меня за руку, удивлённо глядя за спину. Я не успела повернуть голову, так же, как и она не успела притянуть меня к себе. Всё произошло слишком быстро. Как в тумане видела удаляющиеся лица Гленна и Мэгги, которые были ошарашены не меньше, чем я. С другой стороны, заметила движение и увидела быстро идущего в мою сторону Рика. И теперь уже я перевела взгляд на того, кто быстро вёл меня прочь отсюда и столкнулась с ним взглядом — словно в первый раз из множества десятков. Он аккуратно подтолкнул меня в комнату, запирая за нами дверь, и закрывая её на ключ несколько раз. — Карл, открой! — ручка двери несколько раз резко дёрнулась вниз. — Не разыгрывай сцен, мы просто поговорим, — процедил сквозь зубы Карл и за дверью наступила тишина, а после донеслись удаляющиеся шаги. Он облегчённо выдохнул и повернулся ко мне. В комнате повисла тишина. Время, словно патока, медленно и неторопливо просачивалось сквозь нас и стальную дверь, в тот бушующий мир с суетящимися людьми. Мы разглядывали друг друга, словно не виделись вечность. Он и правда изменился — его черты стали острыми, а пронзительный взгляд был уставшим. — Карл, а где твоя шляпа? — я широко улыбнулась, поняв, как глупо прозвучал мой вопрос. — Шляпа? — Карл вскинул брови. Выдержав пару секунд, мы громко рассмеялись. Через смех, я выплёскивала всю свою нервозность, и теперь старалась в ином свете взглянуть на недавние события. Карл вытер уголки глаз. — Ты всегда носил её, практически не снимая, а сейчас без неё, хотя и день. Ай, забей, — я перевела дыхание, понимая, что затронула совершенно не ту тему. — Дженн, — он облокотился о стенку, — ты как? — Сносно, — безразлично пожала плечами. — А ты? Мэгги сказала, что и ты лежал в лазарете. — А, — Карл махнул рукой, — пустяки. Прости, что не навещал тебя, у нас было слишком много дел. — Так много, что не нашлось и минутки? — от его слов стало обидно, ведь прозвучало это, как отмазка. — Нам бы не хватило минутки, — пробубнил под нос Карл, едва заметно ухмыляясь. — Тебе рассказали, что произошло? Почувствовав, как загорелись щёки, я отвернулась, якобы рассматривая стеллажи с кучей разного хлама, и отрицательно покачала головой. — Садись, — он придвинул ко мне стул и дотронулся до плеча. Тело словно током прошибло, и мы оба это почувствовали. Живот скрутило в болезненном спазме, а руки вспотели. Карл, отвернись же, ну! Ты же видишь, как меня трясёт. Он немного нахмурил брови и неспешно отошёл в сторону — словно гора с плеч. — Внимательно тебя слушаю, — заметно расслабившись, сказала я. — Мэгги не хотела мне ничего рассказывать, ссылаясь на то, что мне ни к чему лишние переживания. Какая глупость! От такой неизвестности я ещё больше накручивала себя. Карл отстранённо смотрел на меня, будто думая о чём-то своём. — Эм, Карл? — Ага, — он откинулся на спинку стула, продолжая безучастно смотреть в сторону. — Думаю, что ты должна всё узнать, ведь ты была в неведении до самого последнего. В комнате потемнело — свет из окна стал блеклым и серым, и вскоре прогремел гром. Приняв удобное положение, в котором боль была терпимой, я кивнула, давая понять, что готова слушать. — Спустя год, после того, как Слай напал на наш лагерь, мы встретили другую группу. Довольно большую — там были и женщины, и мужчины, и дети, — я ошарашенно посмотрела на Карла, такой поворот событий был неожиданным. — Мы встретились на одной из вылазок. Конечно, после случившегося нам было сложно кому-то доверять, но настроение Марка, по отношению к твоему бывшему боссу, — он скривился на последнем слове, — немного разрядило обстановку. Нам было что терять, но и сидеть сложа руки больше не было сил. — Вы решили объединиться против общего врага? — Именно, — кивнул Карл. — Они знали о Слае — некоторые из них сталкивались с ним лично, только чудом успев унести ноги. Их было и правда много, такого размаха я не ожидал, и они имели большие запасы оружия, патронов, еды — прямо манна небесная, — я ухмыльнулась, рассматривая сосредоточенное лицо Карла. — Мы объединились, разработали план и принялись ждать. — Зачем? — немного подавшись вперёд, я сменила позу. Уже отвыкла сидеть и тело начало невыносимо ломить. — Всё в порядке? — я усердно кивнула на его вопрос, и Карл, явно недовольный моим состоянием, продолжил. — Это же Рик, хоть он и мой отец, но многие его поступки я и сам не в силах понять. Надо — значит надо, как он любит говорить. Их группа напала на Мегаструктуру, когда мы переключили внимание на себя. Слай был занят нами, собрал своих лучших солдат и явно не ожидал нападения. Когда этот урод избил тебя, — его лицо посерело, а руки сжались в кулаки с такой силой, что побелели костяшки, — начался штурм. — Людей было много, раз они без труда справились с охраной Слая? — я с опаской посмотрела на изменившегося Карла, но не решилась перевести тему. — Думаю, что силы были равны. Уж извини, что я рассказываю без всяких подробностей, голова совсем другим забита, — он встал.  — А что случилось со Слаем? — не обращая внимание на его слова, спросила я самое главное. — Сбежал, — хмуро отозвался он, нагибаясь ко мне и убирая прядь волос за ухо. — Неужели? А…Горо? Карл закрыл глаза и поджал губы. Правда, не знаю, зачем я спросила про него именно сейчас. Я чувствовала, как Карл начал злиться и уже пожалела о своём вопросе. Растерянно бегая глазами по его напряжённому лицу, я судорожно думала, как исправить положение, но Карл сам пришёл на выручку. — Он…тоже сбежал. Мне показалось, что он о чём-то умолчал. — А Мэгги и остальные, которые остались в лагере? Они пришли следом за нами? Получается, все перебрались сюда? — Карл кивнул. — Что же, очень умно. Я столкнулась с ним взглядом и замолчала. Тишина вновь опустилась на нас, словно снежное полотно, отдаваясь лёгким пощипыванием на коже. Опять покраснела, а ему, похоже, это понравилась такая реакция. Тусклое лицо вновь приобрело живой оттенок, а на губах заиграла такая знакомая ухмылка. — А почему Рик был против нашего разговора? — продолжила расспрашивать его ощущая дикую неловкость. — Боялся за твои нервишки, — Карл пожал плечами и чуть коснулся моей макушки. — Это же Рик. — Надо — значит, надо, — улыбнулась я. Карл внимательно посмотрел на меня, снова что-то обдумывая про себя. — Если будет больно, скажи. — Ты о чём? Карл склонился ко мне и едва коснулся моих губ своими. Настолько невесомо и нежно, что так ему несвойственно. Его руки коснулись моих волос, а губы чуть сильнее сминали мои, но он продолжал делать это аккуратно. Пульсация сердца отдавалась где-то в горле. Я не чувствовала того, что было раньше. Возбуждение? Желание? Страсть? Ничего из этого, но почему я начала задыхаться от переполняющих меня эмоций? Он раскрывался с другой стороны — грубый, резкий, нетерпимый, а сейчас спокойный и нежный. — Прости, — он отшатнулся от меня, когда я отвернула голову. — Нет, просто, — запнулась я, не зная, что сказать, — мне непривычно. Нет, не обращай внимания, это всё действия лекарств, — нервно засмеялась, судорожно перебирая пальцами. — Вот значит, как, — Карл положил свою руку поверх моих ладоней и поднял голову за подбородок. — Мои тёплые чувства разбились о твою стену из любви к чему-нибудь пожёстче, — он театрально опустил голову, изображая глубокую печаль. — Ну что за глупости, — я фыркнула и шутливо толкнула его в плечо. — Вот видишь, — он коснулся моей щеки, — мои попытки были не напрасны — ты хоть повеселела. Но обещаю, что больше никаких нежностей. Продолжая изображать негодование и закатывая глаза, я вдруг вспомнила о том, что прекратило беспокоить меня — вакцина, введённая мне до событий на арене. За общей слабостью и болезненностью тела, после всего произошедшего, я и думать забыла о укусах, которые сейчас пульсировали от боли. Может быть со мной что-то происходили изменения, но я не ощущаю их? — Дженн, что с тобой? — Карл заметил перемену в лице. Знает ли он о том, что произошло со мной? — Карл, а что было после того, как меня увёл Горо? — в горле застрял комок. — Ты что-нибудь знаешь о том, что потом произошло? — Отец выпустил меня из камеры, сказал, что ты находишься в лазарете. — После чего? — едва выдавила эти слова из себя. — После того, как Горо, — он отвёл взгляд и закусил губу. — После случившегося. — Значит, после избиения я сразу оказалась в лазарете? — Да, местные врачи были на нашей стороне, и с ними был знаком Вилмар, поэтому Рик смог доверить тебя им, — Карл сощурил глаза. — Что-то не так, Дженн? Изобразив на лице улыбку, я отрицательно покачала головой. Услышанное казалось мне бредом — ещё один лагерь, Слай и Горо, которым удалось так легко сбежать, вся эта призрачная атмосфера всеобщего спокойствия. Лицо начало болеть. Они не знали, что я была на арене? Врачи меня перевязали, и они видели след от укуса. Значит ли это, что больше никто не знал, что я могла быть заражена?