Counting Down The Days
14 февраля 2016 г., 17:44
Май обрушился на город палящим солнцем и тяжелой духотой цветочных запахов. Днем горожане мечтали только об одном: поскорее найти тень и спрятаться от изнуряющей жары, а по ночам все еще кутались в теплые одеяла. Но по утрам этот весенний месяц был просто идеальным.
Теплые и мягкие майские утра просто не были предназначены для расставаний.
Робкое, еще не до конца проснувшееся солнышко несмело заглядывало в совершенно необставленную, как будто и не жилую вовсе гостиную, и мягко ложилось на темные паркетные доски, высвечивая древесный рисунок и скрадывая царапины. Яркие лучи света отбивались от стеклянных поверхностей, рисуя на теплых персиковых стенах солнечных зайчиков и путались в волосах Оливера, целовавшего Энди на прощание.
Оли когда-то давно спросил его:
- Почему ты не обставишь квартиру?
А Энди тогда искренне удивился:
- Зачем? Я же не собираюсь задерживаться здесь надолго.
Шатен засмеялся:
- А где бы ты хотел задержаться?
Об этом парень никогда толком не задумывался, но все же ответил:
- Не знаю. Где-нибудь, где всегда светит солнце.
А теперь, он уже и не знал, светит ли оно хоть где-нибудь так же ярко, как в этой его полу пустой гостиной.
Оливер все же отстранил его от себя:
- Иди давай, тебя уже ждет та штука, которую вы называете автобусом.
Энди еще раз, напоследок, ткнулся носом в его теплое плечо и подхватил дорожную сумку:
- Не забывай заходить хотя бы раз в неделю: я не хочу чтоб этот странный куст завял, пока меня нет.
Оли только закатил глаза:
- Штаны свои не забыл?
Энди фыркнул:
- В первую очередь их упаковал!
- Тогда все в порядке.
Они неловко замялись. Брюнет неуверенно протянул:
- Ну, я, наверное... - И тут же был развернут парой сильных рук по направлению к выходу, сопровождавшихся насмешливым:
- Проваливай уже! И чтоб три недели я тебя здесь не видел!
А когда Энди уже открыл дверь, он внезапно переплел их пальцы и поймав удивленный взгляд, подмигнул:
- Удачи тебе, Бирсак.
Брюнет улыбнулся во все тридцать два и сжал его пальцы:
- Спасибо, Сайкс. - И отпустив его руку вышел за дверь, прикрыв ее с чуть слышным хлопком.
Оливер остался один в разом опустевшей, неуютной квартире, купаясь в солнечных лучах и мягко улыбаясь:
- Я буду скучать.
Но сильно скучать ему, по большому счету, было и некогда: они с группой собирались снимать дебютный видеоклип, а после, планировали проехаться с туром по стране, и все его время было занято либо репетициями, либо встречами с режиссерами, менеджерами, агентами и прочими важными и, безусловно, нужными людьми. Парень еле выкраивал время на то, чтобы раз в неделю забежать в квартиру друга и полить его огромный фикус, невесть откуда взявшийся.
Совершенно неожиданно, он снова стал писать песни. Не так, как предыдущие пол года - по несколько обрывочных фраз раз в месяц, а полноценными куплетами. И каждую свободную минуту он посвящал записыванию своих мыслей на бумагу. Но о том, чтобы просто посидеть в тишине, подумать и привести эти записи в хоть какое-то подобие порядка, парень практически и не мечтал. Но в один прекрасный субботний вечер, ему представилась такая возможность.
Оливер сидел на подоконнике, держа лэптоп на коленях и листал блокнот, выискивая хорошие тексты, которые он мог бы отправить Ли и Джордану, чтобы постепенно начать работу над новым материалом, ведь те песни, которые они играют сейчас, все уже давно знают наизусть. Да и в сети они были достаточно популярны, чтобы записать наконец что-то полноформатное и представить на широкое обозрение.
От раздумий его отвлек звонок в скайп. Парень улыбнулся: Энди звонил ему иногда по несколько раз на дню, преимущественно по утрам, когда помирал со скуки сидя в автобусе. Оли бросил взгляд на часы. Было восемь вечера и группа Энди, по идее, должна сейчас заливать глаза в любом доступном баре, только что отыграв сет. Когда наконец включилась камера и он увидел друга, Оли вскинул брови:
- Ну, привет, красавец. Это кто тебя так?
Энди закатил жирно подведенные глаза и попытался перекинуть челку на другую сторону, чтобы скрыть синяк на лице, но не особо преуспел, потому что, ко всему прочему, у него была разбита губа. Поняв, что все попытки тщетны, брюнет просто откинул мешающие волосы с глаз и передернул плечами, коротко бросив:
- Врезался в дверь.
Оли скептически посмотрел на него:
- А дверь рассердилась и напала?
Энди фыркнул:
- Возможно, я просто врезался в нее несколько раз.
Оли не стал расспрашивать: в конце концов, если он не хочет об этом говорить, то зачем его заставлять? Парень вроде цел, значит, ничего страшного не случилось - иначе, он бы звонил из больницы. Ну, или не звонил бы вообще. Поэтому, Оливер просто начал старательно отвлекать его от ненужных мыслей.
Минут двадцать он рассказывал другу о предстоящих съемках видео на их самую известную песню: они только вчера утвердили локацию и приблизительный сценарий. Энди внимательно слушал. А когда Оли, закончив рассказ, замолчал, не зная о чем еще сказать, брюнет вдруг тяжело вздохнул:
- Чувак, я так хочу домой.
Шатен ободряюще улыбнулся:
- Осталось совсем немного.
- Ага. - Огорченно протянул Энди и совсем скис.
Стоило им разъединиться, как в дверь коротко позвонили. Оли закатил глаза: прям день свиданий. Отставив чашку с кофе и переставив ноут на подоконник, он с любопытством выглянул в коридор. Парень совершенно не представлял, кому могло что-то понадобиться от него в девятом часу вечера, учитывая, что все его друзья поехали на какую-то вечеринку в центре, а Энди и вовсе не было в городе.
Открыв дверь, он обнаружил перед собой хрупкую девчушку с очень длинными, черными, как смоль волосами, и смутно вспомнил, что где-то он ее уже видел. Он удивленно и даже как-то вопросительно сказал:
- Привет?
Стоило ей поднять голову, как он тут же узнал ее: та самая девчонка из леса, о которой он уже, честно говоря, и думать забыл. Они виделись всего раз в жизни - той самой холодной апрельской ночью, и, учитывая обстоятельства, Оливер сильно сомневался, что увидит ее снова. Но вот, она стоит у него перед дверью, невесть откуда узнав его адрес, молча смотрит на него из под длинной челки, и ситуация до жути неловкая, потому что он не знает ни что делать, ни что говорить дальше. Возможно, Оливер бы чувствовал себя ловчее, если бы она хотя бы ответила на приветствие.
Они так и стояли, глупо уставившись друг на друга, пока она не выпалила:
- Я текилу принесла.
Оливер продолжал недоуменно смотреть на нее, вскинув брови, а она внезапно фыркнула и залилась краской:
- Знаешь, я пока шла сюда, перебирала в уме разные способы начать диалог. И ни один не звучал, как: "впусти меня, я принесла прибухнуть".
Оли засмеялся и, разнообразия ради, открыл пошире дверь: в конце концов, ему было самую малость любопытно, что ее к нему привело.
Девушка вошла, всучив ему бутылку и пакетик с лаймами. Оли невпопад спросил:
- Кофе будешь?
Странно на него посмотрев, она вдруг улыбнулась:
- Да. Кофе буду.
Странная девушка, имени которой он до сих пор не знал, бездумно вертела в руках его зажигалку, пока Оли смешивал кофе в медной турке.
- Знаешь, - Внезапно сказала она. - Я ведь так и не сказала тебе спасибо тогда.
Парень пожал плечами:
- Да и не надо. Расскажи лучше, какого хрена ты вообще забыла в лесу с этими отморозками?
Она фыркнула:
- Я на одном потоке учусь с парнем из группы, которая это все устраивала. Как-то пересеклись в коридоре, слово за слово... ну, он меня и позвал.
Оли недоверчиво посмотрел на нее, все сильнее утверждаясь во мнении, что она живет где-то совершенно не в этом мире:
- И ты не придумала ничего лучше, чем пойти туда в одиночку?
Она фыркнула, скептически глянув на него и вдруг показалась абсолютно нормальной:
- Я что, похожа на идиотку? Я пришла туда со своим парнем!
Оливер поставил на стол две чашки кофе и мысленно протянув: "так, так, таак", сел напротив. Вечер, конечно, перестал быть томным, но он уже совсем не возражал.
- То есть, ты хочешь сказать..?
Она пожала плечами, полностью сосредоточившись на чашке:
- Никогда толком в людях не разбиралась.
Внезапно, она подняла голову и убрав мешающую челку, впервые посмотрела прямо ему в глаза, и Оли невольно отшатнулся.
Наверное, все дело было в освещении, но на секунду ему показалось, что он смотрит в глаза Энди.
Энди стоял в ванной комнате гостиничного номера, который делил с Эшем и отмывал кровь и грязь со счесанных об асфальт ладоней и предплечий. Изуродованные руки и синяки по всему телу - еще ничего, но вот что делать с лицом он и вправду не знал. Подняв глаза, он поморщился: подводка растеклась, на щеке, как раз не прикрытой челкой, расцветал здоровенный синяк, а нижняя губа и часть подбородка пока только опухли. Но он-то знал, что на утро края опухоли тоже приобретут этот странный, то ли бордовый, то ли фиолетовый цвет. Плюс, треснувшая губа противно саднила. Потрясающий вечер. Один на миллион.
Тяжело вздохнув, он стал аккуратно оттирать косметику с лица.
Это были самые адские две недели в жизни Энди. Но и, в какой-то степени - самые лучшие. Пожалуй, именно о такой жизни он и мечтал, когда бросив все, просто сорвался из дому, прихватив немного вещей и банковские карты.
И пусть его ненавидят напичканные анаболиками завсегдатаи баров, пусть посмеиваются рокеры старой закалки, иногда захаживающие в местные клубы пропустить стаканчик и увидеть, какой музыкой сейчас живет молодежь. Пусть его банде еще далеко до группы мирового масштаба. Но Энди, всегда нравившийся девочкам за приятную внешность, уже сделал ставку на яркий образ. И знал, что со временем у них будет все.
Но, конечно, первый тур никому неизвестной группы проходил куда менее радужно, чем парни рисовали себе поначалу: во время переездов они отчаянно скучали, залы были полупустые, а некоторые концерты даже не окупались, не говоря уже о прибыли. С образами, Энди, конечно, не прогадал: от девчонок отбою не было, а ведь всем известно, что любовь девочек - огромный шаг к успеху. Но, к сожалению, послушать его группу приходили не только они.
Их постоянно оскорбляли какие-то отдельные люди из толпы. А иногда, толпа подхватывала оскорбления. Иногда на сцену летела всякая дрянь и продолжать выступление было весьма проблематично. Но они, не смотря ни на что, продолжали. В конце концов, у них была цель, и они знали, ради чего это делают.
Но глядя на себя в зеркало этим вечером, Энди уже не был уверен вообще ни в чем. Хотя сам же нарвался.
Сменив кожаный прикид на драные джинсы и растянутую майку, он успел только дойти до черного выхода из клуба, намереваясь хорошенько заправиться никотином, прежде, чем выйти в бар и общаться с людьми, которым понравилась их музыка. Да и с теми, кому не понравилась тоже.
С людьми вообще надо общаться обязательно. Со всеми.
Но не успел он прикурить, как поблизости раздалось:
- Эй, Рон, гляди! А это не та гомосятина размалеванная из клуба?
- Похож.
Бросить сигарету и бежать под защиту стен клуба - было бы вполне рациональным решением. Вот только Энди перестал бы себя уважать после этого. Так вот идиотично он был устроен. Так что, прислонившись к стене, он просто глубоко затянулся, сделав вид, что ничего не слышит. Парень усмехнулся: Оливер, поступивший бы в подобной ситуации точно так же, сказал бы сейчас, что он - кретин.
- Эй ты, крашеный! - Энди изо всех сил постарался не вздрогнуть. Началось.
- А расскажи-ка нам с приятелем, как это: трахаться с мужиками?
Энди фыркнул, расслабленно выдыхая сизый дым:
- Достойный вопрос от чуваков, тусующихся вдвоем в подворотне за клубом. Это лучше вы с приятелем мне расскажите. - Он сверкнул глазами в их сторону: драки-то все равно не избежать. - После того, как отсосете мне по очереди.
Когда они, переглянувшись, пошли к нему на встречу, Энди бархатисто рассмеялся:
- Хотя, можете и одновременно. Вам, думаю, не впервой.
Он почти физически ощущал их злость, и тяжело вздохнул: парню, чисто по-человечески, хотелось хватить долбаной сигаретой о потрескавшийся асфальт, и в ужасе сбежать, громко вопя и размахивая руками. Время превратилось в кисель, четко, как метроном, отсчитывая секунды глухими ударами его сердца. А затем резко ускорилось, стоило одному из "приятелей" прорычать:
- Пиздец пидору.
Но Энди не стал ждать, пока они обступят его и просто прибьют, прижав к стене. Зло хватив недокуренной сигаретой о потрескавшийся асфальт, он, вместо того, чтобы бежать прочь, как и хотел, ринулся к ним и зарядил тому, что поздоровее, под дых и пока тот, согнувшись пополам, судорожно хватал ртом воздух, успел ударить второго в лицо.
Но, к сожалению, у него было всего две руки, в то время, как у противников - четыре. Разумеется, им не составило большого труда сначала подпортить ему смазливый фейс, а потом, повалив на землю, отпинать по ребрам, почкам и, наверное, печени. Ему, пожалуй, просто повезло, что железная дверь вдруг с натужным скрипом открылась, и его новые "дружки", ринулись прочь из подворотни.
Вышедший, как и он - просто покурить охранник поднял его на ноги, впрочем, не предлагая вызвать полицию. Да Энди и не хотел: в конце концов, он почти не пострадал.
Он постарался не думать о том, что если бы не чистой воды везение, они вполне могли бы метелить его тощую задницу отсюда и до самого понедельника.
Единственное, чего хотелось: приползти в номер, упасть на кровать и позвонить лучшему другу, готовясь предстать перед группой во всей, так сказать, красе.
Оливер отстраненно слушал болтовню девушки о консерватории, в которой она училась на первом курсе на отделении фортепиано, о каком-то Джереми, которого он, по идее, знает и который дал ей его адрес. Он поморщился, прерывая ее:
- Не пойму никак, что за Джереми.
Она закатила глаза:
- Твой друг с ним в группе играет. Чернявый такой, симпатичный, помнишь?
Оли все сложнее было врубаться - в конце концов, они там все чернявые. Но насчет симпатичных, он уверен не был.
- Энди, что ли?
- Да какой Энди! Джереми!
Парень фыркнул, поднимая руки:
- А знаешь, неважно.
Случайно посмотрев на часы, она охнула: было что-то около часа ночи. Но, как ни странно, вечер прошел быстро не только для нее: Оливер весь вечер тихо посмеивался, слушая ее и, не смотря ни на что, довольно сносно себя чувствовал в ее компании.
Вызвав такси, девушка поднялась.
- Ты очень закрытый, Оливер, ты знал?
Он, в который раз, усмехнулся: девчонка весь вечер сыпала весьма честными, но очень неловкими замечаниями. Как будто ей было совершенно наплевать на то, что он о ней подумает. Ну, или же, просто не понимала. И он все время судорожно соображал, что ответить и как отшутиться, чтобы стало хоть немного ловчее. Он сказал:
- Если я вдруг откроюсь, тебе вряд ли понравится то, что ты увидишь.
Она только закатила глаза:
- Клише, клише, клише.
А потом, внезапно заговорщически сверкнув глазами, протянула ему свой телефон:
- Обменяемся номерами?
Он натянуто улыбнулся и протянул ей свой.
Уже в дверях, она остановилась:
- Подожди, я так и не сказала то, ради чего вообще пришла.
Парень опасливо замялся и вскинул бровь:
- И что же?
Она глубоко вздохнула и выпалила:
- Я действительно хотела просто сказать спасибо. За... то, что ты для меня сделал. Меня сильно расстраивал тот факт, что я этого так и не сделала тогда. - Она предупреждающе подняла руку, когда он уже хотел что-то ответить. - Я знаю, прошла прорва времени, но меня совершенно не расстраивает тот факт, что ты и думать обо мне забыл. Вся фишка во мне и моей неспособности спать спокойно, пока не сделаю то, что втемяшила себе в голову.
Оливеру отчего-то снова стало неловко. То ли от того, что действительно не видел в том своем поступке ничего такого, то ли, потому что и вправду напрочь забыл об этом. Он махнул рукой:
- Да ничего я такого не сделал, прекрати. Любой бы на моем месте...
Она резко перебила его:
- Там было человек тридцать. Но не будь там тебя... - она растянула губы в улыбке и сконфуженно пожала плечами. - Но ты там был. И я тебе благодарна.
Уже собираясь закрыть за ней дверь, он вдруг вспомнил, что так и не знает как ее зовут, и это, наверное, как-то неправильно.
- Эй, подожди! А как тебя зовут хоть?
Она фыркнула, немного укоризненно на него посмотрев:
- Хоуп.
Оли засмеялся:
- Ну что ж, Хоуп, приятно было познакомиться.
Она подмигнула ему и стала спускаться по лестнице, проигнорировав лифт.
Нет, она все-таки охренеть какая странная. Таким, обычно, очень сложно в жизни приходится.
Встряхнувшись, Оли вернулся на подоконник к ноутбуку и песням, выбрасывая из головы и девчонку, и странный вечер, и номер, сохраненный в памяти его телефона, по которому он никогда не позвонит.
Примечания:
Надеюсь, все уже посмотрели дэдпула. Если понимаете, о чем я :D
(НЕТ-НЕТ, У МЕНЯ НИЧУТЬ НЕ БОМБИТ ОТ РОЗОВЫХ СОПЛЕЙ ПРО ДЕНЬ СВЯТОГО ВАЛЕНТИНА)
Наконец-то. Я сказала это. Теперь можно и по теме немного :D
Да, братюни. Это - новая глава, в которой абсолютно НИХРЕНА не произошло, помимо избиения эээ Энди :D
Но весь этот треп жутко важный, я серьезно.
Короче! Что бы вы ни думали об этой главе, пишите это в комментариях.
Опять таки серьезно.
Серьезней не бывает! :D
Потому что ваши отзывы - это ахринеть, какой здоровский стимул для меня написать следующую часть ВОВРЕМЯ :D
Спасибо, что остаетесь со мной.
Спасибо, что продолжаете присоединяться ;)
Обнимашки!
Искренне Ваша,
Твистер, у которой сегодня словесное недержание
