Душа Востока

Эмре стоял на пристани и вглядывался в горизонт. Куда ни глянь, везде простирается водная гладь. Когда он в последний раз видел море на закате, любовался им? Море всегда прекрасно… своей величавой красотой, свободой, таинственностью. Оно не бывает некрасивым. Наблюдать за водной стихией никогда не надоест. Море всегда изменчивое: то тихое, ярко-голубое, таинственным шепотом напевающее о тайнах Древних, о разрушенных городах, похороненных в толще воды, то волнующееся, темно-серое, грозное, словно разбуженное штормовым ветром и предсказывающее гибель очередному хрупкому суденышку. А где-то там, далеко, была его родная Англия. Эмре совсем плохо помнил, какая она. Мальчику было семь, когда турецкое войско, пройдя через всю Европу тяжелой поступью и покорив её, переплыло Средиземное море и, обогнув уже завоеванные Испанию и Францию через Атлантический океан, добралось до его страны — Туманного Альбиона. Он помнил огни пожаров, развалины Лондона, перекошенные от ужаса лица людей, страшные крики которых по сей день мог слышать не ушами, но из глубины памяти. Отец погиб, защищая их с мамой. Маму насиловали на глазах у мальчика по очереди человек десять, а потом отрубили ей голову. То же самое, по всей видимости, было бы и с самим Эмре, которого тогда звали совсем по-другому, если бы один из них не убедил остальных, что за такое миловидное личико можно получить большие деньги на невольничьем рынке. Рынки эти, кстати, были незаконными и подпольными. На счастье Эмре, у них ничего не вышло: об их замысле узнал адъютант паши и напомнил им, что все пленные — собственность султана, и только он имеет права распоряжаться ими. Так юный альбионец и попал к Джамалу. Он почему-то был необычайно ласков именно ко Эмре, хотя среди пленных было много других детей. Позже оказалось, что мальчик напомнил ему его мать. «Чем?» — удивлялся Эмре. Да, султан был стар, очень стар. Руки сухие, в морщинах и уже не так твердо держали оружие. Лицо тоже морщинистое, хотя темно-серые глаза еще твердо смотрели на собеседника, а иногда и сверкали озорством. Седая борода Правителя гордо спускалась до самих коленей и мерно покачивалась при ходьбе. А еще он был высокого роста, ибо возвышался над подданными аж на полголовы. Маленький Эмре рос вместе с сыновьями Джамала. Особенно близко мальчик сошелся с старшим сыном и Наследником Повелителя, Каримом. Они быстро стали друзьями, хоть тот и был на пять лет старше Эмре. Для детей это огромная разница. К тому же, Эмре всегда почтительно держался с юным Господином и не позволял себе лишнего, прекрасно понимая дистанцию между нами. Наследнику это не нравилось. Да и сейчас не нравится. Эмре исполнилось восемнадцать лет, когда Джамал скончался и бразды правления перешли Кариму, и тогда он стал главным Советником нового Владыки и его правой рукой, что было неслыханно для иностранца. Уже тогда Эмре был в него влюблён, но, конечно же, не мог признаться ему, поэтому мучительно томился. Первое время юношу просто переполняла ярость, когда он видел, как Карим флиртует с наложниками своего отца, а потом направляется с одним из них в укромный уголок. Потом все-таки научился смирять свои эмоции. Получалось и до сих пор. Сейчас Эмре стоял в порту и ждал корабль, везущий русских пленных. «Российская Империя пока сопротивляется нашему войску, но скоро и она падёт. Ей не выстоять против нас. И никому не выстоять… И совсем скоро появится всего-навсего очередная райя (1), а Российское государство забудут, словно его никогда не существовало!» — считал Эмре. И вот судно пристало к берегу. Как обычно, мимо Советника проводят пленных, и он выбирал, каких отправить султану, а каких — на официальный аукцион. Дорогое это удовольствие, участвовать могут лишь высокородные особы. Поэтому и существуют подпольные рынки: на них и цены доступнее, и не обязательно иметь титул, чтобы попасть туда. Среди пленных, которым суждено было отправиться на аукцион, Эмре узрел светловолосого молодого человека примерно его возраста, самому юноше на тот момент исполнился двадцать один год — совершеннолетие в странах бывшей Европы. В пронзительных голубых глазах пленника не было покорности, только холодное презрение. Он был действительно хорош собой, ибо такие черты лица достойны быть запечатленными известнейшими скульпторами мира. «Почему его отправляют на аукцион?!» — удивился Эмре. — Этого во дворец, — сказал Советник сопровождающим его евнухам. — Но... Господин, для султана мы уже отобрали лучших из... — попробовал возразить один из них. — Я сказал — доставьте его к султану, — отрезал Эмре. Безумцы не понимали, что чаша терпения одного из самых влиятельных лиц Империи грозила переполниться. Сделав все необходимые распоряжения, молодой человек вздохнул с облегчением. Наконец-то можно вернуться во дворец. 1. Здесь райя - территория, отнятая у вассального правителя и напрямую подчинённая османской администрации (обычно в окрестностях крепости). Так, в Молдове с 1538 г. существовала Бендерская райя, с 1713 г. — Хотинская райя, и пр.