Гражданская война

После сообщения и быстрого полета в Пекин прошла неделя. Тони сидел в машине и смотрел в экран телефона на слова, написанные Стивом, и будь проклят свет белый, он смущался. Между ними сдвинулись плиты, позволяя им чувствовать неловкость от смущения и смятения, но не колючие обиды. Что-то это значило, и он надеялся, что так все и останется. Позволить начать с чистого листа и себе и капитану — высшая блажь. Пусть им суждено ругаться и спорить, Тони больше не хотел зацикливаться на своей боли. Прощение все еще на алтаре и пока так и не приблизилось к нему, но он думал, что у них есть время все исправить. Они команда, по крайней мере, то, что от них всех осталось, еще можно сохранить между ними. Машина остановилась возле Старк Тауэр и, попрощавшись с Хэппи до обеда, Тони выбрался наружу. Он вдохнул запах Нью-Йорка полной грудью и, пригладив волосы на голове, достал сумку с заднего сидения. Хлопнув дверцей, крепче сжал ручки от сумки и пошел в сторону лифта. Он обогнул главный вход в офис и скрылся на парковочном ярусе, вжав кнопку, зашел внутрь и перевел дыхание. Чувство такое, что не домой вернулся, а на плаху. Нервы были натянуты стальными тросами, и он дико переживал увидеть Роджерса после всех дум, посетивших его в путешествии. Створки лифта распахнулись и в нос ударил запах апельсинов. Если бы он мог, улыбнулся бы миллион раз, но это грозило тем, что его губы треснут. Все же, улыбка коснулась его лица и, бросив сумку у входа, он пошел на кухню. Сорвав с дерева апельсин и спрятав его в кармане пиджака, зарядил кофе-машину и, спросив у Пятницы о капитане, который как оказалось, занимался в спортзале, Тони налил две кружки и спустился этажом ниже. Услышав хлопки о грушу, Старк прочистил горло и только Бог (если он есть) познал всю степень его волнения. — Привет, — сказал он, и когда Стив повернулся, показал две кружки горячего кофе, которые держал в руках. — Тони, — улыбнулся капитан, взгляд которого мгновенно потеплел, а на губах заиграла легкая улыбка. — Когда ты вернулся? — спросил он, снимая бинты, делая шаг к нему. Этот жест — стягивание бинтов с ладоней — казался Старку самым эротичным зрелищем, что он когда-либо видел. С каждым мотком виднелось все больше открытой кожи и покрасневшие костяшки пальцев, что он мечтал зацеловать, вновь показались слишком уж соблазнительными. Вернув себе самообладание, он посмотрел на Стива и присел на какой-то тренажер, отставляя одну кружку на другой. — Только что, если бы вернулся раньше, сомневаюсь, что ты не узнал бы о моем присутствии, — усмехнулся он и шумно отхлебнул мутного коричневого напитка, слегка обжигая губы и язык. — Ну… я каждый день спрашивал у Пятницы, когда же мистер Старк вернется домой, но в ответ постоянно слышал что-то невразумительное, — Роджерс убрал бинты и присел рядом, беря вторую чашку кофе, и сделал пару глотков. — Как прошла поездка? Проследив за чужими передвижениями, Тони слегка подвинулся, чтобы Стив не упал и чмокнул губами, отпивая еще чуть-чуть из кружки, которая грела пальцы. Стив ждал его? Ох. — Это путешествие было лучше, чем прошлое, — шутливо подметил Тони и окинул взором помещение спортзала. — Я не знал, когда вернусь, поэтому наш дворецкий молчал, как партизан. А ты что… тут? Как? — Как всегда. Вчера был у Росса и с трудом подавил желание случайно столкнуть его лицо с симпатичной белой стеной в кабинете, — фыркнул Стивен. — Наташа и Бак постоянно в разъездах, у них задания чуть ли не каждый день, а меня отправили в запас. По его наглой ухмылке я понял, что таким образом меня наказывают, как нашкодившего щенка, — капитан закатил глаза. — И как ты его терпишь? Лицо Тони вытянулось, и он издал тихий смешок. Вернув себе уверенность и очарование, он улыбнулся, обнажая белые зубы, и заглянул в голубые глаза. Росс, значит. Стиву досталось больше всех, а он так и не поговорил с генералом, чтобы переубедить его. — Стив, открою тебе тайну… Мне пришлось нехило прижать Росса, чтобы тот перестал цепляться, но единственное, что осталось в его власти, так это работа. Финансирование… Тут есть моя выгода, но он вынудил меня надавить на рычаги… Потерпи немного, да и я вернулся, если хочешь задание, пойдем в офис, покажу сводку новостей, — он стал серьезнее, припоминая день с инопланетянами и нахмурился, передернув плечами. Говорить о том, что ему боязно отпускать Стива на задания он не хотел, но тут уж не сложно догадаться, а вот информация о Барнсе и Романовой отозвалась в груди чем-то странным и подозрительным. — Вообще-то… — Роджерс замялся и потупил взгляд. — Я думал, мы могли бы… мм… пообедать? Сейчас ведь обеденное время, а на кухне еще остались стейки и овощи, — он стиснул в руке стакан и понадеялся на то, что все эмоции крупными буквами не отразились на его лице. Как так получается, что Тони напрягается, а Стив тут же расслабляет его? Вся проблема в голове или, может, в сердце? Он не знал, и было все равно, так есть, так пусть продолжается. Он проследил за переменами на лице капитана и ухмыльнулся. — Пообедаем, — ответил Тони и отставил стакан на тренажер, достав маленький апельсин из кармана пиджака, он сорвал зеленую попку и, примерив её большим пальцем, выстрелил в грушу. Рассмеявшись, глянул на Стива и состроил лицо «я не причем», начиная чистить крохотный апельсин. Роджерс немного смутился, но улыбнулся. — Я ем апельсины с разных деревьев, чтобы одно дерево вдруг не оказалось лысым… в смысле голым. — Господи, что он несет? — У меня в спальне… есть одно, — между кстати заметил Старк и, уловив праведное смущение на лице Роджерса, усмехнулся. — Они цветут, Стив… Ты срываешь плод, а потом появляется цветок, не бойся… они не останутся голыми, — как маленькому объяснил Тони и скинул кожуру в кружку из-под кофе. — Да знаю я, — улыбнулся капитан. — Просто я ем их в неограниченных количествах, и вот… — он покачал головой. — Скоро Рождество, а в Нью-Йорке до сих пор нет снега. Нет снега. Он в Нью-Йорке слишком редкий гость, а даже если и есть, то мокрый и противный, превращается в кашу под ногами и все становится сплошной грязной лужей. Но Тони захотелось Рождество. Впервые в жизни он задумался над тем, что могло бы быть, если они соберутся и с утра под елкой, в их случае под апельсиновым деревом, для каждого будет подарок от Санта Клауса с эспаньолкой? — Ешь на здоровье и болеть не будешь, — усмехнулся Тони, припоминая финт с температурой. — А снег… я надеюсь, что он выпадет. После того, как я переехал сюда из Малибу, один раз только видел, как окна покрываются льдом и на них проявляются узоры, я даже снимок сделал, — сказал он и, отломив половинку от крохотного апельсина, поделился со Стивом. Роджерс взял кусочек фрукта, совсем случайно касаясь пальцами открытой ладони. Прикосновение подарило тепло и необъяснимое ощущение покалывания кончиков пальцев. Засунув дольку в рот, Стивен блаженно зажмурился, не скрывая улыбки. — С тех пор, как меня вытащили из ледника, я так еще и не праздновал Рождество. Ну, знаешь, елка, подарки и близкие люди, чтобы вокруг так тепло и уютно. То Гидра, то задания — времени не было. Но в этом году я бы хотел… если получится, — он посмотрел на Тони. Задумавшись ненадолго, Старку показалось, что еще одна плита сдвинулась. Да так легко, будто кэп в своих сапогах сдвинул её одним толчком ноги. Сумасшествие. — После грудастых зайцев я не рискую дарить подарки и отмечать праздники, но, кажется, я тоже хочу Рождество… Ты на меня хорошо влияешь, — ответил Тони, принимая чужой взгляд, и улыбнулся открытой улыбкой, обнажая все свои раны и страхи. Дело за малым, показать все несовершенство самого себя, те язвы, что нарывали и ныли под кожей и броней. В первый раз он не успел и хорошо, иначе кончил бы свою жизнь собственноручно. А сейчас попытка номер два: он надеялся, что они смогут понять друг друга и стать чуть ближе, чем были до событий «акта». — А что бы ты хотел получить в подарок? — неожиданно поинтересовался капитан. - Не, я понимаю, ты и сам можешь купить себе все, что хочешь, но, может, есть что-то, чего бы тебе хотелось? Открыв было рот, Старк захлопнул его и сомкнул губы. Взгляд метнулся в сторону и он, глянув на дольку апельсина в своих руках, отправил её в рот, чтобы дать себе время подумать. Говорить «тебя» — глупо. Скажешь «ты» — обгадишь этот мостик, что выстроился между ними. Вырвешь из себя щипцами «звездно-полосатый дедушка, переживающий за облысение апельсиновых деревьев» — сгоришь со стыда и умрешь от инсульта. Неправильного такого инсульта влюбленного по уши человека, потому что такие вещи не говорят вслух. Это табу. — Думаю, такое не дарят, — ответил он обтекаемо и неловко улыбнулся, поднимаясь с тренажера и, схватив кружку, направился к лифту. — Пошли обедать, кэп. Стив нахмурился, но, посчитав, что Тони имеет право не делиться сокровенными желаниями, кивнул и последовал за ним. Зайдя на кухню, Роджерс открыл холодильник и достал оттуда замороженные стейки и овощи. — Садись, я быстро приготовлю. — Он включил плиту и достал сковородку. — Ты научился пользоваться плитой? — добродушно усмехнулся Тони и, подойдя поближе к капитану, перехватил его ладони, внимательно разглядывая коричневые ожоги. — А вот доставать горячие тарелки из микроволновки, не обжигаясь, ты так и не научился, Стив. Ну что ты, а… — возмутился он, поднимая глаза, и по-матерински любовно одарил его нежным, но суровым взглядом. Роджерс замер, боясь пошевелиться и разрушить момент теплых прикосновений. — Это я утром, — пробормотал он, — когда бутерброды доставал. Не рассчитал немного, — смущенная полуулыбка заиграла на его губах. Осторожно, он погладил пальцами ладонь Старка, почти бережно переплетая их пальцы. Сердце ухнуло в желудок и у Старка больше не осталось сомнений, что Стив с ним флиртует от чистого сердца. Мысль о Баки мелькнула и скрылась в потоке положительных эмоций, и Тони больно сглотнул, моргая. — Так себе… оправдание, — фыркнул он, сжимая чужую ладонь в своих и смотря в голубые глаза, миг близости оказался таким теплым, что он заулыбался. — Грей уже, есть хочется, — сказал он и, подмигнув, отошел на шаг назад, выпуская большую и сильную ладонь, мысленно желая, чтобы эта ладонь облапала его во всех самых сокровенных местах. Стив послушно взял доску и начал нарезать овощи. Когда сковорода разогрелась, он лишь слегка их обжарил, придавая более аппетитный вид. Потом в ход пошли стейки, по пять минут с каждой стороны до хрустящей корочки. Наконец, выложив все это на тарелки и взяв приборы и соусы, капитан расставил все на столе. — Приятного аппетита, Тони, — он улыбнулся. - О, забыл, — и минуту спустя на столе появились стаканы и прохладный вишневый сок. — Кто с обеда пьет, тот жизни не знает. Сок — самое то, — похвалил Тони и, подцепив вилкой стручковую фасоль, отправил её в рот. Пережевав и распробовав, улыбнулся и сказал: — Тебе тоже, Стив. Ловко управляясь с приборами, Роджерс поглощал обед, а мысли крутились вокруг Тони. Может, они смогут все наладить? Правильно ли Стивен поступает, с каждым днем открываясь ему все сильнее, невольно падая в омут? Он не хотел и боялся стать объектом насмешек Старка, от которого можно было в любой момент ждать не вполне удачной шутки или подколки. Нет, он не думал об обычных пикировках, которые приносили им обоим удовлетворение и невинный смех, он боялся более личного, что в погоне за сердцем Тони капитан будет выглядеть глупо или наивно, выставит себя дураком. И все же желание и тяга с каждой минутой становились все сильнее. Уловив момент, когда вроде бы Старк полностью сосредоточился на еде, Стивен вперился в него взглядом, осторожно любуясь тем, что видел. Сильные руки, широкие плечи, красивая рубашка, расстегнутая на первые две пуговицы. Губы, в которые мгновенно захотелось впиться, сминая жестким поцелуем. Тони буквально источал сексуальную энергетику, заставляя Роджерса ночами воспроизводить в воображении то, что он видел днем и тихо стонать, закусывая губы, резкими движениями доводя себя до разрядки, выдыхая имя на пике наслаждения. Прочистив горло, Тони отложил вилку с ножом по бокам пустой тарелки и поднял глаза на Стива. Столкнувшись взглядом с голубой бездной и уловив на дне что-то весьма горячее, перевел дыхание и, облизав губы, растерянно сказал: — Благодарю… Теперь можно заняться работой… и не хотеть есть еще очень и очень долго. — А? — вынырнул Стивен из весьма специфических раздумий. - Ааа, да, конечно, — он поерзал на стуле, чувствуя не слишком уместное в данной ситуации возбуждение. Решив чуть-чуть пошалить, Тони медленно, не разрывая зрительного контакта начал стягивать с плеч пиджак. Ткань скользнула по плечам, задерживаясь на локтевых сгибах, и стоило разогнуть руки, пиджак едва не упал на пол, Старк успел прихватить его за ворот и сложил у себя на коленях. Ему необходимо было проверить и убедиться, что то, что он видел в голубых глазах, именно то, о чем он подумал. И, уловив изменение зрачков, поглотивших всю радужку, улыбнулся. — Было вкусно, — похвалил он и поднялся из-за стола, снова прихватывая пиджак, чтобы не свалился. Роджерс оказался в весьма неудобном положении. Стоит ему встать из-за стола, обтягивающие спортивные брюки откроют взору Тони то, чего он бы не хотел показывать. — Да, ээ… ты иди, а я пока тут… приберусь, — Стивен вцепился в спасительный стакан сока, делая вид, что пока не собирается вставать. Тони многозначительно кивнул, будто бы понимая и слыша то, как Стив громко думает и, закинув пиджак на плечо, потянулся, вытягивая руки вверх и позволяя рубашке выбиться из-под ремня, стягивающего брюки на животе, обнажая тонкую полоску кожи и темную дорожку волос, спускающуюся под них. — Отдыхай, Стив, — отозвался он и, засунув левую руку в карман, поспешил к лифту, улыбаясь широкой и искренней улыбкой, потому что выражение лица капитана бесценно. Скрывшись за створками, перевел дыхание и покатил на этажи мастерских.

***

Неделю спустя, Тони собирался со всех ног встречать подругу с задания в аэропорте имени Джона Кеннеди. Он настолько сильно соскучился по ней, что готов был мчать на тот самый край света, чтобы рассказать о своих мыслях и переживаниях. Да и хотелось сделать ей сюрприз, она стала для него больше чем подруга, нечто близкое и весомое, и как бы-то ни было, одаривала поддержкой и не злилась за глупости. Вчера к ним в Башню приходил Джеймс, посвежевший и выздоровевший после длительной реабилитации, и после неловких ужимок и уверток, они трое смогли нормально пообщаться и отдохнуть. Было что-то такое в том, чтобы встречать гостей вдвоем с Роджерсом и он подумывал на тему того, что слишком серьезно начал воспринимать их сместившиеся в адекватное русло отношения. Стараясь одергивать себя, он выбежал из лифта и быстрым шагом направился к машине, где за рулем сидел Хоган. Перекинувшись парой дежурных фраз с другом, он уставился в окно и полтора часа по пробкам пролетели для него незаметно, слишком возбужден и взвинчен он был. Его подогревал азарт, ведь они со Стивом, кажется, обрели точки соприкосновения. А всё апельсины, подумал он, улыбаясь, и потер ладони, которые от волнения заледенели. Пройдя пропускной пункт, Тони оправил пиджак и поспешил к залу, где, по его мнению, должна была быть Романова. Вышагивая легкой походкой по гладкому кафельному полу и оглядываясь на людей, одаривающих его любопытными взглядами, он выцепил весьма зловещую картину в его понимании. Не сказать, что он испугался, просто его шарахнула такой силы ревность, от чего зубы посыпались крошкой, а язык прилип к небу. Метрах в пяти от него, сквозь толпу спешащих пассажиров, Стив и Баки стояли в обнимку, а чуть позади стояла Таша. Вспомнились слова Роджерса о том, что его друг все чаще ездит на задания с девушкой и ему стало не по себе. Не по себе не из-за подруги, а из-за чересчур теплых объятий, скрутивших внутренности болезным клубком жалящих змеек. То, как руки Барнса обвили шею, а руки Роджерса притягивали к себе за талию — заставило сердце Тони покрыться коркой льда. Кожа на руках превратилась в гусиную, весь мозг наполнился гневом и черт бы её побрал, ревностью, и он шагнул навстречу, разбивая поток людей своей фигурой. Взгляд Романовой оторвался от парочки и столкнулся со взглядом Тони и она затаила дыхание. Её глаза с зеленцой даже на таком расстоянии показались ему чем-то необъятно значимым, как спасательный круг, и подойдя ближе, поймал на себе взгляд обоих, выдавил измученную улыбку. — Привет вам, — сказал он, ища ладонью ладонь Наташи. Как только их пальцы соприкоснулись, он выдохнул и расплылся в более открытой улыбке, только взгляд был не дружелюбным, скорее, он готов был сожрать Барнса, лишь взглянув на того. — Привет, — отозвался Джеймс и отлип от Стива, пряча руки в карманах куртки. — Тони, — капитан улыбнулся ему, склоняя голову на бок. — Не удался сюрприз, — холодно сказал он и, посмотрев на Ташу, выказывая всем своим видом затравленность и запуганность, сжал её ладонь в своей и отпустил. — Ты как, со мной или?.. — Надо обсудить детали работы, Тони, — не задумываясь отозвалась девушка, как только увидела этот взгляд и, вцепившись в чужой локоть, повела друга к выходу. Такой вот компанией они вышли на улицу и Старк, судя по всему, решивший хрен знает что, окинув взглядом закадычных друзей, поломавших все его самообладание за несколько месяцев осени, поджал губы. — Удачи, — попрощался он и, подарив очаровательную и соблазнительную улыбку Барнсу и Роджерсу, поспешил к машине, не оборачиваясь. Его сердце стучало в голове буйными индийскими барабанами, а вокруг этих барабанов плясали языки пламени, заставляя его гореть от ревности. Поцеловав парней в щеки, Наташа поспешила за Тони и, усевшись с ним на заднее сиденье, нажала кнопку перегородки, предварительно извинившись перед Хэппи. — В чем дело? — спросила она, проницательным взглядом окидывая Старка. И знаете, произошел БУМ. Старк посмотрел на нее и сжал руки в кулаки, хмурясь и отстраняясь от увиденной им картины. — Наверно, я сейчас умер? — усмехнулся он. Глаза Наташи округлились. Девушка ласково взяла его за руку и тихо сказала: — Тони, это не то, о чем ты подумал. А я знаю, о чем ты подумал. Но уверяю тебя, все не так. Не поняв этого материнского ласкового взгляда, Тони сжал её ладонь и вздохнул. Глаза же не могут врать, так? У него все не так, он не такой и теперь, доверившись и ступив на кривую дорожку в попытках стать нужным, он безумно боялся. Этот страх не давал ему расслабиться, как бы он себя не чувствовал и чтобы ни делал. Дыра, поросшая затягивающейся рубцовой тканью, не давала спокойно продохнуть. Она затягивалась, никто не спорит, но что делать с тем, что он… что они… — А что так? — спросил он, не видя выхода для себя. — Стив и Баки друзья, и только. Можешь мне поверить, я это точно знаю. Они не вместе, — словно маленькому ребенку объяснила Романова, не переставая поглаживать руку друга. — Чего? — непонятливо спросил Тони, уставившись на их ладони. — Не вместе они, причем уже пару месяцев, — ответила Наташа и потрепала его по волосам. — Твой капитан полностью свободен, так что все в твоих руках уже давно. А вы словно дети ходите вокруг да около, на вас без слез не взглянешь, — она по-доброму усмехнулась. Пока Тони пытался переварить полученную им информацию, лицо его менялось со скоростью света. Удивление, недоверие, обида, опять удивление, понимание и на принятии он остановился. Его губы задрожали, а глаза распахнулись так широко, будто он познал самую важную на свете истину и осознал, что он кретин. Таких кретинов еще свет не видывал. Барабанная дробь отступила, оставляя после себя белый шум, и взгляд его прояснился. Будто отогнал от себя серую дымку. Вздрогнув, потер переносицу и глаза, продолжая сжимать ладонь подруги в своей и перевел дыхание. — А это… оно… их объятия, это нормально? — спросил он, недоверчиво косясь на Ташу и пряча переживания глубже в себе. — Тони, — Романова вздохнула, подбирая слова. — Как бы тебе объяснить… Я сначала сама не понимала и чего уж, сорвалась на Барнсе как-то вечерком, но потом до меня дошло. Они как… Вот ты знаешь, как себя ведут близнецы? Усиленная связь, семья, все такое? Вот и они так же. Их связывает не только обычная дружба, но и прошлое, а кому как не тебе знать всю силу воздействия пережитого. И Стив и Баки, они… потеряшки, понимаешь? Оба не из нашего мира, из другой эпохи и единственное, что их связывает с тем миром, это они сами. Была еще Пегги, ну ты знаешь, но она… — Нат покачала головой. — Не ревнуй и не акцентируй на этом внимания, это просто их способ общения и ничего больше. Признаю, сама сначала не въехала, но ты поймешь и привыкнешь, как поняла и я. — А ты что же… с Баки? — все, что додумался спросить Тони, и заглянул в красивые глаза подруги, чуть морща нос, но тут же сменился в лице, становясь довольно милым. — Я… просто не понял, но… — В данный момент он ощущал себя заикой, который не может подобрать слова без сложно произносимых букв. — Мы со Стивом… можем общаться нормально? — В его вопросе было столько откровенного, что он затаил дыхание. Как будто ребенку показали надежду, и боясь упустить её, Тони крепче сжал ладонь девушки, которая в данный момент была проводником. — Скажем так, я птичка свободного полета, сам знаешь, но в данный момент мы делим с Барнсом одно гнездо, — Таша улыбнулась. — Я думаю, если ты постараешься поменьше изображать из себя идиота, не цеплять кэпа, то вы вполне себе идеальная пара. И Тони, не будь агрессивно настроен к Баки, я все понимаю, но Стив, он… Он все равно будет защищать друга, поэтому, если ты будешь проявлять враждебность, у вас могут возникнуть трудности. Просто придерживайся нейтралитета, хотя не мне тебя учить, ты и сам искусно владеешь дипломатией, — Романова чмокнула его в щеку. — Я надеюсь… что у меня не будет поводов вести себя как идиот, я же и без поводов идиот, — грустно сказал Тони и посмотрел на подругу, решаясь её обнять. — Я тебя… люблю, Романова. Куда бы мне без твоих советов и апельсиновых деревьев. Наверно… если бы ты не вернулась в Башню, я бы… как-то наивно звучит, но свихнулся бы. Спасибо за… все? — пробормотал он и стиснул девушку в своих объятиях. — Я старый влюбленный мальчишка лет пятнадцати, это ужасно… распустил нюни, бррр, — изображая интонации голоса генерала Росса, сказал он и зарылся носом в огненно-рыжие волосы. — Ой, ну тебя, Старк, — Наташа отмахнулась, хотя даже в темном автомобиле был виден румянец на её щеках. — Я напьюсь, когда вы наконец сойдетесь, — она засмеялась. — Неисправимая русская душа, — рассмеялся Тони вместе с ней и ощутил, что болезненная тревога отошла на задний план.