Гражданская война

В субботу, после вторника, когда Стив и Тони познали всю прелесть друг друга на диване в гостиной, в Башне ожидался гость. Старк хотел показать свою находку Стиву, потому что он гордился своим преемником. До поры до времени, он скрывал его даже от самого себя, но то заклинание, что позволило Питеру сознаться о своей персоне на конференции, было очень кстати. В общем, лицо его до сих пор в тайне, а Росс слез с паренька, так как Тони был очень упертым и умел убеждать. Стоя у того самого дивана — широкого, стоит заметить — Тони любовался, как Стив ерзает на коленях около апельсинового дерева, очень красиво выпячивая задницу. Прогибаясь в пояснице, он тянулся пальцами к валяющимся на полу апельсинам и собирал их в корзинку, где лежала белоснежная кружевная салфетка. Его плечи были напряжены, он опирался на один локоть и подкатывал к себе упавшие фрукты. Дерево само за себя знало, что пора облегчиться и зацвести. — Стиви, надеюсь… ты не все апельсины с пола собрал? — сипло спросил он, не в силах оторвать свои глаза от этого вида. — А? — переспросил Роджерс, поднимаясь с колен. — С этого все, но осталось еще в моей и твоей спальне, — без задней мысли ответил он, ставя корзину на стол. Румяные щеки, приоткрытые пухлые губы и взъерошенные светлые волосы, прилипшие ко лбу — после душа так и не высохли. Тот, кто не видел Стивена Роджерса раком — потерял слишком много, но Тони рассчитывал на то, что ему не только дадут увидеть, вот как сейчас, но и дадут. — Оо, пойдем к тебе в спальню, — отозвался он, весело щерясь во все тридцать два белоснежных зуба, напоминая акулу, что застигла мелкую рыбешку врасплох. — Тони, — капитан закатил глаза, но легкая смущенная улыбка все же промелькнула на его губах. — Так… кто придет? Ты так и не сказал, а я заинтригован, — он уселся на диван, выбирая из корзины один апельсин и начиная медленно его очищать. Старк как-то странно булькнул. Видимо, он и правда намеревался пойти к Стиву в спальню. Они же не спят друг с другом в одной кровати, у него нет шанса пристать к нему и… как бы намекнуть, что он слишком, просто чересчур нетерпеливый. Все это напоминало эру динозавров, а они — двое дедуль, что собрались под голубой венец, но чтят традиции. Конечно, четыре дня это уже что-то, но скоро миллиардер израсходует все запасы смазки. Неохотно, он перекинул ногу через спинку дивана, потом вторую и приземлился рядом с шикарным блондином, распространяющим запах секса за гребаные километры. — Мой друг, Питер, — признался Тони, проводя тыльной стороной ладони по гладкой щеке Стива, прощупывая румянец и жар кожи. — Ааа. Ну хорошо, тогда познакомишь, — Стив засунул дольку апельсина в рот и отломил еще одну. — Будешь? — И, не дожидаясь ответа, поднес её к губам Старка, совершенно невинно пихая в его рот. Только и успев приоткрыть губы, Тони цапнул Стива, надевая себя на пальцы до второй фаланги. Оттолкнув языком дольку апельсина за щеку, он прищурился и, расслабившись, еще ниже нагнул голову, посасывая пальцы до самых костяшек. С хлюпом выпустив их, начал медленно жевать апельсин, наблюдая за румянцем коснувшимся не только щек, но и шеи с ушами. Не ожидавший такого Роджерс почувствовал, как острая судорога сводит низ живота, а возбуждение отдается в каждой клеточке его тела. Не то чтобы он был озабоченным подростком, но вспыхивать от одного эротичного жеста явно было для него в новинку. Кое-как справившись со смущением, капитан поддел бумажную салфетку, вытер пальцы и укоризненно посмотрел на Старка взглядом, говорившим «Тони, ну не здесь же!». Засунув еще одну дольку в рот, он поудобнее устроился на диване. Уловив возмущенный взгляд, Тони щелкнул пальцами и, приглушив свет, фыркнул. Он подполз к Стиву мартовским котом, и без спроса забравшись на бедра, уперся стояком в тугой, горячий и рельефный живот, скрывающийся под рубашкой. Ладони скользнули по плечам и шее, расслабляя напряженные мышцы, но вызывая неконтролируемую дрожь. — Так я предлагал тебе идти в спальню, а ты отказался, что мне остается делать? — невинно протянул он и обиженно надул губы, запуская пальцы во влажные волосы. — Но мы же… ждем… гостя… — хрипло пробормотал Стив, которого тоже изрядно потряхивало от накатывающих жарких волн. Он притиснул Тони ближе к себе, скользя губами по его шее, втягивая нежную кожу в рот, словно желая оставить метку. — Ааахх… — застонал Тони и закатил глаза, вжимаясь в сильное тело и не оставляя ни одного миллиметра между ними. Дождавшись, пока метка ляжет на его шею, оставив красный след, он немного отодвинулся и с нежностью провел носом по скуле до уха. Поймав мочку губами, причмокнул и начал посасывать, поглаживая Стива по груди левой рукой, забираясь пальцами между пуговок. — Тони… А вдруг… сейчас сюда зайдут? — просипел Роджерс, который при свете дня смущался сильнее обычного, даже если свет в Башне был приглушен. Ночью, в темноте можно было вытворять разные вещи, но сейчас Стив чувствовал напор Старка, и это его немного пугало. Услышав испуг в чужом голосе, Тони выпустил мочку изо рта и отстранился. Держась за широкие плечи, он смотрел в голубые глаза и не знал, что ему сказать. Он, конечно, мог ждать, мог терпеть, но с учетом того, если Роджерс будет ходить в мешке из-под картошки и чтоб ни один кусочек кожи не было видно. Но такого же не будет? И с чего вообще… отказываться от ласки? — У тебя же стоит на меня… — как-то растерянно сказал он, не смея оторвать взгляда от голубых глаз, которые в приглушенном свете смотрели так невинно, будто они пару дней назад не кончали себе в штаны от одних поцелуев. — Я этого не отрицаю, — пробормотал капитан, немного отстраняясь от него. — Но ведь не обязательно так торопиться, можно же просто… ну, — он сотворил в воздухе неопределенный жест рукой. Вскинув брови, Тони занервничал. Он что-то делал не так? Может и правда торопился? Да столько ждать и теперь еще ждать? Из груди вырвался болезненный вздох и он лениво кивнул, проводя ладонями по широкой и соблазнительной груди. Было в этом что-то странное. Старк имел опыт и не думал, что кто-то может отказаться от него в сексуальном плане. Тут уж самолюбие оказалось под ударом, но он решил уступить, самую малость — дольше просто не сможет. — У меня есть руки, — обреченно сказал он, вспоминая все свои ночи после вторника и фантазии, подогревающие естество. Стивен ничего не ответил, только поцеловал Тони в уголок рта. Не мог же он признаться ему, что настоящая, серьезная близость пугала его, да и вообще… И в страшном сне ему бы не приснилось, такой удар по гордости — девяностопятилетний капитан девственник. Смех, да и только. Нет, разумеется, Роджерс знал и представлял себе все, что должно произойти, но это было только в теории. А в реальности знания шли в разрез с опытом. Не меньше озадачивала его и так называемая расстановка фигур в задаче. Он не был готов становиться ведущим, не имея опыта, а отдаться на волю случая было… пугающе. Капитан улыбнулся Старку и отправил в рот последнюю дольку апельсина. — Как хорошо, что у тебя нет аллергии на апельсины, — подметил Тони, когда Стив перестал думать. На его лбу — всегда все видно, если он о чем-то размышляет, и в такие минуты Старк никогда его не прерывал. Ни до борьбы против друг друга, ни тем более теперь, когда они, наконец, вместе. Покрыв гладкие щеки поцелуями, Тони не без труда поднялся с чужих бедер и, забрав кожуру с собой, скрылся на кухне. Он набрал номер Питера и спросил, как скоро тот придет, получив ответ «минут через пять», отключился и выбросил кожуру в мусорное ведро. Заварив свежий чай, он открыл пачки с печеньями и конфетами и достал с нижней полки холодильника торт, который приготовила Таша сегодня рано утром, прознав, что у них будут гости и выявив тайну такого спокойствия в Башне. Неся в двух руках заварник и чашки, он вернулся в гостиную и, поставив все на стол, посмотрел на Стива, ослепительно улыбаясь. Щелкнув пальцами, свет зажегся и он попросил о помощи. Через пять минут на столе стояли пиалки со сладостями и блюдца, а горячий чайник дымил на подставке. Створки лифта открылись и гостиную озарило светлой и смущенной улыбкой. Щеки Паркера были румяными с мороза, а глаза блестели. Старк ответил ему кивком головы и, подойдя поближе, принял куртку. — Это Питер, а это Стив, — сказал он, махнув рукой в сторону Роджерса. – Да, тот блондинистый качок, — усмехнулся он, получив недоуменный взгляд и приобняв мальчика за плечи, повел к дивану, смотря в голубые глаза Стива как бы намекая «не будь деревянным». Роджерс только недоуменно выгнул бровь. — Приятно познакомиться, Питер, — вежливо ответил он и протянул парню руку. — Ооо, вы же… вы же Капитан Америка, — Паркер сжал предложенную ему ладонь в своей и восхищенным взглядом окинул великого Стива Роджерса. — Я думал… Тони пошутил. Закатив глаза, Старк усмехнулся и покачал головой, кажется, деревянным будет не Стив, а Питер. — Просто Стивен, — улыбнулся капитан, которому, несомненно, приятно было увидеть в глазах мальчика трепет. — Так… как вы познакомились с Тони? — спросил он у него, приглашая присесть рядом. Присев на край дивана, Питер поправил воротник вязаного свитера и улыбнулся, встречаясь взглядом с Капитаном. — Мы… хотите, я кое-что покажу? А потом расскажу, — пробормотал он и немного смутился, тихо выдохнув. Старк плюхнулся в кресло и начал мельтешить перед глазами, громыхая чашками и блюдцами, создавая вид бурной деятельности. Обычно — всегда прокатывало, чем больше грохочешь, тем меньше вопросов и кажется, что ты очень занят. Стив всегда велся на это и сейчас, видимо тоже. — Что ж, покажи, — кивнул Роджерс, весь превращаясь во внимание. — Давай, Тони… помоги мне, — попросил Питер и посмотрел на него. — О, ладно, — ответил он, отвлекаясь от кружек и, схватив конфетку из пиалки, положил её на раскрытую ладонь, вытянув вперед, чтобы Стив видел. Мальчик сложил пальцы в рокерском жесте и, нажав в центр ладони средним и безымянным пальцами, выпустил тонкую паутину и притянул к себе конфету. Тони присвистнул и подмигнул школьнику. — Покажи еще, мое любимое! — как ребенок воскликнул он и закусил нижнюю губу в предвкушении. — Кррууто! — довольно отозвался Пит и, развернув конфету, запустил её в рот. Подумав немного, он огляделся по сторонам и, схватив маленькую подушку, прислонил к ней ладонь, потом поднял руку, а подушка осталась в его руке, хоть и висела вниз. Глаза капитана расширились и он заинтересованно посмотрел на Паркера. Хотя после встречи с Вандой и Виженом Стива удивить мало что могло, но все же это было очень и очень любопытно. — И как ты это делаешь? — спросил он у парня, искоса посматривая на Старка. — Меня укусил паук… какой-то особенный, радиоактивный, как сказал Тони и вот я теперь… паук? Человек-паук? Мне нравится, раньше в школе меня задирали, а теперь я и сам могу задрать кого угодно, — он искренне улыбнулся и посмотрел на Тони. — Можно? — Лааадно, я не видел этого с того дня… на базе, — ответил он и слегка посерел, но тут же взял себя в руки и улыбнулся. — Не забудь оттереть потом! — фыркнул он, смотря на высокий потолок. — Конечно! — согласился Пит и, вскочив с дивана, рассчитал расстояние до плазмы и прыгнул на стену, сразу же перебираясь к потолку. Смотря на мужчин сверху вниз, он усмехнулся и, стрельнув паутиной, стащил еще одну конфету со стола. — Ого! — вырвалось у Стивена, который внимательно следил за Паркером. Еще один мутант, но с другой стороны обычный мальчик, еще совсем ребенок. — Где же ты нашел это юное дарование? — поинтересовался он у Тони. — Дядя Джеймс меня нашел и познакомил с Тони, — отозвался Питер, спускаясь на паутине вниз и оставляя после себя пятно на потолке и мотающуюся фиговину. — Надо убрать это… — задумчиво сказал Старк. — Вообще да, Роуди нашел его по следам, и решил показать мне. Я взял его под крылышко, — усмехнулся он и погладил Паркера по плечу, который присел рядом с ним на подлокотник кресла. — Он живет с тетей и дядей, отличник, смышленый парень. Интересно, что будет дальше… только вот с твоими играми в спасалки надо завязать, слишком мал еще, мало ли что случится? — с волнение в голосе и тревогой в глазах пробормотал Тони. — Я не занимаюсь этим… пока еще, мы договорились и я не забыл об этом, — согласился Питер и, обняв Тони за плечи, чмокнул в щеку. Роджерс фыркнул, закатывая глаза. — Отличник? С суперсилами? Старк, ты себе замену готовишь? — пошутил он, протягивая руку и забирая себе пару печенек со стола. — Я не вечный, если подумать… А детей у меня нет, — усмехнулся Тони, обнажая еще одну язву, и потупил взгляд, отстраняясь от Питера и приступая к чашкам и чаю. Стив нахмурился. Это была правда, но её совсем не хотелось слышать. Он не думал о том, что будет с ними в перспективе, еще не задумывался о жизни с Тони, все итак происходило слишком быстро. — Если кто здесь и старик, то точно не ты, — перевел грустные мысли в шутку Роджерс. — Мне девяносто пять, так что… — Ты еще не похож на шарпея, в свои девяносто пять, а я лет через десять отращу себе щеки, складки над глазами и превращусь в… ну… в какого-нибудь страшилу, — отшутился Тони, прекрасно понимая, что ему надо заткнуться к чертовой матери или вообще перевести тему. — Эмм… я недавно забирался на Эмпайр-стейт… и город показался мне таким крохотным. Я почувствовал себя Кинг-Конгом, это странно, да? — Питер подловил настроение собравшихся и резко изменил разговор, направляя его в другое русло. — Наверное, все чувствуют себя немного Кинг-Конгами на этом высоком здании. Я тоже был удивлен, когда побывал там, — капитан засунул в рот печенье и потянулся за кружкой. Разлив чай по чашкам, Тони оглядел стол и вздохнул. Ему казалось, что он упускает что-то из виду. Может быть, торт? Идти было лень, поэтому он решил съесть его вечером в одно лицо, если Стив, конечно, не составит ему компанию. — Я почувствовал себя Кинг-Конгом, когда заявил на весь мир, что я Железный человек, — вспомнил он и громко отхлебнул из чашки, обжигая губы и морща нос. — А теперь… я каждый день чувствую себя таким, потому что живу на девяносто третьем этаже. — Это точно, вообще говорят, высота как-то влияет на мышление, — задумчиво сказал Паркер, любуясь Капитаном — до чего замечательный человек. Стивен пил чай, слушая разговоры Тони и Питера, изредка вставляя свои комментарии. Приятная дружеская обстановка навевала спокойствие и уют, поэтому он расслабился и поглощал конфеты с печеньем. Часам к десяти вечера Старк все-таки заставил Паркера снять паутину с потолка и выбросить её в ведро на кухне. Напившись чая и наевшись печенья, он решил воспользоваться своим обаянием и пару раз пошутил над Стивом, вызывая смех не только у себя и Пита, но и у самого Стива. Прощаясь, Тони отсыпал школьнику конфет из пиалки и послал с Богом домой к своим тете и дяде вместе с Хэппи. Вечер прошел вполне удачно и они больше не возвращались к острым углам комплексов Старка. Как не возвращались и к теме секса. Убрав со стола и разойдясь по отдельным спальням, Тони нашел еще один тюбик со смазкой и занялся самоудовлетворением. Что там делал Стив… неизвестно.

***

В канун Рождества, двадцать четвертого декабря, прошло ровно две недели с того дня на диване в гостиной. Тони маялся счетом дней, потому что страдал от недотраха. А еще он маялся от того, что не знал, нужно ли как-то официально обозначить их отношения или сойдет и так — есть они и есть. Неохотно перебирая бумаги на столе в мастерской, он исподлобья наблюдал за Стивом, играющим на айпаде в шарики, и любовался хмурой задумчивой складочкой меж светлых бровей. Идеальный, ни дать ни взять само совершенство. Ловя себя на мысли, что сам он сплошное разочарование и покрывшийся язвами идиот, поросший броней не только в работе, но и в жизни, он переживал, что капитану с ним плохо. Еще момент с сексом — добавлял жару и к тому же, Тони пришел ко мнению, что нужно что-то решить для себя с Баки, поэтому, повинуясь сиюминутному порыву, он прочистил горло и отложил документы на край стола. — Стив, — позвал он, сцепляя пальцы в замок, и устроил ладони на холодной поверхности металлического стола. — Да, Тони? — капитан оторвался от игры и оглянулся на него. — Тебе со мной плохо? — спросил он, ничем не выдавая своего внутреннего состояния и страха, рвущегося наружу. — В каком… смысле? — удивленно и настороженно переспросил Роджерс, откладывая планшет в сторону. Сердце предательски сбилось с ритма, а сам он вытянулся от напряжения. Судорожно подбирая слова для такого серьезного разговора, Тони смотрел в голубые глаза и крепче сжимал пальцы. Он так волновался впервые, даже после экзамена в одном из университетов после тройки он так не боялся показаться на глаза и сказать отцу об этом, как сейчас перед Стивом, обнажая все, что его грызет. — Ты… — он нервно сглотнул и перевел дыхание. — Я волнуюсь, что ничего хорошего не даю тебе. Может, я не додаю тебе… ласки? Или нежности? — спросил он и закусил щеку изнутри, но не отвел взгляд. Капитана словно окатили ледяной водой. Он замер, испуганно глядя на Старка, а потом сорвался с дивана, в миг оказался возле него и порывисто обнял, прижимая к себе, потому что внятно объяснить, когда сердце уходит в пятки, совсем не получалось. Стив мысленно побил себя щитом, чувствуя угрызения совести из-за того, что Тони говорил такие вещи. Стиснув Старка в объятиях, Роджерс тихо пробормотал: — Тони, я не знаю, почему ты так решил, но… я сделал что-то не так? Наверное, мне стоит больше времени проводить с тобой, я просто… просто… — он запнулся, пытаясь подобрать слова. Опешив от такого бурного проявления эмоций, Тони прижался к широкой груди и выдохнул. Он слышал бешеный стук чужого сердца, того, что хотелось сохранить и знал, что Стив палач его души. Если у него не получится и он уйдет, Тони не сможет протянуть. Это столь очевидный факт, принятый на улице под лужей из вони от инопланетянина, превратился в истину и подбивал его думать порой настолько пугающие вещи, что хотелось никогда не отлепляться от Роджерса. Но так не бывает. Заледеневшие от нервов ладони скользнули к пояснице и обвили капитана кольцом. — Нет… не ты не так, я не такой, — с сожалением сказал он. — Мне боязно отпускать тебя от себя, потому что ты можешь подумать, что я… неидеальный? Это меня волнует, но когда ты так меня обнимаешь… все улетучивается в трубу. Я псих? — Но ведь и я не идеальный, Тони, — грустно улыбнулся Стивен, касаясь губами его макушки. — Вот только не начинай, не надо… — присек он попытки Старка возразить, — я обычный, со своими тараканами и грузом прожитых и не прожитых лет, причем второе давит намного больше, чем первое. А ты… ты ведь особенный, правда. Меня все время тянуло к тебе, с самого начала, просто все как-то смешалось, да и я никогда не думал, что… буду тебе интересен не как объект изучения. — Стив… — возмутился Старк, чувствуя, как щеки покрывает жаром смущения, а сердце стучит набатом в ушах, словно предупреждая — я разорвусь от таких слов, заставь его прекратить это. — Почему мы… почему ты стесняешься меня в сексуальном плане? — Этот вопрос проел Тони всю голову, и он просто не мог его не задать. Стараясь прижаться еще ближе, но так, чтобы не вставать со стула, он стиснул капитана в руках и прикрыл глаза, вдыхая запах исходящий от футболки. — Я… ээ… — Роджерс вспыхнул, проклиная себя за то, что так стыдно сказать правду. — Тони, я не привык так… так быстро, понимаешь? Знаю, что мораль и нравы изменились, пока я валялся в ледниках, но мне нужно время, чтобы… привыкнуть? Не могу просто взять и… сам знаешь, — он смущался собственного косноязычия и невозможности нормально донести смысл своих слов. Стив не лгал, ему на самом деле нужно было время. С Баки все было понятно, он даже не задумывался, а просто жил и чувствовал, но с Тони так не мог. Он был в курсе, сколько у Старка было любовников и любовниц, и на их фоне капитан казался себе таким неумелым и неопытным. Что он может предложить секс-символу Тони Старку? А если ему не понравится вечно зажимающийся Стив Роджерс, капитан-сосулька, и Тони уйдет на поиски новых постельных приключений? — Прости, наверное, я не слишком понятно объясняю, — выдохнул Стивен. — Для тебя… тебе действительно так… срочно нужен… секс? — он затаил дыхание. Пока Стив пытался донести свои слова до Тони, слушавшего стук чужого сердца и своего, бьющихся, казалось в унисон, он никак не мог понять, почему? Секс со Стивом это… Для него это было нечто такое, чего нужно желать. Желать так, чтобы трахать самого себя и подушку, сходя с ума от фантазий. Он не хотел другого секса, он хотел только блондина с широкими плечами и невообразимо упругой задницей. Для него другие уже давно были «не Стив», и от этого не спрятаться. И с другой стороны, он понимал, что капитану и правда может понадобиться время, чтобы привыкнуть к вечно хотящему Старку и раскрепоститься. Но не начав… не познать. — Нет, Стив… мне нужен ты со всеми вытекающими, — ответил Тони и потерся щекой о грудь Роджерса. — Секс с тобой… можешь считать меня занудой, но я думаю, это что-то удивительное. Факт того, что ты заводишь меня одной своей хмурой складочкой или тем, как ты режешь мясо в тарелке, да даже смотришь с упреком, доводит меня до безумного желания. Это… ты просто сексуальный… сексуальный в своей неловкости и грешно ругать меня за то, что ты так хорош, что мне хочется… хочется тебя, — он поднял голову, замечая красные щеки и открыто улыбнулся. — Я хочу тебя всего и без остатка, но готов ждать, в конце концов… у меня есть руки, мы с тобой уже это выяснили, — усмехнувшись, приподнялся со стула и обвил сильную шею руками. — Как много откровений, капитан, — сказал он, целуя легким касанием губ румяную щеку. Стив притянул его ближе и, не теряя ни минуты, сам втянул его в глубокий, чувственный поцелуй. От слов Тони тепло разливалось по всему телу, он чувствовал, что впутывается и увязает в чувствах все сильнее, но уже не хотел и не мог сопротивляться этому. Сильные руки стискивали Старка, который вызывал в капитане полярные эмоции. С одной стороны он был сильным, с хорошо слаженной фигурой, упругими мышцами, но с другой… В сравнении и в объятиях Роджерса Тони казался хрупким и ранимым, вызывая в Стиве безумное желание заботится и защищать, закрыть собой и спрятать от всего мира. Отвечая на поцелуй, Тони ерзал пахом по бедру Стива и жмурился. Похотливая сука — так он называл себя будучи наедине с самим собой и трахая себя. Сейчас он просто хотел быть как можно ближе и неважно в каком плане и в каком положении. Только бы не изжариться от чувств. Неохотно оторвавшись от пухлых губ и вызвав у капитана разочарованный вздох, он положил голову на плечо и вдохнул полной грудью. — И еще… мне нужно кое-что узнать у тебя, — тихо сказал Тони, не разрывая романтической атмосферы, но ступая в красную зону. — Да? — Стив потянул его на диван, и усевшись, внимательно вгляделся в него. Устроившись удобнее, Тони сморгнул и облизал губы. — Так вот… мы состоим в отношениях две недели или… мы только собираемся начать? — спросил он, нетерпеливо заламывая пальцы. Капитан непонимающе выгнул бровь и покачал головой. — Я не думал об этом, Тони. Мне просто хорошо с тобой, наверное… наверное это называлось в мое время периодом ухаживаний? Ну, то есть… — он снова смутился. — Я имею в виду, все идет своим ходом… А почему ты спрашиваешь? Так, похоже идея с Баки отменилась сама собой. Или может… стоило предложить самому, а не ждать чего-то от Стива, который кончив в штаны в темноте от одних поцелуев, называет это периодом ухаживаний. — Тогда… ладно, проедем, — подумав, сказал он и похрустел пальцами, уводя взгляд в сторону. Они как два идиота ходили вокруг да около, не в силах сказать что-то дельное. - Нет, не проедем. Ты Мой и Мы в отношениях, — посмотрел на Стива и свел брови вместе, ожидая протестов и готовый все их разом отмести. Но капитан только загадочно улыбнулся, почувствовав странное ощущение, будто бы его сердце обернули в теплое мягкое одеялко. — С чего вдруг ты поднял эту тему? — поинтересовался он, внимательно смотря на Старка. — Я бы хотел… пригласить к нам Барнса и… забыть былое, — выпалил он как на духу, но все-таки смог выделить «к нам», чтобы Стив понял его серьезные намерения. Вот тут Роджерс все же напрягся, несмотря на то, что намерения Тони были весьма доброжелательными. Врожденная недоверчивость сделала свое, и капитан спросил: — Ты уверен, что… это нужно? Что сможешь… общаться с ним, после всего?.. Почему ты этого хочешь? Старк, не отрываясь, смотрел в голубые глаза и думал над вопросами Стива. Он сам задавал их себе, но… не считая Баки, за опасность в плане войны (Романова молодец), он все равно переживал за то, что капитан может уйти от него к своему другу, а потому хотел забыть то, что было и позволить себе держать их на виду, чтобы не накручивать себя всякими ужасными вещами. И вообще. У Стива был один единственный друг — который пусть и совершал плохие дела и лишил его самого родителей — дорог ему, несмотря ни на что. А какой смысл отстраняться от этого, если можно решить проблему путем примирения сторон? Он не злился. Он боялся, что Стив уйдет. Боялся так сильно, что все на свете простил. Да и осознание слов Таши подвели его к тому, что он перестал смотреть на Баки, как на врага народа, пусть иногда при мыслях о нем и вздрагивал от пробегающего по коже холодка. Но это решаемо, зачем тянуть? Он вздохнул и погладил Роджерса по коленке, так и оставив там ладонь, крепко сжимая. — Это твой друг, а я… хочу быть твоим человеком. Если мы вместе, я не могу злиться на то, что у тебя осталось от прошлой жизни, потому что тоже хочу быть её частью, и не прошлым… а настоящим, — серьезно сказал он, опускаясь в какие-то философские мысли, стараясь объяснить Стиву на языке сороковых свои мысли. Взгляд Роджерса смягчился, хотя все еще оставался настороженным. — Тони, я… — пауза, — я бы хотел, чтобы вы если и не подружились, то просто не желали друг друга убить. И если ты правда хочешь, то как я могу быть против? И ты… мой человек. Улыбка озарила лицо Тони, и он потянулся к Стиву за объятиями. Сердце колотилось с сумасшедшей скоростью, воздух в груди возгорелся, а кровь вскипятилась. Он снова обвил сильную шею руками и чмокнул светлую макушку, затыкая капитану нос своей грудью. — Я убью тебя, если будешь заставлять меня ревновать. О, и твой друг… тут не причем, — шутливо протянул он, сомневаясь в том, что и правда пошутил насчет «убийства». Стив неожиданно засмеялся, вспоминая историю с Бартоном. Ей-богу, научился на свою голову. Но все равно ему до сих пор льстила маленькая победа, поднимающая самооценку неопытного капитана. — Так ты не ревнуй, — усмехнулся он. — Хотя… я же национальный герой, символ Америки. Звездно-полосатые боксеры, все такое, — легкий поцелуй в висок. Тони ущипнул Стива за плечо, оттянув тонкую кожу и свел брови вместе, показывая гнев. Ему хотелось рассмеяться, но нет, надо построить из себя безумного муженька. — Какие такие боксеры, Стиви? — возмутился он. — А ты не заревнуешь меня? Если ко мне будет клеиться блондинка с ногами от ушей или… какой-нибудь мальчик, светловолосый… м? — Ну, Тони, — Роджерс воздал хвалу всем лучниками этого мира за советы. — Разве кто-то осмелится перебежать дорожку суперсолдату? — он бросил все силы своего обаяния, понизив тембр голоса и лукаво улыбнулся. — Боже… Стив, — улыбнулся Тони, и придвинувшись, начал покрывать гладкие щеки поцелуями. — Никто не знает, что мой парень суперсолдат… — шепнул он между поцелуями. — Не знает, так узнает, — отрезал капитан, перехватывая инициативу, целуя Старка горячо и жадно, прикусывая его губы зубами… в профилактических целях. Чтобы не забывал. — Прелестно, — выдохнул Тони в пухлые губы и продолжил ласки языком, ни на миг не забывая о том, что он ждал этого так долго, чтобы упустить сейчас? Да ни за что на свете. Стивен тихо застонал, немного наклоняя голову, открывая полный доступ к своей шее, где бешено билась тонкая венка. На лбу Стива от напряжения проступили жилы, а венка на шее доказывала это еще лучше. Тони провел по ней кончиком языка и всосал тонкую кожу, оставляя засос. Жаль, что он пройдет быстро, а вот засосы от Стива, на его шее, слишком долго держались. — Пойдем готовить ужин, мой дорогой, — оторвавшись, сказал он и ловко соскочил с дивана, стараясь не провоцировать ни себя, ни капитана жаркими ласками. Роджерс разочарованно выдохнул. Он уже готов был просить о большем, но вовремя спохватился и закатил глаза. Старк лишал его самообладания одним своим видом, и ему приходилось применять всю свою выдержку, чтобы не стонать и хныкать от неудовлетворенности, как барышня. Встав с дивана, Стив направился помогать своему человеку.