Dance for me

— Где ты был, Кёнсу? — полушепотом спросила мать.

       Кёнсу невольно вздрогнул, услышав свое имя из уст матери. 

– Мой психолог посоветовал мне заняться танцами, вот я и был на тренировках. — чуть тише матери сказал парень.

 — Не лги! Ни одни тренировки не идут так долго, тем более, что ты несовершеннолетний. Я звонила учителю, он сказал, что ты ушел сразу после звонка, — в уголках ее серо-голубых глаз появились маленькие слезинки. — Я работаю до поздней ночи ради тебя, чтобы ты жил как все, занимался тем что нравится и все в этом духе. Взамен, лишь прошу, цени то, что я делаю! — чуть ли не крича, говорила темноволосая женщина.       

Кёнсу тяжело вздохнул, подобрав школьную сумку, он прошел в свою комнату, пропуская последние слова матери мимо. Что он мог услышать нового? Верно, ничего. Он считал себя сложным человеком, потому что прекрасно осознавал, каким он должен быть, как он должен относиться к словам обеспокоенной матери, но это не мешало ему быть депрессивной амебой, не видящей дальше своего носа. 


После недолгих ванных процедур, Кёнсу свалился без сил на свою кровать, которая нежно укутала его в прохладные хлопковые ткани. Пару минут спустя он сладко спал, морща нос и тихо посапывая.





***

      Как бы ванильно это не звучало, но утренние лучи солнца мягко щекотали лицо, отчего Кёнсу и проснулся. Сегодня было воскресенье, и в школу ему не надо было, а вот сходить на тренировку он очень хотел. 

 Он немного подружился с парнем, по имени О Сехун. Парнишка был странноватым, но Кёнсу не жаловался, он и сам был не самым здоровым на голову человеком. Сехун занимался уже восемь лет и сильно преуспел в этом деле. Не то чтобы он был лидером, но попытки выбиться в подтанцовку к известным айдолам у него были. Не все увенчались успехом, но все же он пытался. 
Кёнсу прокрался на кухню, но сделав вывод, что дома никого нет, расслабился. Приготовив кофе, он присел на бежевый диван, аккуратно, маленькими глотками попивая кофе, смотрел в окно, где солнце поднималось из-за горизонта всё выше. «Как ванильно» — думал он про себя, анализирую картину со стороны. 
 По телевизору не шло ничего путного и Кёнсу решил почитать какую-нибудь книгу из домашней библиотеки. Но все книги были… философскими. В философии он мало что понимал, поэтому просто взял маленькую книжку «Когда заплакал Ницше» и углубился в чтение. 

Во время чтения время летело незаметно, Кёнсу хорошо об этом знал и постоянно поглядывал на часы. В последний раз глянув на часы, он вскочил с дивана и начал собираться. 

 
 Схватив спортивную сумку, он выбежал из дома и поймал нужный автобус. Вскоре была его остановка, и он так же скоро забежал в здание, где вновь нажав кнопку 12, ждал встречи с Исином.

 Робко постучав по дверному проему, он откашлялся и прошел внутрь. Светлый деревянный пол, зеркальные стены и крупная музыкальная установка, пара деревянных лавок - ничего лишнего. Никого в классе не было.

 Кёнсу поставил вещи за скамейку и, скинув верхнюю одежду, начал разминаться. Начиная с шеи до стоп, каждый сустав, аккуратно и медленно. Когда с разминкой было покончено, Кёнсу взял телефон и через наушники включил песню, под которую он танцевал с Исином. Без напарника было тяжело, многие движения были парными, в смысле, требовали поддержки, но Кёнсу это не мешало.


       – Привет, дружок, ты рано. — Знакомый голос. Даже не смотря на парня, Кёнсу знал, что шатен улыбается. 


– Привет, — чуть слышно сказал парень, — Ты ведь не против, что я раньше пришел? 


– Нет, конечно. Ты размялся уже? — поинтересовался парень. — Давай вставай, прорепетируем.       


Кёнсу подошел к Лэю, руки которого аккуратно легли на талию. Все его прикосновения были легкими и аккуратными. Парень прекрасно знал, что не все любят чужие прикосновения и пытался затрагивать Кенсу как можно мягче, незаметнее. Полтора часа пролетели для него незаметно. Он буквально тонул в музыке и новых движениях. 

Вскоре начали приходить другие, Исин моментально переключился на других учеников, так же солнечно улыбаясь другим. Только… когда Кёнсу видел его улыбку адресованную другим, в его груди что-то щемило, чертовски сильно. 


Когда большая часть народа собралась, шатен громко похлопал в ладоши, обращая на себя всеобщее внимание.

 — Ну что? Вставайте снова по парам. До, Если Кай еще не пришел, встань со мной. — Проговорил шатен, мягко улыбнувшись.


 Как только Исин закончил говорить, в класс вошел Ким. Легок на помине, так сказать. Его вид явно давал понять, что парнишка не в настроении. Никто не задавал лишних вопросов, заиграла музыка, пошел счет и занятия начались.

 В этот раз Чонин был аккуратнее со своим напарником. Отработав очередные связки, движения и переходы, Лэй предложил отдохнуть. Ребята с радостью приняли предложение. 


– Что это Чонин такой нежный? — Спросил только что подошедший блондин.

 — Привет, Сехун. Ты о чем? — отпив воды, спросил брюнет.

 — Его последний партнер и десяти минут не выдержал. Вот он кстати. — Указывая на рыжеволосого парня, сказал он, — Бён Бэкхён. Кай даже не замечал его, когда танцевал, пару раз даже уронил. Вот Бэк и психанул: первое занятие, а его уже кинули. — хихикнул светловолосый. 


– Отлично. Думаю, тебе показалось. Он постоянно топчет мне ноги! — усмехнулся брюнет.

       Кай поглядывал за Кёнсу. Он впервые видел, как тот смеется. Пухлые губы невольно расплылись в нежной улыбке, его взгляд ни на секунду не отходил от Кёнсу. Такого маленького, хрупкого и милого Кёнсу. Вошедший в класс Исин прервал череду раздумий Чонина.

  — Ребят, у нас еще полчаса тренировок и пойдем по домам. Кёнсу, сегодня не выйдет, прости.


       Брюнет легко кивнул и встал ближе к Каю. Его рука грубо легла на талию, но куда нежнее чем раньше. Кёнсу неуверенно, но доверился напарнику. Чонин стал меньше топтаться по ногам брюнета, аккуратно обходясь с ним, даже не совершая попыток выкинуть его на рядом стоящего Бэкхена. Может быть была в этом парне толика нежности. Занятие закончилось. Кёнсу договорился пойти домой с Сехуном. Впервые он шел домой не в одиночестве, это оказалось не так страшно, как он думал. Темы для разговоров находились сами собой, но они уже подходили к дому Сехуна, а столько было недосказано. 


– До понедельника, Кённи. — Махнул рукой блондин.

 До улыбнулся и кивнул другу в знак прощания. На улице стемнело. Это как никогда напрягало Кёнсу, предчувствия были отнюдь не приторными. Слишком тихо, как в фильмах ужасов.

 Из-за угла вышла компания из пяти человек, они явно были подвыпившими - перегаром несло за двадцать метров. Гулко смеясь и улюлюкая, они не сразу заметили темноволосого парнишку. Один из парней окликнул остальных, указывая пальцем на До.

 — Ребята, смотрите какая конфетка нам подвернулась. Малыш, а не должен ли ты сидеть дома в такое позднее время? — Проговорил он прямо в щеку парнишке. — Как раз туда направляюсь. — фыркнул брюнет, тут же дергаясь и обходя мужчину.

 — Как ты со мной разговариваешь, малолетка? — Громкий шлепок. Мужчина со всей силы ударил юношу наотмашь. Кёнсу с грохотом приземлился на сырой асфальт. Круги перед глазами начали бешено прыгать, вводя Кенсу в потерянное состояние. — Не люблю, когда малолетки грубят. — Раздался громкий смех. Это заставило Кенсу вспомнить о том, что их пятеро и о том, что он полной заднице.

 Кёнсу потер щеку и хотел было встать, но получил сильный удар ногой в солнечное сплетение. Удар ногой в пах, удар в копчик. На нем не оставалось места, которое эти кретины бы не затронули. Парень привстал на четвереньки, отхаркиваясь кровью и одной рукой держась за ноющий живот. Как только они наигрались, сразу же сбежали. В который раз До приходил к выводу, что ненавидит большую часть общества. Пошатываясь, он встал на ноги и пошел в сторону дома. Дома, где его, может быть, ждет мать. Глаза закрывались сами собой, ноги вдруг стали ватными, а сон стал овладевать им.


 — Кёнсу! — Знакомый голос. Это не Исин и не Сехун. Не мама. — До Кёнсу!


       Кёнсу не реагировал. Он был готов уснуть прямо на месте, упасть, уткнуться носом в асфальт. Перед ним возник никто иной, как Ким Чонин. В его глазах был ужас, он судорожно коснулся щеки парня, запачкав руку в крови. Резко тряхнул парня, не давая расслабиться и совсем отключиться. 


Перед глазами Кёнсу начали мелькать разноцветные точки, а после все исчезло, темнота. Парень подхватил тушку, пару раз похлопав по щеке, мол, вдруг притворяется, но это было глупо, особенно в такой ситуации. Вся его одежда была испачкана в земле, местами в крови. На лице вырисовывался огромный фингал, а из губы струилась ярко-красная кровь. Чонин поднял бессознательного брюнета и понес в неизвестном направлении. Неизвестном для Кенсу.