Я не хочу любить.

2 глава Утро для Кёи началось как обычно. Хибари, наверное, единственный человек, который в школу встает в пять утра. Сначала он делает зарядку. Затем принимает прохладный, а иногда и холодный душ. Пара чашек любимого горячего зеленого чая с мятой – и он готов к новому дню. Надев пиджак с красной повязкой, и взяв тонфы, Кея отправляется патрулировать улицы Намимори. На это он тратит примерно час, а потом направляется в сторону школы. В этот раз он никого до смерти не забил. Неудачное утро. Тсуну утро тоже не радовало, в общем-то как всегда. Его разбудил удар в лицо, а затем удар тока. − РЕБОРН! Ну, сколько можно меня так будить? – возмутился Тсуна. – Знаешь как больно? − Вставай, никчемный Тсуна! Все уже давно проснулись, остался только ты, – сказал Киллер и добавил: – Если через пять минут не спустишься − съем твой завтрак. Договорив, аркоболено спрыгнул с кровати и вышел из комнаты. Стоило двери за репетитором захлопнуться, Тсуна вновь упал в кровать. «Какая разница сейчас я спущусь или через пять минут, он все равно съест мой завтрак», − мудро рассудил паренек. Через пять минут он все-таки поднялся, не преминув запнуться о тапки, и пошел в ванную. После водных процедур, шатен оделся и спустился в низ, пересчитав пятой точкой последние ступени. − Мам, я есть не буду, – крикнул Тсуна. – Я ушел. Чтобы утолить голод парень купил себе пирожок. И летящей походкой пошел в школу. У ворот Тсуна поздоровался с Хибари. Не успел он далеко уйти, как его окликнул звонкий девичий голос. − Тсуна-кун. – Это была Сасагава Киока, любимица всей школы и младшая сестра «солнца Вонголы», Сасагава Рёхея. – Тсуна-кун, с добрым утром! − С-с добрым утром, Киока-чан, – в ответ поприветствовал шатен, заливаясь румянцем. POV Хибари. Надо же это травоядное сегодня рано, даже слишком рано! − Доброе утро Хи-хибари-сан, – сказал он мне, опустив глаза. Пусть он смотрел в пол, все равно в его глазах я заметил страх. − Доброе, – сказал я, когда он проходил мимо меня. Через пару секунд пришло еще одно травоядное. Вроде она с Савадой в одном классе. − Доброе утро Хибари-сан. – Какой раздражающе веселый голос. Она пробежала мимо меня и окликнула: − Тсуна-кун! Если начнут обниматься, не посмотрю, что один девка, а другой слабак, забью до смерти. Нет, просто стоят рядом. Он поздоровался в ответ и покраснел. Стоит и пялится на нее, только что слюни не пускает. Наверное, так выглядят «глаза, полные любви». Тьфу. Неужели, травоядное любит её? Она похоже даже не замечает этого. Мимо меня промчался еще кто-то. Совсем обнаглели. Бегать против правил. − Джудайме, с добрым утром. Вы сегодня рано. Почему меня не подождали? Ваша мама сказала, что вы уже ушли, – пристал белобрысый. А тот довольный улыбается и что-то говорит в ответ. «Почему он мне так не улыбается? Стоп, откуда мысли такие?!» Я обернулся к ним и проводил их глазами до входа в здание. Травоядное споткнулось и чуть не поцеловало асфальт. Его успело подхватило белобрысое травоядное. Еще и за талию приобнял! Черт! Меня это злит. Конец POV. Дождавшись пока начнутся уроки, Кея пошел на занятия. Хибари редко посещал занятия, но его оценкам можно было только позавидовать. И вот отсидев один урок, брюнет не выдержал всей этой толпы и ушел на крышу. Поднявшись, он понял, что его клонит в сон, лег на теплый бетон и уснул. Когда Кёя проснулся, звенел звонок уже на шестой урок. Потянувшись как сытый кот (мррр мяуу), Хранитель кольца облака решил погулять по крыше (ну точно как кот). Дойдя до противоположной стороны крыши, парень облокотился на перила и стал смотреть вниз. Сверху отлично просматривалась спортплощадка. POV Тсуны. Ну почему у нас сегодня физкультура?! Не люблю я ее, как и многие другие уроки. Опять сегодня все будут смеяться надо мной из-за моей неуклюжести. Сейчас у нас подтягивания. К турнику подошел Ямамото, ну он-то справится, как нечего делать, спортсмен наш. − Молодец, Ямамото! – похвалил я его, когда он закончил и подошел к нам. − Спасибо, Тсуна. − Джудайме, я, как ваша правая рука, не облажаюсь и больше его подтянусь, – прокричал Гокудера. - Постарайся, – подбодрил я. И, правда, он сделал больше подтягиваний, чем Ямамото. Теперь моя очередь. Боже, я даже допрыгнуть до перекладины не могу! Естественно, все смеются. − А ну заткнитесь! Десятый, вы сможете! – кричит верный Гокудера. Наконец я до нее допрыгнул. Первые два раза кое-как подтянулся, третий раз дается с большим трудом, силы потихоньку уходят. Четвертый раз. Черт, руки соскальзывают, падаю на спину. Больно. Ко мне подбегают друзья. − Джудайме! − Тсуна, ты как?! – спрашивают в один голос Ямамото и Гокудера, помогая мне встать. Все смеются, и Киоко тоже. Какой у неё красивый смех! Мы отошли в сторону и стали смотреть, как упражнение выполняют остальные. Когда все закончили учитель отправил нас на беговые дорожки. Какая гадость этот ваш бег! Конец POV «Надо же! Он смог подтянуться четыре раза! М-да, не ожидал от него. Хотя бывает, он меня удивляет», – сказал сам себе Хибари, наблюдая за шатеном. – «Ммм… он сейчас побежит. Что за неуклюжее травоядное! Не успел шагнуть за линию, уже упал. Встал и бежит дальше. А он упертый, иногда», − размышлял про себя Кёя, и кажется, даже улыбался. Тем временем Тсуна пытался добежать круг. Тсуна не был бы Тсуной, если бы физкультура закончилась для него без происшествий. За пять шагов до финишной черты он стал падать, тормозил физиономией и закончил тем, что крепко поцеловал асфальт. К нему тут же подбежала Киоко. − Тсуна-кун! Ты в поря... Боже, тебе срочно надо в медицинский кабинет! − воскликнула девушка, увидев его лицо. − Тсуна, поднимайся, тебе надо промыть раны, – сказал Ямамото, помогая ему встать. − Джудайме, как ты? – подбежал Гокудера. − Вы двое, проводите его в медицинский кабинет. Остальные – продолжают бег! – распорядился учитель. За тем, как несчастного Тсуну вели в школу, наблюдал ГДК. « И как такое бесполезное травоядное может быть главой мафии?» − мысленно поражался Хибари. Посидев еще минут пять, брюнет спустился в свой кабинет. А по дороге краем глаза заглянул в медкабинет. В центре комнаты стоял Савада, весь перебинтованный. Он был похож на мумию. Увидев в таком состояние будущего босса Вонгголы, хранитель облака действительно испытал что-то похожее на жалость и сочувствие. В течение следующей недели Кёя стал замечать, что его взгляд слишком часто останавливается на Саваде. Он неосознанно рассматривал толпу учеников, выискивая в ней парня. Шокирующим открытием для него стало то, что он постоянно думает об этом травоядном. Его злит, что вокруг Савады вечно крутятся эти двое. А Тсуна позволяет им лапать себя, да еще улыбается совершенно искренней и дружелюбной улыбкой. Однако при виде Хибари с ним только что сердечный приступ не случается. Лицо перекошено, дрожит, жмется к стене, улыбка пропадает, взгляд устремляется в пол. «Он на самом деле боится меня чуть не до потери сознания! И почему мне так не по себе, когда я думаю об этом? Что это за странное неприятное чувство в груди? Это боль?», − думал брюнет. Понять, что за чувства он испытывает, помогло ему одно событие. Кёя поднимался по лестнице, когда услышал шум. Навстречу ему бежал Тсуна, смотрел он себе под ноги, а потому Главу ДК он увидел не сразу. Он резко стал тормозить, когда услышал слова Хибари: − В помещении и вообще на территории школы бегать нельзя. Тсуна поднял глаза, подпрыгнул от испуга, увидев что на пару ступенек ниже стоит Хибари. Ему не удалось удержать равновесие, вписаться в поворот, чтобы обогнуть Кею он уже не успевал. Так что он со всего маху врезался в Хибари. Сила удара была такова, что оба упали вниз. Когда Кёя очнулся, он отчетливо ощутил, что кто-то на нем лежит. Он встретился с обеспокоенным взглядом теплых карамельных глаз. В них не было и следа страха. В груди Кёи разлилось приятное тепло, а на сердце стало так свободно. И тогда он понял, что за чувство он испытывал к нему. Это была любовь!