В ожидании рассвета

«Назад!» — раздаётся в голове громкое, и ведьма быстро отскакивает как можно дальше от центра пещеры, судорожно обхватывая себя руками. Существо бросается на Шеридана, целясь прямо в грудь, где слышит уверенное биение сердца. Но он отбивает длинные костлявые руки резким ударом клинка и, пригнувшись, плечом с силой отбрасывает тварь к стене. Она впечатывается в камень. По стенам пещеры проносится болезненный вой. На серой коже вздуваются полосы ран, но кровь сразу же будто закипает в них, и края постепенно смыкаются. Существо подаётся вперёд, не отрывая невидящего взгляда от добычи и водя носом. Угрожающе рычит и скалит мелкую пасть с острыми, словно рыбьи кости, зубами. — Что это такое? — пораженно выдыхает ведьма, рассматривая «это» из-за широкой мужской спины. Рейнджер недовольно сплевывает, морщась от мерзкого чувства опасности и быстро достав кинжал и ещё что-то, ведьме не видимое. — Не человек точно, — он пристально всматривается в белые глаза, готовясь отразить ещё одну атаку. Существо стоит прямо на их пути — нужно выбраться отсюда как можно скорее, но сперва… Последняя полоса ещё не затянулась на сухой коже, а тварь, хрипя, молниеносно взвивается вверх и снова нападает. Шеридан уворачивается, нанося шквал резких и сильных ударов с разных сторон, не давая монстру опомниться. Существо вопит и пытается пробиться, схватить человека, достать до груди. В следующий момент в сторону Хейлин отлетает отрубленная кисть с длинными пальцами. Она в ужасе дёргается от неё в сторону — пальцы сжимаются и пытаются добраться до ведьмы. Не веря собственным глазам, она видит, что кисть, словно имея свой разум, подбирается все ближе. Спина девушки упирается в стену, и она дрожащими пальцами выхватывает из-за пояса один из тонких кинжалов отца, который захватила с собой, но так и не воспользовалась. Рука, будто почуяв неладное, скрежещет когтями по камню и кидается ей в ноги. Хейлин уворачивается от цепкого захвата и, сцепив зубы, вбивает острие в жёсткие сухожилия, пришпилив жуткую конечность к земле. «Выбирайся отсюда! Быстро!» — резкий приказ, и Хейлин, не медля, оказывается в освободившемся проходе, но тут же оборачивается, слыша визг. Существо, даже без одной руки, все равно яростно кидается на Шеридана. Тот уворачивается, теснит его к дальнему от ведьмы углу пещеры, прошивает рублеными и жалящими ударами сразу с двух сторон. Один неуловимый взмах — и голова отлетает в угол, недалеко от Хейлин, а рейнджер отступает подальше от безобразного туловища, тяжело дыша. На лезвиях его клинка пенятся и шипят бурые потеки. Затем в грудь твари влетает стекло, разбивается, и сухое тело начинает пожирать какая-то кислота. Шипение — и воздух заполняет отвратный запах, примешиваясь к и без того мерзкому, а полости пещеры оглашаются визгом, от которого у ведьмы сводит зубы. Она судорожно закрывает уши руками. На миг ей показалось, что дело сделано. Но… Ведьма косится на голову на земле. Рейнджер настороженно сводит брови, не отводя глаз от корчащегося тела монстра и медленно отступает спиной ближе к ней. Один удар сердца, и пещеру пронзает другой — дикий, режущий — вой. Они хватаются за головы, закрывают уши. Безобразное туловище вдруг подбирается и всем весом кидается вперёд. — Уходи! — крик Шеридана сквозь эти вопли заставляет повиноваться, но другой истошный крик — снова оцепенеть с закрытыми ушами. Хейлин в ужасе не может сдвинуться с места, не может оторвать глаз от зубастой орущей пасти, и тошнота подкатывает к самому горлу, а сознание почему-то грозится оставить её тело. Где-то дальше на земле быстро и зло возится рука, пытаясь освободиться от кинжала, рейнджер яростно отбивает атаки, ставшие, кажется, ещё более бешеными. Он старается не подпускать монстра к ней, так почему же она медлит и не уходит? Надо бежать, но ноги не слушаются. Паника захлестывает зрение, давит внутренности, отключает мысли. Руки начинает жечь. Истошный, грубый визг ввинчивается прямо в мозг, сверлит сознание буром, достигая самой нервной системы. Где-то далеко голос Шеридана, кричащий её имя... Слёзы застилают глаза, боль в ладонях становится нестерпимой, и она, не осознавая, что делает, направляет их на этот мерзкий источник воплей, который бледнеет в полумраке извращенными чертами лица и оскаленным прямо в её сторону безгубым ртом. Но с её пальцев вдруг слетает не ожидаемый огонь... Что-то тёмное и болезненное. Мощное! В момент достигает источника звука и жарит его, охватывает, оплетает тёмными и прозрачными языками. Визг захлебывается, пасть смыкается и снова раскрывается, снова вопя — уже от боли. Хейлин распахивает глаза, смотря на свои руки и не верит тому, что с них срывается, треща. Ладони все ещё больно печёт, но ведьма с силой переводит их на мерзкое туловище, отброшенное назад, и жжёт, жжёт его до самых костей, морщась от боли и вкладывая всю ярость, что в момент проснулась в ней. Пещеру заполняет треск силы и потоки горячего воздуха. Рейнджер, застывший с оружием в руках и тяжело дыша, кидает встревоженные резкие взгляды с Хейлин на бьющегося в агонии монстра, вопящую голову, дрожащую руку и обратно на ведьму. Не понимает, что случилось, но это работает. Болезненные визги обрываются, останки затихают и больше не шевелятся, охваченные прозрачным темным огнём. А рука сама прекращает дёргаться и сморщивается, словно в огненной печи. Кинжал выпадает из неё с тонким скрежетом. Поток с ладоней иссякает. Сдавленный выдох, и колени обессиленно упираются в землю. Руки Шеридана тут же подхватывают её и он выносит девушку из этой пещеры в другую, тускло освещенную чем-то из дальнего прохода. — Хейлин… — он встревожен. Осматривает её ладони, лицо, прикрытые глаза, но не находит никаких следов. Ни ожогов, ни чужих черт. — Как ты? Что это было? — Не знаю… Мой огонь изменился, — девушка нервно сглотнула и открыла глаза. Внутри все ещё ощущалась тошнота, фокус зрения плыл. Непонятно, от воздействия проклятого вопля или этой непонятной магии. Но ладони больше не болели. — С этим разберёмся позже. Её губ касается фляга, прохлада омывает изнутри, и в голове немного проясняется. Руки обнимают и держат, давая расслабить зажатые от напряжения мышцы и дышать свободнее. В этой пещере воздух кажется свежее... — Думаешь, он тут один? — ведьма косится на рейнджера, с трудом всматриваясь в его лицо, грудь, и, не находя ранений, успокаивается. Перед глазами уже не плывёт, дыхание постепенно выравнивается. — Скорее всего. Такой шум бы привлёк кого угодно, будь здесь ещё кто-то, — он вспомнил чье-то присутствие на обратном пути, и более ощутимые мысленные сигналы на заднем фоне снова привлекли его внимание. — Тебе лучше? — пальцы уже без перчатки осторожно убирают пряди волос с её шеи, лба. Взгляд ощупывает лицо, грудь, ладонь ложится на живот. Он заглядывает в тёмные в полумраке глаза. — Да. Всё прошло, — она жмурится, прогоняет остатки головокружения и, спустя минуту, опираясь на сильную руку, поднимается на ноги. — Мне нужно проверить кое-что, здесь рядом, — Шеридан оставил ей фляжку. — Побудь тут немного, и мы уходим. Ведьма кивнула. Оставшись одна, в тишине, осторожно потянула мышцы спины и шеи, осмотрела ладони, но снова вызвать огонь не решилась. Оглянулась вокруг в поисках источника света. Эта пещера была больше похожа на ход, узкие стены смыкались над головой, а вдали что-то маячило, и оттуда тянуло прохладой. Она тихо прошла вглубь, осторожно выглянула из проёма и поражённо замерла. Тут шум сзади отвлек её внимание. Она обернулась и неожиданно для себя увидела в руках Шеридана ребёнка. Ребёнка! Девочку, лет четырёх, с огромными блестящими глазами. — Боги… Что она здесь делает?! — ведьма быстро приблизилась, позабыв о своей находке, и во все глаза рассматривала неожиданную гостью. Девочка, кажется, не боялась её, но немного отпрянула, обняв рейнджера сильнее. — Ей повезло. Я нашёл её в другом тупике. Видимо, там держали живых. Больше никого нет. — Как тебя зовут? Ты не боишься? — вопрос отразился пониманием в зелёных глазах, но ответа не последовало. Девочка вцепилась в плечи Шеридана и его перевязь мертвой хваткой и явно не хотела сходить с рук. Хейлин откупорила фляжку и поднесла к её губам. Эта картина неожиданно навеяла рейнджеру очень похожую, которая давно стёрлась из памяти, а теперь всплыла, нащупав связь. Тогда он сам был не старше этой девочки. Было темно и туманно. Он ощущал страх и чье-то присутствие рядом. Вода… Воспоминания казались расколотыми, словно зеркало, и осколков явно не хватало. Но взгляд огненных, не человеческих, испытывающих, полных интереса глаз он помнил отчётливо. Давнее чувство опасности пробежалось мурашками по его коже. — Шеридан? — девушка посмотрела на него с беспокойством, а ребёнок заерзал в руках. Он помолчал, отгоняя неприятные чувства. — Я выяснил, что с ней произошло и убрал воспоминания, — девушке достался выразительный кивок в сторону выхода. — Расскажу потом. Ведьма окинула его странным взглядом, согласно кивнула. Затем напоила ребёнка ещё раз, погладила гладкую щеку, стараясь улыбаться ей. А рейнджер уже повернулся, чтобы уходить. — Погоди, – она осторожно схватила его за рукав. – Идём, что-то покажу, — и она повела его по проходу. Взгляд охватывал небольшую скальную террасу, что обрывалась вниз. Большая её часть оказалась поросшей низким стелящимся растением с тонкими ажурными стеблями, излучающими жёлтое свечение, туманно мерцающее даже на стенах и немного на острых скалах, заменяющих здесь потолок. На концах стеблей, напоминающих ветвистые оленьи рога, крепились удивительно маленькие одинарные соцветия. Именно они выделяли свет. Если ведьма оказывалась права, то… Девочка, увидев такую красоту, ахнула и потянулась рукой в сторону растений. Шеридан же подхватил ребёнка, и, встретив взгляд ведьмы, пожал плечами. — Согласен. Похоже на твой жёлтый мох, — заявил он, протягивая её кинжал, который он успел забрать из пещеры. Она улыбнулась, взяла кинжал и нарезала побольше стеблей целиком себе в сумку, а также мелких соцветий в несколько узких маленьких флаконов с пробкой, которые дал Шеридан. Один из них ухватила девочка и категорически отказалась отдавать. Пришлось оставить. Гораздо позже, когда солнце уже поднялось высоко над горизонтом, они зашли в широкие двери храма Симиры — богини, что благоволила лекарям, знахарям и в целом лечению телесных и духовных ран. Поэтому её храмы — все как один — по сути, являлись постоянными лазаретами, а во времена войн – временными убежищами для раненых. Девочку накормили, осмотрели жрецы-клерики, и велели разыскать кого-то и привести сюда. Хейлин достался какой-то отвар, который ей нужно было пить мелкими глотками в течении часа, чтобы унять нервы и полностью избавиться от тошноты. Ведьма сидела за столом в отгороженном ширмой помещении и задумчиво рассматривала свои ладони. Она отчётливо помнила эту боль. Раньше магия никогда не вызывала такой реакции. Но теперь… Магия ли это вообще? Её ли? — Ты там какой-нибудь портал прожжешь, перестань, — пристальный взгляд Шеридана вывел её из раздумий. Он сел рядом, его пальцы взяли ладонь девушки и мягко ощупали. — Вот, уже намечается. Она вымученно улыбнулась и обхватила другой рукой кружку. Но что-либо ответить не успела. Нарастающий от входа шум привлёк их внимание. Прямо к ним бежала молодая женщина, придерживая полы своего длинного одеяния. — Боги всесильные… это вы нашли мою девочку? — она схватила рейнджера за руку и бросилась обнимать. Тот лишь встал и так и стоял в недоумении, смотря на Хейлин. — Да. Не стоит благодарности, — ответила она с улыбкой и поднялась. Женщина тут же переключилась на неё и благодарно обхватила её руки. — Боги пусть дарят вам благо, госпожа! Я себе места не находила уже два дня… Элья гуляла всегда с братом здесь возле рощи, а я работаю, и не могу следить за ними постоянно… — тараторила она. — Боги… Если бы что-то случилось с ней… — и слезы потекли из её глаз. — Всё хорошо. С ней всё будет хорошо, — уверила ведьма. — Не волнуйтесь, она молодец, — и успокаивающе погладила предплечье женщины. — Мне нечем вам отплатить… Если бы я только знала… — Никакая оплата не требуется, — заверил женщину Шеридан. — Считайте, что она своими руками свершила волю справедливых богов, — он бросил ироничный взгляд на ведьму. — У неё есть флакон с ценным растением, – пояснила Хейлин. – Советую вам сохранить его и продавать понемногу алхимикам. Этого хватит, чтобы вы ни в чем не нуждались. Женщина не до конца понимала, о чем говорят эти люди, но пообещала так и сделать и поспешила обратно к дочери. Да уж, судя по всему, этого жёлтого мха, что Хейлин собрала, было бы достаточно, чтобы купить небольшое поместье. Но, естественно, они собирались его использовать по назначению, то есть отдать Анлаудду, и пусть он решает, как с ним поступить. А получасом раньше они с ведьмой вызвали городских стражников и рассказали много интересного о торговце Эйду. В частности, о его охранниках, которые подкарауливали для него людей и ночами отдавали постороннему человеку в бесформенной хламиде. В итоге эти люди пропадали без вести, в то время, как у него оказывался редкий алхимический ингредиент, стоимость которого на чёрном рынке и способ употребления вызывали огромные вопросы. Где находится растение и как туда попасть, рейнджер категорически отказался указывать. И его даже не заинтересовало щедрое вознаграждение. Эйду и его охранников на глазах удивлённых горожан схватили и выволокли из дверей его лавки, упирающимся и кричащим о своей неприкасаемости во всеуслышание. Он даже сыпал угрозами на все лады, но на этот раз это ему не помогло. Много людей пропадало за последнее время, и всех до одного повесили на него. Но эта история уже не касалась ведьмы и рейнджера, которые провели в Храмовом Порту остаток дня, наконец спокойную ночь и перед рассветом двинулись в обратный путь.

***

В хранилище все ещё ощущался тонкий запах гари. Полки и шкафы, особенно пострадавшие от огня, были пущены на растопку камина в главном зале и спальне Визис. Мусор и пепел убраны, а уцелевшие экземпляры и предметы они с помощницей только недавно закончили приводить в порядок, сортировать и расставлять обратно по типам магии. Она прошла вдоль длинных полок и стала искать взглядом упоминания о защитных печатях и разного рода ограничителях. Насколько она помнила, этот томик находился в той части, где бумаги и свитки сохранились в целости. Глаза выхватывали разные названия на полках, разбирали невнятные почерки на корешках сшитых вместе рукописей в ящиках снизу, а руки отбирали более-менее подходящие экземпляры. Через некоторое время она сидела за новым столом в окружении стопок и вороха тонких и исписанных чернилами бумаг, рыща в них в поисках добычи, как рыжая волчица среди кустов. Она искала описание рисунка защитной печати, которая обнаружилась ею на окнах дома посреди леса. Как и некая красивая девушка, как ведьма поняла, запертая там внутри. Сам дом дополнительно оказался скрыт от посторонних глаз, поэтому Визис пришлось потрудиться, чтобы преодолеть защиту. Часть окна не была забита досками, как все остальные, и Визис смогла незаметно наблюдать за обитательницей этого ветхого жилища. Но никакой подсказки из её поведения получить не удалось. Разговор с девушкой Визис тоже сразу отмела. Она не хотела, чтобы охотник узнал, что её интерес распространяется настолько далеко. Тип подобных печатей был ей знаком, за исключением центрального элемента, который почему-то никак не определялся. Рисунок, похожий на пару раскосых глаз в окружении когтей. Это не был знак волчьего оборотня — он был самым простым, и мелькал в каждой рукописи по защите. И уж точно не знак вампира, который представлял собой скрещенные челюсти с парой длинных зубов. Знак демона исключался — такой тип печати ни за что бы не удержал представителя внемировых планов. Все перерытые источники про печати не дали ответа на этот главный вопрос. Поэтому ведьма напряжённо раздумывала, уперев пальцы в виски. Рецепт зелья однозначно указывал на оборотня. Девушка, скорее всего, и есть поражённая этим проклятьем. Сидеть там в кустах и ждать её оборота, чтобы определить зверя, Визис не представлялось разумным. То, что это зверь — не было никаких сомнений. Значит, придётся перерыть все источники о крупных зверях… Она уже было собралась вставать и идти в нужный раздел, но вдруг эта мысль зацепилась за давнее воспоминание, и ведьма сжала пальцы в кулак, нащупав что-то важное. Точно! Госпожа Ренн когда-то рассказывала ей, что лет пятнадцать назад по всей округе ходили истории о неком звере, леденящие кровь всем, кто имел удовольствие их слушать в тавернах и прочих местах сборищ. Визис точно не помнила всех подробностей, но чутье её никогда не подводило. Люди, исключительно мужчины, пропадали тогда на многие лиги вокруг, охотники боялись ходить в лес, а обычные селяне и подавно сходили с ума и уезжали из этих мест куда глаза глядят. Годы спустя зверь пропал бесследно, как и появился. Кто-то нашёл в чаще тело огромного дикого кабана, и все решили, что это и был его промысел… Но… Что, если зверь никуда и не пропадал..? Она встала и решительно направилась к шкафу с информацией о магических и полумагических тварях и перебрала там все книги, пока не наткнулась на старую выцветшую рукопись мага Верендила, который столетие назад служил у королевы объединённых империей земель по другую сторону в ту пору ещё полноводной реки Мересты. Маг уверял, что во время похода через лес уберег свою королеву от дикой твари, которая на первый взгляд выглядела как голая женщина. Королева по доброте душевной хотела помочь бедняжке ровно до тех пор, пока она не перекинулась в чудовище, завидев мага. Описание, данное им, давало представление о звере с длинными когтями, копной волос на крупной голове и с туловищем, напоминающем женское. Также у неё были «колдовские глаза, рождающие видения». Визис задумалась. Описание подходило под рисунок на печати больше чем другие встреченные ею. Маг смог оглушить тварь, и та, раненная подоспевшими стражниками, сбежала бесследно. А после в округе находили трупы мужчин, и все решили, что это какое-то проклятье врагов. То есть, характер и цель нападения подходили под описание здешних событий многих лет давности… Конечно же, она знала об этом звере… Но ей совершенно не верилось, что возможно составить такое проклятие, способное превращать человека в подобное чудовище, называемое вириеной. Тут Визис насторожил звук от входа, и в портале возникла чья-то фигура. Ведьма поспешно собрала основные книги и спрятала в стол. — Ты здесь. Я тебя ищу, — Хейлин прошла по залу и остановилась рядом со столом, который быстро окинула взглядом и заметила рисунки каких-то животных. — О. Подбираешь себе питомца? Бери змею. Визис недовольно поджала губы. — Ты, как всегда, крайне учтива. А я надеялась, что большие дозы свежего воздуха помогут тебе, — рыжая откинулась на спинку кресла. — Как прошёл путь? Что-то ты немного бледная… женские дни? – Дерзить сходу вовсе не хотелось, но её совершенно не вовремя оторвали от важного дела и сравнили со змеей, поэтому сдержаться не вышло. Ведьма проигнорировала выпад. Расстегнула сумку и достала флакон с чем-то светящимся и демонстративно поставила на деревянное покрытие прямо перед главной. Её взгляд выражал плохо скрытое снисхождение. — Надеюсь, этого хватит. Визис оторвалась от спинки, с интересом взяла и стала рассматривать содержимое, мягко пересыпающееся внутри и сверкая жёлтым. — Где ты его нашла? — поражённо спросила ведьма, переводя на неё изумленный взгляд. — Я перерыла все свои источники, и ничего. Признаться, уже стала думать, что ничего не выйдет без этого ингредиента… Это ведь жёлтый мох? — Он самый. Я уже проверила по спискам алхимии. Используют вот эти мелкие соцветия. Надеюсь, ты знаешь, что с ними делать? Визис хотелось узнать всё, но было понятно, что ей никто не собирается рассказывать и толики информации. Она крепко стиснула склянку в ладони и встала. — Охотник уехал за вытяжкой, которая уже готова, как мне сообщили. Просил дождаться его обратно, прежде чем вы решите двигаться дальше. — Разумно, — Хейлин припомнила список ингредиентов. — На какой стадии находится подготовка? — Пока что я не могу начать готовить само зелье — у меня нет основы в виде крови зверя. Но орех, тимьян уже дали настойки. Теперь нужно подготовить жёлтый мох и достать серединную траву. Порошок добавляется позже. — Трава скоро будет, — коротко отозвалась Хейлин, но больше ничего не объяснила. — Насчёт крови, надеюсь, в скором времени Анлаудд все прояснит. Камни бездны достать будет непросто. А драгоценные, думаю, не проблема. Как и прядь волос объекта. Визис кивнула и убрала флакон в карман платья. — Что-то ещё? — Да. Мне нужно хранилище в любое время. И зал поглощения. А также возможность пользоваться твоими каналами от своего имени, — в голосе Хейлин не было даже намёка на отказ. Не то, чтобы она этими каналами тайно не пользовалась однажды, но решила все же не прятаться. — Конечно, — Визис решила, что чем дольше девушка будет маячить перед глазами, тем больше шансов будет найти к ней новый подход. — Ты все ещё не передумала уходить? — предприняла она ещё одну попытку. — Нет. Мои намерения неизменны. — Жаль, — ведьма опустила взгляд, но выходить из-за стола не спешила. — Если это все, то я предпочла бы поработать. Хейлин молча развернулась и направилась к порталу. Что ж, ей тоже предстояла долгая работа. И в первую же очередь она намеревалась снова связаться с госпожой Веренис. Она показалась ей приятной, и девушка была уверена, что в помощи по симбиозу, с которым у молодой ведьмы «вдруг наметились проблемы», не откажет.