Сердце вампира

Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!

М. Булгаков, "Мастер и Маргарита"

— Она мертва. Я видел её труп, — сказал Алексей Треми и обвёл взглядом комнату. Дракула стоял около окна, заложив руки за спину. Артур Бруджа расположился в кресле и задумчиво потягивал кровавое вино. Офелия, единственная женщина, допущенная в этот зал за многие десятилетия, стояла возле шкафа. — Кто посмел посягнуть на жизнь Мирины Луминар? — угрюмо спросил барон. — Клан, — пожал плечами Владислав. — Ди Луминар назвал её своей законной преемницей, и они признавали её власть, но у всякого терпения есть предел. — Да, — подтвердил епископ. — Она не правила, а пользовалась своим положением. Оргии, балы, безмерные траты на украшения и платья. Постепенно за её плечами образовалась оппозиция. Они «искупали её в лучах славы» и начали междоусобицу. — Ты знал, что так будет, — сжал кулаки Артур и повернулся к графу. — Почему позволил девчонке править?! — Я говорил Сумрачному князю, что его наложнице долго власть не удержать. Он не послушал меня, — холодно и чётко ответил мужчина. — Но ты мог предотвратить это! — Это внутреннее дело клана! — резко ответил Дракула. — Мы сами решаем личные вопросы семьи. Проблема не в смерти княгини, а в том, чью сторону выберут Луминары. — Почти половина ушла к Малкавианам, — тихо ответил Треми. — Теперь мы превосходим их только в числе Воинов Ночи. Вольные охотники признали «религию» Батори… — В наших рядах тоже неспокойно, — медленно сказала Офелия. — Молодым масанам, в жилах которых ещё не остыла кровь, её убеждения кажутся привлекательными. — Власть над людьми и миром, свободная охота…Что там у них ещё? — неприязненно поморщился Артур. — Не только это, отец. Ходят слухи, что Элизабет владеет древними свитками по магии Крови. — Владеет, — кивнул Дракула. — Это даёт ей огромное преимущество в бою, но и невероятный риск. Я уверен, что она проведёт над своими ублюдками обряды, подпитывая их своим могуществом, удесятеряя силу, скорость, выносливость отрядов. — Но это значит, что она будет слаба! — воскликнула Офелия. — Не просто слаба — она будет уязвима. Если мы убьём её, одну единственную женщину, то война закончится. — Малкавианы, Гангрелы — слабаки и трусы. Потеряв свою предводительницу, они не смогут воевать и побегут, как уже было во время прошлой войны. А с Луминарами придётся повозиться. Они истинные воины и будут сражаться если не за убеждения, то за свою гордость. До последней капли крови, — сказал повеселевший Бруджа. — Это война за нами, друзья! — Не торопись, мой друг, — Владислав опустился в кресло и взял бокал с алым вином. — За спиной Батори стоят Инквизиторы. Нельзя допускать геноцида в отношении Луминар — мы будем обескровлены сражениями и превратимся в лёгкую добычу для Церкви. А с драконами преимущество будет на нашей стороне. — Мне непонятно одно: откуда у Элизабет свитки с магией? Неужели она нашла их в Новом Свете? — неожиданно спросил Алексей. — Нет. Если бы они хранились там, её бы никто туда не отпустил, — покачала головой баронесса. — Ей передали их Робене, — она внимательно и немного высокомерно посмотрела на молодого епископа. — Ты знаешь, чем занимается этот клан? — О них никто не слышал лет двести. По крайней мере, в моём клане, — угрюмо пробурчал масан. — Они называют себя «незримые щиты семьи». Ты прав: уже два века они тщательно скрываются от наших глаз. — Но почему? — Собирают реликвии, — пожала плечами девушка. — Древние артефакты нашей семьи. Робене поддерживают баланс сил между кланами, помогая более слабым. — Они непредсказуемы, — ровно произнёс Владислав. — И это делает их важными фигурами в нашей войне.       В дверь очень тихо постучали, а потом в комнату вошёл слуга Дракулы. Он молча приблизился к своему повелителю и передал ему свёрнутое в трубочку послание, прошептав несколько слов. Граф кивнул и торопливо развернул тонкую бумагу. Через какое-то мимолётное мгновение лицо его посуровело, а в чёрных глазах заплясали дьявольские огоньки. Скомкав письмо, он залпом осушил бокал с вином. Барон взял дочь под руку, выводя её из комнаты. Алексей тоже хотел выйти, но властный голос Владислава его остановил: — Расскажи мне, где и как ты нашёл Анну? — Я возвращался из Лондона через восточные границы Франции. До смерти загнав трёх лошадей, я остановился в небольшой деревушке, чтобы купить новых и восполнить силы. Это место было недалеко от границ с Италией, очень близко к старому замку Бруджей. Проезжая мимо его руин, я и почувствовал Зов. Еле слышную, слабую просьбу о помощи умирающего масана. Естественно, мне пришлось спуститься глубоко под землю, в «каменную усыпальницу», которая почему-то была вскрыта. Представьте моё удивление, когда я увидел на сыром полу девушку. Конечно, трудно было не узнать красавицу-принцессу. Анна была ледянее любого трупа, но невероятная сила Вашей дочери держала её под светом нашей Луны. Остальное Вы знаете: я привёз девушку сюда.       Владислав не ответил. Молча кивнул и налил себе ещё вина. Алексей тихо затворил за собой дверь, оставляя мужчину одного. Почти одного. — У Вас интересная привычка, моя дорогая Офелия. Вы изучили все тайные ходы в замке? — поинтересовался он, не поворачивая головы. Девушка стояла в открывшемся проходе между стеной и книжным шкафом. — Простите меня, граф, но я бы не побеспокоила Вас без веской причины, — она подошла ближе и положила руку на его плечо. — Эд просил Вас прийти к ней. Принцесса до сих пор не проснулась, и лекарь боится, что она… не смогла переродиться, — Девушка не видела лица Влада, но сквозь ткань его камзола почувствовала, как напряглось и ещё сильнее похолодело его тело. Мужчина резко поднялся и сделал несколько шагов к тайному ходу, но тут же остановился и грациозно поклонился баронессе, прошептав: «Благодарю тебя за неё. За то, что ты решилась совершить то, на что у меня не хватило сил». Девушка улыбнулась и склонила белокурую головку.       Анна почти не шевелилась вот уже несколько часов. Как только Офелия отняла от её губ свою руку, принцесса провалилась во всепоглощающую пустоту забытья. Эд обеспокоено суетился около неё. Нет, не так должно происходить перерождение! Обычно, новообращённые масаны лезли на стены от ужасной боли и жара, который резко сменялся льдом. Они стонали и кричали, рушили всё вокруг и выли, как безумцы, проклиная весь мир и себя.       Дракула вошёл тихо, незаметно. Прошёл через всю комнату и опустился на кровать. Девушка почувствовала его, развернулась и положила голову на его грудь. Влад улыбнулся и кивнул Эду, который так же осторожно покинул спальню.       Кровь — это жизнь. Когда человек теряет кровь, умирает его тело, принося невыносимые страдания душе. Но люди, потерявшие жизнь и испившие крови масана, испытывают боль, которую не сможет причинить ни один, даже самый умелый палач.       Когда последняя алая капля, поддерживающая жизненные силы в теле, исчезает на губах убийцы, человеческой душой овладевает страх, который сжигает всё внутри раскалённым металлом. Если вампир не хочет проклинать свою жертву, то огонь убивает её, быстро и беспощадно. Но только один глоток ледяной масанской крови может подарить ей бессмертие, благословить и проклясть её под звёздами.       Владислав хорошо помнил, как каждая частица его тела раскалилась добела и тут же потухла. Нестерпимая боль, заставившая этого сильного мужчину застонать и возжелать смерти. Но её не было. Был лишь холод, идущий из глубины сердца, поднимающийся от кровоточащих ран измученной души. С годами масан привыкает к нему, и лёд становится неотделимой частью его существования. Боль притупляется, превращаясь в маску, в защиту ото всего мира.       Но излечиться может каждый. Для этого не нужно погибать самому или пить кровь братьев. Лекарство намного сложнее найти. Влад потратил всю жизнь на поиски, бросаясь в объятия разных женщин, от прекрасных королев до грязных проституток. Даря им бессмертие или жестоко убивая. Кто же мог подумать, что спасение всегда было рядом, под крылом самого древнего врага? Он почувствовал тепло девушки при их самой первой встречи, и это тепло впервые за многие годы проникло в его сердце, заставило его ожить. Объятия Анны подарили ему желанный покой.       Граф был искренне рад, что принцесса переродилась во сне, почти не чувствуя изменений в себе. Она медленно просыпалась, лёжа на его груди и что-то шепча. Веки дрогнули и приоткрылись: — Я умерла? — спросила она чуть слышно. — Нет, — дрогнувшим голосом ответил он. Девушка села на кровати и непонимающим взором окинула комнату. — Тогда почему мне так холодно? И где я? — Мы в тайном замке в одном карпатском ущелье. Что последнее ты помнишь? — Влад обнял её сзади и поцеловал округлое плечо своей эрафий-эры. — Алексей вынес меня из того подвала…. а потом ничего… пустота.       Тонкие руки принцессы машинально потянулись к шее и нащупали на ней два маленьких шрама. Потом переместились к груди: девушка напряжённо прислушивалась к себе. Дрожь пробежала по всему её телу, она вскочила и бросилась к зеркалу. И упала на колени, не увидев там своего отражения. — Что… что ты сделал со мной… - глухо кричала она, заламывая руки. — За что?! Почему ты не убил меня сразу?! — Ты умирала, мы должны были спасти тебя. — Лучше смерть, чем такая жизнь! Я не хочу… не хочу быть такой!!! Граф подошёл к ней и ответил ледяным голосом: — Ты уже такая, Анна. Тебе дарована новая жизнь, а умереть, поверь мне, ты всегда успеешь. На той стороне тебя не ждёт ничего, кроме вечных мучений. Ты не видела смерть, не знаешь, что это такое, — он опустился к ней, против воли прижимая к себе. — Я помогу тебе, научу жить в новом мире. Я не могу потерять вас… — горячим шёпотом сказал он ей на ухо, одновременно смыкая их руки на её животе. Девушка сжалась в комочек и разрыдалась. Мутные, кровяные слёзы падали на её белые щёки. Мужчина осторожно вытер их и поднял девушку на руки, перенёс её на кровать. — Я принесу тебе пищу, а ты пообещай мне не делать глупостей, хорошо?       Анна кивнула и бросила ещё один взгляд на пустое зеркало. Когда Владислав покинул комнату, она задумчиво подошла к окну, занавешенному тяжёлыми бордовыми шторами. Сквозь маленькую щёлку пробивался тонкий луч света. Девушка поднесла к нему палец и громко вскрикнула, падая на пол: на молочной коже появился уродливый серый шрам. В какой-то момент ей очень захотелось сорвать эту преграду между ней и смертельным светом звезды, закончить свою бессмертную жизнь. Но ёкнувшее маленькое сердечко её дочери, разгадавшей мысли матери, отрезвило Анну. Она погладила пока ещё плоский животик и села в кресло, поближе к камину. Холод теперь был не чужим, он слился с ней. И сейчас принцесса поняла, что для неё действительно значит ласка Владислава Дракулы, верховного масана и жестокого правителя, проклятия её семьи и отца её дочери.       До подвалов, где содержались люди, он так и не дошёл. Таня сидела на небольшой софе в нижней галерее и появление графа встретила с радостным визгом. Но возле нее не было Илы, которая должна была ожидать его вместе с сестрой. Влад остановился и нащупал в кармане смятую записку. Он достал её и развернул: «Поменяй замки в своём доме, Дракула. Э.Б.».