I'm with You

Бэкхён шокировано посмотрел на старшего своими большими от удивления глазами; его руки начали нервно трястись, а ладони — потеть. — Откуда ты… знаешь? — почти шепотом произнес парень, растерянно глядя на лицо Чанёля. — Ты ведь не помнишь меня, верно? — Пак заметил, что Бён слишком удивлён и немного растерян. — Тебя было пять, когда мы впервые встретились. Ха, не могу поверить, что не узнал тебя сразу же! Ты ведь ничуть не изменился! «Прекрати улыбаться, как идиот, так ты вы выглядишь еще более устрашающе», — подумал Бэкхён, а его руки все еще тряслись от нахлынувшего чувства волнения. Этот парень действительно с ума сошёл. Наверное, я ранее называл ему свое имя, вот он и пытается одурачить меня. Бля, смешно-то как». — Думаешь, я такой тупой, что поверю твоим словам? — Это правда, — хрипло засмеялся старший, усмехнувшись. — Ну конечно, — с ноткой сарказма произнес Бэкхён и Чанёль понял, что младший действительно не знает, о чем идёт речь. — Тебе было пять лет, когда ты впервые убежал с детского дома и я угостил тебя мороженым. Все дети любят мороженое. — Каждый день я играл и присматривал за тобой в парке, — продолжил он, — до того времени, пока семья Ли не усыновила тебя и ты не перебрался на другой конец Сеула. Он знает меня. Бэкхён удивлённо уставился на Чанёля, пытаясь его вспомнить, но все попытки были тщетны. — Я не.. Я не думаю, что знаю тебя, — тихо произнёс младший, устремив взгляд куда-то на пол. — Не удивительно, тебе было всего пять. — Тогда я рад, что мы снова встретились. Я должен идти. Дай мне, пожалуйста, какие-нибудь штаны приблизительно моего размера. Пак не мог поверить глазам, что Бён, спустя тринадцать лет, стоит перед ним в его же гостиной. — Ты останешься здесь. — Я не хочу. — Но ты останешься. — Но… — Никогда бы не подумал, что маленький Бэкхён будет со мной спорить, — засмеялся Ёль. — Только попробуй ещё раз назвать меня «маленьким Бэкхёном», и я тебя ударю, — сказал младший, на что Пак недовольно надул губы и зарядил ему в лицо подушкой. — Позвони миссис Ли и предупреди, что ты у своего друга. — Не хочу. Чанёль попросил его отойти, чтобы тот не загораживал экран телевизора, но младший только повёл плечами и, скрестив руки на груди, продолжал стоять. — Сколько тебе лет? — спросил Бён, прищуриваясь. — Не скажу, — Пак тоже скрестил руки на груди и посмотрел на стоящего перед ним мальчугана таким же взглядом, как и тот. — Я хочу уйти, так что дай мне ключи. Чанёль посмотрел на младшего, на котором не было даже штанов. — Ты снова хочешь пойти в парк? Об этом не может быть и речи. — Я домой. — Ты маленький, наглый врунишка. — Я тебя ненавижу, — грозно посмотрев на старшего, Бэк громко топнул ногой. — Ты так вырос.. Даже не верится, что ты здесь, — Ёль вытянул одну сигарету из пачки, на что Бён закатил глаза, но потом увидел, что старший поджёг её. — Дай и мне одну. — Красиво попроси. — Не мог бы ты дать мне одну сигарету? — младший попробовал выдавить из себя улыбку, но вышел какой-то злобный оскал. Пак жестом попросил его подойти поближе, и тот покорно сел возле него. Старший не спеша вытянул ещё одну сигарету и начал протягивать её Бэку. — Разумеется, что нет, — сказал Чанёль и выдохнул густой поток дыма прямо в лицо мальчишки. — Ещё две недели назад у тебя было больше шансов получить зажигалку, и даже сигарету, но, увы, все шансы уже исчерпаны. Ты ещё мелкий, и тебе нельзя курить. Ты идиот, если подумал, что я сейчас сяду с тобой и мы будем вместе потягивать сигареты. Как по мне, самый большой идиот здесь — ты, — подумал Бэкхён, но всё-таки не сказал эту фразу вслух, ведь знал, что это ни к чему хорошему не приведёт. Нужно играть совсем иначе. Бён подумал, что если будет вести себя мило и непринуждённо, то Чанёль всё-таки позволит ему сделать хотя бы одну затяжку, поэтому, включив своё природное обаяние и сделав щенячьи глазки, младший придвинулся поближе к Паку. — Только разочек, — протянул Бэкхён, посмотрев на парня. Бэк подумал, что этот вариант точно прокатит, но старший только произнёс: — Ты меня соблазнить пытаешься, да? — Я не знаю, но несколько минут назад ты сказал, что я привлекателен, поэтому я подумал… — Я не гово… — Говорил. — Да нет же, я… Бён поднял руку, останавливая болтовню Чанёля и сказал: — Значит, ты снова говоришь, что я не привлекателен? Ха, большинство людей думает иначе. — Я не продолжу это, увы. Никогда еще не встречал людей, похожих на тебя, — произнес Чанёль, вновь обхватив пухлыми губами сигарету. Бэкхён только тихо усмехнулся себе под нос, ведь знал: в этот раунде он точно выиграл. — Что ты сказал перед этим об остальных людях? — Многие люди считают, что я привлекателен. — И откуда ты это взял? — Когда они кидают на тебя неоднозначные взгляды и хотят от тебя этого, тогда ты должен осознавать, что ты выглядишь привлекательно и притягиваешь к себе взгляд, — Бён рассказывал всё так, как будто младшим здесь был не он, а Ёль, у которого на минуту даже перехватило дыхание, а сердце остановилось. — Не надо общаться с людьми, которые хотят от тебя только этого. Тебе даже нету восемнадцати. Наберись ума и закончи школу перед тем, как разговаривать на такие темы. Мальчишка только раздраженно закатил глаза и поставил ноги на небольшой журнальный стол. — Можешь одолжить мне её на минутку? Ты воспринимаешь меня, как маленького ребёнка, верно? Вот представь себе, что ты — моя мать и даёшь мне сигарету, чтобы попробовать закурить. — Глупость, — сухо произнес Чанель, не переставая пялиться в телевизор, от чего Бэкхёну становилось скучно. — У тебя что-то на плече, — сказал младший, указывая на руку парня. Тот перевел заинтересованный взгляд на своё плечо и Бэк, воспользовавшись моментом, выхватил сигарету с его руки и сорвался с места, заливисто смеясь. Став за журнальным столиком, мальчишка засунул её в рот. — Ты такой дурак, — Чанёль быстро поднялся с дивана и направился в сторону парня, на что Бён, побежав на кухню, выбросил сигарету в раковину. — Она испарилась, — беззаботно сказал Бэк. Пак окинул взглядом выброшенную в умывальник сигарету и перед тем, как сказать что-либо, младший стал перед ним и выпустил густой поток табачного дыма прямо ему в лицо. Повернувшись на пятках, он не спеша прошёл к холодильнику, на котором заприметил фотографию, — Ты гей? — Я не буду отвечать на этот вопрос, — Чанёль шумно выдохнул и вернулся назад в гостиную, снова усаживаясь на диван. — Ты не выглядишь, как гей, — Бэкхён начал вглядываться ему в лицо на фото, в надежде найти хотя малейший намек на то, что у того нетрадиционная сексуальная ориентация. — На фотографии с тем парнем ты действительно выглядишь, как будто встречаешься с ним… Мда, мой похититель — гей… Тогда это вполне оправдывает твои действия, — младший разгуливал по кухне, разговаривая с самим собой. — Ты сказал, что я привлекательный, после чего отрицал это, хотя я действительно тот ещё красавчик. Наверное, проблема в тебе. Вы с этим пучеглазым пареньком вместе? Было бы интересно увидеть его реакцию, если бы он теперь пришёл сюда. Чанёль размышлял над тем, почему же подросткам нравится разговаривать с собой вслух. В это время Бён осматривал дом, а Пак спокойно смотрел себе телевизор, иногда лениво переключая каналы до того момента, как он не услышал, что Бэк об что-то споткнулся, но тот через несколько секунд крикнул, что с ним все в порядке. После того как программа, которую он смотрел, подошла к концу, Чанёль выключил телевизор и направился на поиски этого маленького сорванца. Как ни странно, старший обнаружил его мирно сопящего в своей спальне. Пак подумал, что тот, наверное, споткнувшись, упал на кровать и нашел это место удобным, поэтому и заснул тут. Ему хорошо. Он в безопасности. Чанёль бережно укрыл его своим одеялом и поплелся спать на диван, потому что не хотел слышать утром, что проведёт всю дальнейшую жизнь в тюрьме.

***

Утро Чанёля началось с писклявого звона будильника. Потянувшись, он начал разминать затекшие за ночь мышцы, которые хрустели с характерным треском. Ну, сон на диване не выявился таким хорошим, как Пак предполагал. Старший тихо выполнил все утренние процедуры, потому что не хотел разбудить Бэкхёна, который, видимо, очень крепко спал. Когда Чанёль собрался, то подошел к кровати, ведь решил, что самое время вставать в школу. — Бэкхён, — произнес он, после чего подождал минуту. Может, всё-таки проснётся? — Бён Бэкхён, — старший начал тормошить его, но без толку. — Эй, — поднял голос Чанёль, но спящая красавица так и не шелохнулась. Пак убрал волосы, которые спадали ему на лицо и ткнул младшего в бок. — Ммммммм… — мужчина резко выпрямился, услышав, как Бён тихонько заскулил, подобно маленькому щенку. — Бэкхён. — Мммм? — старший помотал головой, смотря на своего спящего друга, который издавал весьма странные звуки. Чанёль не мог допустить себе думать о том, что этот мальчишка — самый милый во всём мире, но тот не видел милее него никого с десятилетнего возраста, когда Бёну было только пять. Но сейчас тому восемнадцать, и эти слова звучали бы слишком странно и двусмысленно с уст Пака. — Просыпайся, — старший одним резким движением стянул с него одеяло. — Ты, блять, уеб… — мямлил Бэкхён с закрытыми глазами. Плевать, сколько часов, плевать, спит он или нет — этот ребенок везде и всегда материться. — Прекрати уже ругаться матом, ты еще даже не проснулся. — Ты прав, я ещё даже не проснулся, поэтому не мог бы ты вернуть мне моё тепленькое одеяло и заняться чем-нибудь полезным? Например, приготовить мне завтрак? — младший, наконец-то, проснулся, хотя все ещё не желал открывать глаза. — Я просто скину тебя с кровати. — А я просто врежу тебе между ног. — Ты просто невыносим! — Чанёль поднял его с кровати и опустил на холодный пол. Бэкхён нехотя встал и, толкнув старшего, направился прямиком в ванную комнату. Пак, конечно же, последовал за ним. — Синяя щётка. Младший схватил её и, выдавив немного зубной пасты, начал чистить зубы. — Не могу поверить, что ты всё ещё здесь, хотя вчера яростно втирал мне, что хочешь вернуться назад в парк. Бэкхён закатил глаза, после чего не слабо так ударил Чанёля локтем в живот, от чего тот сгорбился. Умывшись, парень выхватил с рук старшего полотенце и вытер своё лицо. — Ты сказал, что знаешь меня, хотя теоретически похитил. Они прошли в гостиную, где на стуле лежала вся одежда Бёна. Он снял с себя верх, чтобы переодеться в свой, но резко повернулся к Паку спиной, пытаясь прикрыться. — Я забыл, что ты гей. — Меня не возбуждают детские тела, поэтому ты не должен беспокоиться. Спокойно переодевайся. Младший шокировано застыл на месте, пытаясь переварить сказанные мужчиной слова. Никогда и ничего не говори о теле Бён Бэкхёна если не хочешь сказать, что оно сногсшибательное и просто прекрасное. — Давай просто сделаем вид, что ты этого не говорил, если хочешь, чтобы твоя голова осталась на месте, — паренёк снова повернулся к Чанёлю спиной, продолжая одеваться, но можно было видеть, как из его ушей почти что шёл пар. — Это начал ты. И вообще, почему тебе не нравится детское тело? — Знаешь что? Посмотрим потом, как выглядишь ты! — повысил голос Бэкхён и, кинув прямиком в лицо Пака свитер, вышел с гостиной. Младший размышлял о том, выпить ли ему какао, или же лучше кофе, но если Чанёль и сюда вставит свои пять копеек, то точно лишится головы в кратчайшие сроки. Всё-таки Бён останавливает свой выбор на какао, хотя ему уже почти восемнадцать лет. — Тебе ведь надо носить школьную форму, не правда ли? — спросил мужчина, поправляя свой галстук, но Бэкхён даже не удостоил его своим взглядом. — Она в школе. — Я подвезу тебя. Паренёк только пожал плечами и поставил свою грязную кружку в посудомойку, дожидаясь, когда они уже выедут. — Это средняя школа? — спрашивает Пак, тормоша за плечи Бэкхёна, у которого всю дорогу были прикрыты глаза. — Да, а на противоположной стороне — старшая. Старший припарковался, после чего посмотрел на Бёна и сказал: — Если ты собираешься вернуться в парк и просидеть там на скамейке целый день, лучше возвращайся ко мне, я и так тебя найду. А если не хочешь, то ступай домой. — И тебе удачного дня, — не проронив больше ни слова, парень вышел с машины и под пристальный взгляд Чанёля вошёл на территорию школы. Прошлым вечером он сохранил свой номер в телефоне Бэкхёна, чтобы если вдруг что-то случится, тот сразу же позвонил ему. Мужчина рассказал всё Кёнсу, который только хорошенько посмеялся над ним. Иногда До напоминал ему Бёна, потому что обоих можно было сравнить с маленькими дьяволятами. — Он тоже гей, — произнес Су, убирая все ненужные документы со своего стола и позвонил секретарше, чтобы та отменила все запланированные на сегодня встречи. — Если ты разговариваешь с ним о том, что ты «по мальчикам», тогда он тоже такой. Но, увы, ты мало знаешь о таких вещах.. — Уж прости, но я не испытываю сексуальное влечение к восемнадцатилетнему ребёнку, — До посмотрел на него, после чего начал копошиться над какими-то документами. — Как состоят дела с Кимами? — спросил Чанель, вставая. — Завтра у нас снова встреча. — Удачи, Кён, — помахал мужчина, после чего направился в свой кабинет. Сегодня ему надо хорошо поработать.

***

Часы показывали восемь вечера и Чанёль чувствовал, что с минуты на минуту уснёт тут же, за своим рабочим столом. Уже почти все работники разошлись по домам, но Пак твердо решил: он закончит начатое и только после этого уйдёт домой и поспит. Мужчина отправил сообщение Бэкхёну, спрашивая, где тот, но мальчишка ответил ему только через полтора часа, когда Ёль уже парковал свою машину около дома. И то, Бён сказал, что не намеревается рассказывать о том, где он проводит время. "Ты где? Хочешь, чтобы я снова пришёл в парк?" "Я не в парке, но не хочу, чтобы ты приходил сюда". "С этого могу решить, что ты не в том месте, где должен бы быть". "Ты и так не прекратишь свою болтовню даже если я расскажу тебе, где нахожусь. Ты и дальше будешь вторить мне о том, что я ещё малолетний и…" Чанёль остановился и не дочитал сообщение, ведь понял, что Бэкхён точно находится в каком-то ночном клубе. Так не пойдёт. Повернув руль, мужчина выехал с парковки и поехал в тот район Сеула, где формально были построены только клубы, после чего позвонил Кёнсу, потому что знал, что младший в любом случае не расскажет, где шастает. — Кён, если бы ты был восемнадцатилетним глупым ребёнком, который любит курить и, кажется, выпить, в какой бы ты пошёл клуб? — обеспокоенно спросил Пак, но услышал на том конце провода только смех своего друга. — Думаю, ты его точно найдёшь в клубе «Black Hole». Удачи тебе, мамочка, — Кёнсу повесил трубку перед тем, как мужчина успел поблагодарить его. Переступив порог ночного клуба, Пак ужаснулся. Клуб был переполнен такими же детьми, как и Бэкхён, которые хотели казаться старше. Мужчина размышлял о том, насколько же владелец этого заведения должен быть тупым, что не замечает всех этих детей. Но, возможно, тот специально запускает их сюда. Чанёль выглядывал мальчишку, но это было отнюдь не легко, ведь толпа была просто огромной и пробраться сквозь неё было крайне проблематично. Пульт. Мужчина прочистил себе дорогу к нему и заметил темноволосого, который беседовал с каким-то пьяным мужиком. Возможно, Бён тоже был пьян, но не настолько, как тот грязный извращенец. Подойдя к пульту, Чанёль прожигал младшего взглядом со стороны. — Простите, что перебиваю вас, но могу ли я поговорить с тобой наедине? — Бён отрицательно покачал головой, усмехнувшись, и приставил бокал к пухлым губам. Пак еле сдерживался, чтобы не швырнуть его в стену. Он ненавидел, когда малолетние дети пили. — Я не отвечаю за тебя. — Это правда. — Но ты такой дурак, что это уже толком напрягает. — Напрягает? Где именно? — младший взглядом искал какую-то дорогу, чтобы уйти отсюда, но не нашел и засмеялся. — Закрой свой рот. — Бэкхён, слушай сюда! — повысил голос мужчина, хватая мальчишку за плечи, тем самым обращая на себя его внимание. Пак хотел спросить, какого черта он это вытворяет, но уже знал. Посмотрев на Бёна, Чанёль заметил грусть и вину в его глазах, и ему вспомнился маленький, заплаканный пятилетний Бэкки. Схватив его за локоть, Пак потянул его к выходу, не обращая внимания на крики Бэкхёна. — Ты же, блядь, не несёшь за меня ответственность, чёрт возьми! — прокричал младший, на что мужчина, выйдя с ним из клуба, усадил его в машину, после чего и сам сел в неё. — Но ведь только девять часов, — грустно промямлил Бён, больно стукнувшись головой об холодное стекло. Чанёль решил, что мальчишка уснул, но как только он припарковался, тот вышел с машины. Зайдя в лифт, Бэкхён крепко вцепился в Пака, неожиданно обняв его. — Кажется, у меня тоже то, что у тех странных людей, которые бояться ездить в лифтах. — Клаустрофобия? У тебя её нет. — Мне плохо… — младший уткнулся носом в шею Чанёля, опаляя её своим горячим дыханием, на что мужчина замер на месте, не смея даже шелохнуться. — Если хочешь блевать, то лучше отвернись. — Хорошо, — Бён отстранился и сел на пол, обхватив колени руками. — Что ты делаешь? — Я не могу стоять, у меня клаустрофобия. Как только двери открылись, Чанёль, еле сдерживая смех, поднял мальчишку с пола. Пройдя к своей двери, старший ввёл код и ногой открыл дверь, затаскивая в квартиру пьяную тушку Бэкхёна и уложил её на свою постель. Открыв дверцу шкафа, мужчина ослабил галстук и расстегнул две верхние пуговицы своей рубашки. Он жутко устал. — Хочу воды, — послышалось со стороны и Пак перевёл взгляд на потирающего глаза мальчишку. Наверное, ещё такого пьяного Пак в жизни точно не встречал. — Ты адвокат, и это чертовски сексуально. — Бэкхён, ты пьян. Я не адвокат, — Чанёль закатил глаза и протянул Бёну стакан воды, который осушил её буквально за несколько секунд. — Ты сказал, что я не привлекателен, но тот мужчина в клубе доказывал обратное. Почему ты думаешь, что я не привлекателен? — младший встал и надвинулся к Паку, на что тот сделал шаг назад. Мальчишка пьян и говорит о таких вещах, которые на в трезвом состоянии ему бы и в голову не взбрели. — Иди спать. — Сначала ответь мне на мой вопрос, — Бён обиженно надул губы, и мужчина готов был дать себе хорошую пощёчину, ведь губы младшего выглядели слишком соблазнительно. — Я не говорил, что ты не привлекателен. А теперь иди спать. — Могу ли я тебе рассказать маленький секрет? — Чанёль отрицательно помотал головой. Лучше не надо. — Чондэ бросил меня, — Кёнсу был прав насчёт того, что мальчишка — гей, но кто такой Чондэ и почему он бросил Бэка? — Что, правда? — спросил старший, на что Бён только рассмеялся. — Нет… У меня клаустрофобия, обнимешь меня? — Пак посмотрел в его грустные и большие глаза, после чего развёл в стороны руки. Младший, не раздумывая ни секунды, кинулся в его объятья, утыкаясь носом в шею мужчины. Почувствовав влагу на своей рубашке в области плеч, он понял, что Бэкхён плачет. — Почему ты плачешь? — спросил Чанёль, на что мальчишка крепко вцепился в его рубашку. — Потому что ты сказал, что у меня детское, ещё незрелое тело.

***

Проснувшись, Бэкхён чувствовал себя просто отвратительно. Приняв душ, он начал обыскивать квартиру, намереваясь найти лекарство. — Блядь, Чанёль, в этом доме можно найти какие-то лекарства? — мальчишка около часа бродил по квартире в поисках таблеток, после чего Пак, не выдержав шума, проснулся и, громко зевнув, протянул ему несколько таблеток. После этого старший, прихватив с собой одежду, направился в душ, а Бён принял лекарства и завалился на нагретый старшим диван. — Я тебя вчера поцеловал? — спросил Бэкхён, как только мужчина вышел из душа, после чего сел за стол, чтобы позавтракать. — Что? — Я вытворяю странные вещи, когда пьян, поэтому подумал… — А, ты говоришь о своей клаустрофобии, которая полностью захватила твой разум? — начал старший. — Или о том, что ты рассказал, что тебя бросил какой-то Чондэ? После этого ты попросил объяснить тебе, почему я не считаю тебя привлекательным. Ты еще говорил, что я сексуальный прокурор, за что спасибо, но я всё же не прокурор. Ах да, ещё ты попросил обнять тебя, но как только я сделал это, ты начал плакать. А знаешь, почему? — Потому я боялся клаустрофобии? — Бён сел на диван, посмотрев на Пака. — Нет. Потому что я сказал, что у тебя детское телосложение. После этого ты отчаянно проплакал у меня на плече ещё часа полтора. Мальчишка кратко кивнул, а Чанёль, откусив кусок бутерброда, выжидающе смотрел на младшего, ожидая извинений за его поведение. Но их не последовало. — Даже теперь слезы в глазах стоят из-за этого. Мне не верится, что ты мог такое сказать. Бэкхёна это действительно так разочаровало? Мужчина, скоро запихнув себе в рот остаток завтрака, взял свой фруктовый коктейль и сел перед поникшим и грустным Бёном. — Почему тебя так волнуют сказанные мной слова о твоем детском телосложении? — Кто же хочет такое? Есть красивая фигура, есть плоская, но сексуальная и есть с аппетитными формами, но детское? Ты серьёзно, — Бэкхён обиженно посмотрел на Чанёля, на что тот только покачал головой и засмеялся. — Я ещё раз подумаю, какое всё-таки у тебя телосложение и скажу тебе. Они начали смотреть фильм, но в самый разгар сюжета поссорились, ведь старший прикрыл глаза Бёна на таком моменте. — Мне уже восемнадцать лет! Блядь, я могу смотреть всё, что захочу, — Чанёль только посмеялся и забрал одну из подушек у Бэкхёна. В конце дня младший завалился на кровать Пака и, довольно устроившись на ней, написал сообщение Чондэ. Он сказал, что у меня детское телосложение. Каждый раз, как только я вспоминаю эти слова, слёзы на глаза наворачиваются, — написал Бён своему лучшему другу, рассказав обо всём. Чондэ воспринял это забавным, что еще больше разозлило Бэкхёна. Когда Чанёль впервые заметил мальчишку в парке, тот не собирался спать на улице. Это просто был момент, в который он хотел побыть один. Обычно Бён коротал своё время с Чондэ, но когда того нету, то младший просто гуляет по парку, поедая шоколадное мороженое, после чего идёт домой спать. "Тогда покажи ему, что ты не маленький ребенок" — младший прочитал сообщение и его бровь плавно изогнулась в немом вопросе. "Это было бы странно. Мы впервые встретились, когда мне было всего три". "Бэкхён, вы не братья, и он знает тебя не лучше, чем обычное шоколадное мороженое. Только докажи ему, что у тебя не детское тело, вот и все". Задрав свою футболку, Бэкхён начал себя осматривать. Небольшой животик, стройные ноги. Кажется, у него действительно тело, как у ребёнка, но, несмотря на это, люди все равно считают его привлекательным. Вздохнув, Бён опустил свою футболку и, кажется, немного успокоился. Чанёль как раз вернулся с магазина. — Ты где? — спросил старший, и Бэкхён крикнул что-то невнятное в ответ, но Пак уже понял, что где тот. Зайдя в спальню, мужчина стал перед младшим. — Посмотри на себя. Бэкхён посмотрел на Чанёля, после чего перевел взгляд на себя. — Прекрати шататься по квартире полуобнаженным. Женщина, которая живёт на первом этаже уже успела заметить, «какой у меня милый парень», — старший отвесил младшему несильный подзатыльник. — Откуда она это вообще узнала? Кажется, я вообще ни с кем не пересекался. — Если ты заметил, у меня в квартире есть окна. Несколько соседей заприметили тебя в этой майке и меня неподалёку, и вот: теперь весь корпус думает, что у меня появился парень. — Мне удобно так ходить, так что пусть они сосут. Не волнуйся, найдутся ещё несколько бабушек, которые и так скажут, что между нами ничего нет, — мальчишка вздохнул и, поднявшись, сел. — Держи, — он протянул Паку деньги и тот непонимающе посмотрел на него. — Это моя плата за еду, кровать и прочее. Надеюсь, этого достаточно, ведь это всё, что у меня есть. И не смотри на меня так. Я планирую, что этот день у тебя будет последним. Эх, но что поделать, если у тебя такая удобная кровать… — Попридержи эти деньги для себя, — произнес мужчина, ложась на кровать. — Ты не приносишь мне неудобства. Наоборот, мне нравится, когда ты тут, а не ночуешь где-то на улице. — Сколько тебе лет? — спросил Бэкхён, закатив глаза. — Двадцать три. — Блядь, теперь мне придется неделю покупать Чондэ мороженое, — младший недовольно поморщился. — Вы поспорили на мой возраст? И кто такой Чондэ? — Я сказал, что тебе двадцать четыре. И да — Чондэ мой лучший друг. Чанёль понимающе кивнул, прикрывая глаза. — Теперь твоя очередь спать на диване. Я скучаю по своей кровати. — Но я уже привык спать на ней, — младший обиженно выпятил нижнюю губу, после чего Пак, вздохнув, открыл глаза и перевёл свой взгляд на мальчишку. — Ты снова начнёшь на меня кричать, если я предложу делить её, поэтому подними свою попу и красиво топай к дивану. Бэкхён резко поднялся и выбежал с комнаты. Мужчина подумал, что вот, наконец-то — Бён впервые послушался его, но старшему нужно было догадаться, что глубоко ошибается, ведь Бэк вернулся через несколько минут со школьным рюкзаком в руках. — Я хочу постирать свою форму. — Нет. Младший удивлённо уставился на Чанёля, пока тот, лежа с серьёзным лицом, не прыснул от смеха. Бэкхён только фыркнул и, гордо показав средний палец, вышел с комнаты. — Эй, вернись, мне надо о многом с тобой поговорить! Бён, наигранно вздохнув, вернулся назад в комнату и взобрался на кровать.  — Нам нужно установить некоторые правила. Мальчишка закатил глаза и лёг на живот, подпирая подбородок руками. — Правило первое — никакого мата. Второе правило — ты не имеешь права меня бить, — Бёну они уже не нравились. — Третье правило — никакие клубы, четвёртое — никакой выпивки и курения. Об остальных правилах я ещё подумаю. — У меня тоже есть некоторые правила. Если хочешь делить со мной кровать, то не будешь прикасаться ко мне. Знаю, что я слишком красив и неповторим, но правила есть правила, — усмехнулся младший, на что мужчина только вздохнул. — Это ты тут у нас подросток с бушующими гормонами, а не я. — Смешно, — засмеялся мальчишка, обхватив ладонями свои щёки. — Это правда, вообще-то… — пробубнил Чанёль, на что Бэкхён удивлённо изогнул бровь. — Я пытался тебя соблазнить? — заинтересованно спросил младший. — Когда ты был пьян, то так откровенно прижимался ко мне и смотрел таким взглядом, как будто я — твоя жертва, а ты — мой охотник. Проговорив эту фразу, у Пака зазвонил телефон на кухне, и Бэкхён скоро побежал, дабы взять трубку первым. — Привет, я Бэкхён. — О, восемнадцатилетний мальчишка? — А это кто? — Кёнсу. — А, парень Чанёля. — Что за… — удивлённо сказал Пак, и Бён с победной улыбкой на губах зашел назад в спальню. — Кёнсу, не обращай на него внимания, — прокричал громко старший, чтобы До наверняка услышал его на другом конце линии. — Нет, я не его парень. Слушай сюда… — Кёнсу начал что-то рассказывать, на что Бэкхён просто показал свой средний палец. — Кёнсу, подожди! — сказал Чанёль, после чего посмотрел на младшего. — Бэк, пятое правило: не показывай мне средний палец. — Чанёль, я тебя прикончу, если ты сейчас же не обратишь на меня внимание. Кенсу пугающий. — Нужно быть внимательным, — сказал Бэкхён, на что До ответил, чтобы младший закрыл свой рот. Впрочем, тот так и сделал. Они начали разговаривать о магазине, поэтому Бён решил, что лучше пойдёт и посмотрит телевизор, но перед этим ещё успел не больно ударить старшего по голове, что-то недовольно пробубнив. Бэкхён лёг на диван и начал смотреть какую-то второсортную сопливую дораму, но его голова была полностью забита словами Чондэ. Что ему сделать, чтобы Чанёль посмотрел на него совсем по-другому? Пак и Кёнсу разговаривали о нём, как о маленьком тринадцатилетнем ребенке, хотя ему уже почти восемнадцать — Бён уже вырос. Младший начал закипать и злиться, но чувствовал себя слишком уставшим для истерик. Чанёль всегда говорит ему о том, что у Бэкхёна детское телосложение, но какое телосложение у него самого? Кажется, без всей этой красивой и хорошо подобранной одежды он не такой уж и идеальный. Чанёль, зайдя в гостиную, начал рассказывать о своём друге, который был похож на настоящего дьяволенка. — Кёнсу немного… — Мне похуй. — Ты все еще некрасиво разговариваешь. — А мне всё ещё похуй. — На кого ты теперь так зол? — На тебя и на то, что ты думаешь о моём телосложении. — Ты всё ещё думаешь об этом? Хорошо, возьму свои слова обратно, у тебя не детское телосложение, прости, — закатив глаза, произнес старший. — Тогда сними свою футболку, я тоже хочу тебя раскритиковать. — Тебе-то это легче станет? Младший утвердительно кивнул и Чанёль снял с себя футболку, пытаясь не встречаться взглядом с Бэкхёном. Это мучительно. Господи. Бэкхён еле смог сглотнуть стоящий в горле ком. Старший не был слишком щуплым, но и не был перекаченным. Бён не мог не пялиться на него. — Что-то не так? — Чанёль надел футболку назад. — Не смей снимать футболку, пока я у тебя в квартире, — прошептал он и Пак довольно улыбнулся. Эту маленькую войну выиграл он.

***

Чанёль как раз находился на важной конференции, как вдруг его телефон неприятно завибрировал в кармане. Вытянув его, он не ожидал увидеть написанное на дисплее имя Бэкхёна. Тот ещё никогда ему не звонил. — Простите, — сказал старший и, встав со стула, направился к выходу с зала. — Алло, Бэк? — Господин Пак, это классный руководитель Бэкхёна. Он подрался со своим одноклассником и единственный, кому он позволил позвонить и сообщить об этом — это Вы. Не смогли бы Вы приехать в ближайшее время? — Я уже в пути, — Чанёль повесил трубку и, зайдя обратно в конференц-зал, поспешно извинился перед сидящими в нём людьми, сообщив, что ему надо немедленно уйти по делам. Пак быстрым шагом направился в лифт, нажимая на кнопку и прикрыл глаза, шумно выдыхая в ожидании прибытия. Пак ловко припарковал машину около школы и вошёл в здание под пристальный взгляд учеников. Он спросил у одного из них, где находится главный офис и тот показал ему верный путь. Секретарь указал ему пальцем, где находится кабинет завуча. — Господин Пак, — мужчина встал из-за стола, на котором стояла табличка с его именем. — Господин Ким, — Чанёль коротко поклонился и пожал ему руку. — Пожалуйста, присаживайтесь, — мужчина указал на стул возле Бекхёна, который устремил взгляд на стену, делая вид, как будто не заметил приход старшего. — Простите, что прерываю Вашу работу и беспокою Вас, — извинился он, после чего снова продолжил. — Бекхён уже второй раз за последние два месяца ввязался в драку со своим одноклассником, который выглядит не лучше него, — мужчина указал на младшего, который продолжал смотреть на стену. Из его носа текла тонкая струйка крови, которая местами уже засохла, а под глазом красовался огромный синяк и Чанёлю стало жаль его, от чего хотелось приласкать мальчишку и приложить к ушибам лёд. — Пожалуйста, поговорите с Бекхёном. Если он ещё раз с кем-то подерётся, мы будем вынуждены отстранить его от занятий на неделю, — Господин Ким тяжело вздохнул. — Он один из лучших учеников школы и такое поведение плохо повлияет на его репутацию. «Бекхён один из самых умных детей в школе? И он регулярно её посещает?» — пронеслось в голове Чанёля и он нахмурил брови, кинув короткий взгляд на младшего. — Я понял, — кивнул Пак. — Будь осторожен по дороге домой, — улыбнулся мужчина и встал, потрепав Бекхёна по голове, а Чанёлю пожал руку. Мальчишка коротко кивнул и вышел с офиса после Пака. Бэкхён молча устремил взгляд в закрытое окно, не сказав Чанёлю ни единого слова. — Может всё-таки расскажешь мне, что случилось? — спросил старший, но Бён промолчал и даже не потрудился посмотреть на него, пропуская слова Пака мимо ушей. Когда лампочка светофора загорелась красным цветом, Чанёль повернулся к младшему и попытался приподнять его за подбородок, чтобы посмотреть в его глаза, но Бэкхён резко повернул голову, освобождаясь из хватки мужчины, на что тот громко вздохнул. — Остановись у магазина, мне надо кое-что купить, — произнёс мальчишка и Пак остановился, одобрительно кивнув. Когда Бэкхён вернулся и сел в машину, то в руках уже у него была бутылка крепкого вина. — Что это? — спокойным тоном произнёс Чанёль, пытаясь предотвратить ссору с утра пораньше. — Только не говори мне, чтобы я сохранил это и не пил, — язвительно ответил младший и Пак снова устало вздохнул. Поведения Бёна начинало выводить из себя. Мальчишка скоро выскочил из автомобиля, как только старший остановил его и вошёл в здание. Пак зашёл в лифт и закрыл его, прежде чем кто-то, кроме них, вошёл туда и серьёзно посмотрев на Бэкхёна, произнёс: — Я не разрешаю тебе пить. — Ты не отвечаешь за меня и я могу делать всё, что захочу! — продолжал твёрдо твердить младший, но Пак чувствовал ответственность за него и понимал, что это надо прекратить. — Бэкхён, ты живешь в моём доме, в конце концов! — грозно произнёс старший, но в этот момент двери лифта открылись и мальчишка быстро выбежал из него и стремительно направился к двери. Пак ввёл код и прошёл в квартиру, оставив дверь открытой и направился в спальню. «Что за…» — Чанёль перевёл взгляд на Бёна, который стоял в дверном проёме и наблюдал за старшим. Младший переодел свою школьную форму и стоял сейчас в чёрных, зауженных джинсах и такого же цвета майке-алкоголичке, которая открывала прекрасный вид на его ярко выпирающие ключицы. — Вот, держи, — пробубнил он и с грохотом опустил на пол пакет из супермаркета, поспешно выходя из дома. Чанёль вздохнул и немного освободил свой чёрный галстук, лениво выйдя с квартиры и стал у лифта, придерживая крепкими руками двери, чтобы они не закрылись. — Выходи, — спокойно, но холодно произнёс Пак, смотря уже на менее уверенного в себе мальчишку, который упорно продолжал стоять на месте с высоко вздёрнутым носом и смотрел на Чанёля, который ждал, пока он выйдет с лифта. Старший раздражённо потянул Бэкхёна за майку и вытащил из лифта, несильно припечатывая худенькое тело к холодной стене. — Мне не разрешается пить в твоём доме. Отлично, к чертям он мне сдался, — Бён повысил голос, зло смотря на Пака исподлобья. — Тебе нельзя пить вообще, не то, чтобы в моём доме. Ты ещё несовершеннолетний! — процедил сквозь зубы Чанёль, совершенно не беспокоясь о том, что они стоят посередине коридора, где люди смогут их увидеть и тогда Пак действительно проведёт всю оставшуюся жизнь за решёткой. — В наше время каждый восемнадцатилетний «ребёнок» распивает алкоголь направо-налево и ты, скорее всего, тоже так делал, поэтому прекращай вешать мне лапшу на уши и изображать из себя святого. — Я так не делал, потому что имел намного больше ума, в отличии от тех остальных ребят, которые выкидывали бешеные деньги на алкоголь, а потом просыпались утром еле живые, осознавая, что за глупость они натворили и обещали себе больше так не делать, но вечером всё снова продолжалось по тому же кругу. — Хорошо, что ты был умным, но я же глупый, поэтому будь любезен и оставь меня в покое, чтобы я продолжил заниматься всеми теми глупыми вещами и ты этого не видел, — усмехнулся Бэкхён, кривя губы в нахальной усмешке. Старший сделал шаг назад и Бён перевёл на него непонимающий взгляд, не зная, что тот собирается делать. — Отлично, — произнёс наконец-то Чанёль. — Если хочешь пить - пей. Делай это везде, где только душе угодно — на кухне, на диване, на кровати или даже в ванной — мне плевать. Старший стремительным шагом прошёл в квартиру, раздражённо сняв с себя галстук и откинул его куда-то в сторону. Бэкхён продолжал стоять в пустом коридоре, чувствуя, как будто пьёт из горлышка самый крепкий виски, но если вовремя не остановиться, то на середине бутылки можно просто умереть. Мальчишка выбрал небольшое крыльцо перед входом в многоэтажку. Ночной ветер приятно охлаждал его яркие гематомы, хотя бы на несколько мгновений облегчая боль. Сидя на подоконнике, прислонившись к нему головой, Бён снял с себя обувь и перевёл взгляд на бутылку недавно купленного алкоголя. Чанёль, сидя на своей кухне на высоком, кожаном стуле, устало склонил голову набок, думая о болезненных синяках на лице Бэкхёна. Он должен был приложить к гематомам лёд, а на нос — пластырь, перед тем, как отпустить куда-то этого глупого мальчишку. Да, Пак сердится на Бэкхёна из-за его выбора, но что он может поделать? Старший не его отец… Он может только дать ему совет, но только Бёну решать — слушаться их или нет, ведь этот ребёнок и правда слишком упрям. Да, Бэкхён согласился придерживаться правил, но потом целый день ворчал; он делает всё, что только вздумается и говорит всем окружающим то, что хочет. Бён не плохой парень. Абсолютно. Он убрал всю квартиру и даже положил все деньги Чанёлю в кошелёк, хотя у того даже в мыслях не было принимать их. Ему не нужны деньги Бэкхёна. Чанёль просто хочет, чтобы он прислушивался к нему почаще. Пак схватил со стола пачку каких-то соленых крекеров и вышел на крыльцо. — Сперва съешь это перед тем, как пить, — произнес он и сунул младшему в руки крекеры, отняв у него бутылку. — Уже поздно, — ответил Бэкхён и Чанёлю захотелось сказать, что «никогда не поздно», но мальчишка уже начал с хрустом пережёвывать их. Старший посмотрел на почти уже пустую бутылку и сделал глоток. — Дешевый алкоголь самый вредный, ведь почти на чистом спирте, — слегка охрипшим голосом произнес Пак, скривив лицо, ведь какая-то непонятная жидкость — видимо, ликёр — неприятно обжигала его горло. — Мне семнадцать лет и десять месяцев, да и к тому же с небольшим доходом. Ты ожидал почувствовать какой-то дорогой виски? — скептически произнес Бэкхён, глядя на мужчину. — Что за люди продают тебе алкоголь? — Те, кто знают меня, — младший выхватил из рук Пака бутылку и передал ему крекеры. Они просидели в полной тишине несколько минут, даже не смотря друг на друга. — Чанёль? — Да? — У меня клаустрофобия. Старший перевел взгляд на недовольное и надутое лицо мальчишки. — Ты пьян. — Да, а ещё у меня клаустрофобия. — И что ты хочешь сказать этим? — Обними меня… пожалуйста. Пак без раздумий усадил Бэкхёна себе на колени и крепко обнял, пока мальчишка продолжал что-то мямлить о том, что клаустрофобия — это страшная вещь. — Хочешь, я расскажу тебе что-то? — спросил Бён и поднял свой взгляд на Чанёля, у которого сразу же пронеслась в голове мысль, что глаза младшего выглядят такими грустными и болезненными, как будто он плакал или недосыпал. — Кёнсу позвонил вчера и пригласил нас прийти к нему и посмотреть фильм, — Бэкхён опустил взгляд и продолжил. — Я не хотел говорить тебе об этом, ведь ты говорил что-то о том, что я еще маленький и всё такое, так что я пошёл сам. Там ещё был горячий парень Кенсу и.. правда было весело. — Так значит поэтому ты не отвечал на мои звонки… И они не встречаются, — ответил Чанёль и мальчишка тихо прошептал свои извинения, продолжая играться с маленькой пуговицей на рубашке мужчины, но тот попытался отстранить от этого занятия столь красивые руки Бёна. — Ты сегодня прекрасно выглядишь. — Я всегда прекрасно выгляжу. Чанёль аккуратно завел руки Бэкхёна за его же спину, чтобы он прекратил развлекаться столь опасным способом. — Это потому, что ты прокурор. — Я не прокурор. — Но ты горячий. — Это правда. — Я всегда прав. — Бэкхён, это неправильно. Так нельзя, — Чанёль попытался легонько сжать его руки и прикусил губу, не желая оставлять на его хрупком тельце новые синяки. — Но у меня клаустрофобия, — мужчина громко выдохнул и отпустил его руки, легонько обнимая того за талию, а Бён уткнулся носом ему в шею, опаляя её горячим дыханием с примесью дешевого алкоголя. — Тогда ты должен сходить к врачу, — тихо выдавил из себя Чанёль, почти что не потеряв дар речи, почувствовав, как Бэкхён покрывает её мелкими, почти что невесомыми поцелуями. — Это всё из-за гормонов в моём возрасте, — Пак вновь попытался оттолкнуть мальчишку, не сильно толкнув его и пожалел, ведь получил взамен не слабый укус в шею. — Бэкхён, ты младше меня на пять лет, прекращай уже этот спектакль, — прикрыл глаза мужчина, чувствуя теплые губы Бёна у себя на щеке, а потом на лбу, носу, подбородке… — Ты… снова назвал меня ребёнком. — Нет, пожалуйста, только не плачь. Бэкхён не прекратил плакать, а только громче делал это, роняя на плечо Пака горькие слёзы и мямлил о том, что он не ребёнок и у него клаустрофобия до того времени, пока не заснул. Чанёль встал с мальчишкой на руках и слегка улыбнулся, смотря на его умиротворённое лицо. Старший аккуратно уложил его на постель и снял с него штаны, ведь знал, что Бён не любит спать в них и накрыл его мягким одеялом, а сам пошёл в душ. "Бекхён не хотел рассказывать мне о вчерашнем фильме. Там был Чонин?" "Да. Полагаю, этот мальчишка не хотел, чтобы ты тоже пришёл. Что он сказал?" "Бэкхён сказал, что было весело и что твой парень очень горячий" — засмеялся Чанёль, попутно вытирая волосы полотенцем. "Чонин не мой парень". "Само собой" - вот, что хотел ответить Чанёль, но перед тем, как отправить сообщение, он получил ещё одно от Кёнсу. "Скажи ему держаться от него подальше". Пак непонимающе изогнул бровь, прочитав сообщение, и засмеялся. "Мы ещё поговорим об этом завтра".

***

Бэкхён проснулся с небольшой головной болью и, приняв освежающий душ, переоделся в свою школьную форму. Он немного понаблюдал за тем, как сладко спит Чанёль, после чего тихо пробрался на кухню, чтобы выпить таблетку. — Пак Чанёёёль, — сладко распевал на всю квартиру младший, держа в руках кружку горячего какао. Бён остановился у изголовья кровати Пака и заметил что-то странное у того на шее. Он заинтересованно наклонился поближе и провёл пальчиками по небольшому, красному пятнышку. — Это сделал я? — достаточно громко спросил Бэкхён, на что старший резко открыл глаза и отпихнул мальчишку от себя куда подальше, что-то пыхтя себе в подушку. — Полагаю, ты ничего не слышал о личном пространстве. Младший прикоснулся к шее Чанёля снова и быстро побежал к зеркалу. Пак, медленно перебирая ногами, зашёл в ванную и увидел Бэкхёна, который что-то внимательно выискивал у себя на шее. Старший закатил глаза и шумно выдохнул. — Только не говори, что ты ищешь… — Кажется, здесь ничего нет. Радуйся, ты не окажешься преждевременно за решёткой, — ответил Бён и опёрся о косяк двери, наблюдая за тем, как Чанёль чистит зубы. Старший, умыв лицо, вытер его полотенцем, после чего повесил его на голову Бэкхёна. — В следующий раз я запишу всё на диктофон и отнесу в полицейский участок. Вот тогда увидим, кто окажется из нас скорее за решёткой. Ох, представляю, как они будут смеяться, когда ты начнешь рассказывать о своей клаустрофобии, — засмеялся Пак, наблюдая, как щеки младшего стремительно краснеют. Чанёль решил вывести из себя Бёна окончательно и начал повторять его вчерашние слова. — Ох, как мне страшно, у меня клаустрофобия, — он сделал шаг вперёд навстречу злому Бэкхену. — Чанёль, пожалуйста, обними меня. Пак обнял мальчишку за талию и потащил в спальню. — Ты, — зло процедил Бэкхен сквозь зубы, откидывая полотенце куда-то в сторону. — Это не смешно. — Согласен, — старший открыл шкаф, размышляя, что же надеть. — Я больше не разговариваю с тобой, — недовольно пробурчал Бён и встал около Чанёля, указывая на белую рубашку, чёрный галстук и такого же цвета брюки. Пак засмеялся и вытянул из шкафа одежду, которую выбрал мальчишка. Он медленно стянул с себя футболку и заметил пристальный взгляд Бэкхёна, который разглядывал его. — Видишь, ты сам же нарушаешь своё правило. — Мы договорились, что ты не будешь разгуливать по дому без верхней одежды и это правило никак не касается меня. И вообще, я сказал, что не разговариваю с тобой, поэтому захлопнись. — Я не стриптизёр, — недовольно цокнул языком Чанёль и прикрыл глаза Бэкхёна рукой. — И я не получил за это деньги. — Если я хорошо помню, то положил тебе деньги в твой же коше… — Ты же сказал, что не разговариваешь со мной. Бён зло зашипел и ударил руку Пака. Старший закатил глаза и отвернулся, снимая с себя домашние, спортивные штаны и надел брюки, которые выбрал для него Бэкхён. Чанёль повернулся, заправляя свою рубашку в брюки и заметил, что мальчишка все ещё по-прежнему разглядывает его. — Ты соблазняешь меня, — тихо произнес Бён, прикрывая смущенное лицо ладошками, на что старший заливисто засмеялся. — А ты крутишься вокруг меня почти что о 24 часа в сутки. Давай установим новое правило. Ты не ходишь за мной хвостиком круглые сутки и выходишь из спальни, когда я переодеваюсь. Бэкхён одобрительно кивнул.

***

— Рассказывай, что там с Чонином, — Чанёль бесцеремонно ворвался в офис без стука или чего-то в этом роде. — Может, сперва поговорим о засосе на твоей шее? — Ащ, как ты смог заметить его? — непонимающе спросил Пак. Кёнсу замечает каждую мелочь. От него толком скрыть нельзя ничего. — Ну… Я просто увидел. — Просто Бэкхён не умеет пить и начинает странно себя вести. — Тебе понравилось? — Я не задумывался об этом, — изогнув бровь, ответил Пак, странно смотря на Кёнсу. — А теперь расскажи мне об этом Чонине. — У нас прогресс. Мы встретились вчера и никто не заставлял нас это делать. Да и никто не знал об этом, кроме Бэкхёна, который остался с нами. Чанёль подумал, что было бы неплохо посидеть у него дома и он решил, что эта идея весьма неплохая. — Давай тоже посмотрим кино у меня дома. И Чонина тоже пригласи. Кёнсу сразу же согласился, ведь в последнее время действительно пристрастился к фильмам. Я подвезу вас.

***

— Почему ты не в школьной форме? — спросил Чанёль у брюнета, когда уже забрал его со школы. — Я подумал пойти в торговый центр, — ответил Бэкхён, внимательно разглядывая шею старшего и удивился, увидев, что красное пятнышко все ещё не пропало. «Похоже, у Чанёля чувствительная кожа». Пак остановил машину у огромного, торгового центра и, не успев выйти наружу, его уже потащили во внутрь. — Сегодня мы посмотрим ночью фильм, — произнес Чанёль, а Бён оценивающе посмотрел на себя в зеркало, размышляя, подходят ли ему эти джинсы или нет. — Мне не нравятся они, — старший перевел взгляд на ноги младшего. — Кого ты подразумеваешь под словом «мы»? — Нас и Кёнсу с Чонином. — Могу я пригласить Чондэ? — Конечно. Вот, надень эти, — Чанёль сунул младшему в руки джинсы, которые видел ранее на одном из манекенов и решил, что на Бёне они будут смотреться гораздо лучше. — Мне они нравятся. Давай купим их, — восторженно произнес мальчишка, а Пак затолкал его назад в примерочную, улыбаясь, ведь выбранные им джинсы смотрелись на Бэкхёне просто безупречно. — Ну.. не знаю, — ответил старший, сглотнув; да, ему просто надо прекращать пялиться на Бёна в зеркало. На младшем были чёрные, узкие джинсы с небольшими прорезями на коленях и хотя Чанёль не хотел это признавать, но Бэкхён в них смотрелся очень горячо. После пяти минут бэкхёнового «Не знаю», Пак отправил его переодеваться, а сам схватил джинсы, идя на кассу, игнорируя возмутительные фразы младшего о том, что он должен сам платить за эту вещь. — Давай поедим мороженого, — предложил Пак, а мальчишка охотно согласился, но отправил его первым, ведь ему ещё надо выбрать себе новую подводку. Когда Бэкхён закончил с покупками, то начал оглядываться вокруг в поисках старшего и заметил в одном из бутиков идеальные для фигуры Пака джинсы и рубашку. (прим.переводчика — представьте, какая у него была одежда на выступлении с песней «Playboy»). — Надень это завтра на работу, — небрежно протянул младший сумку Паку и тот заинтересованно взглянул во внутрь. — Почему ты купил мне это? — Потому что ты купил мне пять разных джинсов, а к ним ещё пять разных футболок. Ты что, такой богатый? — Я просто адвокат, — усмехнулся он и подошёл к продавцу, возвращаясь с двумя морожеными. — Не повторяй те вещи, которые я сказал, будучи пьяным в стельку. — Но это забавно. — Нет. — У тебя мороженое на лице. Наклонившись поближе к старшему, Бён попросил стереть мороженое с его лица, на что Пак улыбнулся и щелкнул его по носу, говоря, что жизнь — это не корейские дорамы. — В один день… В один прекрасный день твой панцирь треснет и ты увидишь меня, стоящего около полицейского, который укажет тебе дорогу в тюрьму. Этот мальчишка болен. Бэкхён неожиданно завалился в офис Чанёля без предупреждения. — Кёнсу сказал мне… — Перестань разговаривать с моим лучшим другом. — Хорошо выглядишь сегодня. Пак раздражённо кинул ручкой в стоящего неподалёку мальчишку и сам встал, чтобы закрыть дверь своего кабинета. Секретарша не будет их беспокоить и не пустит к нему никого, ведь она наверняка увидела Бёна и скажет, что у него посетитель. Да и сейчас как раз обеденный перерыв, значит она пошла обедать. — Почему ты не в школе? — Я написал утром тест и меня отпустили домой, — ответил младший и сел на диван, в то время как Пак занял своё рабочее место и, как ни в чём не бывало, продолжил работать. Через пять минут Бэкхён уже видел десятые сны, свернувшись на мягком диване калачиком. Проснулся он тогда, когда Чанёль уже собирался домой. — Который час? — спросонья спросил Бён, потирая заспанные глаза кулачками. — Почти семь. — Ох, я проспал почти что семь часов, — удивлённо ахнул Бэкхён, резко встав, на что Пак просто пожал плечами. Старший закончил свои дела и они вместе вышли из здания.

***

Кёнсу яростно спорил о чём-то с Чондэ и Бэкхёном, Чонин распластался на полу, прислонившись к дивану, а Чанёль молча стоял на кухне и наблюдал за всеми ими, массируя пальцами виски. — Закройтесь, я включаю фильм, — произнёс Пак и вошёл в гостиную. До что-то зло пропыхтел и сел на диван, а Чондэ с Бёном присели на противоположный, пуская злые взгляды на Кёнсу. Чанёль нажал на кнопку и уселся возле своего лучшего друга. Пак не знал, что это окажется фильмом ужасов. Сперва он показался безобидным и всё было хорошо, пока спустя полчаса Бэкхён не подполз к старшему и не ухватился крепкой хваткой за его руку, смотря на Чанёля испуганными глазами. — Я не люблю ужастики, а Чондэ любит меня пугать, — тихо прошептал младший и уселся за спиной Пака, вытянув ноги вперёд и толкнул в бедро Кёнсу, хитро улыбнувшись. — Я убью тебя, — зло процедил До, на что Бэкхён фыркнул и показал ему средний палец, на что тот просто закатил свои глаза, снова углубляясь в сюжет фильма. — Кёнсу меня проклял, — прошептал Бён на ухо Чанёлю. — Если ты не заметил, я смотрю фильм. — Кёнсу? — обратился младший к До, который одарил его гневным взглядом. — Могу ли я сесть около твоего горячего парня? — Чанёль, я клянусь, что выброшу его через окно. Бён засмеялся и Пак, шумно выдохнув, легонько поднял его и повернул спиной к экрану. — Ты позволишь мне досмотреть этот фильм? — раздражённо спросил Пак и Бэкхён одобрительно кивнул, разглядывая широкую спину Чанёля. Тот всё ещё был в той одежде, которую младший купил ему и, надо согласиться, она сидела на Паке ещё лучше, чем предполагал себе Бён. — У меня клаустрофобия, а ещё здесь темно, — очень тихо прошептал Бэкхён, чтобы никто, кроме Чанёля, его не услышал. Может, это просто гормоны бурлят в крови младшего, но… его очень даже привлекает Пак. Господи, как же это смущает.. Только Чанёль мог понимать всю тонкость этой «шутки». — Ты, должно быть, шутишь, — язвительно произнёс старший, одарив Бекхёна взглядом через плечо. — Хотя, ты даже не пил. — Гигант, это заболевание. — Клаустрофобия — это не болезнь, это своеобразный страх. — Страх темноты, — подтвердил младший, а Чанёль еле сдерживался, чтобы сохранить спокойствие. — Тогда включи свет в спальне и ложись спать. — Ты не представляешь, как страшно в коридо… — Бэкхён, захлопни уже свой рот, ведь твой голос уже раздражает и это единственное, что я слышу! — воскликнул Кёнсу и бросил подушку в Бёна, попав ему прямиком в голову. — Ты… — процедил сквозь зубы младший и схватил ближайшую подушку, встав на диван, готовясь дать отпор. — Ты, — До выхватил подушку из рук Чонина, которую он до этого обнимал и снова бросил в Бэкхёна. — О, нет! Если вы начнёте тут бойню подушками, то я сломаю одному из вас шею и скормлю всё это бездомным котятам, — выдохнул Чанёль и Бэк, окинув его обиженным взглядом, хотел кинуть в него со зла подушку, но передумал и просто зло бросил её на пол. — Продолжайте смотреть фильм, — сказал он и вышел с гостиной, направляясь в спальню. — Что за? .. Чанёль, я сейчас хорошенько встряхну его и приведу в чувства, если он такой нежный. Пак проводил гневным взглядом Бэкхёна и пустил, чтобы он ушел и закрыл за собой громко дверь. — Я собираюсь его прикончить. Старший догнал его и стал перед Бёном, загораживая ему путь в спальню. Младший попытался сделать шаг вправо, но Чанёль повторил его действие, не пуская его пройти дальше и выжидающе посмотрел на него. — Он осмелился накричать на меня! — с обидой в голосе произнес Бэкхён, смотря на хмурое, но красивое лицо старшего. Мальчишка помотал головой, выкидывая из мыслей красивый профиль Пака и решил сосредоточиться на Кёнсу, которого хотелось задушить собственными руками. — Ты сам кричишь на меня целыми днями, в чём проблема?! — Это разное — кричать целыми днями и что До Кёнсу накричал на Бён Бэкхёна, — чётко выделив последнюю фразу, ответил младший. Чанёль просто хотел весело провести время с друзьями за просмотром фильма, но вместо этого получил сердитого подростка, на которого, видите ли, «накричали». — Но фильм же и правда потрясающий! — расстроено и обиженно воскликнул Пак, выпятив нижнюю губу. — Извиняюсь, что прервал просмотр твоего «потрясающего ужастика», но он накричал на меня. — Потому что ты не хотел заткнуться. — Хорошо, — Бэкхён поднял на мужчину грустный и расстроенный взгляд, зайдя в комнату и сел на кровать, опустив голову. — Что «хорошо»? — Я заткнулся. Иди и досмотри фильм, — тихо произнес Бён. Старший просто хотел посмотреть фильм, а младший все испортил и расстроил Чанёля. Но в этом он винил и Кёнсу тоже. — И ты останешься сидеть тут, как потерянный щенок? — Пак схватил за руку мальчишку и чуть не повалил на кровать. — Иди и досмотри его со мной вместе. — Я… не люблю ужастики. — Тебе страшно? — Да. — Это из-за клаустрофобии, верно? Бэкхён коротко кивнул, все ещё не поднимая взгляда на старшего и сглотнул, поджимая губы. Пак не мог придумать ничего лучшего, чем крепко прижать его к себе, успокаивающе поглаживая по хрупкой спине, ощущая выпирающие лопатки и позвоночник. — Мне жаль, что я прерываю вашу внезапную романтику, но мы тут еды хотим заказать. Курица или пицца? — неожиданно спросил Кёнсу, бесцеремонно врываясь в спальню, и Бэкхён уже и правда собирался применить свой план по поводу преждевременной смерти До, но Чанёль только крепче прижал младшего к своей груди, заставляя того уткнуться носом ему в плечо. — Курица, — ответил Пак за двоих и Кёнсу, одобрительно кивнув, вышел с спальни и направился назад в гостиную. — Ты сейчас мне шею сломаешь, — протянул Бён, отстраняясь и вдохнул свежий поток воздуха, как будто и вовсе не дышал до этого. — Обещай не трогать Кёнсу и я позволю тебе выйти… Хотя, он и так убьет тебя первым. Младший начал ворочаться и больно ударился макушкой о подбородок Чанёля, недовольно надув губы. — Ааащ, как же я ненавижу вас обоих. Отпусти меня, ничего я с ним не сделаю. Пак (нехотя) отпустил его и они оба возвратились в гостиную. Фильм уже подходил к концу. Чанёль сидел перед телевизором, практически прилипнув к экрану, а Бэкхён сидел к нему спиной, играя в телефон и иногда подскакивал, когда из колонок издавались какие-то истошные крики и странные звуки. Еда уже прибыла и ребята обсуждали просмотренный фильм, в то время как младший так и остался сидеть на своём месте, уткнувшись носом в телефон. — Я не голоден, — ответил Бён, когда Чанёль попытался позвать его к столу, где все сидели и кушали. Чондэ приятно коротал время с Паком, играя с ним в XBox и иногда кидал на Бёна короткие взгляды, громко вздыхая. — Бэкхён — самый скучный человек на планете, потому что никогда не хочет играть со мной в приставку. — О чём ты говоришь? В какой-то день я играл с тобой. — Не слушай его, это было где-то месяц назад. Просто Бэк не умеет играть и чтобы уговорить его, то стоит приложить неимоверно много усилий. — Какой же ты зануда, — пробурчал младший и пнул Чена в спину, пропыхтев что-то и пошёл на кухню. Кёнсу стоял на кухне и заваривал себе чай. — Ох, подойти-ка поближе ко мне, у тебя что-то в волосах, — произнес он и Бэкхён подошёл к нему. До вытащил какой-то кусок бумажки с его волос. - Вот. — Я думал, что мы посмотрим какой-нибудь хороший фильм, — выдохнул младший и прислонился к ближайшей стене. — Ну вот что хорошего в этих ужастиках?! — Соглашусь, фильм был действительно не очень. В следующий раз выбирать буду я. — Можно я возьму твой чай? Пахнет вкусно, — с блестящими глазами спросил Бэкхён и Кёнсу, слегка улыбнувшись, отдал ему кружку, а сам пошёл заваривать себе другой.

***

Все ребята разошлись по домам, когда часы уже показывали почти что час ночи. Чанёль устало развалился на диване, а Бэкхён молча убирал весь мусор и коробки из-под курицы со стола. — Вы с Кёнсу немного странные, — начал Пак, когда младший уже закончил подметать пол. — То вы хотите снести друг другу головы, то мило беседуете на кухне, как лучшие друзья. — Кажется, он мне начинает нравится. — Ну конечно, вы — два дьявола во плоти. — Спасибо, — мило улыбнулся Бэкхён, выключая свет. — Подожди, я хочу с тобой поговорить о чём-то. — О чём? Я клянусь, что не курил сегодня в школе, — Чанёль поймал младшего за руку и тот посмотрел на него, невинно хлопая глазами. — Это ложь, но к этой теме мы ещё вернёмся. — Ладно, — Бён присел на диван рядом со старшим и ждал, пока тот начнёт задавать вопросы. — Обещай, что будешь отвечать на мои вопросы. — Обещай, что выполнишь всё, что я попрошу, если я отвечу, — произнес Бэкхён и Пак одобрительно кивнул — в прочем, как и младший. — Что за проблемы у тебя с тем парнем, который сделал это? — спросил Чанёль, нахмурив брови и осторожно прикоснулся к заживающему синяку под глазом Бёна. Мальчишка сперва сказал, что Пак — огромный идиот, но потом старший тактично напомнил ему о уговоре и Бэкхён вздохнул. — Этот ЧжунЁн всегда говорит, что я ни на что не способен, лишь расстраивать миссис Ли. Младший потупил взгляд и прикусил верхнюю губу. Бён выглядел грустным и мужчина крепко сжал его руку, разглядывая изящные и тонкие пальчики парня. — Я знаю, что это правда, но не могу просто стоять и слушать, как он прямо в лицо говорит это. Я никогда не нахожусь дома. До того, как встретить тебя, я целыми днями отсиживался дома у Чондэ. Я едва разговариваю с ней, — произнес Бён и на долю секунды перевел взгляд на Чанёля, который разглядывал его руки и мягко поглаживал их. — Я знаю, что она меня любит и я тоже люблю её, но я не могу оставаться дома сам. Я не люблю быть в доме сам. — Ты чувствуешь себя не комфортно? — Да… Я не чувствую, что моя комната — это именно моё пространство. Я не могу там думать или сконцентрироваться. Это странно, ведь в своей комнате я должен ощущать, что мне хорошо и что я спокоен, верно? Чанёль кивнул. — Ты разговариваешь с миссис Ли? — Каждое утро. — Ну, это хорошо, — произнёс Пак и начал задумываться о следующем вопросе. Ему в голову ничего не приходило, да и он не хотел ворошить тему о семье, ведь, кажется, она весьма болезненная для Бэкхёна. — У тебя есть девушка или парень? — Что это за вопрос?! Я похож на того, у которого есть парень? «А есть какие-то особые отличия у человека, у которого есть парень?» — хотелось съязвить старшему, но он вовремя прикусил язык, не желая разрушать их сложившийся разговор. — Я не знаю. — Если бы у меня был парень, я не сидел бы тут, у тебя и не пялился бы на тебя утром, когда ты переодевался. — Для тебя это норма. Когда в последний раз у тебя были отношения? — Почему ты решил, что у меня вообще был парень? — Потому что ты разговариваешь об этом, как будто знаешь об отношениях всё. — Может быть, я просто умный мальчик? — Бэкхён, мне двадцать три, ты не можешь разговаривать со мной, как будто мы одногодки. — У меня был… парень, пять месяцев назад. — Почему вы расстались? Бён, нахмурив брови, потянулся к карману Чанёля и вытянул от туда его телефон, удивляясь, что же хочет узнать Пак. — Такое чувство, как будто меня допрашивают. — Я обещал, что выполню всё, что ты захочешь, поэтому я задаю тебе много вопросов, чтобы разузнать всё, что меня интересует. — Ладно. Мы расстались, потому что я не любил его. — Сколько всего у тебя было парней? — Думаю, четыре? .. — призадумался младший, но потом помотал головой. - Нет, три. Точно три. — Они были твоего возраста? — С последним мы были вместе около месяца. С тем, что был перед ним, мы встречались три месяца и он был старше меня на год. Угадаешь, что было с моим первым парнем? Чанёль призадумался на минуту. — Сколько было тебе лет? Бэкхён ответил, что ему было шестнадцать, а старший вернулся мысленно в своё прошлое и грустно вздохнул, ведь в свои шестнадцать он думал только о видео играх. — Допустим, ему было семнадцать и вы были вместе около недели, — попытался угадать Пак, заинтересованно смотря на младшего. — Ему было двадцать и мы встречались целый год. Пак перевёл шокированный взгляд на младшего и, опустив руку на его плечо, начал его тормошить. — Бэкхён, он же… — Он не такой, поверь мне, — слегка усмехнулся мальчишка, сглотнув. — Он был нашим соседом и моя мама любила его, как собственного сына. Она заботилась о нём; он был очень умный и добрый, поэтому мама попросила его помочь мне с математикой, — засмеялся младший, пытаясь оттолкнуть от себя Чанёля, который выглядел злым. — Мне не очень хотелось, чтобы мне помогал кто-то, поэтому я устроил ему сущий Ад. Я разговаривал обо всём на свете, но только не о математике. Он никак не мог заткнуть меня, а потом я начал расспрашивать его о его парне, но он упрямо не хотел отвечать, поэтому я пообещал ему вести себя тихо, если он всё-таки ответит мне. Я… соблазнил его. Это было очень эгоистично, но в шестнадцать лет я был просто ужасным монстром и трудным ребёнком. Каким-то днём мы поссорились с ним и он сказал, что больше не хочет заниматься со мной репетиторством, потому что мне всего лишь шестнадцать и то, что мы делаем — неправильно, — Бён горько улыбнулся. — Я впервые заплакал перед ним и он поцеловал меня, говоря, что ему и правда очень жаль. Моя мама даже не знала, что сказать, когда он поговорил с ней… Он сказал, что не будет вместе со мной, если она не разрешит этого. — И что она ответила? Выстрелила ему в голову? — спросил Пак. — Она обняла его. Она посчитала, что наши чувства действительно настоящие и… они и правда были серьёзными. — Так что же случилось? Этот парень изменил тебе? Бэкхён удивлённо посмотрел на Чанёля, изогнув бровь и вытаращил глаза. — Нет! Секунду назад я же сказал, что наши чувства были настоящими! После года отношений я до сих пор не могу понять, что случилось, но я начал терять ту самую ниточку. Я начал думать, что он не заслуживает меня, да и у него были трудные времена… Его семья ненавидела меня и они не хотели, чтобы я был рядом с ним, но он никогда не подпускал их ко мне. Я знаю, что его родители не одобряли наши отношения. Я разговаривал с ним по этому поводу и он сказал, что это действительно так, но он не собирался бросать меня только из-за их мнения. В один день мы крупно поссорились и он сказал, что я должен перестать говорить о том, что он может уйти и найти себе парня, старше меня. Я погорячился и сказал, что тогда нам надо прекратить наши отношения, ведь это тяжело и очень больно. После этого он просто ушёл. Конец. — Вот придурок… — тихо прошипел Чанёль, нахмурив брови, даже не смотря на младшего. — Почему ты так говоришь? Он был хорошим парнем. — Он оставил тебя только потому, что ты просто погорячился. О чём он думал вообще?! Бён понимал, что старший прав. — Он просто не знал, что делать дальше и я не виню его. Он и так шёл против своей семьи. — Ему надо было остаться, а не уходить. Поэтому он придурок, ведь оставил тебя одного. Я помню, как ты плачешь и не могу себе представить, как бы смог тебя так оставить. Бэкхён громко засмеялся и накрыл щеки руками, надув губы. — Господи, Чанёль, мне было всего лишь пять лет. Поверь, я выглядел тогда намного уродливее, когда плакал, чем сейчас. — Держу пари, что это не так. Бэкхён недовольно цокнул и закатил глаза. — Ты задал мне просто огромную кучу вопросов. Значит, я тоже могу задать? — фальшиво улыбнулся младший и, не подождав ответа, сразу же начал. — И так, я знаю, что у тебя нету парня, ведь ты проводишь всё своё свободное время со мной. Поэтому… когда у тебя были последние отношения и почему они закончились? — заинтересованно спросил Бён, нетерпеливо прикусив губу и Чанёль еще сдержал смешок. — На втором курсе колледжа, но они были несерьезными. — Сколько парней у тебя… — Два. — Ты спал с ними? — Прекрати говорить о таком, ты ещё маленький для этого. — Не стесняйся, давай откровенно поговорим. — Я не буду разговаривать с тобой об этом. — Мингук разговаривал со мной о сек… — недовольно пропыхтел Бэкхён, но Пак перебил его. — Прекрати. Полагаю, Мингук — твой бывший парень и я не хочу слышать об этом, ведь думаю, что он не только разговаривал об этом. Бэкхён притих на несколько минут. — Он не делал то, о чём ты подумал. То есть, он не делал это так, как ты думаешь… — Давай поменяем тему. — Ораль… — Следующий вопрос, — нагло перебил его Чанёль, давая понять, что на этом тема закрыта. — Представь, что ты Мингук. Ты бы повелся, если бы я соблазнял тебя? — Бён игриво вздернул брови, на что старший громко фыркнул, скрестив руки на груди. — Я не твой тупой бывш… — Тебе лучше ответить «да» и не смей сказать что-то в роде «у тебя детское тело», потому что я преждевременно убью тебя. Чанёль тут же подумал о Бэкхёне, который гуляет по дому в одной футболке (которая, собственно, принадлежала Паку) и боксерах, которые прикрывает все та же футболка; о том, как младший просыпается каждое утро в разных позах, мило сопя; о том, как волновался о нём, ведь тот подрался и еще целый день проклинал его; о том, чтобы ответить ему, когда Бён спрашивает о чём-то… — Ты обижаешь меня, когда задумываешься об этом ответе так долго. — В твоём маленьком теле много хороших сторон, — Бэкхён изогнул бровь, пытаясь понять, что же имеет в виду Пак. — В ту ночь, когда я был пьян и поцеловал тебя в шею, тебе понравилось? Это лёгкий вопрос. — Я даже не задумывался о том, что ты сделал. Младший непонимающе посмотрел на Чанёля, как будто тот упал с Луны. — То есть, ты хочешь сказать, если я сейчас тебя поцелую, ты ничего не почувствуешь? — Я не позволю себе что-то почувствовать. Бэкхён, тебе всего лишь семнадцать и это неправильно чувств… — младший резко поддался вперёд и накрыл губы Пака своими, прерывая его речь. Старший резко распахнул глаза и пытался отстраниться и оттолкнуть настырного мальчишку от себя, но тот оказался проворней и упрямо ворвался в рот Чанёля, наклоняя голову чуть набок и углубил поцелуй. Пак пытался казаться равнодушным и не поддаваться искушению, но все, что он чувствовал, это был Бэкхён и все, что он видел перед собой — тоже был Бэкхён. Перед старшим стерлись всё возрастные границы. — Ты все еще думаешь, что я просто ребенок, — Бэкхён резко отстранился, опуская голову. — Это не так… Всё хорошо, — это все, что мог выдавить из себя Пак. Он чувствовал, что сделал и правда что-то плохое, ведь раздавил мальчика, забив ему в голову, что тот ещё мал. Почему ему так важно моё мнение?! Они были слишком близко. Чанёль чувствовал горячее дыхание Бэкхёна на своих губах и сократить эту ничтожно малую дистанцию между ними было проще простого — теперь старший накрыл губы Бёна своими. Это было не так глубоко и чувственно, как сделал до этого младший. Это было что-то вроде невинного поцелуя, простого касания губами. — Прекрати смотреть на меня так, как будто я убил твоего кота, — Чанёль нежно поцеловал мальчишку в щеку, отстранившись. — Теперь я чувствую себя ещё хуже, — тихо промямлил он. — Почему? — Я не хочу, чтобы ты видел во мне всего лишь ребёнка и ты поцеловал меня так, словно я твой маленький сын. Это… не справедливо. Чанель действительно не знал, что сделать или как ответить. Он хотел бы целовать Бэкхёна всю ночь на пролет, после того, что он сделал, но… не мог. — Иди спать, Бэкхён. Он молча встал и направился в спальню. Спокойной ночи.