Орайон, свет небес

Через полчаса после возвращения на корабль, мы только успели заесть неприятности в столовке, дежурный доложил о прибытии высоких гостей. — «Высокие» только в переносном смысле этого слова, — съюморил тот. — Да понятно уже, Том, — командир встал и направился ко входному люку Орайона, — Доктор Нейман с супругом за мной, — приказал он. Перед кораблем в утренней росе стояло негостеприимное посольство гуманоидов. Президент, в военной форме с кучей орденов и регалий, поддерживал своего супруга. Не старый ещё омега, скрюченный и какой-то серо-зелёный, был в дорогих расшитых одеждах. И трое вооруженных «до зубов» солдат, вооруженных совершенно бесполезным в данных условиях оружием. Подняться на борт самостоятельно гости не могли. Поэтому я спустился вниз с Яэлем в ладони и попросил его предложить посольству воспользоваться моей помощью. — Скажи им, я буду предельно осторожен и внимателен к нуждам маленьких гостей. — Так и переведу, мол вы — наши малюсенькие гости, — передразнил меня бета. После его перевода я протянул раскрытую правую ладонь президенту, он с благодарностью кивнул мне и помог супругу забраться. Потом залез сам, солдаты что-то там подозрительное пропищали, но на охрану махнули рукой. Я вернулся на Орайон с гостями. Маленький президент всё время с нежностью смотрел на супруга, то руку ему подаст, то осторожно поддержит за талию. Мне даже с высоты своего роста было прекрасно видно, какие нежные чувства питали друг к другу эти двое. Капитан велел принести их в его каюту и поставить на письменный стол, чтобы мы, сидя в креслах, были с ними одного роста и смотрели друг другу в глаза. Омега президента с трудом стоял между стаканом с карандашами и блокнотом для записей, супруг склонился к нему и придерживал за талию. Говорить в такой позе было не удобно, но альфа всё же попытался: — Мы пришли просить о милосердии и снисходительности, — перевел нам Яэльчик писк альфы, — Вы, наверное, думаете, что после отказа разместить на своей планете вашу гражданскую базу мы не имеем на это никаких прав. Но дело в том, что решение это не было лично моим. Главы всех стран нашей планеты объединились при обнаружении вашего корабля. На совещании глав государств было принято то самое решение, которое я вам и озвучил. Любыми путями избавиться от пришлых гигантов — никаких торговых и политических союзов. И это было ещё до вчерашнего инцидента. — Мы понимаем. Планета ваша — вам и решать, — спокойно ответил капитан, геноцидом никто и не собирался заниматься, — но о чём именно вы хотели поговорить с нами? — Мой супруг тяжело болен. Наши врачи давно бьются за его спасение, но, судя по всему, безрезультатно. В последнее время наступило ухудшение. Наш уважаемый переводчик (ну, то есть это я)  — сказал победно бета, — и супруг сообщил, что у вас на корабле есть медицинский ящик. Мы пока ещё не владеем такими технологиями. Но я хотел бы попросить вас об услуге: можете ли вы попытаться вылечить моего мужа? — Доктор Нейман? — капитан вопросительно уставился на мою скромную персону. — Нет, мы ничего не можем гарантировать. Медицинская капсула рассчитана на наши рост и вес. Для Яэля я вводил все данные вручную, рассчитывая практически на чудо. Ваш муж, господин президент, вполне возможно умрёт. — Мы готовы рискнуть. Я и так умираю, — ответил смущенный омега, а Яэль перевел. — Ней, пожалуйста, помоги ему. Омег надо беречь и защищать — только они могут дарить жизнь. — Твой папа-омега тебя бросил, Яэль, а ты так ничему и не научился. Пол совсем не важен — люди делятся на тех, кого стоит спасать и тех, кого не стоит. — Этот омега мне ничего плохого не сделал! — топнул ножкой бета. Гости с ужасом смотрели на наши пререкания, ожидая самого худшего. — Ладно, переведи им, я согласен попробовать. Пусть альфа опишет мне все симптомы болезни мужа — я буду вручную вводить в медицинский компьютер. — Мой Милиус болен уже более двух лет, слабеет на глазах, анализы ничего не показывают. Мы абсолютно не знакомы с его болезнью, кроме того, что ей сопутствуют сильные боли в области сердца. Я взял обоих супругов и кивнув на прощание Фреду отправился в лабораторию. Яэльчик тихо сидел в кармане — переживал сильно. — Хорошо, то есть плохо, я просто ввел все ваши данные в компьютер. Ваш супруг должен полностью раздеться, капсула, к сожалению, не лечит одетыми, — ответил я. — Конечно, я помогу ему, куда идти? И знайте, при любом исходе, мы очень благодарны, что вы согласились нам помочь, — президент вежливо склонил голову. — Не за что, — я открыл крышку капсулы и поставив там обоих супругов, отвернулся из вежливости. Когда из капсулы раздался повторный писк, вернулся и, стараясь не глядеть на больного омегу, перенёс двумя пальцами альфу на письменный стол. Но даже того, что я мельком успел увидеть, хватило с лихвой для полномасштабного ужаса: тело омеги было худым, иссохшим, желто-зелёного цвета и полностью покрытым какими-то кроваво-черными выступающими венами. «Анализы ничего не показали» — наверное, ничего понятного вашим врачам. Инфекция или грибок, или чтобы это ни было, были видны невооруженным глазом, покрывая всё тело несчастного. — Что теперь? — вежливо поинтересовался альфа, омега лежал молча с закрытыми глазами. — Теперь остаётся только ждать, — я закрыл крышку капсулы и раздалось мерное жужжание — приборы начали работать. — Ему не больно? — перевел вопрос Яэль. — Нет, первым делом больного вводят в искусственную кому для безболезненного обследования. Яэль, предложи президенту сесть или может быть лечь на столе — ожидание может оказаться слишком долгим. — Он говорит, что от волнения не может сидеть. — Спроси, у них есть дети? — Да, говорит двое: альфа и омега. Хотели попытаться завести ещё детей, но муж заболел. Пока мы мило обсуждали семейное положение президента, из медкапсулы раздалось пиликанье. Наш гость ощутимо вздрогнул, и я бросился к капсуле. — Всё нормально, омега жив, — я, как мне казалось, ободряюще кивнул головой нашему гостю, — диагностика подошла к концу. Компьютер пишет, что у вашего супруга в сердце живое инородное тело. Или попросту червяк, который отравляет кровь своими испражнениями и питается витаминами и другими полезными веществами из тела носителя. — Как такое может быть? — поинтересовался расстроенный альфа. — Я точно не знаю, может быть грязная еда и не мытые руки повара, готовившего пищу, а может и банальное отравление. Просто чудо, что ваш омега так долго прожил с этим червём внутри. Сейчас аппараты произведут операцию на открытом сердце, попытаются его извлечь. Потом, если операция пройдет удачно, ведь червь наверняка вздумает сопротивляться, очистка крови и всего организма и только потом ваш супруг должен будет очнуться. Президент в шоке сел, прямо на край стакана для карандашей: — Кому была выгодна его смерть? Мой Милиус совершенно безобидный и добрейшей души человек, дети его просто обожают. — Господин… — Сивиль-Демис, — подсказал бета. — Господин Сивиль-Демис, езжайте-ка вы домой, операция продлится более четырёх часов, как пишет компьютер, а дальнейшее лечение — вообще не известно сколько времени. У нас на корабле нет совершенно никаких условий для вашего отдыха. Не можете же вы стоя ждать всё это время? — предложил я. — Я останусь рядом с мужем, так мне будет легче. Не нужно никаких условий, просто позвольте мне ждать рядом с капсулой.