Механизированная история

Мои глаза были закрыты. Не было ни времени, ни ненужных переживаний, я не думал, что будет, если я отпущу себя сейчас. Как это повлияет на наши отношения? Только этот миг. Только мягкие губы, прижавшиеся к моим, и настойчивый язык, нырнувший в мой рот, твердо нашедший кусочек шоколадной сладости. Лу-ни первый настороженно пересек установленную границу, уверенно обняв меня за талию хвостом. Я удивленно дернулся, почувствовав на плечах прохладные ладони, сжимающие плечи. Мы немного поигрались языками и, постанывая, Нилау ловко взял шоколад себе, восторженно смакуя. Улыбнувшись, посмотрел наверх, в бездонные бирюзовые глаза своей амфибии. Сам прижался поплотнее и положил в миг вспотевшие ладони на рельефную грудь, дразнящее задев один розовый сосочек большим пальцем. Нилауэнь чувствовал, что желание и самоконтроль разломились во мне, и сам был робким. Но с каждым мгновением огонь в его глазах горел все страстнее и ярче. Зажал в зубах очередную плитку шоколада, от волнения дрожали пальцы. Я никогда не действовал столь открыто. Это ощущение просторной вседозволенности пьянило. Почему вседозволенности? Мой партнер позволит сделать мне с ним все, что угодно моей душе, и это заставило по-детски растеряться. Иногда я жалею, что привитые мне нормы морали и устои сдерживали меня. Ах, если бы все было иначе. И я родился под водой... — Рэмори? — чуть недоуменно. Кажется, Нилау понял, что останавливаться я не намерен. — Плевать, на все плевать, — горячо зашептал, приподнимаясь на носочки и требовательно закидывая колено на крепкое бедро. Мозг партнера уже должен был отключиться и пойти на поводу у плотских инстинктов. Зрачки друга в мгновение звезд стали шире. Довольно грубоватое покусывание мочки. — Не хочу сегодня рамок. — Эй, ну ты чего? — поперхнулся известный ловелас, наблюдая, как размазываю вкусняшку по своим губам и призывно улыбаюсь. Пальцы ненавязчиво оказались на спинном плавнике. О, спинку выгнул. А взгляд все тот же шальной, но не верящий. Я в открытую усмехнулся. Да, был один интересный момент. Загвоздка была не в том, что я хочу секса с ним, а в том, что трансформироваться не имею возможности. И лу-ни придется кхм... примериться к моей нынешней хрупкой и довольно блядской ипостаси, на место ведущего никак не претендую. Такую расстановку сторон мы еще не пробовали, и он испытывал неловкость. Смущенный Морской Дьявол. Скоро я увижу летающих ежей. Но неловкость быстро ушла. Влажный язык касался моих губ, дело дошло до того, что амфибия брал достаточно длинную плиточку, и мы вместе ее посасывали. Чувствую, этот шоколадный вкус еще долго будет преследовать меня во снах... далеко не приличного содержания. Перепончатая ручка уже вовсю оглаживала мое бедро, то самое, нескромно закинутое на ногу лу-ни. Как же мне хорошо! Я просто гениален! Шоколад лучшее изобретение великих умов кулинарии! Афродизиак уже начал действовать. Меня настойчиво уронили в синюю траву, иступленно целуя. Ласково зарылся пальцами в белые волосы, чуть надавливая на чувствительные рожки. Только мой Морской Дьявол во плоти! Эта мысль показалась мне забавной, и я улыбнулся в поцелуе, с интересом ожидая дальнейшего развития событий. Только что молнию на комбезе потянули вниз, и острые зубки остановились на моей шее. Тонкие пальцы настойчиво потянули ткань с плеч. Кожа покрылась мурашками, беззащитная под легким ветром и ласкающими мое плечико губами. В груди лу-ни что-то завибрировало, и он глухо, но довольно заурчал. Хвостом подтянул к себе пакет с шоколадом и положил на мою грудь, на Терре была очень жаркая температура, и он быстро растаял. Бирюзовые глаза лукаво окинули свое креативное творение, Нилау улыбнулся, склонившись надо мной. Откинул голову, приподнимая бедра. Понимающая амфибия шустро стянула низ комбинезона, и мои глаза снова закрылись. Через мои бедра перекинули ногу и оседлали. Я задышал чаще, скользнул ладонями по скользкой коже сильных ног. Шаловливый язычок путешествовал по солнечному сплетению, заставляя дрожать и поджимать пальцы ног. Но было только это, я застыл без движения, не издавая ни звука. Ладони стальными тисками сжались на плечах любимого друга. Нилау прекрасно чувствовал небольшую скованность и всеми силами пытался вытолкать меня из своего железного бункера. Воздух застыл в легких, настойчивое давление колен между моих ног. Раскинув руки, немного развожу их. Нилауэнь недовольно фыркнул и сам резко раздвинул мне ноги в сторону. Обнимаю его, распахнув глаза, вжимаясь всем телом, доказывая, что действительно готов и хочу. На короткое мгновение ткнулся носом в плечо, призывая не бояться. Подушечками пальцев провел по идеальным губам, лу-ни поймал их, посасывая. Может он так и не поймет, для чего я это делаю, пусть... Но больше нет купола, огораживающего нас от всего мира, пусть и нет дороги к свободе. Но Рэм больше не будет в стороне, амфибия должна помнить о тесной связи, должна чувствовать. Чужая ладошка напротив моего взволнованного сердца — да, вот так. Я готов отдать себя в эти нежные и надежные руки. Пусть и ненадолго. Сам схватил за плечи и дернул, заставив распластаться на себе, до невозможности терзая губы. Да, пусть до меня были многие, но Нилау всегда возвращается ко мне. Правой металлической холодной рукой прижал горошинку соска, он открыл рот в беззвучном стоне, выгибаясь, всплескивая хвостом. Целовал, пока последняя порция кислорода не покинула легкие, пока в груди не закололо, страстно толкаясь языком в горячий рот. Тихое шипение, и Нилау перехватывает инициативу, быстро ведя мокрую дорожку к моему паху. Вобрал в рот возбужденную головку, вспарывая землю острыми коготками, смотря в мои глаза, наслаждаясь мутной дымкой желания, застилавшей их. Уже не сдерживаясь, заметался, постанывая. Темп этих губ и опытность лу-ни заводили на раз. Нилауэнь помогал себе пальцами, стимулируя ствол и массируя поджавшиеся яички. Мгновение, и я застываю, вытянувшись в ровную струнку — моя возбужденная плоть оказалась в горячей глотке, пальцы непроизвольно оказались в белых волосах, насаживая амфибию на себя, заставляя брать глубже. Партнер послушался, но влажный палец дразнящее закружил около сжатого колечка мышц. Он мягко и неторопливо проскользнул в расслабленной анус, заставляя меня плавиться от наслаждения, наполненности. Мысли покинули сознание. Своим многозначительным выгибанием спины и подбрасыванием бедер торопил лу-ни, но он продолжал действовать мягко и нежно. — Давай сменим позу, — немного задыхаясь прошептала амфибия, оставляя меня неудовлетворенным. Мое недовольное фырканье, и я ловко переворачиваюсь на живот, а там уж и старая добрая поза рака. Оперся на локти и шире развел ноги. Нилау мягко вошел, проводя костяшками пальцев по спине, заставляя выгнуться и сладко застонать. Мой болевой порог был иным, и боли от проникновения не было, только легкое неудобство от необычного ощущения. Страсть желания во мне уже переполнила чашу, мне не хотелось его осторожности. Мне хотелось ответную страсть. Но были медленные, плавные толчки, заставляющие глубоко выдыхать в такт, чтобы не начать задыхаться. Сантиметр за сантиметром я чувствовал его член в себе, слушая тихое гортанное урчание. Сознание захлестывал восторг, и в этот момент я чувствовал по-настоящему себя живым. Вдруг правую лопатку обожгло мимолетной болью. Меня укусили. Удивленно застыл, а потом начал нетерпеливо извиваться. — Рэм, так здорово, — низким, гудящим голосом прошептал Нилауэнь и первый потерял самоконтроль. Я соскользнул, а потом резко насадился на его член. Хвостовой плавник ощутимо шлепнул меня по ягодицам, и, с силой сжав мои бедра, лу-ни ворвался в меня по другое, буквально пронзая собой. — Да, да, да! — как сумасшедший затараторил я, подкидывая бедра, удобнее опираясь на распростертые локти, касаясь грудью травы. Твердая хватка на моей вставшей плоти и резкое наслаждение ввергает в пучину мира в кроваво-красных цветах. Шелк белых волос струится по моим плечам, партнер облизал пересохшие губы, неотрывно смотря в мои помутненные глаза. Резкие толчки точно по простате возносили меня на Эверест оргазма. Вот теперь шоколад запустил нужную химическую реакцию в теле лу-ни. Меня нехорошо выгнуло, хотелось перейти в настоящее тело. Серёжки успокаивающе запульсировали. Мельком скосил взгляд на свою правую руку, постоянно меняющуюся. Как бы дуло не полезло или лазерка, упаси ерш. Чтобы таких казусов не случилось, протиснул ладонь между наши горячими, буквально пышущими жаром, телами, холодные пальцы сжали сосок. Амфибия томно застонала, расправив плавнички. Его тело содрогнулось, острые коготки вспороли кожу на бедрах. Я захлебнулся в крике, то, что творил Нилау можно было сравнить с внезапным штормом на еще спокойной мгновение назад морской глади. Насыщенно, невыносимо, сильно... Последней каплей для меня стал легкий разряд тока. Это Нилауэнь погрузился в темную пучину наслаждения, разливая во мне теплое семя. Я выгнулся следом, мир стал мучительно-медленным, словно поставленным на медленную запись. Все в глазах поплыло на секунды, счет которым задавало разошедшееся сердце. Стальная хватка сдавила тисками талию партнера, не давая отстраниться. Короткий выдох, и тело скрутила оргазменная судорога, заставляя кончить себе на живот. Тупая улыбка на лице, солнце слепит глаза, надо бы "вынуть" друга из себя. Но он так урчит, лежа на мне, рассеяно постукивая пальцами по протезу. Хочу, чтобы это мгновение длилось целые века. Сейчас эта привычная ненормальная жизнь так далеко, но я не заметил, как время прошло. Надо возвращаться на Унакалхаи. Идти к Тхайро... Рутина. А Нилауэнь пока не сможет плавать. Зарылся в мягкие прядки, массируя затылок. Урчание превратилось в довольные вздохи. Гибкое движение, и я приподнимаюсь. Лу-ни поднял на меня глаза, и я понял, что действие афродизиака уже закончилось. Телепат разогнал в крови ненужные вещества. Но и другу не хотелось уходить. Не хотелось оставлять меня такого открытого для него, без шифров и паролей. Но кто сказал, что я снова спрячу свои чувства обратно в бункер. Попробовав один раз, захочется и другой. Это существо, мурлыкающее мне какую-то свою песенку — моя зависимость, понимаете? И даже полосатые полозы не помешают быть единым целым. Нельзя держать дельфина в неволе. Мой взгляд упал на острые зубки, сверкнувшие в белоснежной улыбке, и лукавые бирюзовые глаза. Нет, акулу в аквариуме не удержать. Морской Дьявол умеет быть злым. И я тоже. Но только не для Нилау. Наклонился, целуя в черный рог: — Спасибо. Нилауэнь удивленно моргнул, но спрашивать не стал. Воспринял как должное и, выскользнув из меня, помог встать. Надо возвращаться на линкор.