«Безумный Джеко»

— Ахаха, Лиза, ну ты что! – смеялся я, лежа поперек кровати, – Ну какой торт, сама хотя бы появись! — А ты пустишь меня с пустыми руками? – я чувствовал, как она растянулась в игривой улыбке на том конце провода. — Тебя я пущу даже во время неожиданного визита. Я улыбнулся, обнажая белые зубы, и сильнее прижал телефон к уху. — Тогда я... — Ой! – перебил я Пресли, тут же вскочив на ноги. – Прости, Лиз, но мне пора! До связи! В дверь настойчиво постучали. Отключившись, я кинул трубку на тумбочку и быстро отворил замок. Не успел я отойти, как дверь тут же распахнулась, и на меня налетел Эдди, наспех начав расстегивать черную рубашку на мне и вести в сторону кровати: — Ты ведь знаешь, как я скучал по тебе, знаешь? Секунда, и его губы уже блуждают по моей шее, а сильные руки путешествуют по всему телу, все ближе прижимая меня к себе. Я счастливо улыбнулся и захихикал, обвив руками его спину: — Эдди, нас могут услышать, ну ты чего... – шептал я ему на ухо, чуть кусая мочку. — Да брось, плевать на всех! Он повалил меня на кровать и начал быстро стягивать с себя блестящий темно-синий пиджак и расстегивать белую рубашку, то и дело шевеля своими усами от спешки и щекоча мне щеки. Я засмеялся, чуть оттолкнув его: – Ну, Эдвард, я же серьезно! Скоро гости придут, нас могут услышать! Недовольно закатив глаза, он слез с меня и сел рядом, начав поправлять малиновый галстук: — Ты заебал своими страхами, Джексон, ей Богу! Его усы очень смешно шевелились, когда он недовольно морщил нос. Я вновь захихикал, прикрыв рот рукой: — Прекращай капризничать, шоколадный. Он усмехнулся, отведя взгляд в сторону: — Не называй меня так! Я показал Эдди язык, после чего подмигнул. — Мне нравится твой пиджак. – я указал пальцем на темно-синий пиджак, что ярко пестрил и переливался на свету. Он улыбнулся и, вдруг, начал развязывать галстук. Я недоуменно поднял бровь: — Ты чего? Откинув галстук на кресло, он снял с себя пиджак и кинул его туда же, начав расстегивать пуговицы на рубашке. — Буду ходить вот так. – констатировал он, стянув с себя рубашку и оставшись в одной белой майке. Я закрыл лицо рукой, давя смущенную улыбку. — Ну зачем? — Надоел официоз. Я среди своих. – он подмигнул мне и достал из кармана маленькие круглые очки, тут же надев их. – Чуть не забыл самое главное! Я засмеялся, сев на край измятой кровати и показав пальцем на чудаковатые очечи: — Они истинно дурацкие! — Знаю. – он открыл входную дверь комнаты и, приподняв бровь, посмотрел на меня. — Ты идешь? Подарки сами себя не поставят! Он выскользнул из комнаты. Кивнув, я поднялся с кровати и, посмотрев на себя в зеркало, поправил выпрямленные волосы, после чего направился в гостиную, вслед за Эдди Мёрфи. Весь первый этаж был щедро украшен рождественскими побрякушками. Мишура свисала с потолка, будто протягивая к живущим в доме свои лапы, все стены были украшены разноцветными гирляндами, в доме тут и там висели праздничные красные носки с конфетами и забавные карамельки. В южном углу огромной гостиной, возле камина, красовалась большая живая елка, что пестрила разнообразными шариками и прочими елочными игрушками, поодаль от нее находился широкий обеденный стол, покрытый бело-золотой скатертью, который уже ожидал сервировки перед приходом гостей. Спустившись по лестнице на первый этаж, я прошел в гостиную и, оперевшись на косяк арки, улыбнулся. Эдди, ползая на коленях, расставлял разного размера подарочные коробки под елкой, что были обернуты в красно-зеленую оберточную бумагу и обвязаны зелеными бантиками. — Мне кажется, что ты - прекрасный отец. — Тебе кажется. – ответил мне Эд, чуть насупившись. Уже секунду мужчина изменился в лице и воскликнул, растянувшись в широкой улыбке: — Да я охуенный отец! — Не матерись, Эдвард! – с укором посмотрел на него я, давя улыбку. Он показал мне средний палец и ухмыльнулся. Вот козлина! — Бриджит! – крикнул я, вызывая домработницу. – Несите подарки! Не прошло и минуты, как семь охранников и четыре гувернантки друг за другом прошли в гостиную, с полными руками разноцветных подарочных коробок. Они посмотрели на меня, ожидая дальнейших распоряжений. — Ставьте там! – я указал пальцем на пустое пространство справа от зеленой красавицы. – Я сам их составлю. Толпа послушно направилась к нужному месту, начав выставлять там коробки. — Ты себе рабов нашел? – Мёрфи усмехнулся, смотря на то, как я раскомандовался. — Тебе тоже подыскать? – с иронией спросил его я, насмешливо сузив глаза. — Не мешало бы. Мы в голос засмеялись. Когда обслуга покинула комнату, я сел на колени рядом с Эдди и принялся расставлять подарки под елкой, рядом с его коробками. Неожиданно до меня дошло, что они не были перевязаны бантами. Я нахмурил брови, посмотрев на Мёрфи. —И что делать? Они без бантов! Он посмотрел на меня, как на идиота, и рассмеялся: — Не паникуй, подруга! Сейчас разберемся! Мужчина поднялся на ноги и отправился на кухню, где собрались рабочие со всего дома. Я испытующе смотрел ему вслед, нервно теребя в руках одну из коробок. Он появился буквально через пару минут, с огромной сумкой в руках. — Чего сидишь? Украшай давай! Он растянулся в улыбке, поставив прямо передо мной сумку, что была наполнена разнообразными лентами и бантами. Я захлопал в ладоши, радостно захихикав: — Я тебя обожаю, Мёрфи! Просунув руку внутрь сумки, он достал оттуда ободок с оленьими рогами и нацепил его мне, после чего расхохотался. — А я всегда подозревал, что ты - лосяш! Я показал ему средний палец и, поправив рога, достал из сумки какую-то шапку, тут же надев ее ему на голову: — Квиты! Мы рассмеялась. Взяв один из бантов, я начал перевязывать им подарок, после чего поставил коробку к ели. Мёрфи, что помогал мне с этим делом, перевязывал бантами коробки со скоростью отбойного молотка, то и дело шевеля усами или улыбаясь. Его искренне увлекло это занятие. Давя улыбку, я неожиданно кинул в него длинным синим бантом, и продолжил перевязывать подарок, как ни в чем не бывало. Он недоуменно посмотрел на меня, нахмурив брови: — Ты чего, Джексон? Бессмертный что ли? — Я? – удивленно посмотрел я на мужчину, еле скрывая лукавую улыбку, – Я ничего не делал! — Не делал, говоришь? Ну, ладно, так и быть! Он резко поднялся на ноги и, схватив этот злосчастный синий бант, направился ко мне, с коварной улыбкой на лице. Растянувшись в игривой улыбке, я вскочил с места и, что было сил, бросился от него наутек по огромной гостиной. — Ах ты сукин сын! Он тут же догнал меня и, зажав в тиски, начал обматывать этим бантом, блестя в улыбке своими белыми зубами: — Мне тоже полагается подарок на Рождество! Я весело засмеялся, начав звать на помощь: — Бриджит! Охрана! Спасите, насилу... Не успел я закончить свои крики, как, вдруг, Эдди зажал мне рот рукой, разразившись хохотом. — Поздно, детка! В гостиную вбежали перепуганные охранники и гувернантки, что резво отреагировали на мой зов, и были готовы к самому худшему. Увидев меня в объятиях Эдди, что зажимал мне рот рукой, они переглянулись. Их лица выражали недоумение. К чему были крики? — Идите отсюда, ложная тревога! Он просто заебал раскидываться бантами! – Эдди махнул им рукой, освободив мой рот. Мы одновременно рассмеялась. — Элизабет, ты как всегда шикарна! Я обнял женщину, только что вошедшую в мой дом. Она усмехнулась, взъерошив мои волосы: — Подлиза! Обожаю тебя. Мы одновременно захихикали. — Проходи, – я жестом пригласил ее пройти в гостиную. – уже почти все собрались. Ты чуть не опоздала! — Ну, не опоздала же. – она с улыбкой мне подмигнула. В гостиной госпожу Тейлор встретили Пол МакКартни, Брук Шилдс, Фредди Меркьюри, Кенни Ортега, Джон Бранка, Майкл Джордан, Диана Росс, Маколей Калкин, Тедди Райли и, конечно же, Эдди Мёрфи. — О, а я всё думал, появишься ты сегодня или нет! – воскликнул Эдди, помахав Элизабет. – Твой любимый виски почти закончился! — Ничего, еще травка есть. – кинул в ответ МакКартни, выпуская из легких дым после очередной затяжки шмалью. — Пол, не при детях! – услышав это, осадил певца я, крикнув ему из коридора. — Да ладно тебе, Майкл! – отмахнулся мужчина, сделав очередную затяжку, – Этот малый знает больше, чем мы с тобой! Он засмеялся, посмотрев на Калкина, которого, кажется, совсем не заботило происходящее. Он играл с Бабблзом в углу гостиной. Элизабет села за стол, к остальным гостям, и посмотрела на Мёрфи, дувшего в коктейльную трубочку и пузырящего какую-то жидкость в стакане. — Ты совсем придурок? – она прикрыла рот рукой, сдерживая улыбку. Эдди показал женщине средний палец и продолжил насыщать кислородом содержимое его стакана, то и дело поглядывая в сторону арки, ведущей в коридор, где ожидал прихода оставшихся гостей я. В дверь постучали. Растянувшись в улыбке, я отворил замок и жестом пригласил войти гостью. — Позволь за тобой поухаживать. Лукаво улыбнувшись, я помог Дебби раздеться и, отдав ее пальто дворецкому, обнял за плечи: — Я очень рад видеть тебя. Роу смущенно улыбнулась, опустив голову. Её белые волосы были слегка завиты и собраны сзади в аккуратный высокий хвост, чуть смещенный в правый бок. Привычные джинсы с рубашкой сменились на элегантное синего цвета платье, что были длиной чуть выше колена, и как влитое сидело на ее фигуре. Вечерний макияж преобразил лицо медсестры, а тонкая шпилька сделала ее визуально худее и выше. — Тебя не узнать! – полностью осмотрев Дебби, я похлопал в ладоши и выдохнул, широко улыбнувшись. – Ты прекрасно выглядишь... — Спасибо Майкл. Виляя бедрами, она прошла в гостиную, к остальным гостям. Облокотившись на косяк арки, я проводил ее взглядом, еле сдерживая восхищенную улыбку. Это была не та медсестра Дебби, что следила за моим здоровьем и помогала справляться с витилиго. Эта шикарная женщина, кажется, забила до смерти серую мышку, и затмила своей красотой всех присутствующих. Эдди, увидев Роу, поперхнулся. — Ты охуенно выглядишь, сестричка! – подняв челюсть с пола констатировал он, широко улыбнувшись. Она ничего не ответила, лишь усмехнулась. В комнате воцарилась тотальная тишина. Все, как один, рассматривали преобразившуюся в принцессу Золушку, не утаивая своего приятного удивления на этот счет. Я решил нарушить затянувшееся молчание. Посмотрев на часы, что показывали без двадцати минут одиннадцать, я прошел внутрь гостиной: — Ну что, друзья... Пожалуй, нам пора начать праздновать. Застолье сразу же оживилось. Фредди Меркьюри продолжил травить жизненные байки под нелепые восклицания МакКартни в обществе других мужчин, Брук и Элизабет стали обсуждать Дебби, мило беседовавшую с Тедди Райли, лишь Эдди Мёрфи сидел за столом без дела и скучал, поглядывая по сторонам. Я присел рядом с ним, заглянув в глаза друга: — Не уж-то тебе скучно? – иронично спросил его я, поправив рога на своей голове. — В морге веселее, чем у тебя за столом. Он с кислой миной надул губы, зашевелив усами. Я тихонько засмеялся. — Какой хозяин, такие и праздники. Неожиданно в наш разговор вмешалась Элизабет Тейлор, с игривой улыбкой на лице задав ожидаемый вопрос: — А вы ребята, что, наконец-то помирились? Так рада снова видеть старых друзей вместе! Все девушки засмеялись. Эдди положил руку мне на плечо и улыбнулся, обнажив белоснежные зубы: — Такая дружба, как у нас, не распадается. Поняли, да? Я кивнул, еле сдерживая улыбку на лице, в подтверждение его слов. Но женщинам уже не было до нас дела. Они с большой охотой обсуждали новые тренды этого сезона, делясь впечатлениями о шмотках известных брендов. Вдруг раздался стук в дверь. Неужели она пришла?... Вскочив на ноги, я тут же побежал открывать. Последней гостьей, что вошла в мой дом, стала... Лиза Мари Пресли. Девушка отряхнула от пушистого снега шубку и, сняв длинные кожаные перчатки, протянула их мне, после отдав предмет верхней одежды. — Добрый вечер, Майкл. – она обворожительно улыбнулась, поправив прическу. Красная помада, кошачья стрелочка на веках, кудрявые волосы, зачесанные на один бок и короткое черное платьице – она была настолько сексуальной, что у меня перехватило дыхание. Заметив мой обескураженный вид, она тихонько засмеялась, приобняв меня: — Ты тоже хорошо выглядишь. Впрочем, как и всегда. — Мм... Проходи в гостиную, все собрались там. – еле выдавил из себя я, смущенно опустив глаза. Без пяти минут двенадцать. Разлитое по фужерам шампанское, задорный смех Брук, готовые к открытию подарки и ощущение сказки вокруг. Я стучу вилкой по бокалу, привлекая к себе внимание: — Друзья? Я хочу сказать тост! Повернув головы в мою сторону, все ожидали от меня умопомрачительной речи, с широкими улыбками на лицах. Поднявшись на ноги, я взял бокал в руку и, выдохнув, смущенно улыбнулся. — В этот Новый Год я хотел бы пожелать всем вам огромного счастья. Побольше ярких моментов и теплых встреч, веселых компаний и зажигательных вечеринок. Желаю вам полную чашу в родном доме и личного пространства, которое необходимо порой каждому из нас. И самое главное, – я мельком посмотрел на Эдди, шире улыбнувшись, – я желаю вам всем взаимной любви. Любите и будьте любимыми в новом году. Счастливого Нового Года и Рождества, друзья! Под счастливые возгласы и хлопки окружающих, я залпом осушил бокал и улыбнулся голливудской улыбкой, сев на свое место. Чокнувшись, каждый из моих близких выпил за уже наступивший Новый Год, и пожелал близсидящим всего самого наилучшего. — С Новым Годом, Мёрфи... – прошептал я на ушко Эдди, после чего с улыбкой посмотрел ему в глаза. — С Новым Годом, Майкл. – он подмигнул мне, обнажая белые зубы. — Идем танцевать! – неожиданно меня за руку дернула Лиза Мари, вытаскивая из-за стола с широкой улыбкой на лице. — Как жаль, что не прокатит предлог о том, что я танцевать не умею... – я захихикал и поднялся на ноги. – Пошли! Взявшись на руки, мы вышли в к ёлке и начали танцевать. Зажигательная музыка вводила меня в экстаз, заставляя энергично двигать телом в такт песне и заводя остальных. Лиза крутилась возле меня, вертя "восьмерку" бедрами и переступая ногами в ритм. Я сразу завоевал внимание гостей, двигаясь так, как могу только я. Рывки плечами, плавно опускаясь вниз и поднимаясь вверх; ходящие ходуном ноги и сексапильные движение бедрами привлекали окружающих больше, чем изгибы тела Лизы Мари. Не выдержав, Шилдс поднялась на ноги и, стуча огромными каблуками, подошла ко мне, чуть оттолкнув Лизу: — Теперь он мой. Стоило Пресли сесть на место, как Брук тут же пристроилась спиной ко мне и, прижавшись бедрами к моим, начала извиваться, подобно змее. Она терлась о мою промежность попкой, опускалась вниз, на корточки, после чего медленно поднималась вверх, демонстрируя всем свои шикарные ноги. Я же тем временем двигался из стороны в сторону, прищелкивая пальцами или усиленно жестикулируя, привлекая таким образом внимание зрителей к "танцу" рук. Повернувшись ко мне лицом, Брук Шилдс тряхнула волосами и, игриво глядя мне в глаза, провела ладонью по своей груди вниз, тут же начав крутить бедрами. Поняв ее игру, я стал быстро двигать своими бедрами и, на секунду замерев, сделал свое коронное движение - сексуальное поглаживание промежности. Весь женский пол ахнул. Всё мое тело вновь заходило ходуном, а на лице засияла довольная улыбка. Вдруг, Брук резко схватила меня за воротник рубашки и, притянув к себе, смачно поцеловала в щеку, оставив на коже яркий след от красной помады. Все вокруг засмеялись. Улыбнувшись, девушка села на место, оставив меня стоять посреди гостиной с обескураженным видом. — Майкл сегодня у нас дамский угодник! – воскликнул подвыпивший МакКартни, посмотрев на Меркьюри. – А Фред, видимо, на пенсии! Стол разразился хохотом. Фредди показал Полу фак: — Иди к черту, я в отпуске! Неожиданно заиграла Liberian girl. Не знаю, какой дьявол меня дернул, но я тут же подошел к Дебби Роу и, протянув ей ладонь, обворожительно улыбнулся. — Потанцуем?.. Смущенно кивнув, женщина поднялась на ноги и, взяв меня за руку, вышла в центр гостиной. Одной рукой обняв ее за талию, второй я сжал ее ладонь и тут же закружил в танце, смотря прямо в глаза. — Liberian girl, you came and you change my world... – тихонько запел я, не отводя от нее взгляда. Казалось, в этот момент не существовало никого, кроме нас двоих. Наши глаза встретились, тела были плотно прижаты друг к другу, а музыка связала в один узел души, не давая нам отстраниться. Кто-то выключил свет и зажег гирлянды. Комната наполнилась разноцветными бликами, что переливались в ночи, будто звезды. — I love you, Liberian girl... – продолжал петь я, не видя никого вокруг. Дебби смотрела мне в глаза так глубоко, будто видела в них мою душу. Казалось, еще секунда, и наши губы сольются в страстном порыве в сладкий поцелуй, который прилюдно сломает жизни нам обоим, но... Но этого не случилось. Выдохнув, я медленно отстранился от Роу и застенчиво улыбнулся, потерев кисть руки. Залившись краской, она села на место, пряча глаза от окружающих.