«Безумный Джеко»

За час до пробуждения Майкла Подобно кошке, блондинка аккуратно выбралась из объятий сонного Джексона и надела красное платье, небрежно валявшееся на кресле. Оглядевшись по сторонам в поисках туфель, она прошла к туалетному столику и, подкрасив губы, поправила прическу, после чего обулась. Крадучись, она покинула номер Поп-Короля и осталась незамеченной спящей охраной. Девушка исчезла также неожиданно, как появилась. Солнечные лучи ловко проникали в комнату, словно шпионы, и заливали своим светом всё пространство огромного номера. В спальне царил хаос: ботинки были распинаны по разным углам комнаты, рубашка небрежно валялась на полу, возле входа, а брюки висели на изголовье кровати. Я спал спиной к окну и лицом к стене, с головой укрытый одеялом. Из царства морфея меня вытащил чей-то хрипловатый голос: — Мистер Джексон, просыпайтесь. Я сделал вид, что не слышу то, что он говорит, и зажмурил глаза. Как же я не хочу вставать... — Господин Джексон? Подъем! – голос не унимался. – Вставайте, не то вас расстреляют! — Расстреливайте... – пробубнил я, крепче обняв подушку. – Делайте со мной что хотите, но я не встану... — Неужели вы не хотите домой? Самолет через час. Вы опоздаете, если не подниметесь с постели прямо сейчас! Это был самый убедительный аргумент в пользу того, чтобы поднять свою задницу с теплого ложе. Мысленно прокляв всех и вся, я, не открывая глаз, принял сидячее положение и свесил ноги с кровати, тут же сунув их в тапки. Только я собрался подняться, как понял, что сижу полностью обнаженным, прикрытым лишь одним одеялом! Я резко распахнул глаза и посмотрел сначала на охранника, а потом на кровать. — Выйди, я проснулся. Чернокожий мужчина тут же покинул комнату, закрыв за собой дверь. Я стал судорожно озираться по сторонам, пытаясь вспомнить то, что вчера было. В ушах неприятно звенело, а голова была ватная, как после снотворного. Так... Мы сидели и пили вино, разговаривали о политике в стране и в мире... Потом она стала изливать мне душу о том, как ей одиноко... Еще вино, воспоминания из детства... Она плачет, я пытаюсь утешить... Она делится тем, что отец ее бил и сплавил в монастырь... Авария, парализация... Я утешаю... Слезы, я плачу вместе с ней... Её рука на моем бедре, я сопротивляюсь... Томный шепот, попытки поцеловать меня... Я подавлен, нет сил сопротивляться... Организм будто обесточили, не могу сказать и слова против на ее приставания... Еще шепот... А потом... Черт. А что было потом? Я почесал затылок, пытаясь вспомнить, что произошло дальше, но мои усилия были тщетны. В памяти зияла черная дыра, воспоминания будто бы были намеренно стерты. Выдохнув, я завернулся в одеяло и поднялся на ноги, направившись в сторону душа. Ну не мог же я так напиться, что на утро не помню, трахал я ее или нет? Хотя, учитывая мои приключения в ночь с 31 декабря на 1 января, которые я точно также не помнил, я однозначно не удивлюсь, если я ее таки трахал... Полный сомнений в собственной адекватности, я скрылся в ванной. Вечером того же дня я уже был в Неверленде. Дома, как всегда, всё шло своим чередом: парк развлечений был забит до отказа, гувернантки занимались поддержанием чистоты в огромном доме, повара что-то вкусное готовили на кухне, а животноводы ухаживали за моими питомцами в зоопарке. Не успел я переобуться, как вдруг послышался радостный голос Мёрфи из гостиной: — О, а я думал, что уже не дождусь тебя! Я обескураженно поднял брови. — А ты что тут делаешь? Не сказать, что я был не рад его видеть. Даже наоборот. Но факт того, что он гостит в моем доме без меня, и я об этом хотя бы от той же охраны не предупрежден, вводит меня в удивление и навеивает сомнения в том, правильных ли людей я выбираю себе в телохранители. Особо, учитывая события последних нескольких дней. — Да расслабься ты, – он с широкой улыбкой вышел в коридор и помог мне снять шинель, – Бриджит проболталась, какого числа ты вернешься, и поэтому, собственно, я здесь. Я кивнул, выдавив из себя улыбку. Если говорить совсем откровенно, то мысли мои сейчас занимало совершенно другое, и появление Эдди было совсем не к месту. Я не знал, произошло ли что-либо этой ночью между мной и Стефанией, и если всё же что-то было, что мне с этим делать, как себя дальше вести и обезопасить. Эта девушка, несмотря на всю свою красоту, не внушала мне доверия. В подкорке обитало стойкое ощущение того, что она появилась в моей жизни не просто так, и что именно ей от меня было нужно – знать наверняка я не мог. Заметив смятение на моем лице, черный прищурился. — Парень, у тебя всё в порядке? Какой-то не очень радостный у тебя вид от возвращения в родные хоромы! Поджав губы, я прошел в гостиную и, достав из бара бутылку виски с парой стаканов, разлил напиток, тут же его выпив. Взяв второй стакан, Мёрфи глотнул хеннесси и с сомнением покосился на меня: — Ты чего-то недоговариваешь, Джексон. Шумно выдохнув, я сел в кресло и закинул ногу на ногу, подперев подбородок рукой. — В Монако со мной кое-что произошло... – неуверенно начал я, то и дело поджимая губы. – В общем... Понимаешь... — Прекрати му-му жевать, говори давай. Ты ведь знаешь, что можешь мне доверять! – он перебил меня, непонимающе разведя руки в стороны. – И где, черт подери, часть твоей охраны? Ты приехал с незнакомыми мужиками! Мало ли что они могли с тобой сделать! Ты будто голову потерял, Джеко! Меня передернуло. — Эти "мужики" - личная охрана Князя Ренье III, так что сделать они со мной ничего не могли уж точно. А вот моя охрана уволена за халатность в выполнении служебных обязанностей! — Что такого они сделали, что ты не дал им второго шанса? – мужчина недоуменно приподнял бровь. — В общем... В номере... В номере меня чуть не задушили. А они даже этого не услышали. Он побледнел. — ЧТО? КТО ЭТО СДЕЛАЛ?! На лице друга читался шок. Казалось, он был готов лично разорвать глотки уволенным секьюрити! Было очень непривычно наблюдать подобные эмоции от заядлого бабника и тусовщика. Он что, за меня переживает? — Тише, тише... – зашипел я, поднеся палец к губам. – Я не хочу, чтобы об этом знал кто-то еще, кроме нас с тобой... — Прости, я не сдержался. Я не ожидал этого услышать. Он опустил глаза. — Проблема в том, что мое видение, этот призрак... Он... Он как бы материализовался. Понимаешь? В глазах Эдди отразилось недоумение. — Эм... Пока что нет. Я наклонился вперед, подозвав его к себе пальцем, и прошептал: — Этой ночью он был реален... Это он душил меня. Я знаю, это выглядит более чем странно, но на утро у входа в спальню лежала его перчатка, а на ламинате красовались следы грязных ботинок... Я не знаю, как это возможно, но я чувствовал и видел его. Это факт! По лицу Мёрфи было понятно: его терзали сомнения. — И это лишь полбеды. – продолжил я, заглянув ему в глаза. – В последнее время я всё чаще страдаю провалами в памяти. Он нахмурил брови. — Что ты имеешь в виду? — Там, в Монако, я... – я замялся, соображая, как полегче приподнести информацию Эдди, – Вечером ко мне в номер приходила дочь Князя, Принцесса Стефания. И на утро всё выглядело так, будто мы с ней... Ну, ты понимаешь... Но... — Но... Что? — Но я ничего не помню. Совсем. Мои воспоминания обрываются на моменте её приставаний, и после одна чернота. Будто меня ударили по голове и вырубили. Я не знаю! Он иронично усмехнулся. — Или ты просто опять напился до беспамятства. Я разозлился, толкнув Эдди в плечо и нахмурившись: — Я почти не пил в тот вечер! Всего два-три бокала вина! Мужчина продолжал язвительно шутит: — Думаю, тебе хватило и этого. Взбесившись, я поставил стакан на столик и поднялся на ноги, быстрым шагом направившись к лестнице, ведущей на второй этаж. — Эй, да тихо ты! – он схватил меня за руку, не давая уйти. – Сядь! Я сел рядом с ним на диван, раздраженно выдохнув. Ну почему он не слушал меня?! — Успокойся, Майки. – Мёрфи посмотрел мне в глаза, начав шептать. — Пока тебя не было, я разговаривал с одним знакомым специалистом... В общем, провалы в памяти могут происходить от мучающего тебя расстройства личности. Смекаешь? — Ну прекрасно, ты меня еще и чокнутым считаешь! — Да уймись ты, не считаю я тебя психом! – он разозлился, но смог сдержать ярость. – Просто других правдоподобных вариантов на объяснение твоих "провалов" в памяти я не вижу. Если, конечно, эта принцесса не опоила тебя чем-то, вроде снотворного! Я отрицательно помотал головой, вперив взгляд в одну точку: — Да нет, ну что ты... Зачем ей это?! Она бы могла ограбить меня или стащить важные бумаги, но всё было на месте. Вероятнее всего, ты прав... Это действительно следствие появлений моих видений. Я выдохнул, опустив голову. — Расслабься, Майкл. – Эдди потряс меня за плечи, приободряющее улыбнувшись. – Твои видения сейчас успешно лечатся. Я договорюсь с врачом, если захочешь. Я устало закатил глаза, откинувшись на спинку дивана.

***

— И не делай вид, что между нами ничего не было, Майкл... От правды не убежишь. Нас тянет друг к другу. – шептала Стефания в трубку, лукаво улыбаясь. — Я бы предпочел не вспоминать об этом. – я вперил взгляд в пол, затаив дыхание. — Разве тебе не было хорошо? – в женском голосе прозвучали нотки обиды. — Стыдно признавать, но я ничего не помню. Совсем. — Считай, что ты только что обидел меня. Как можно ТАКОЕ не помнить?! Я откинулся на спинку дивана, с улыбкой прикрыв глаза. — Это к лучшему. Не люблю начинать знакомство с секса. Она захихикала. Я слышал, как она царапнула ногтями трубку. — И со многими ты с него начинал? Я решил сменить тему, не желая распространяться о своей частной жизни: — Когда ты прилетаешь? Твой отец звонил мне пару часов назад, предупредить, что пошлет тебя с бумагами ко мне. Девушка замолчала. Спустя секунду в динамике послышался усталый выдох. — А ты всё о работе... — Стефания, пойми, но ты не... Она перебила меня: — Завтра в девять утра вылет. К концу дня я буду у тебя. Не скучай, красавчик... По всей видимости, она поцеловала трубку, после чего отключилась. О Господи, ну зачем она свалилась на мою голову... Я с раздражением посмотрел на телефон, стиснув зубы от досады. Эта девушка совсем не привлекала меня. Симпатия, возникшая при первой нашей встрече, бесследно испарилась, как только я начал узнавать, что она за человек. Эгоистичная стерва, высокомерная сучка, всегда добивающаяся своего – она была не в моем вкусе. В ней не было ничего святого. Доброта, терпимость, дружелюбие – эти качества были ей чужды, зато лицемерием, двуличием и артистизмом она владела в совершенстве. Да, она была красивой. Даже очень. Черт подери, она была самой красивой девушкой из всех, с которыми я когда-либо был знаком! Но эта красота была дьявольской. И от таких женщин нужно держаться подальше. Мои размышления нарушила Дебби, тихо вошедшая в гостиную. — Ты готов? Я уже приготовила капельницу, тебе стоит раположиться поудобнее. Я поднял на нее взгляд, обернувшись. — Да, я готов, но, может, уйдем на второй этаж? Не хочу, чтобы кто-либо видел, как это происходит... Девушка кивнула. — Иди в свою спальню, сейчас я принесу всё необходимое. Встав с дивана, я быстро поднялся на второй этаж и, зайдя в комнату, посмотрел в окно. Мартовское солнце ярко светило на горизонте, пробуждая своим теплом ото сна планету; талая вода ручейками бежала по склонам ранчо, быстро стекая в озера, а земля была почти освобождена от снежного покрывала. Улыбнувшись, я потянулся и открыл форточку, вдохнув свежий запах весны. Настроение моментально улучшилось, а в жилах закипела кровь. Ко мне пришло вдохновение! Внезапно, меня вывела из транса медсестра, захлопнувшая за собой дверь. — Раздевайся, ставить будем. Надув губы, я обернулся к Роу: — Не люблю, когда ты резко выдергиваешь меня из мыслей. — Не люблю, когда ты не делишься этими мыслями со мной. – она показала мне язык, чуть улыбнувшись. Я захихикал. Расстегнув пуговицы рыжей рубашки, я снял ее с себя и повесил на стул, после чего положил рядом с ней шляпу и поудобнее лег на кровать, оставшись в одной белой майке и брюках. — Зажмурься или отвернись. Бережно взяв мою руку, Дебби с силой перетянута ее жгутом, после чего протерла местонахождение центральной вены спиртом. Я закрыл глаза рукой, пытаясь не наблюдать за этим процессом. — Будет больно? — Как обычно. Она ловко ввела иголку и накрыла место прокола ватой, тут же сняв жгут. — Люблю тебя за то, что ты делаешь это совсем безболезненно. – я чуть улыбнулся, открыв глаза и посмотрев в потолок. Девушка усмехнулась и села в кресло, находящееся сбоку от моей постели. — Расскажи, как твои дела. – я посмотрел на нее, чуть приподняв бровь. — У меня все нормально, Майкл. Спасибо. – Дебби пожала плечами, сконфуженно улыбнувшись. – Расскажи, как ты? Я мельком слышала твой разговор, и... Я закатил глаза, устало вздохнув. — Не думай, я не подслушивала! Просто попала на последние фразы, случайно. И ты был какой-то раздраженный в ответах этому человеку... — Одна особа не дает мне покоя уже третий месяц. – я недовольно клацнул языком, разглядывая люстру. Дебби заинтригованно округлила глаза, чуть подавшись вперед и сев на самый край кресла: — Оу, и кто она? Что вас связывает? — Нас связывает одноразовый секс и ее постоянные звонки мне, попытки привлечь мое внимание и привязать к себе. Она меня им провоцирует! А я этого даже не помню. Понимаешь? – я с мольбой посмотрел в глаза медсестры, в надежде, что хоть она поймет меня в этом. — Что не помнишь? Ее звонки? – она непонимающе приподняла бровь. — Да нет же! – воскликнул я, ударив ладонью по кровати. – Секс! Роу захихикала. — Ты что, был настолько пьян? — И ты туда же... – я разочарованно закрыл лицо рукой, устало выдохнув. — Прости, – она пожала плечами, – просто это выглядит очень странно. — Сам знаю. — И что ты собираешься с этим делать? — Отвязаться от нее, конечно же! Это та девушка, которой я не могу доверять. Эта девушка плохая. Я чувствую, что она опасна. — Желаю тебе в этом деле удачи. Если она и правда такая, какой ты ее описал, отвязаться от нее будет задачей не из легких. Внезапно меня осенило: — Деб, бери ручку! Я уже вижу в голове текст песни! Она поспешно схватила первый попавшийся листок и карандаш, приготовившись записывать. — The way she came into the place, I knew right then and there was something different about this girl... The way she moved, her hair, her face, her lines... Divinity in motion... Неожиданно в дверь постучали. — Мистер Джексон? Тут... — Войдите. В спальню вошел Билл, один из приближённых ко мне секьюрити. Его вид был крайне взволнованным, а в руках находился какой-то пакет. — Мистер Джексон, тут... В общем... Они требуют за это два миллиона. Я недоуменно выгнул бровь, пытаясь понять, что он имеет в виду. — Что? Какие два миллиона? За что?! — Шантажисты... Работники отеля в Монако. Они требуют два миллиона за оригинальный диск с записями камер слежения из вашего номера. Я моментально побледнел. Дебби тут же кинулась ко мне и, встав на колени возле кровати, проверила иглу и посмотрела мне в глаза: — Майкл, ты в порядке?... Из меня опять решили сделать деньги. Господи, ну почему всем от меня нужно только одно?! Посмотрев в потолок, я процедил сквозь зубы: — Дай им то, что они просят. И сам лично проверь все их архивы, чтобы не было ни единого упоминания обо мне! Уничтожь все подчистую. И этот диск тоже. Ты понял? Мужчина кивнул. — Иди. Доложишь мне, чем всё это закончилось. Сию секунду телохранитель покинул мою спальню, отправившись выполнять приказ. Я повернул голову на бок, посмотрев Дебби в глаза: — Скажи, ну почему от меня им всем нужны только деньги?... В мире миллионы людей, а пристают все именно ко мне! Журналисты, шантажисты, женщины! Я будто медом намазан! Из моих глаз хлынули слезы жалости и отчаяния. Ну почему они все используют меня? Почему?! Медсестра ласково вытерла слезы с моего лица салфеткой. — Когда ты чего-то стоишь, все пытаются поиметь тебя. Ты ведь и сам это понимаешь... Ты – лакомый кусок, и каждый норовит оторвать от тебя хоть малую часть. — Я не хочу, чтобы так было. Она посмотрела мне в глаза, тяжело вздохнув. — Просто смирись. Этого не изменишь...