«Безумный Джеко»

Проснувшись, я потянулся и сладко зевнул, не открывая глаз. Вокруг что-то нудно гудело-жужжало, до моего сознание доносились глухие мужские и женские голоса, что-то шепотом обсуждающие. Всё тело ломило и болело, шея затекла и, кажется, отнялась левая нога. Нахмурившись, я нехотя открыл глаза и тут же вытаращился, подпрыгнув на месте: я был в салоне первого класса самолета! Что, мать вашу, здесь происходит?! Я с загруженным видом огляделся по сторонам, пытаясь понять, что случилось, и что я здесь, в конце концов, делаю. Я сидел в кожаном кресле возле иллюминатора, рядом со мной лежал маленький черный кейс. Весь бизнес-класс был полностью пуст. Ни души. А где охрана? У меня пересохло горло, а сознание немного плыло. Неожиданно моя голова напомнила о себе: сдавило виски. Я прикрыл глаза, зажмурившись от пронзительной боли. — Да уж, вот так доброе утро, Майкл... – с упреком прошипел я сам себе, пытаясь вспомнить, каким образом я сюда попал и куда держу путь. Трубы горели. Мне срочно нужна была вода, в количестве пары-тройки миллионов литров. — Мистер Джексон? Вы уже проснулись? – с другого конца самолета ко мне спешила молоденькая стюардесса. Она явно нервничала. Я кивнул, судорожно сглотнув. — Завтрак? – с улыбкой спросила она, взволнованно теребя край пиджака голубого цвета. — Да, но мне бы сначала... – положив руку на горло, прошептал я. – Мне бы водички... Кивнув, она тут же унеслась в пищевой отсек. Что это было? Я оглядел себя. Черный камзол, расшитый золотом, был расстегнут, обнажая черную шелковую рубашку, что была надета под ним. Кудрявые волосы были собраны сзади в хвост, лишь несколько прядей небрежно обрамляли по бокам лицо. Строгие брюки со стрелками, белые носки, черные туфли... Мой взгляд упал на кейс. Что в нем? Почему он здесь? Опасливо оглянувшись, я взял чемоданчик в руки и, поставив на колени, открыл его. Внутри черного кейса лежали какие-то бумаги, пара пачек наличных, бутылка элитного рома и видеокамера. Та самая, на которую Эдди записал всё, что творилось у меня дома в ночь с 31 декабря на 1 января. Почесав затылок, я только хотел достать камеру, как, вдруг меня окликнула стюардесса: — Овсяный пудинг, глазунья и апельсиновый сок, Сэр! Я тут же захлопнул чемоданчик, отставив его в сторону. Она протянула мне поднос с едой. — Приятного аппетита, Господин Джексон. И вот ваша вода. – она подала мне бутылку минеральной воды, и, улыбнувшись, скрылась из вида. Схватив бутылку, я тут же открыл ее и осушил, облегченно выдохнув. Поставив на колени поднос, я приступил к трапезе. — Мистер Джексон? Всё в порядке? – неожиданно меня окликнул начальник охраны, вышедший ко мне из салона эконом-класса. — Ох, как ты вовремя! – выдохнул я, жестом позвав его к себе, – Садись! Мужчина присел на место, находящееся передо мной, и посмотрел мне в глаза, пытаясь понять, чего я от него хочу. — Куда мы летим? — В Монако, Сэр. В МОНАКО?! — Зачем?? – я непонимающе посмотрел мужчине в глаза, приподняв брови. — Ну, как же... – он растерялся, рассеянно посмотрев по сторонам. – Алистер сказал, что сегодня вечером вас будет ждать Князь Ренье III, а Господин Мёрфи помог собрать вас и запихнуть сюда, в самолет... Вы были очень уставшим, спали... Я подумал, что лучше будет вас разбудить по прибытию... В его глазах читался страх. Он боялся, что, сделав всё без моей воли, влетит в неприятности и будет уволен. Я нахмурился, шумно выдохнув: — Да, я помню. – с честным видом врал я, – Прикажите подать кортеж по прилету. На самом же деле, я не помнил ни-хре-на. В эти праздники я пил как никогда раньше, аж до беспамятства, что было на меня не похоже, и творил то, чего на светлую голову не сделал бы никогда. Мне до сих пор стыдно. Особенно перед Мёрфи. Даже он был трезв в это время, а я... Неожиданно я вспомнил о камере. Интересно, что там на этот раз? Я потянулся к кейсу и тут же остановил себя, затаив дыхание. Нет, не здесь. Здесь слишком много лишних ушей. Прикрыв глаза, я откинулся на спинку кресла и стал дремать, ожидая посадки. — Мистер Джексон! – воскликнул Ренье, с улыбкой разведя руки в стороны, – Как я рад Вас видеть! Я спустился по трапу самолета и тут же попал в объятия Монаканского Князя, так и норовившего как можно сильнее прижать меня к себе. Легонько похлопав его по плечу, я улыбнулся, оглядевшись кругом: по всему периметру взлетной полосы были толпы моих фанатов, громко скандировавших мое имя. Полиция и железный забор ограждали их от места моего выхода, но многие пытались преодолеть эти баррикады. Помахав им рукой, я быстро прошел к огромному черному лимузину и сел внутрь. Спустя минуту ко мне присоединился Князь. — Я так рад встречи с Вами! – причитал он, вне себя от радости, – Я и не думал, что мое предложение заинтересует Вас! — Думаю, мы сможем обсудить дела завтра, за ужином. – попытался утихомирить его я, слегка улыбнувшись. – Сегодня я очень устал. Вы не возражаете? — Нет, конечно, конечно, отдыхайте... Вас отвезут в лучший отель... — Большое спасибо. Я надел очки и закрыл глаза, ожидая прибытия в отель. Этот мужчина меня утомил. Прибыв в отель, я быстро принял душ и переоделся в пижаму, решив никуда сегодня более не выходить. Сев на мягкий, цвета бордо, диванчик, я поставил кейс перед собой на стеклянный журнальный столик и шумно выдохнул. Я уже начал припоминать, что за дело, встреча, кому, зачем... Но пока рассеянно. Помню, как наспех одевался и красился под дикий хохот Мёрфи, как мы пили, как... Неожиданно я задумался о своих отношениях с Эдди. О их ценности, надобности, в глобальном смысле этих слов. Если честно, я не понимал никогда, кто мы друг другу. У него есть девушка и дети, море любовниц, он – "альфа-самец стандартный" по подвиду мужчин. У меня же есть только он и Дебби. Ну, еще Лиза, Таня, Диана, Брук... Ох черт, да у меня ведь женщин не меньше, чем у него! Я покраснел от собственных рассуждений. Выходит, я что, такой же альфач, как он? Да не, быть такого не может... Но мой внутренний диалог с самом собой всё не унимался. — Ну и? Сколько телок ты планово трахаешь на данный момент, Майки? – настойчиво спрашивал меня внутренний голос. — Только Дебби! – уверенный в своей правоте возразил я, чуть задрав нос к небу. — Да что ты! – надсмехалась на до мной моя совесть, – А сколько одноразовых интрижек у тебя было за последние несколько месяцев?! Напомнить? — Так, Майкл Джо Джексон, заткнись и прекрати разговаривать с самим собой. – осадил я себя, поджав губы. – Еще шизофрении тебе не хватало! Что-то побурчав, моя совесть заткнулась, начав точить очередную пилу, дабы закончить пытку. Я снова вернулся к размышлениям о моих отношениях с Эдди Мёрфи. Да, я действительно не знал, кем друг другу мы являемся. И даже не мог предположить. Он постоянно кичился:"Я твой друг! Я твой лучший друг!..." Да, на деле это действительно было так. Он был моим лучшим другом. Человеком, которому я мог доверить чуть больше, чем остальным, и быть уверенным, что никто ничего не узнает. Он был тем, кто прилетит ко мне посреди ночи при первом же зове или привезет банку мороженого, когда мне грустно и одиноко. Он понимал меня во многом, но с еще большим просто смирялся. Он терпел меня. Терпел мои выходки, упреки, обиды... Мы были так близки друг другу, что одновременно находились на разных полюсах. Мы дружили, но при этом постоянно закатывали друг другу сцены ревности. Мы были друзьями, но при первой же возможности делили постель на двоих. Нас связывала крепкая дружба, но помимо нее было что-то еще. Разве я стал бы рисковать репутацией, не значь это ничего для меня? Ревновал бы я его, если бы был уверен в том, что он для меня – просто "друг"? Я не знал, как объяснить то, что я чувствовал к нему, а он, вероятнее всего, ко мне. Насколько я был честен с ним и самим собой, сказав ему год назад о том, что люблю его? Готов ли я к тому, что наша связь может оборваться в любой момент и больше никогда не восстановиться? Мое сознание протестовало каждый раз, как я притрагивался к нему или думал об этом, оно гнобило меня так сильно, как никогда прежде. Навязанные верой догмы не давали мне спокойно жить, время от времени я порицал себя за эту запретную связь и клялся, что всё оборву, потому что это от лукавого. Но каждый раз я снова и снова обманывал самого себя. Наступая на горло своей вере, я бежал к нему навстречу, сверкая пятками, ради нескольких минут настоящего счастья. Чувствовал ли я себя счастливым рядом с ним? Определенно да. Так разве важно, какого пола человек, если тебе с ним хорошо?.. Мораль, вселённая мне в душу матерью, не давала покоя. Всё это было неправильно. Даже если мне было чертовски хорошо рядом с ним. В этот момент я решил заморозить порочные связи с Мёрфи на некоторое время, оставив только нашу дружбу. То же самое касалось близких отношений с женщинами. Я слишком сильно верю в Бога, Он наверняка порицает меня за мои слабости. Я должен быть сильным. Сильнее, чем кто-либо другой. Я ведь обходился раньше без этого на протяжении долгого времени. Разве я не смогу сделать это сейчас? Я открыл кейс и достал оттуда видеокамеру. — Нет, этого не должно быть... Выдохнув, я удалил все имеющиеся на ней видеозаписи и убрал ее обратно в чемоданчик, тут же закрыв его. С темным прошлым было покончено. Поднявшись на ноги, я прошел из гостиной в спальню и лег на кровать, вперив глаза в потолок. Мне нужно было поспать, я нуждался в отдыхе. Но за окном, как назло, во всё горло орали фанаты, требуя уделить им хоть немного моего внимания. Взяв подушку, я вытащил из сумки фломастер и написал им краткое послание:"Я люблю вас всех, каждого из вас. Но мне необходим отдых, я должен спать. Поймите, пожалуйста. Целую, Майкл". Подойдя к балкону, я скинул подушку вниз и снова удалился внутрь спальни, плотно закрыв балконную дверь. Теперь я мог спокойно отдохнуть. Проснувшись, я первым делом посмотрел на часы - 11:45. Потерев глаза, я сел по-турецки на кровати и окликнул одного из охранников: — Джон! Мужчина тут же зашел ко мне в спальню. — Да, Мистер Джексон? — Прикажи подать машину и узнай, есть ли здесь парк развлечений и музеи. Я хочу посмотреть город. — Будет сделано, Сэр. Я сидел в полностью арендованном элитном ресторане Монако, в компании Князя Ренье III и моего юриста, а также его личного консультанта и жены. Ренье с женой, консультантом и юристом ужинали, лишь я один сидел, отставив тарелку, и скучающе глядел по сторонам сквозь солнечные очки. — Так вот, я подумал, что было бы неплохо... Только он начал говорить, как в пустой ресторан через стеклянные двери вошла незнакомая девушка и направилась прямиком к нам. Я насторожился, опасливо глянув в ее сторону. Кто она? — Прощу прощения за опоздание, – с улыбкой сказала она, сев рядом с Князем, – пробки. Вы уже начали? — Ох, Стефания, детка, – залепетал мужчина, сразу же оживившись. – ты опаздывала, я не стал ждать. Вот, плзнакомься, это мой старинный друг, Господин Джексон... Он жестом указал на меня, растянувшись в широкой улыбке. Я кивнул и почтительно улыбнулся одними уголками губ. — Майкл, – он обратился ко мне, после переведя взгляд на незнакомку. – рад представить тебе мою дочь, Принцессу Стефанию. Надеюсь, что вы подружитесь. Девушка смотрела на меня таким серьезным и пронзительным взглядом, что, казалось, будто она возненавидела меня с первых секунд знакомства. Решив исправить неловкую ситуацию, я улыбнулся, вкрадчиво ответив: — Рад знакомству с Вами, Принцесса. — Можно просто – Стефи. – она чуть улыбнулась, пытаясь рассмотреть мои глаза сквозь зеркальные очки. – А Вы, это тот, который "Dirty Diana, no..."? Она напела пару строк из припева моей песни, прищелкивая пальцами. Захихикав, я кивнул. — Да, именно этот. Мы всем столом рассмеялись. — Так, на чем мы остановились? Ах, вот... – продолжил свою демагогию Княже, начав усиленно что-то мне объяснять. Но я ничего не слушал. Мой взгляд был прикован к новой знакомой, с первых секунд зарекомендовавшей себя стальной женщиной. Её голубые глаза украдкой разглядывали меня, это сложно было не заметить. Она сидела, скрестив руки на груди и делала вид, что внимательно слушала отца, то и дело посматривая в мою сторону. Русые волосы до плеч были слегка завиты, а платье цвета мокрого асфальта приятно очерчивало все изгибы женского тела, придавая этой девушке дерзкий и одновременно холодный образ. Она смотрела на меня, разглядывая черты лица, волосы, черный кожаный пиджак и разного рода примочки на нем, то и дело поджимая губы. Я сидел, сложив руки на стол, и искренне делал вид, что вникаю в суть того, чего этот сморчок от меня хочет. Неожиданно он вывел меня собственных дум: — Так что Вы думаете по этому поводу, Мистер Джексон? —Э-эм... – замялся я, вспоминая свои дежурные фразы на подобные случаи, – Я должен посоветоваться со своим юристом... Вы не против? — Ах, да, конечно! Вот бумаги! Он отдал мне пачку договоров и сложил руки замком, ожидая моего решения. Поднявшись на ноги, я отвел юриста в сторону и тихо прошептал: — Проверь здесь всё. Если это нам выгодно и процент пойдет на помощь детским фондам – соглашайся. Я в этом не хочу участвовать. Мужчина кивнул, вернувшись за стол. — Мистер Джексон дал свое согласие на подписание договора. Я являюсь его доверенным лицом. Мужчины начали что-то подписывать, я же тем временем направился к выходу. Вдруг, меня окликнул женский голос: — Прошу прощения, Мистер Джексон!... Это была Стефания. Она быстрым шагом подошла ко мне и протянула в руки шляпу, иронично улыбнувшись. — Вы забыли... — О, точно. – взяв федору, я тут же надел ее и смущенно отвел взгляд. – Большое спасибо... Я немного рассеян сегодня. — Это видно. Еще раз улыбнувшись, она развернулась и ушла на свое место, присев рядом с отцом. Я покинул ресторан, отправившись обратно в гостиницу. — Джон! – крикнул я охраннику, застегивая красную шелковую пижаму. — Да, Мистер Джексон? – мужчина приоткрыл дверь, просунув внутрь моей спальни голову. — Займите соседнюю спальню сегодня. Я хочу, чтобы вы отдохнули. — Да... – он чуть покраснел, смущенно ответив, – Спасибо. — Если что, я позову. Отпустив охрану на отдых, я лег в постель и закрыл глаза, моментально проваливалившись в дрему после трудового дня. Вы никогда не задумывалась о том, что у человеческих страхов есть реальная почва?... Поздний вечер. Мама на кухне моет посуду, Тито и Джеки играют в настольный футбол, а папа с Джермейном, Джанет и Ребби смотрят по телевизору новости. Неожиданно во входную дверь стучат… Я иду открывать. Подхожу к двери и слышу оттуда тихий, но до жути пронзительный шепот: — Открывай... Руки трясутся, становится так страшно… Шепот продолжается: «Ну же, открывай… Смелее… Я все равно войду… Давай, открывай… Открывай»… Бегу к маме, дергаю за рукав. Кэтрин нехотя подходит к двери, но не слышит ни стука, ни шепота. Разворачивается и уходит заниматься своими делами дальше, а я вновь остаюсь у двери… Разворачиваюсь уходить — стук. Шепот: — Видишь? Открывай... Открывай… Убегаю в свою комнату, закрываюсь изнутри. Сижу до темноты. Ночью, просыпаюсь от тихого скрежета в оконное стекло. Живу на втором этаже, без балкона… Приподнимаюсь на кровати и вижу тонкий длинный палец, который тихо скребет ногтем в окно. Слышу шепот: — Открывай… Я в холодном поту вскочил с кровати, приняв сидячее положение и боязливо оглядевшись по сторонам. Всего лишь страшный сон... Я облегченно выдохнул, снова ложась на подушку. Стоило мне прикрыть глаза, как, вдруг, раздался глухой стук в дверь. Я насторожился и, нахмурив брови, посмотрел на дверь: — Джон, Билл? Это вы?.. Ответа не последовало. Я затаил дыхание, покрывшись мурашками. Стук продолжался. — Кто здесь?... – шепотом спросил я, смотря прямо на дверь. — Давно не виделись, Безумный Джеко... Я сразу же узнал этот зловещий шепот, пробивающий меня до мозга костей. Это был ОН. Шляпник...

***

Я зажмурился, после чего нехотя открыл глаза. Меня слепило январское солнце, что без доли стеснения проникало в спальню сквозь частично зашторенные окна и светило прямо мне в глаза. Потянувшись, я убрал с лица пару прядей растрепанных волос и облизнул губы, оглядевшись по сторонам. Что произошло этой ночью? Неужели это - всего лишь сон?... Золотые обои, украшенные бордово-красным кружевом, создавали в комнате ореол кровавой таинственности, а темно-каштанового цвета антикварная мебель, сделанная конца 18, начала 19 века, завершала эту устрашающую композицию, так и манящую к себе своим мистицизмом и дороговизной. Приняв сидячее положение, я закрыл лицо руками и протер глаза. Интересно, который час? Открыв глаза, я оглядел комнату и пришел в ужас: на каштановом ламинате виднелись следы от грязных ботинок, а возле двери лежала черная кожаная перчатка. В голове сразу же всплыли воспоминания ночного происшествия, заставив всё мое тело ходить ходуном от страха. — Давно не виделись, Безумный Джеко... Я побледнел от ужаса, как только услышал этот режущий уши шепот, что из раза в раз пробирал меня до мозга костей. Золотая дверная ручка медленно повернулась, и дверь в спальню с тихим скрипом отворилась. В дверном косяке стоял ОН. Всё та же высокая шляпа, черное месиво вместо лица, горящие желтым глаза, черный кожаный плащ и перчатки, трость. Это видение не меняло облика, когда бы не приходило ко мне, и пугало меня своим видом до чертиков, воплощая в себе все мои детские фантазии и страхи. Попятившись, я вжался в спинку кровати и округлил глаза, полные ужаса, вытаращившись на него: — Нет, пожалуйста... Прошу, не надо... – молил его я, утирая рукавом пижамы слезы. Он медленным шагом направлялся прямо ко мне, постукивая набойками о ламинат и держа в одной руке удавку, а второй опираясь на клюку. Клянусь, я видел мимолетно проскользнувшую на его лице устрашающую улыбку, что в ярком свете луны казалась еще более белоснежной и зловещей, чем при свете ночников у меня дома! Сверкнув своими золотыми глазами, он бросил трость на пол и навис прямо на до мной, зажав своей рукой мне рот так быстро и крепко, что я даже не успел закричать. Не прошло и секунды, как Шляпник начал душить меня свободной рукой, параллельно пытаясь перекрыть мне носовое дыхание... Я начал наотмашь отбиваться, пытаясь отогнать этого психа от себя, и пытался кричать, но всё было бесполезно!... Он был в сотни раз сильнее меня... Спустя минуту интенсивной борьбы я отключился, израсходовав последние запасы кислорода в собственных легких. — Это не сон... – прошептал я сам себе, тут же обхватив свою шею руками и проверив, всё ли с ней в порядке. – ДЖОН!!! Я крикнул имя одного из своих охранников и уставился в одну точку на полу, пытаясь успокоить бушующий во мне страх. Мужчина тут же вбежал в спальню, обеспокоенно оглядевшись по сторонам: — Что-то случилось, Мистер Джексон?? – он немного опешил от моего крика. Не поднимая взгляда, я пальцем указал на то место, где были следы от ботинок, и на перчатку. Он округлил глаза, непонимающе посмотрев на меня. — Откуда это... — ВОТ ИМЕННО! – я сорвался на крик, буквально переходящий в визг, – ОТКУДА ЭТО ВЗЯЛОСЬ ЗДЕСЬ?! Я ТЕБЯ ОБ ЭТОМ ХОЧУ СПРОСИТЬ!!! Меня распирала злоба. Я думал, что оторву ему голову прямо здесь и сейчас! Секьюрити виновато опустил глаза, затаив дыхание. Ему нечего было мне возразить. — МЕНЯ ЧУТЬ НЕ ЗАДУШИЛИ ЭТОЙ НОЧЬЮ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ, УБЛЮДОК?! Я БЫЛ ПОЧТИ МЕРТВ, А ВЫ ДАЖЕ НИЧЕГО НЕ УСЛЫШАЛИ!!! Он обескураженно посмотрел на меня, открыв от удивления рот. Уж чего, чего, а этого он явно не ожидал... — Уволены. – тихо сказал я, разъяренно выдохнув. – Все вы уволены. — Но мы не... – он попытался возразить мне и оправдаться, жалостливо глядя в глаза. — И те, кто были на внешней охране. Вы ВСЕ уволены. Чтобы я никогда и никого из вас не видел больше. ПРОВАЛИВАЙ! Схватив подушку, я кинул в него её и плотно сжал челюсти, давя в себе ненависть. Теперь я был в Монако совсем один. Без единого телохранителя. Негодующе облизнув губы, я встал на ноги и, подойдя к шкафу, достал оттуда пиджак. Вынув из кармана пейджер, я быстро набрал номер Князя Ренье III. Послышались протяжные гудки. — Ох, Доброе утро, Господин Джексон! – в динамике зазвучал веселый мужской голос. Кажется, он был рад меня слышать. — Здравствуйте, Мистер Ренье... – мой голос был тихим и вкрадчивым, будто я сговаривался с ним о поставке наркотиков. – У меня к Вам будет одна маленькая просьба... — Какая же? Я весь во внимании! — Ммм... Не могли бы вы одолжить мне на время с десяток своих людей? Я просто остался совсем без телохранителей... А мне без них даже до машины не дойти, разорвут... Он обеспокоенно выдохнул: — У Вас всё в порядке?? Куда делись ваши наёмники? Да, конечно же, я пошлю к вам нескольких, без вопросов. Они прибудут в течение получаса. — Были уволены за невыполнение служебных обязательств. – констатировал я, на несколько секунд замолкнув. – И... И пожалуйста... Пошлите тех, кому Вы доверяете. Сами понимаете, сколько сейчас вокруг дилетантов... — Да, конечно. Они скоро будут у Вас. — Спасибо. Я отключился. Спустя полчаса в дверь номера постучали. — Мистер Джексон? Это Стефания, откройте... Я с поручением от отца. – снаружи послышался голос моей новой знакомой. Поправив белую рубашку и галстук, я отворил двери и приветливо улыбнулся. В гостиную тут же, стуча каблуками ботфорт, вошла Принцесса и огляделась по сторонам. Следом за ней проследовало двенадцать мужчин, разных рас, телосложений и роста. Оказавшись в комнате, они выстроились передо мной в шеренгу, как один посмотрев на меня. Поправив кудрявые волосы, что сегодня были уже блондинистыми, девушка улыбнулась, скрестив руки на груди: — Папа просил передать, что теперь они в вашем распоряжении. Отпустите, когда перестанут быть нужными. Черные джинсы и темно-серая теплая водолазка с широким воротником, кожаные ботфорты и кудри - сегодня она выглядела еще более дикой и горячей, чем вчера. Настоящая стерва! Наши глаза встретились. Она едва заметно ухмыльнулась, переступив с ноги на ногу. В её ледяном взгляде во всю играли бесята, так и маня в свой голубой омут. Черт подери, да она со мной заигрывала! Смущенно улыбнувшись, я опустил глаза и завел руки за спину, словно ребенок. — Передайте отцу от меня большое спасибо... Теперь я его должник. — Да, конечно. Развернувшись, девушка направилась на выход и, остановившись у двери в пол оборота ко мне, обворожительно улыбнулась: — До встречи, Мистер Джексон. — До свидания, Принцесса... Она хлопнула дверью. Переведя дыхание, я поднял взгляд на новую охрану и тут же посерьезнел, отдав первый приказ: — Проверьте здесь всё на жучки и пригласите горничную. Двое остаются возле дверей моей спальни, четверо в гостиной. Следующая четверка занимает свое место возле входа в номер, а оставшаяся пара дежурит на входе в отель. Всё ясно? — Да, Сэр. – они хором ответили на мой приказ и разошлись по постам. Усмехнувшись, я прошел в спальню и прикрыл за собой дверь. Взяв пейджер, я набрал номер Тедди Райли. — Алло, Тед? – не дожидаясь его ответа, начал я, – У меня есть идея для песни.

***

Торжественный прием по поводу заключенной между мной и Монаканским Князем Ренье III был назначен на 7 января 1991 года. Ровно в 19:00 огромный зал ресторана, находящего в отеле, где я остановился, был забит до отказа всякими чиновниками и их семьями, которые, как оказалось, принимали непосредственное участие в наших с главой государства делах. Я стоял, одетый в черный, расшитый золотом фрак, возле окна и смотрел в даль, мысленно находясь очень далеко от сего мероприятия. Мыслями я уже давно был дома, в Неверленде. Еще пара дней, и я наконец-то уеду... Я чуть улыбнулся от приятных мыслей об отъезде. Неожиданно я краем глаза заметил, что почти все мужчины перевели взгляды в сторону входа в банкетный зал. Не удержавшись от любопытства, я повернулся в пол оборота и посмотрел на вход, тут же обескураженно выдохнув. В зал вошла Принцесса Стефания. Кроваво-красное платье в пол, что сверкало на свету так ярко, будто было усыпано тысячами мелких бриллиантов, красные длинные перчатки, обнаженные плечи, большие блондинистые локоны и помада под цвет платья - всё это выглядело так вызывающе и дерзко, что любую другую девушку этот образ бы сделал дешевкой и опошлил, но только не её. Яркие цвета добавляли образу еще больше недоступности и холодности, показывая, что обладательницу такого характера голыми руками не возьмешь. Она шла по залу, виляя бедрами и стуча каблуками, словно тигрица, и смотрела прямо мне в глаза. Казалось, она бросала мне вызов: возьми меня, если осмелишься! Попытавшись скрыть восхищение, я широко улыбнулся и, заведя одну руку за спину, чуть поклонился пред ней, подобно принцу: — Рад Вас видеть, Принцесса. Усмехнувшись, она протянула мне руку. — Это взаимно, Джексон. Взяв ее ладонь в свою, я легонько поцеловал женскую ручку и посмотрел ей в глаза, плененный этой дьяволицей во плоти. Она посмотрела в окно, начав непринужденную беседу: — Скучаете по дому? Я кивнул, удивленно посмотрев на нее. — Как Вы узнали? — Вы слишком часто растерянно озираетесь по сторонам или в окно, Майкл. Вам скучно на подобного рода мероприятиях, как я понимаю. Позади нас слышался радостный гул обсуждений и тосты: гости во всю развлекались. Я поджал губы, отведя взгляд в сторону. — Когда вы уезжаете? – неожиданно спросила она, загадочно улыбнувшись. Я пожал плечами. — Точно еще неизвестно. Завтра, возможно, послезавтра... — Так скоро?? – она удивленно приподняла брови, явно не ожидая такого ответа. — Понимаете... – замялся я, смущенно потерев носком ботинка о пол, – Я сейчас работаю над новым альбомом и... И в скором времени планируется мировой тур... Мне нужно готовиться, а не развлекаться. Я и так потерял неделю, приехав сюда. Более затягивать свой "отпуск" я не могу... Она была разочарована. — Вот как... А я надеялась, что мы с Вами сможем узнать друг друга поближе. Вы кажитесь мне хорошим человеком. — Вы всегда можете приехать ко мне в гости, Принцесса. – я добро улыбнулся, доверительно посмотрев девушке в глаза. – Только, пожалуйста, предупредите об этом меня заранее, чтобы я не планировал никаких долгосрочных поездок на период вашего посещения. А то развлекать вас будет моя прислуга, а не я. Я захихикал, прикрыв рот рукой. Она же иронично улыбнулась. — Обещаете принять меня по высшему разряду? — Ничуть не хуже, чем меня принял ваш отец. — Тогда я непременно приеду. — А я буду ждать... Одарив меня обворожительной улыбкой, она направилась к отцу, который косился на нас с долей скепсиса. Неужели он не одобрял того, что мы подружились? Остаток вечера я провел в компании пары-тройки чиновников, за обсуждением благотворительных акций на ближайшие полгода. Когда прием был закончен, и почти все приглашенные разошлись, я наконец-то смог подняться к себе в номер и спокойно отдохнуть перед ожидающим меня многочасовым перелетом домой. Стоило мне только развязать галстук, как раздался стук в дверь. Я напрягся, затаив дыхание. Вся охрана была на ужине, я находился в номере совершенно один. Учитывая вчерашние события, меня сразу же взял мандраж. Выдохнув, я медленно подошел к двери: — Кто там?... – опасливо спросил я, оглянувшись по сторонам в поисках чего-нибудь потяжелее. Так, на всякий случай. — Открывай. Из-за двери послышался голос Стефании. Интересно, что ей от меня нужно посреди ночи? Я открыл дверь, впуская её в свой номер. — Не помешала? – она быстрым шагом прошла в гостиную, тут же присев на диван. — Нет, я... – я спрятал галстук в карман, с улыбкой пожав плечами. – я просто развязывал галстук. Ничего такого. Она саркастично усмехнулась. Несмотря на внешнее спокойствие, девушка выглядела очень нервной и взволнованной. Она то и дело едва заметно постукивала пальцами по подлокотнику софы или быстро рыскала взглядом вокруг, будто не могла найти себе места. Я присел рядом, заглянув ей в глаза. — Что привело Вас ко мне в столь поздний час? Всё в порядке? Она кивнула, вперив глаза в пол и в смятении поджав губы. Она сомневалась в том, что говорит, показывает. — Решила зайти просто так, узнать, как работают телохранители... Я видел, что она лгала мне. Выдохнув, я решил не давить на нее и слегка улыбнулся: — Они отменные ребята, спасибо... Профессионалы своего дела. — Мм. В комнате повисло напряженное молчание. Я видел, что её очень сильно что-то беспокоило. Но она молчала, видимо, боясь непонимания с моей стороны. Да и кем мы были друг другу, чтобы она мне доверяла? Я попытался преободрить её, ненавязчиво накрыв женскую ладонь сверху своей. — Я вижу, что тебя что-то беспокоит. Она посмотрела мне в глаза. Ее взгляд был полон смятения. Казалось, что от той стервы не осталось ровным счетом ничего, и рядом со мной сидит не монаканская принцесса, а простая дочка пекаря или мясника, с обычной жизнью и примитивными, обязательными для всех в этом мире проблемами. Но почему она пришла именно ко мне? Мы ведь почти незнакомы... Будто услышав мой мысленный вопрос, обращенный, скорее, к самому себе, она сказала: — Я увидела в тебе того, кто способен выслушать и сохранить в тайне всё, что он услышит. Я увидела в твоих глазах готовность помочь любому, кто нуждается в твоей помощи. И именно поэтому я здесь. – она вновь отвела взгляд. – У меня нет никого, с кем я могла бы просто поговорить или посоветоваться. У меня нет настоящих друзей или нормальной семьи. Понимаешь? Я одна. И я вижу в тебе такого же бесконечно одинокого человека, как я сама. Внутренне я обомлел от услышанного, но постарался не подать вида. Вздохнув, я закусил нижнюю губу и отвел взгляд, начав раздумывать над тем, насколько я могу доверять этой женщине. Уж слишком слащаво и неискренне вся эта ситуация выглядела со стороны, ярлык стервы, приклеенный к этой особе с первых секунд нашего знакомства, мешал мне здраво воспринимать происходящее и заставлял сомневаться в правдоподобности тех эмоций и чувств, что она в данный момент мне преподносила. Она была так убедительна, но я чувствовал, что не мог ей доверять. Эта девушка была плохой, эта девушка была опасной... Я поспешно убрал руку с её ладони и затаил дыхание, посмотрев куда-то вдаль. Неожиданно она закинула ногу на ногу, лукаво улыбнувшись: — Выпьем?