Школа нечисти

      Эрик уже несколько минут стоял перед дверью комнаты пятьсот тридцать пять и всё не решался постучать. После всего сталкиваться лицом к лицу с Камилем было очень неловко. Мысль сбежать обратно, в свою комнату казалась всё более привлекательной, и Эрику стоило больших усилий удержать себя на месте.       Он сам виноват и должен иметь мужество исправить ошибки. Вот только хорошим дипломатом он никогда не был, из-за чего всё крутился под дверью, не в силах подобрать правильные слова.       Для начала следовало определиться, для чего вообще Эрик здесь. Его привел порыв ненависти к себе и чувство вины. «Отлично, — рассуждал он. — Уже что-то». Сначала неплохо бы извиниться. И поблагодарить за спасение, в конце концов. Кто знает, что замышляли те верзилы-оборотни? Вряд ли хотели пригласить на чай.       Решено. Извиниться и поблагодарить. Всё просто.       Эрик сделал шаг по направлению к двери, но тут же остановился, вспомнив вечер в комнате отдыха и собственные слова. Чёрт, и как теперь смотреть Камилю в глаза?       Волна отчаяния, смешанного со стыдом, захлестнула Эрика. Захотелось удариться своей глупой нерешительной головой обо что-нибудь твёрдое. Этот маленький ритуал обычно помогал разложить мысли по полочкам. Но, наверное, со стороны это выглядело бы не совсем нормально, а чувствовать себя ещё более неловко Эрику не хотелось.       В какой-то миг он разозлился на самого себя. Да что с ним такое?! Стоит и трясётся, как младшеклассница перед кабинетом директора. Позорище.       И, подхлестываемый собственной злостью, он настойчиво постучал в дверь. Звук отразился от дерева и растворился в пространстве широкого коридора, прихватив с собой всю решимость Эрика.       В душе его зародилась надежда. Может, Камиля и нет вовсе? Ну, какова вероятность, что популярный старшекурсник будет торчать здесь, в то время как большая часть Академии расслабляется где-то на третьем этаже.       Эта мысль грела Эрика несколько секунд, ровно до тех пор, пока дверь не отворилась, являя его взору чуть растрепанного хозяина комнаты. Тот, завидев незваного гостя, удивленно распахнул нереально черные глаза.       — Дверью ошибся? — предположил он наиболее вероятный вариант.       — Если бы, — Эрик нервно улыбнулся, понимая, что в голове — пустота. Нужно было что-то сказать, но правильные слова всё не находились. Нужно было всё-таки продумать речь прежде, чем идти сюда.       — Пройдешь? — тактично предложил Камиль, видя, что продолжать гость не спешит.       Эрик кивнул и осторожно, соблюдая дистанцию, зашел внутрь.       Комната Камиля по размерам была приблизительно такой же, как и у него, но одноместная. Бледно-зеленые стены, на полу — ковер приятного хвойного оттенка. Стандартный шкаф, пара низких современных кресел, письменный стол и стулья. В углу — небольшой холодильник. Похоже, инкубы питаются и нормальной едой, а не только… Взгляд Эрика невольно метнулся в сторону шикарной двуспальной кровати, которая могла бы стоять в королевском номере. О том, сколько человек здесь побывало, даже думать не хотелось.       — Нравится? — раздался вкрадчивый голос над ухом.       Эрик испуганно отпрыгнул в сторону. И когда инкуб успел подобраться так близко?       Камиль сложил руки на груди, принимая серьезный вид.       — Так зачем ты здесь?       Он не выглядел любопытным, скорее так, словно ничего хорошего от этого разговора не ожидал. Пожалуй, это было неудивительно, учитывая, чем заканчивались все их встречи. Эрик собрался духом. Надо быстро закончить и исчезнуть из этой комнаты раз и навсегда. Он заглянул в глаза напротив и, не отводя взгляда, произнес то, зачем пришёл:       — Извини за вчерашнее. Я…       — …всего лишь высказал то, что думаешь ты и ещё половина Академии? — закончил за него Камиль.       Растерявшийся Эрик на пару мгновений потерял дар речи.       — Нет, — не совсем уверенно возразил он. — Не в этом дело…       — У тебя не будет проблем, если ты боишься, что я пойду кому-то жаловаться. Если у тебя всё… — инкуб открыл перед Эриком дверь, и заканчиваться фразу не потребовалось.       «Мда, взаимопонимание у нас явно на нуле», — с холодной отстраненностью подумал вампир, чтобы уже в следующую секунду взбеситься от твердолобости Камиля. Не для того он полчаса торчал под дверью, чтобы его даже не выслушали. Рывком Эрик снова захлопнул дверь, словно и не замечая реакции опешившего от такой наглости хозяина комнаты.       — Да выслушай уже наконец! Я правда извиняюсь за свои слова — сморозил по глупости, с кем не бывает? Не знаю, что там с остальной половиной Академии, но я признаю, что ошибался. Ты далеко не просто так являешься тем, кто ты сейчас есть. Я понял. Правда понял.       Эрик замолчал и перевел дух, надеясь, что в этот раз будет услышан. Это было важно. Если бы он оставил всё, как есть, совесть мучила бы его до скончания веков. Да и вообще не любил он недопонимания, оставленные без внимания. Всегда есть опасность, что о них вспомнят в самый неподходящий момент.       Камиль после его слов выглядел совершенно растерянным. Он ничего не говорил и лишь смотрел на Эрика недоверчиво, будто пытаясь найти в его словах подвох.       С минуту оба просто стояли и не сводили друг с друга упрямых взглядов. Один не хотел доверять, другой — уходить, пока ему не поверят.       — Давно тебя обратили?       Внезапный вопрос застал Эрика врасплох. Не улавливая нити разговора, он чуть помедлил, прежде чем ответить:       — Около месяца назад.       По губам Камиля скользнула усмешка:       — Так вот в чем дело. Я и раньше не понимал, что у вас, людей, на уме.       — Но я-то больше не человек…       — Да, — инкуб с лукавой улыбкой слегка наклонился, и их лица оказались на одном уровне. — Проблема в том, что ты сам этого не осознаешь.       Эрик открыл было рот, чтобы возразить, но понял, что Камиль был прав. Говоря о нечисти, новообращенный вампир никогда не причислял себя к ее числу, смотрел на всё как будто бы со стороны. В то время как сам уже по уши увяз в этом новом мире. Вот только откуда это было известно Камилю?       — Ладно, — тот задумчиво выпрямился. — Инцидент исчерпан.       Эрик совсем по-мальчишески встрепенулся:       — Правда? Всё? Друзья?       Инкуб одарил его своей лукаво-обольстительной, только ему присущей усмешкой:       — Друзья?       Почему-то из его уст это звучало так, словно Эрик предлагал нечто неприличное. Но сильно он заморачиваться не стал — у Камиля при желании всё звучало как-то двусмысленно.       — Ну да.       — Друзья так друзья, — его усмешка стала шире, и Эрик медленно попятился к двери. Не нравилась она ему, как и хищный блеск глаз инкуба. Оставалось только надеяться, что он не возьмётся за старое.       — Тогда я пойду…       — Ага.       Эрик выскользнул за дверь и только тогда вдохнул полной грудью. Общение с Камилем его напрягало. Как будто по лезвию ножа ходишь. А еще его взгляд, от которого создается впечатление, что он знает о тебе больше, чем ты сам. С ним действительно очень сложно. Но теперь атмосфера хотя бы не была такой тяжелой. В итоге, вампир сделал то, что собирался, и камень свалился с его души. А дальше — будь что будет.       Он открыл дверь своей комнаты, и Рэй тут же подскочил на кровати:       — Живой? Долго ты.       Эрик усмехнулся, вспоминая, что ходил вокруг да около он дольше, чем разговаривал, и приготовился к долгому допросу.

***

      Эрик предполагал, что проблема исчерпана, и Камиль его больше не потревожит: общаться им было достаточно сложно, и любой адекватный человек постарался бы сократить возможности контакта до минимума. Инкуб человеком не был и адекватным, возможно, тоже. В этом Эрику пришлось убедиться, когда он шёл в буфет за свежей порцией крови себе и Рэю. Сам друг, как обычно, ушел после занятий к Эспри. Хотя особо счастливым назвать его было сложно, оставалось только надеяться, что эти двое помирились.       На плечо Эрика, приобнимая, опустилась чья-то рука, и он обернулся, уверенный в ошибке. Но нет. Лицо его удивленно вытянулось. Неужто всё начнется заново?       — Привет, друг, — Камиль ослепительно улыбнулся. В глазах его плясали смешинки.       Издевается?       Эрик убрал его руку со своего плеча, аккуратно, чтобы не нарваться на очередной конфликт, но беспрекословно, чтобы инкуб не вздумал повторить.       — Друзья так не делают, — твердо сказал он.       — Как «так»? — с самым наивным видом, на который был способен, спросил Камиль.       Ну точно издевается.       Эрик задумчиво нахмурился. А действительно, как? Все действия настолько осторожны и прозрачны, что и придраться так сразу не к чему. Дело в его взгляде, от которого становилось не по себе. В лукавой полуулыбке, блуждающей по его губам, из-за которой чувствуешь себя одураченным, независимо от ситуации. И, наверное, в самой энергетике инкуба… Он буквально излучал порочность, невероятным образом делающую его еще более притягательным. Она придавала его лицу то особое выражение, что сводило всех окружающих с ума.       Эрик носил амулет, защищающий его от магии инкубов, однако он был уверен, что сейчас Камиль не использует своей силы. Всё дело в нем самом, а чары — лишь вспомогательный элемент, ускоряющий и без того неотвратимый процесс.       Эрик не знал, откуда эта мысль появилась в его голове, но был точно уверен в своей правоте. Осознание разлилось по его телу смесью восхищения и страха. Это, без сомнения, были неповторимые создания, но как бы ему самому не попасться на их удочку. Опасно слишком часто находиться в компании инкуба, но что он мог сделать, если тот сам его находит?..       Тем не менее, Эрик впервые с момента обращения четко ощутил, что теперь принадлежит к совершенно новому, неизведанному миру. И, если раньше он познавал его лениво, руководствуясь лишь вопросами будущего выживания, то теперь в нем проснулся искренний интерес. Сколько новых рас с индивидуальными способностями открылось его взору… А ведь он и собственных возможностей практически не знал. Как можно было быть таким слепым?..       Эрик мысленно усмехнулся — странно, что он дошел до этого открытия весьма сомнительным способом: через скандал с инкубом.       Камиль помахал рукой перед его лицом:       — Ты всё ещё с нами? Я, конечно, понимаю, что я исключительно красив и всё такое, но выпадать из реальности посреди разговора как-то невежливо, — рассмеялся он.       Эрик вдруг осознал, что застыл посреди коридора и отсутствующим взглядом смотрит на объект своих размышлений.       — Прости, — он смущенно улыбнулся, и моментально пришёл в себя, как только заметил руку Камиля, снова тянущуюся к нему. — Я же говорил: без рук. Друзья друг друга не лапают.       — Разве? Мне казалось, друзья должны помогать друг другу.       Эрик подозрительно сощурился:       — И где связь?       — Ну, понимаешь… — улыбка, тронувшая губы Камиля, была настолько ангельской, что стало ясно одно: сказанное дальше Эрика не обрадует. — Мне нужна энергия, правильно? И обычно в категорию моих друзей входят те, кто готов мне её предоставить. Ты же сам предложил быть моим другом.       Щеки Эрика ярко запылали:       — Я не это предлагал! — воскликнул он так громко, что несколько проходящих мимо студентов любопытно обернулись. От этого факта стало ещё более стыдно, и он продолжил уже почти шёпотом. — Не хочу я быть таким другом. Переведи меня в другую категорию!       — О, хочешь быть особым другом?       Эрик думал, что краснее ему уже не стать, но томный голос инкуба сделал невозможное.       — Да ты… Нет! Я…       Глядя на его безумно смущенную рожицу, Камиль не выдержал и откровенно расхохотался. Эрик, поняв, что его снова дразнят, распушился, как кот после сушки.       — Просто… Просто вычеркни меня из всех списков твоих друзей, понял?! — снова слишком громко воскликнул он и, забыв, что собирался зайти в буфет, рванул в свою комнату.

***

      Спустя две недели Эрик чувствовал себя в Академии «Нордар» как дома. Его и самого удивляло, как за такое непродолжительное время можно полностью перестроиться на новый жизненный лад. Опаска по отношению к другим студентам вскоре прошла, и теперь основную часть свободного времени он проводил в комнатах отдыха. На самом деле, главным правилом выживания для него стало невмешательство в конфликты.       И, хотя Камиль так и не оставил его в покое, Эрик смирился с его мелкими подколами и неоднозначными намеками, когда понял, что заходить дальше никто не планирует. Как только вампир стал чаще выбираться в комнаты отдыха, ему, наконец, удалось встретиться с близнецами, Розмариэлем и Райэлем. И, в итоге, они, разбавив собой компанию, вытеснили всю напряженность от общения с Камилем.       Эрик часто проводил время с этой вечно веселящейся троицей, когда Рэй пропадал у Эспри. Хотя обычно троица, благодаря инкубу, разрасталась до бОльших размеров, и круг знакомых стремительно увеличивался.       Одной из таких ночей все четверо сидели в уютной комнате на третьем этаже в обществе еще пятерых второкурсников, один из которых без умолку травил какие-то байки. Эрик смеялся, даже не особо вслушиваясь в его речь — просто наслаждался приятной атмосферой. Всё разрушил громкий грохот с середины комнаты. Все, как по команде, повернулись на источник шума. Там, посреди бардака в виде перевернутого стола и стульев, стояли два парня. Один из них был высоким русоволосым парнем, хорошо сложенным, но явно теряющимся на фоне своего соперника — атлетической наружности оборотня. Лицо последнего было искажено гневом, и Эрик не хотел бы оказаться сейчас рядом с ним. Однако парень, стоящий напротив опасного зверя, похоже, так не считал. Его лица не было видно, но со спины он казался собранным, будто знает, что делает.       Розмариэль со скучающим выражением отвернулся.       — Опять они, — вздохнул он.       — Посмотрите направо, — с деланной серьезностью деловито произнес Райэль, — вы можете увидеть вервольфа и вампира в их естественной среде обитания.       С середины комнаты доносились обрывки ссоры, но Эрик постарался тоже не обращать на них внимания:       — Знаете их?       — Их весь наш курс знает, — скорчил недовольную гримасу Розмариэль. — Идеальный пример ненависти вампиров и оборотней. Грызутся с первого курса — весь мозг вынесли.       — Я бы не был так уверен, — Камиль облокотился о стол, подпирая щеку кулаком.       — Ты сейчас о чем?       Инкуб загадочно улыбнулся:       — Об их ненависти, конечно. Мне они больше напоминают детей, которые впервые влюбились и не знают, что им делать с этими чувствами.       — Да ты прикалываешься, — фыркнул Райэль.       С середины комнаты раздалось низкое рычание, и Эрик с опаской покосился в ту сторону. Нет, определенно, ненависть. Она читалась в каждом мельчайшем движении оборотня.       — Нет, я серьезно, — спокойно заявил Камиль.       Эрик иронично покачал головой:       — Не смотри больше мелодрамы на ночь.       — Не веришь мне? — инкуб получил отрицательный ответ и хмыкнул. — Спорим? Не пройдет и двух месяцев, как эти двое будут вместе.       Эрик снова покосился на вампира и оборотня, самозабвенно набивающих друг другу морды, и уверенно кивнул:       — Спорим, — он пожал Камилю руку, и Райэль разбил их.       — О, интересненько, — присвистнул он. — А на что спорили?       — Мм, — задумчиво протянул инкуб. — На поцелуй.       — Эй! — возмущенно воскликнул Эрик. — Не буду я тебя целовать!       — Тогда победи.       Точно. Он расслабился. Шансов, что те двое будут вместе меньше, чем что на Академию упадет метеорит.       — Так, подожди, — дошло вдруг до Эрика. — А что будет, если проиграешь ты?       — Ничего не поделаешь, — наигранно вздохнул Камиль. — Придется мне тебя поцеловать.       Компания громко расхохоталась.       — Да что за глупые условия?! Получается, что я проигрываю при любом раскладе!       — Надо быть внимательнее, когда соглашаешься на контракт. Правильно я говорю?       Демон-второкурсник присоединился к общему смеху, узнав в его словах принцип собственной расы:       — Идеальная стратегия.       Эрик нахмурился, обиженно обводя взглядом всех присутствующих. Ладно, оставалась еще надежда, что за два месяца все забудут об этом глупом споре.