Сталкер Ёся

– Что в нём? – спросил Бычок, протягивая Бармену тяжелый ящик. – Не твоё дело! – огрызнулся тот. – А в обмен на инфу? Очень, понимаешь, хочется знать, ради чего мой недалекий напарник рисковал своей шкурой. Бармен немного подумал. – Ладно, – неохотно проворчал он. – Ты первый. – В подземельях Агропрома появилась тупая и очень озабоченная контролёрша, – сообщил Бычок. – Теперь твоя очередь, Бармен. Что лежит в чёрном ящике? – Ворошилов блин, – пробурчал Бармен. – Обещай, что никому не скажешь. – Пусть меня Зона сожрет! – Там лежит всего лишь маленькая флешка. – А на флешке? – поторопил Бычок. – Обширнейшая библиотека сентиментального романа, – воровато оглянувшись, прошептал Бармен. – Это те самые, в розовых обложках? – изумился Бычок. – Для домохозяек? – Ну, я же сказал пустячок. Бычок потерял дар речи и глазел на торгаша, раскрыв рот. – Эй, захлопни пасть! – разозлился Бармен. – Имею я право на безобидные слабости в этой чёртовой заднице? Бычок, молча, развернулся и побрёл в каморку, где уже спал сном праведника умаявшийся Ёся. «Человек удивительное создание, – думал сталкер. – Беспринципный торговец, у которого одни цифры на уме, зачитывается девчачьей литературой. Охренеть!» Проснувшись наутро, Бычок увидел, что каморка пуста. Ёся обнаружился в баре. Он собирал раскиданные на столе вещи и запихивал их в свой рюкзак. Бычок разглядел консервы, аптечку и несколько магазинов к «гадюке». Под столом лежал контейнер для артефактов. – Куда-то собрался? – внимательно глядя на Ёсю, спросил Бычок. Парень замялся. Вид у него был как у нашкодившего кота. – Понимаешь, какое дело, Бычок, – промямлил Ёся. – Что-то не хочется мне на Кордон. Мне тут квест предложили, я и согласился. Не сердись. Вот возьми. Ёся протянул сталкеру несколько купюр. – Откуда? – спросил Бычок, не спеша принимать дар. – Мне «Морской ёж» в подземелье попался. Пока ты спал, я сторговался с Барменом, он же и предложил квест. В Темной долине, – Ёся торопился высказаться, ибо интуитивно чувствовал приближение звездюлей, – надо найти сталкера Кочергу и привести сюда. Какое-то у них с Барменом недопонимание. Обещал хорошо заплатить, хватит на крутую снарягу и… – А я, значит, побоку, – перебил Бычок. – Нет, что ты! – испуганно затарахтел Ёся. – Но ты же дальше Свалки… – Лишить хабара меня задумал! – угрожающе протянул Бычок. – Хорош напарничек! Как большим наваром запахло, старик сразу не нужен стал! – Да я… Ёся затосковал, звездюлями пахло совсем уж явственно. Бычок вдруг выхватил у него деньги и злобно топая, направился к барной стойке. – Ты куда? – слабо вякнул Ёся. – За комбезом, – рыкнул Бычок. – Один ты никуда не пойдёшь. А если сейчас хоть слово скажешь, я тебе фасад поломаю! Ёся примиряющее вытянул руки, всё, мол, молчу. А сам сиял как начищенный пятак. Правду сказать, парень и надеяться не смел на такую удачу. Кроме комбеза Бычок приобрел старый добрый АК, счётчик Гейгера и ещё кое-какие необходимые мелочи. Повздыхав, продал своё ружьё. Вскоре приятели были готовы к походу. – Ты хоть знаешь, как этот Кочерга выглядит? – спросил Бычок, поудобнее устраивая рюкзак на спине. – Бармен сказал, у него во лбу звезда горит, – засмеялся Ёся. – Не понял? – Шрам в виде звезды. Говорят, засветили ему по пьянке кочергой прямо в лоб. Бычок вдруг помрачнел и замкнулся. Всю дорогу до Свалки сталкер был не в духе. Он, то упорно молчал, то сетовал, что некий торопыга не дал ему, как следует отдохнуть, читай – набухаться. «Торопыга» вяло огрызался. Вскоре выбрались на Свалку, миновали долговский пост, какие-то руины и наконец, приблизились к чахлой роще. Ёся ещё никогда не видел настолько странных деревьев. Их тонкие стволы изгибались под всеми возможными углами, росли параллельно земле, а некоторые были даже завязаны узлом. – Нравится? – усмехнулся Бычок, косясь на разинувшего рот Ёсю. – Чего это они? – Радиация, – коротко ответил сталкер. – На вот. Антирад. Он протянул парню красно-синюю капсулу, вторую съел сам. – А теперь бегом марш! – рявкнул Бычок и первым кинулся бежать через радиоактивную рощу. Остановились только когда увидели привычные, не изуродованные радиацией елки. Здесь Ёсе приспичило до ветру. Сгрузив рюкзак и положив сверху «гадюку», парень скрылся в зарослях. Уже завершая необходимый физиологический процесс, Ёся заметил красноватое сияние, льющееся из-под елки. Поспешно натянув штаны, парень заполз под дерево и узрел очень красивую штуковину, состоящую из некрупных красноватых бусин, нанизанных на тоненькую рыжую проволочку. «Какие бусики!» – восхитился Ёся. Вдруг со стороны их непредвиденной стоянки раздался выстрел. Ёся машинально сунул бусики в карман и пополз в направлении шума. Раздвинув мохнатые еловые лапы, он первым делом увидел своего напарника. Бычок стоял на коленях и держал руки сложенными на затылке. А напротив, держа пленника на прицеле винтовки, в их вещах рылся худющий парень в обтерханном натовском камуфляже. Видимо, Бычок почувствовал взгляд напарника или просто уловил краем глаза возню в ельнике. – Долбанный натовский дезертир, – сообщил он пролетающей вороне. – Ищет жратву и патроны. – Деммет! – выругался грабитель и вскочил, обводя стволом винтовки деревья. Ёся зажмурился, ожидая свинцового града, но его не последовало. – Патронов у него пять не то шесть в магазине, – пояснил Бычок, угадывая мысли напарника. – Шат ап! – рявкнул дезертир разговорчивому пленнику. Бычок скривил презрительную гримасу, но промолчал. Ёся решил обойти натовца, чтобы броситься со спины и даже успел сделать пару осторожных шагов. Что произошло потом, он не мог вспомнить, сколько ни пытался. По словам Бычка, Ёся настолько увлекся спасением напарника, что не заметил трамплин, с комфортом расположившийся прямо на его пути. Парень зацепил аномалию краем ноги, но и этого оказалось достаточно. Трамплин подбросил незадачливого спасателя на трёхэтажную высоту. В полете Ёся вывалился за границу аномалии, но его подхватила другая, послабее. Трамплин немного пожонглировал сталкером, но найдя его слишком тяжелым, вышвырнул вон. Дезертир обернулся на шум и глаза его вылезли из орбит. – Хо-о-оли-и-и ще-е-ет!!! – в ужасе заорал он, увидев Ёсю, который растопырив руки-ноги, с реактивной скоростью летел прямо на него. Последовал удар, хруст и два безвольных тела грохнулись на землю. Бычок ещё некоторое время тупил, стоя в прежней позе и обозревая картину побоища. Потом подошёл, прижал пальцы к шее напарника и облегченно вздохнул. Стащил Ёсю с натовца, положил в сторонке. Одного взгляда на дезертира хватило, чтобы понять, что он мёртв. При столкновении ему сломало шею. Ёся очнулся ближе к вечеру, когда Бычок уже отчаялся привести приятеля в чувство. – Очухался, истребитель? – обрадовано спросил он Ёсю. – Истребитель чего? – не понял парень. Он с трудом сел и, застонав, сжал голову. Блуждающим взором обвёл окрестности и замер при виде трупа. – Ага, – кивнул Бычок. – Хочешь сказать это я его? Прямо насмерть? – недоверчиво спросил Ёся. – Ты что, ничего не помнишь? – Помню, пошёл по… делам, – Ёся запнулся, вспоминая. – И всё? – не поверил Бычок. – Ну да. Сделал дела, а потом открываю глаза, а тут ты с трупом. Кто это вообще? – Уже не важно, – отмахнулся Бычок. – Скоро смеркаться начнет, нам ещё место для ночлега найти надо. Заночевать решили в неглубокой ямине, окруженной естественным бруствером из камней. Только развели костерок, как со стороны заброшенной стройки раздались выстрелы и разрывы гранат. Бычок забеспокоился и, подхватив бинокль, полез наверх посмотреть. Ёся остался уныло сидеть у костра. Болела голова и отбитое об натовца тело. Ёсе вдруг ужасно захотелось горячего чаю. Он вспомнил про пакет с сеном, переданный прапору на Кордоне. Снежана, смеясь, уверяла, что это особый целебный чай сорта «Белая вдова». Тогда впечатлённый Ёся тайком отсыпал себе немножко. Слегка воспрянув духом, парень разворошил рюкзак и на самом дне нашёл чай, завернутый в бумажку. Чай резко, но приятно пах фруктами и еще чем-то сладким. Поставив литровую кружку на край костра, высыпал чай. Его оказалось неожиданно много, а воды мало. «Ничего, пусть будет покрепче», – подумал Ёся и отпил глоточек. Ему понравилось, и он отпил побольше. Чай творил чудеса, боль исчезала, а настроение стремительно поднималось. Ёся допил густой отвар, потом немного подумал и съел размякший в кипятке чай. Вернувшийся Бычок застал парня за безуспешными попытками вылизать дно кружки. – Что, черт возьми, ты делаешь? – изумился Бычок. Ёся нехотя оторвался от кружки и посмотрел на приятеля. Лицо Бычка вытягивалось в разные стороны, пересекалось рябью и даже небольшими волнами. Ёся радостно засмеялся. – Бычок, у тебя такое прикольное лицо! Оно волнуется! – Парень пакостно захихикал. – Ты что обдолбался? Не может быть! – воскликнул сталкер, всё ещё не веря своим глазам. Ёсю снова скрючило в приступе идиотского смеха. – Твою мать! – выругался Бычок. – К твоему сведению, наркоман хренов, в нашу сторону направляется отряд военсталов. Нам лучше убраться с дороги, пока не перещелкали. – Это замечательно! – возрадовался Ёся. – Мы попросим у них ещё чаю. – Идиот, – пожал плечами Бычок и пинками вытолкал напарника из ямы. Он пытался гнать Ёсю впереди себя, но тот постоянно стопорил движение, чтобы поржать над каким-нибудь камушком или пучком полыни. Поэтому вскоре Бычок привязал напарника к поясу обрывком веревки. Пока дошли до заброшенной автозаправки, сгустились сумерки. Бычок сунулся было в будку у забора, но там оказалась жарка. Подождав пока Ёся отойдет от нового приступа неприличного смеха, вызванного пламенем аномалии, Бычок обошел будку и осторожно двинулся к двухэтажному зданию в противоположном конце заправки. Там он решил отсидеться до утра. Ёся по-старушечьи семенил за ним и хрипло, но вдохновенно вещал: – Ты Бычок! Ты Бычок! Твоя морда с кулачок! Я Уза! Я Уза! Порхаю как бабочка и жалю как оса! Йоу! – Сука, хоть бы оставил немного! – пожаловался Бычок неизвестно кому. – Ишь как таращит! – Слышь, Бычок! – неслось из-за спины. – Прикинь, у меня есть жало! – Ага, – кивнул сталкер, не оборачиваясь, – верю. Только не вздумай махать им, где попало, а то оторвут или само отвалится. – Ты думаешь? – сомневался Ёся. – Уверен, мля! Заткнись, мне надо подумать. Они остановились у входа в здание. Бычку что-то не нравилось, и он никак не мог сообразить что именно. Сосредоточиться на ощущениях мешал осоловелый напарник. Ёся снова принялся мерзко хихикать и дергать веревку. Бычок обернулся посмотреть. Судя по всему, парень пытался исполнить ирландскую джигу. Собственные усилия приводили его в восторг. – Хихикающий сталкер, – покачал головой Бычок. – Смотрите на всех экранах страны. Он тяжко вздохнул, включил фонарик и вошел в дверной проем, волоча Ёсю как барана на привязи. Луч фонаря осветил стены, покрытые казённой синей краской, и лестничный пролет, уводящий наверх. Там, в одной из пустых комнат и расположились. Поспать в эту ночь Бычку было не суждено. Едва он задремал, как его разбудил Ёся. – Бычок, я потерял «гадюку»! – пожаловался он. – Да вон она, под твоим рюкзаком, – проворчал Бычок и снова закрыл глаза. Через полчаса Ёся снова растолкал напарника. На этот раз он искал контейнер для артефактов. Потеря обнаружилась у парня на поясе. Бычок пригрозил, что если юный олигофрен его ещё раз разбудит, вытолочек ему не миновать. Ёся минут десять выяснял, что такое вытолочки, поржал над прикольным словом и угомонился. Ещё через час Бычок проснулся от того, что Ёся горько жаловался на потерю противогаза. Видимо, парень всю ночь провёл в тревоге за сохранность своих вещей. Бычок совсем уж было собрался выписать Ёсе обещанные вытолочки, как вдруг услышал чьи-то осторожные шаги на первом этаже. – Слышал? – спросил он Ёсю. – Это кровосос, – отмахнулся тот. – Я его видел из окна, когда искал противогаз. – Что?! – Это кровосос, – терпеливо повторил Ёся. – Я его видел из… – Я понял! – перебил Бычок яростным шепотом. – Какого ляда ты мне не сказал? – Я думал тебе неинтересно. Бычок испытал желание выписать напарнику не только вытолочек, но и звездюлей. Как бонус за острую умственную недостаточность. Подхватив автомат, он сунул Ёсе фонарик. – Включишь, когда скажу, – шепнул Бычок. – Что скажешь? – заинтересовался Ёся. – Скажу – включай. Темноту немедленно прорезал луч света. – Не сейчас, кретин! Выключи! – зашипел Бычок. – Но ты же сам сказал – включай, – недоумевал Ёся, выключая фонарик. Бычок тихо застонал и пару раз стукнул себя автоматом по голове. В этот момент у входа в комнату заскрипел под чьим-то весом мелкий мусор на полу. – Включай! – завопил Бычок. Ёся послушался, и слабый свет фонаря выхватил из тьмы неясные очертания кровососа. Бычок чуть поднял автомат, целясь в голову мутанту, и стал палить короткими очередями. Кровосос взревел и вышел из режима невидимости. Он припал к полу, пытаясь уйти от пуль и подобраться к вкусным сталкерам. Ёся повизгивал от восторга, луч фонаря дергался. Тут у Бычка опустел магазин. Кровосос торжествующе зарычал и метнулся в комнатку, но Ёся, заливисто смеясь, схватил «гадюку» и разнес мутанту морду. В клочья. – Ты нереально чокнутый, – констатировал Бычок, глядя на приятеля. – О да! – веско сказал Ёся. – И у меня есть жало! Бычок осмотрел мутанта и убедился, что он мёртв и регенерировать не собирается. Подумав, сталкер все-таки отволок его в жарку. Возвращаясь, Бычок заметил, что небо на востоке слегка посветлело. А Ёся со счастливой лыбой дрых, обнимая найденный противогаз. Ему снились кровососы в ватниках, похотливая контролерша в кожаном белье и толпы танцующих слоников. Просыпаться было трудно, словно с похмелья. Дневной свет резал глаза, подташнивало, а голова, судя по ощущениям, весила не меньше тонны. С трудом разлепив веки, Ёся обнаружил, что Бычок с нетерпеливым ожиданием его рассматривает. Словно ждет, что вот сейчас Ёся встанет на голову и задрыгает ногами, или прочтет лекцию из курса ядерной физики на латыни, или ударится об пол и превратится в красну девицу. – Что? – спросил Ёся, чувствуя себя крайне неуютно. По физиономии Бычка медленно расползлось разочарование пополам с облегчением. – Оклемался что ль? – спросил он. – От чего? – не понял Ёся. – Снова забыл, склеротик? Ёся не ответил, ибо понял, что ему безумно, невыносимо, патологически хочется жрать. Узрев в руке напарника сухарь, он проворно его выхватил, и, урча как старый подвесной мотор, впился в него зубами. Сухарь был слегка погрызен и обслюнявлен, но Ёсю это не волновало. Бычок заржал и достал из рюкзака кусок колбасы и хлеб. Парень слопал снедь в мгновение ока и выжидательно посмотрел на сталкера в ожидании новой порции. – Э нет, хорош, – погрозил пальцем Бычок. – Нам еще дело делать и обратно топать. – Да ладно тебе, Бычок, – заныл Ёся. – Выдвигаемся! – отрезал тот и первым направился к выходу. Тут Ёся уведел свои вещи, раскиданные по всему помещению. – Эй, Бычок! – окликнул он возмущённо. – Ты на фига раскидал мои шмотки и стрелял из моей «гадюки»? – Ой, дура–ак, – обреченно протянул сталкер и вышел на улицу. Друзья пересекли дорогу и с опаской заглянули во двор заброшенной стройки. Именно здесь, по сведениям, обретался сталкер Кочерга. И именно отсюда шли увиденные прошлым вечером военные сталкеры. Вояки отменно потрудились над дизайном двора. Повсюду чернели воронки от разрывов гранат. Земля была щедро присыпана крошевом из кирпичей и веток. И валялись трупы бандитов в самых живописных позах. – Похоже, вояки сделали за нас всю работу. А, Уза? – Меня сейчас стошнит, – пробубнил Ёся. – Смотрите, какой нежный! – фыркнул Бычок. – Пошли, произведем опознание. Кочерги среди убитых не оказалось, а живых в лагере не было. – И что теперь? – разочаровано, спросил Бычок. – Пожрём, – тут же предложил Ёся. – Тебя же тошнит! – Я притерпелся. Ну, будь человеком, Бычок! – Уговорил, чертяка языкастый. Вон вагончик поцелее, пошли к нему, нечего отсвечивать. Ёся обрадовано рванул к вагончику. Продырявленная пулями дверь оказалась заклинена изнутри. Голодного парня это не смутило, и он жахнул в дверь плечом. Не выдержав напора молодости, той самой, у которой сердце пламенный мотор, хлипкая преграда обрушилась, коварно увлекая на пол вагончика сталкера Ёсю. Внутри оказались деревянные ящики – четыре штуки, обескураженный сталкер – одна штука и напуганный до икоты бандит в черной «пидорке» – одна штука. – Ты? – воскликнул Ёся, узнав бандита. – Ты? – воскликнул бандит, узнавая Ёсю. – Ярик, ты? – воскликнул Бычок, узнавая бандита. – Валера? – воскликнул бандит, узнавая сталкера. – Вы знакомы? – поразился Ёся. – Отвали, баклан! – хором заорали Бычок и бандит на Ёсю. Это было похоже на дурацкую оперетту, поэтому все замолчали и уселись на пол, поедая друг друга глазами. Бычок и бандит нервно закурили, Ёся вытащил из кармана сухарь. – Я как узнал про звезду на лбу, сразу понял, что это ты, – сказал Бычок. – Кочерга, значит. Ёся чуть не подавился сухарём. – Так он и есть Кочерга, которого мы ищем? – изумился он. – Вы меня ищете? – поразился Кочерга. Бычок рассказал. Помолчали. Ёся первым нарушил молчание. – Я так понимаю, вы были друзьями или что-то в этом роде, – сказал он. – И теперь Бычок не может сдать Кочергу Бармену, так? – Так, – уныло ответил Бычок. – Мы пришли в Зону вместе. – Мы сделаем вот что… Бармен был настолько разочарован смертью Кочерги, что сначала даже не хотел платить за выполненный квест. Ёся и Бычок слали страшные кары воякам, что разгромили невинных мародеров и вместе с ними Кочергу. В доказательство приволокли его пробитую пулями окровавленную «пидорку» и ПДА. Бармен про рейд вояк знал и только поэтому сдался и заплатил. Напарники проводили Кочергу до дороги на Военные склады. – Удачи, Ярик, – сказал Бычок. – Куда вы теперь, дядька Яр? – спросил Ёся. – Подамся в «Свободу», – ответил бывший бандит и, махнув рукой на прощание, зашагал по разбитой дороге.