Уговор

      Резкий запах медицинских препаратов забрался прямиком в легкие и заставил поежиться от неприятных ощущений. Больница никогда не была местом приятным или спокойным, в этих стенах либо дарили шанс на жизнь, либо горевали об утерянной душе. Альтернативы нет.       Хината не любила больницы. Она почти никогда не болела и поэтому старалась избегать это место. Лишь однажды брюнетке пришлось задержаться в этих стенах надолго, но это было в детстве. Воспоминания из далекого прошлого, словно открытый фотоальбом, запестрили картинками в темноволосой головке. Захотелось поскорее покинуть эти стены, но девушка не могла позволить себе этого. Она уверенно следовала за подругой, готовая в любой момент оказать ей помощь и поддержку.       Для Сакуры время тянулось со скоростью черепахи. Пока они ехали до больницы, она вся извелась и теперь не могла сдержать своего нервного состояния. Она должна увидеть свою мышку. Подруги почти налетели на молодую медсестру, которая дежурила этим вечером. В ее сторону обрушился ряд несвязных вопросов и бедняжка, от удивления и неожиданности, только и смогла, что шире распахнуть свои голубые глаза. Сакура стала с удвоенной скоростью и нескрываемым недовольством задавать свои вопросы, ожидая услышать ответы. Ее выводило из себя, что юная особа не спешит поведать ей все. Но в этот момент произошло кое-что лучше и это отвлекло двух подруг от еще не пришедшей в себя медсестры.       - Сакура, моя дорогая…       За спиной раздался знакомый голос и девушки обернулись. Сакура вмиг обомлела и кинулась к блондинке, заключая ее в крепкие объятия. С этой женщиной девушка не боялась показаться слабой или маленькой, но не сейчас. Она быстро взяла себя в руки и с волнением посмотрела на Цунаде.       - Что случилось? Где Нао? – вопросы обрушились на женщину, заставляя гнуть спину под их тяжестью. Цунаде физически ощущала бремя, которое сейчас должно обрушиться на розоволосую и не могла найти слов. Она мелко задрожала, и горячие слезы застили ее карие глаза.       - Цунаде, я ничего не поняла из твоей записки. Что с Нао? Где моя мышка?       Сакуре казалось, что она медленно сходит с ума. Никогда еще розоволосая не видела, чтобы Сенджу была настолько надломлена, словно из нее выпили жизнь. Под ложечкой предательски засосало, и она поняла, что это знак чего-то плохого.       Хината смотрела то на подругу, то на блондинку. Сейчас только она имеет относительно здравомыслящую голову и способно к каким-то разумным действиям. Нужно действовать. Но с чего начинать?..       - Госпожа Сенджу? - три пары глаз посмотрели на мужчину в белом халате.       Потребовалось несколько секунд, чтобы Сакура пришла в себя. Она оглядела незнакомца чутким, пытливым взглядом и остановилась на черных глазах. Мужчина был высок и весьма привлекателен, его серые волосы казались неестественного стального оттенка, но не Сакуре говорить об этом.       Девушка, наконец-то, поняла, что говорит, скорее, с лечащим врачом, а не с медбратом. Она сделала шаг навстречу. Незнакомец ожидал, пока ему ответят. Темные глаза с интересом разглядывали взволнованную девушку. Она показалась ему потерянной и печальной.       Наконец, розоволосая решилась заговорить.       - Меня зовут Харуно Сакура и Харуно Нао моя дочь. Могу я узнать, что с ней?       В темных глазах промелькнуло понимание, а затем они наполнились теплом.       - Здравствуйте, Сакура- сан. Меня зовут Хатаке Какаши. Я заведующий отделением. Пройдемте, пожалуйста, в мой кабинет, я вам все объясню.       В наступившем молчании слышно как приглушенно плачет блондинка. По телу пробегают мелкие мурашки, вгоняя девушку в холодный пот, но она только слабо кивает. Сакура следует за доктором. Хината провела подругу взволнованным взглядом и затем посмотрела на Цунаде.       - Я попрошу медсестру, чтобы она дала вам успокоительное.       - Нет, - торопливо отвечает блондинка и смахивает прозрачную капельку со щеки. – Я просто испугалась, что мне придется рассказывать Сакуре все самой. Это было бы невыносимо для меня, понимаешь! Ведь я уже однажды принесла ей плохую весть, - они присаживаются на диван и в этом шорохе звучит окончание фразы, - когда погибли ее родители. ***       Мягкий свет люминесцентной лампы казался приевшимся и давил на нервы. Ночь уже давно вступила в свои права, и хотя окон в помещении не было, Сакура это понимала. Где-то глубоко в ее сознании возникали короткие емкие мысли, которые не касались самой главной.       Она давно перестала прислушиваться к шуму больницы, к разговорам. Сейчас весь мир сосредоточился на маленькой палате, которая находилась в соседней комнате, отделенной от Сакуры тонким стеклом. Этот квадратный бокс, возведенный из стен, содержал в себе все самое ценное, что было у девушки. Зеленые глаза с тоской смотрели сквозь прозрачное стекло.       Посреди комнаты стояла высокая кровать, а вокруг нее скопилось множество аппаратов и от каждого отходило несколько проводов. Эпицентром этого стерильного хаоса была маленькая девочка. Она лежала на кровати, на лице была кислородная маска, которая придавала ей еще более бледный и безжизненный вид. Десятки проводков торчали из хрупкого тельца. Аппараты мирно пищали и издавали другие разные звуки. Сакура вздохнула и коснулась пальцами прохладного стекла. Она не плакала и не устраивала сцены – это не поможет ее мышке.       Все было куда проще. Материнское сердце колотилось с бешеной скоростью, а в голове с каждой секундой возникало все больше вопросов и ни одного ответа.       Теплая ладонь опустилась на плечо розоволосой и Сакура слегка вздрогнула. Она и забыла, что не одна. Девушка не стала оборачиваться, и так было понятно, кто это.       - Саку, тебе нужно отдохнуть. Через пару часов на работу, - голос подруги был уставшим, оно и не удивительно, ведь Хината отказалась ехать домой без нее. Сакура покачала головой.       - Ну что ты как маленькая, - брюнетка говорила спокойно, она обняла подругу, окутывая ее своим теплом и словно говоря, что она готова быть с ней до последнего, до самого победного конца. – Ты не поможешь Нао, если будешь все время проводить здесь. Тебя все равно к ней не пустят, а дома ты сможешь отдохнуть и подумать обо всем. Мы с Цунаде уже посчитали и у нас выходит 75 тысяч на двоих. Пока это все, но мы не сдаемся, и ты не смей опускать руки. Время еще есть.       Хината замолчала, но Сакура не спешила ей отвечать. Она просто не знала, что сказать. Столько мыслей, столько хочется сказать, а она молчит. В душе был страх, что если хотя бы одно слово сорвется с губ, может повлечь за собой слезы и панику. А это сейчас ни к чему.       - Сакура, здесь за ней присмотрят врачи. Она не будет одна, - Хината не унималась. Ее попытки убедить подругу заканчивались, но еще были варианты.       - Милая, тебе нужно хотя бы немного отдохнуть…       - Хорошо.       Голос был сухим и словно лишенным всякой радости. Хотя так и было. Весь смысл ее жизни сосредоточился в маленькой девочке, которая в данную минуту боролась за жизнь, но все было только в руках самой Сакуры. Не время быть плаксой и мучить себя. Она должна искать выход из сложившейся ситуации и как можно скорее. ***       Голос ведущего сообщил, что было восемь утра. Чашка с кофе стояла на столе, и прозрачный пар поднимался высокими тучками вверх. Скоро нужно выходить на работу, а она так и не смогла поспать. Хината привезла ее домой, когда была глубокая ночь. Подруги быстро распрощались, и автомобиль Хьюга затерялся в ночной темноте города, отвозя ее домой. И не обязательно, что к себе домой. Сакура уверенным движением взяла кружку и подошла к окну. Это была ее привычка: пить утренний кофе, стоя у окна, и наблюдая за вечно куда-то бегущими людьми. Скоро и она присоединится к ним. Просто смешается со всей этой серой массой, вместе со своими проблемами и внутренней болью.       Когда-то чистая и аккуратная квартирка, теперь больше напоминала место недавней активности торнадо. Детские вещи, которые вчера в спешке были разбросаны, документы и книги валялись на полу, довершая, сей беспорядок. На кухонном столе взгромоздились стопки исписанных листов, пара газет с объявлениями и две записные книжки. Некогда белоснежная бумага была исписана цифрами, которые, то здесь, то там были зачеркнуты или обведены в кружок. В блокнотах аккуратно выведено несколько телефонов, а газеты больше походили на альбом для рисунков трехлетнего ребенка: десятки объявлений были обведены разноцветными маркерами, некоторые из них были перечеркнуты.       Сакура повернулась и обвела кухню усталым взглядом. Не мешало бы прибраться, но не сейчас.       Керамическая емкость с недопитым кофе осталась в раковине. Записные книжки и пара особенно удачных вырезок из газет перекочевали в женскую сумочку. В коридоре зажегся свет, и девушка стала быстро одеваться. Зазвенела связка ключей и в следующее мгновение двери закрывали с другой стороны, погружая квартиры в беспокойную тишину.       На диване в гостиной лежал открытым ноутбук. На его экране голубым светом горела открытая статья. Ее заголовок не внушал никакой радости.       «Детская лейкемия. Причины и современные методы лечения». ***       - Ну что?       Хината налетела на подругу так неожиданно, будто бы она ждала ее возвращения с самого ухода. Серые глаза смотрели с надеждой. Сакура была искренне благодарна девушке за поддержку и эту незримую искру надежды, которую она давала розоволосой.       Харуно криво улыбнулась, и устало пожала плечами. Тишина. Хотелось расплакаться от несправедливости, но у нее не было сил. Три дня прошли как один час, а она устала так, словно целый год пролетел, просто никто не заметил этого.       Каждый день подбрасывал все новые известия, но ни одна не была хорошей. Операция, которую необходимо делать Нао стоила 600 тысяч долларов. Такую сумму сложно найти даже по отдельности. Банки отказали давать столь крупную сумму, тем более, что ее квартирка не стоила и половины этих денег. Что делать?       Общими усилиями и с помощью Хинаты и Цунаде они смогли собрать 85 тысяч, но этого настолько мало, что хочется выть от горя и лезть на стену. Сакура обзвонила всех знакомых и друзей, но никто не может помочь: у всех свои проблемы.       - Ну, ничего, - Хьюга стукнула маленьким кулачком по ладошке, и серые глаза наполнились решительностью. – Мы еще что-то придумаем. Время у нас есть.       Сакура смотрела на брюнетку. Ее телефон неожиданно зазвонил, и обе девушки вздрогнули.       - Алло, я слушаю, - Сакура чуть нахмурилась и крепче прижала телефон к уху.       На ее лице промелькнуло десяток эмоций: от непонимания до удивления и радости. Зеленые глаза словно зажглись живым огоньком. Она резко встала и подбежала к окну, открывая жалюзи. Далее последовала очередь пластикового окна и вот уже ее розоволосая головка торчит на улице. Длинные волосы тут же подхватил прохладный сентябрьский ветер и стал путать их, из-за чего Сакура постоянно поправляла розовые пряди.       Девушка что-то говорила в трубку, а потом помахала только ей известной фигуре. Хината терпеливо ждала и мысленно радовалась за подругу. Похоже, что этот телефонный звонок многое поменял в недавней проблеме. Но не будем торопиться.       Когда Сакура закрыла окно и повернулась к подруге, брюнетка посмотрела на нее выжидающе.       - Это был мой старый друг, - торопливо поясняла розоволосая, спешно подходя к двери и открывая ее. – Я звонила ему и просила помощи. Только что он мне перезвонил и сказал, что привез кое-какую сумму. Он забыл паспорт и его не пропускают, поэтому я спущусь к нему на улицу.       Двери захлопнулись, погружая Хинату в ликующее молчание.       Сакура быстро спустилась на первый этаж, прошла через длинное фойе и вышла на улицу. Она поежилась от холода: зря не взяла пальто, и огляделась. Недалеко от офисного здания, на стоянке, стояла знакомая фигура. Мужчина слабо помахал, привлекая к себе внимание, и Сакура поторопилась к нему.       - Привет, Шикамару! – девушка налетела на старого друга, заключая его в крепкие объятия.       Телефонный разговор, а теперь еще и встреча – все это подкинуло множество воспоминаний из детства и юношества, когда этот брюнет еще был мальчишкой, ленивым и молчаливым, но очень умным и чутким. И вот прошли годы, Шикамару женат, у Сакуры есть дочь, и они, наконец-то, снова увиделись. Казалось бы, прошло столько лет, их разделяла глубокая пропасть из-за пережитых событий, но сейчас они гораздо ближе друг другу, чем когда-либо. Он не забыл о ней и все-таки пришел на помощь.       - Привет, Саку, - мужчина улыбнулся и лениво приобнял подругу, прикрывая глаза от нахлынувших приятных воспоминаний. Жаль, что их встреча вызвана отнюдь не приятными причинами. Когда девушка отстранилась, Шикамару еще раз оглядел ее с ног до головы, подводя какие-то, одному себе известные, выводы и стал говорить. Сейчас не время тянуть время или театрально медлить. На кону – жизнь ребенка.       - После твоего звонка я поговорил с женой, и мы с Темари сняли с наших счетов все деньги. Здесь, - брюнет протянул плотный запечатанный конверт, - 120 тысяч. Все что смогли, Саку.       Дрожащими руками она забрала конверт из рук близкого друга и тихонько всхлипнула.       - Спасибо, Шикамару. И тебе, и Темари. Я вам очень благодарна, - одинокая слезинка проскользнула по щеке, и мужчина нахмурился, отводя взгляд. Как же он не любил, когда женщины плакали, а тем более, когда это были близкие ему женщины.       - Надеюсь, если все закончится хорошо, мы с вами еще встретимся и поговорим, вспомним прошлое. Нам ведь есть над чем посмеяться, - Харуно смахнула с лица слезы и посмотрела на друга. Темные глаза были суровы, ему определенно не понравилась последняя фраза.       - У тебя все получится и Нао обязательно поправится, а потом мы все вместе поедем на пляж.       Сказал, как отрезал. И ведь не поспоришь, потому что веришь. Нара всегда имел дар убеждения и способность вселять надежду. Рядом с ним у тебя словно появляется второе дыхание.       - Спасибо, Шика! - Сакура тихонько всхлипнула и улыбнулась.       Она легко чмокнула мужчину в щеку и поспешила обратно. Работу никто не отменял, и как бы ей не хотелось сейчас очутиться в другом месте, рядом со стеклянной стеной, за которой крепко спит ее мышка, нужно работать.       Харуно быстрыми короткими шагами преодолела расстояние до здания и, подгоняемая прохладным ветром, вошла в холл. Она думала о том, где бы найти еще четыреста тысяч, и даже не подозревала, что за ее встречей из окна своего кабинет наблюдала пара темных глаз. ***       - Ну вот видишь! – брюнетка всплеснула руками и счастливая улыбка возникла на ее милом лице.       Девушки сидели за столом Харуно и старательно пересчитывали деньги. Они собрали 200 тысяч, но и это всего – то треть нужной суммы.       - Угу, - Сакура спрятала деньги в конверт и запечатала его. Она убрала его в средний ящик своего стола и посмотрела на подругу.       Надежда маленьким светлым лучиком пробиралась сквозь темные тучи. Мысленно Харуно благодарили Ками за то, что у нее такие верные и отзывчивые друзья, готовые в любую минуту оказаться рядом и помочь. От этого на душе становилось чуточку теплее. Что бы сейчас ни происходило в ее голове, как бы она не терзалась сомнениями и горестными мыслями, она была не одна. Люди, которые искренне любили ее, были рядом и давали ей силы держаться дальше. Уже ради этого стоит радоваться. Совместными усилиями им удастся бороться со страшным недугом, и Нао снова будет улыбаться им всем.       Тишину офиса разрушил телефонные звонок. Громкая, дребезжащая мелодия заставила девушек вздрогнуть. Это опять звонил телефон розоволосой.       Сакура подхватила мобильный и нахмурилась. На экране высветились имя врача. Девушка приняла вызов.       - Здравствуйте, Какаши-сан! Что-то случилось с Нао?       Хината наблюдала за лицом подруги. Сейчас на бледном лице можно было прочесть до сотни различных эмоций и каждая отличалась по своему эмоциональному окрасу от другой. Зеленые глаза расширились от удивления и ужаса, губы чуть приоткрылись, но крик так и не слетел с них. Она зажала ладонью рот и только сдавленно промычала в трубку.       Секунды тянулись и молчание, которое витало в воздухе, казалось осязаемым. Оно давило на мысли, мешало сосредоточиться. Брюнетка хотела понять, в чем дело, но пока Сакура не закончила разговор, она была вынуждена молчать и ждать.       - Я поняла, Какаши, - голос дрожал, но розоволосая говорила уверенно. На секунду она словно выпала из реальности, а затем ее глаза загорелись от неожиданной мысли.       - Сколько времени у меня есть?.. Вы нашли донора?.. Тогда готовьте все к операции… Я знаю. Деньги будут в течение суток.       Рука с телефоном опустилась на стол. Хината поерзала на стуле, выжидающе глядя на подругу. Казалось, что брюнетка вот-вот взорвется от любопытства.       - Что там, Сакура? Что с Нао?       - Ей стало хуже. Если не сделать операцию до конца недели, то мы уже не сможем ее спасти, - Хьюга оцепенела от страха. Но она боялась не за маленькую девочку, которая сейчас находилась на волосок от смерти. Нет. Брюнетку пугало то, с каким спокойствием ее подруга говорила подобные вещи.       Сакура непрерывно смотрела в одну точку и думала. Казалось, что если прислушаться, то можно услышать, как работают шестеренки в ее голове. Мысль, которая посетила светловолосую головку во время телефонного разговора, казалось спасательным кругом. Она ей не нравилась, но это идея была последним и, вероятно, единственным вариантом.       Сейчас или никогда.       Девушка встала и подошла к двери. Ее спина была прямой, словно в позвоночник вбили длинный железный кол. Хината ничего не понимала и с каждой секундой испытывала все более холодный и противный страх. Что же задумала Сакура?       - Я должна побыть одна, Хината. Совсем ненадолго, но мне нужно все обдумать.       Харуно вышла и оставила брюнетку теряться в догадках.       Так бывает. Когда очень хочется плакать, как маленькой, но ты не можешь выдавить из себя и крошечной слезинки. Просто нет сил. Просто понимаешь, что это не поможет и тебя никто не пожалеет. Ты никому не нужен. Ведь, по сути, каждый из нас думает лишь о собственной выгоде, не заботясь о том, что кому-то тоже может быть плохо. Но разве такими должны быть люди? Неужели весь род человеческий обречен на то, чтобы причинять боль себе подобным и получать от этого удовольствие? Где же тогда справедливость? Куда исчезли совесть и уважение?       Эти вопросы посещали каждого, когда на его пути возникали сложные ситуации, и жизнь превращалась в одну сплошную черную полосу, без единого белого пятнышка. Но стоило всему решиться, как мы забывали про обиду и боль, которые терзали нас. Люди – это самые эгоистичные существа. С возрастом мы лишаемся веры в сказку и волшебство, забываем про свои надежды на мечты. Становимся толстокожими и закрываем глаза на чужие проблемы.       Но когда есть дети, мы должны забыть все, что в нас воспитала взрослая жизнь. Они не должны ощущать боль и страдать, их жизнь должна быть заполнена радостью и светом. В детях наше будущее, так пусть же оно будет счастливым. Не смотря ни на что, нужно прикладывать все силы для этого. Сакура так решила. ***       Харуно топталась перед двухстворчатой дверью и прерывисто дышала. Она решилась и уже не отступит назад, не пойдет на попятную, но как же сложно решиться переступить порог кабинета.       В конце коридора послышались шаги, и девушка испуганно обернулась. Почему-то, страх, что ее могут здесь увидеть, заставил розоволосую отойти от оцепенения и грубо постучать по деревянной поверхности массивной двери.       - Войдите.       Голос заставил вздрогнуть, но отступать не было смысла. Девушка шагнула вперед и когда двери за ее спиной закрылись, она ощутила себя словно птица в клетке. Загнанная в ловушку она мечтала поскорее оказаться на свободе.       - Сакура?       Темноволосый мужчина сидел за столом. Перед ним был открыт ноутбук, он что-то быстро печатал на маленькой клавиатуре, когда оторвал взгляд темных глаз и увидел свою подчиненную.       - Здравствуйте, господин Учиха, - голос дрожал, как и сама девушка. Она старательно прятала взгляд, но понимала, что нужно решиться.       - Вы что-то хотели, Сакура?       Одна бровь чуть взлетела вверх. Саске наблюдал за внутренними терзаниями розоволосой и живой интерес медленно заволакивал его существо.       Она стояла, чуть согнувшись, словно ее долго и упорно избивали. Лицо казалось бледным и неживым, нижняя губа покраснела от того, что ее часто покусывали. Девушка скрестила тонкие пальчики перед собой, но они постоянно выскальзывали из этого импровизированного замка. Ее лицо хмурилось, она старательно обдумывала то, что собиралась сказать.       - Может, вы пройдете? Или предпочитаете стоять на пороге? - Сакура машинально кивнула и прошла к кожаному стулу, напротив стола Учихи. Руки плавно опустились на колени, и она опять скрестила пальчики, легко заламывая их, словно это помогало расслабиться.       Стояло молчание. Саске не решался начинать разговор, он видел, что девушке и без его «помощи», крайне сложно.       Спустя пару минут, Сакура издала тяжелый вздох и подняла мутные зеленые глаза на мужчину. В этом жесте было столько горечи, что Учиха невольно напрягся и обратился в сплошной слух. Ему было чертовски интересно, о чем хочет поговорить девушка.       Никогда прежде Сакура не проявляла столь активных действий и вообще старалась избегать его. А сейчас она сама пришла к нему и собиралась с силами, словно готовилась изливать ему душу. Это настораживало, хотя и приносило некоторое удовольствием. Ему нравилось, что она сейчас здесь.       А тем временем, Сакура начала говорить. С каждым новым словом голос ее становился более тихим и неуверенным. Она отводила взгляд и на лбу образовалась маленькая морщинка.       - Господин Учиха, как вы знаете, я работаю в компании относительно недавно, но мои проекты приносят успех. Я работаю сверхурочно и постоянно задерживаюсь в офисе. Понимаю, что для такой просьбы у меня нет соответствующих полномочий, я рядовой сотрудник этой компании, но это очень важно и мне больше не к кому обратиться, - она посмотрела на мужчину и он увидел в ее глазах столько отчаяния и боли, что хватило бы на маленький пригород. – Я хочу попросить у компании 400 тысяч долларов в долг.       Саске даже чуть придвинулся на стуле.       Девушка так твердо и решительно проговорила последние слова, словно боялась, что ее могут не услышать. Зеленые глаза наполнились надеждой, она ждала ответа и Саске, мог поклясться, что слышал, как неистово бьется о грудную клетку ее сердце. Ей стоило немалых усилий решиться на эту просьбу. Но это не оправдывало ее в глазах Учиха.       - Сакура, вы хоть понимаете, о чем просите меня? – эти слова убили в девушке все ее мнимые надежды. Она поняла, что в этом кабинете ей не найти решения своей проблемы, но вместо этого теперь ей придется выслушать долгие нравоучения. Ну, что же, этого стоило ожидать.       - Могу я поинтересоваться, для чего вам нужна столь крупная сумма?       - Я бы хотела оставить это в секрете, - девушка понурила голову, а вместе с ней опустились и ее плечи, словно показывая мужчине, насколько ей сейчас плохо. Но Саске это не остановило, и он продолжил говорить.       - Вы даже не хотите сказать, для чего вам такие большие деньги! Я не могу просто так дать вам такую крупную сумму, даже учитывая ваши заслуги перед компанией. У вас должны быть веские причины, но пока я их не услышу, не смогу ничего сделать.       Сакура в очередной раз закусила губу и кивнула. Она встала и прошла к двери, но голос за ее спиной, заставил девушку обернуться.       - Я могу дать вам эти деньги лично от себя.       Зеленые глаза загорелись радостью, и она прижала руки к груди, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.       - Но у меня есть уговор.       - Какой уговор?       Учиха положил подбородок на согнутые в локте руки. Он смотрел на девушку из-под опущенных ресниц, и в таком положении его глаза казались двумя темными омутами, словно две черные дыры затягивали девушку в неизвестность, в пустоту.       - Ты получишь деньги за одну ночь со мной.       В возникшем молчании дыхание Сакуры звучало слишком громко. Оно разбивало тишину.       Зеленые глаза теперь сверкали молнии и были заполнены ненавистью. Никогда еще Учиха не видел такой злости.       Харуно сделала шаг к мужчине и сквозь возникшие слезы, стала говорить слова, которые так и желали сорваться с ее языка.       - Я вас уважала, а вы оказались гнусным и черствым уродом, который использует людей и их проблемы в личных целях. Вы не видите ничего дальше своего носа и вас это устраивает. Вам наплевать на чувства других, вы предпочитаете унижать и давить на больное. Какой же вы мерзкий!       Она словно выплюнула все свое негодование и обиду. Сакура боялась представить, что будет, но сейчас ей стало легче.       Почему-то, пока девушка говорила все эти обидные слова, мужчина просто молчал и смотрел на Сакуру. Из глаз градом текли слезы, заливая щеки тонкими влажными струйками. Ее лицо кривилось от боли и злости, и ему очень нравилось наблюдать за этими переменами. Никогда прежде он не видел девушку в таком состоянии. Саске чувствовал себя садистом, но ему нравилось, что сейчас Харуно плакала, и ей было плохо. В душе он радовался, что смог выдавить из нее эмоции и заставить показать характер.       Сказав все, что она смогла сейчас придумать, девушка быстро покинула кабинет своего босса, сильно хлопнув дверью. Саске лишь хмыкнул на этот истеричный жест.       Учиха никогда не считал себя толстокожим или бесчувственным, он с уважением относился к людям и старался помочь тем, кто нуждался в его помощи. Но теперь Она заставила его превратиться в бесчувственное животное.       Когда сегодня днем он увидел из окна своего кабинета, как Сакура обнимается с каким-то мужчиной, в нем проснулась ревность. Хотелось рвать и метать, но он мог только отпускать взглядом молнии и надеяться, что этот неизвестный ему брюнет почувствует на себе всю его злость.       Потом Сакура получила от мужчины конверт, и это совсем выбило почву из-под ног Саске. Он не знал, что и подумать. А потом пара сухо распрощалась, и девушка поторопилась вернуться в офис. Эта сцена никак не покидала голову мужчины. Он ощущал ревность и при этом ему хотелось отомстить ей. Раньше Саске не испытывал ничего подобного, ему было достаточно затащить девушку в постель и весь интерес к ней испарялся. Но сейчас он хотел, чтобы и Сакура ощутила те же чувства, что и он.       Он думал, что ему станет легче, когда такой неприятный вопрос прозвучит, и Сакура будет убита его отношением к ней. Саске и сам понимал, что поступает как свинья. Но ему не стало легче. «Чертова девчонка! Из-за тебя одни только проблемы!»       Учиха откинулся на спинку стула и ослабил узел на галстуке. Сейчас хотелось очутиться далеко отсюда, покинуть стены офиса и забыть все неудачи уходящего дня за бутылкой дорогого виски.       Скрип открываемой двери заставил Саске поднять голову. Его брови вспорхнули вверх, а глаза удивленно округлились. Он прерывисто выдохнул и чуть привстал на стуле, наклоняясь вперед. Внутри застыл невиданный доселе страх. Он понял, что девушка собирается что-то сказать, и боялся услышать ответ.       Сакура сделала несколько уверенных шагов к мужчине и остановилась напротив массивного стола. Ее спина была прямой, глаза смотрели с напором, с готовностью. Больше нет Сакуры, которую он знал, она сломалась. И в этом виноват сам Саске.       - Я согласна.       Слова полоснули мужчину не хуже пощечины. Черные глаза ошалело смотрели на девушку, не веря тому, что она сказала.       - Но у меня тоже есть уговор…