Шантаж

      Однако, после его визита у Стаса разболелась голова. Подполковник посидел, подождал ещё какое-то время: нет, не проходит! Мысли и сомнения терзали его. Потом он позвонил, поинтересовался: -Здорово! Как там наш больной? -Сначала - ничего, а потом у него приступ начался. -У парня клаустрофобия. - Мы его успокоительным и снотворным прокололи, но это ненадолго. Стас, нам его или выпускать надо, или на медикаменты более сильные сажать! Подполковник задумался. Он колебался: одно дело - фельдшер, который действительно виноват, другое дело – пацан, который не при делах, а виноват только тем, что был тому братом. Родственников не выбирают. Стас хотел мести, но и месть должна быть справедливой. -Ничего не надо. Хватит с него! Мои ребята его заберут. Позвонил Юре. Тот дежурил на сутках, а сейчас был на вызове. -Юра! Ближе к утру привези малого из дурки обратно в отдел. Я там предупредил. -Всё понял, Стас. Будет сделано! -Ладно, пока! Стас нажал отбой. Голова не проходила, наоборот, виски налились свинцовой тяжестью, аж, до рези в глазах. Подполковник стиснул виски ладонями… Вернулся горе-фельдшер. Он влетел в кабинет без стука, в отчаянном порыве, притащил сумку и вытряхнул её содержимое на стол. Деньги! Бумажки и монетки - они рассыпались по столешнице. -Вот, это всё! – выдохнул он. Стас сидел за столом, сцепив руки в замок у лица. Он задумался о чём-то своём. Обратив внимание на вошедшего, мысленно усмехнулся: «ЭТИМ он откупиться захотел?!» Карпов убрал руки от лица, пронзительно посмотрел ему в глаза и тихо сказал: -Не надо! -Не надо? А, что? Что Вам тогда надо?! Чего Вы хотите, чтобы я… я признал вину, да?! Хорошо! Это я! Я убил Вашу сестру! Вам легче? Ну, арестуйте меня!- он протянул ему запястья, - Под суд…Что угодно, только брата отпустите, отпустите! Он здесь не причём! Он - нормальный пацан. У него будущее, а Ваша сестра была никем - просто наркоманка! Не ломайте парню жизнь! -Деньги собери, у меня мелочь есть, - тихо сказал Стас. -Чего Вы хотите?! - тот ухватил со стола и сжал в руках купюры, в отчаянии заливаясь горючими слезами. Он, и впрямь, не понимал, чего хочет от него подполковник. А подполковник просто ещё не придумал, какое наказание ему назначить. -Со мной пойдём! – рыкнул подпол… -Куда мы идём? – обречённо спросил горе-эскулап. Подполковник молча шёл вперёд. Карпов привёл его за отдел. Было темно, и только белая рубашка фельдшера выделялась на фоне обшарпанной стены. - Стой! Руки подними, - скомандовал Карпов. Он достал пистолет, лязгнул затвором. Парень испугался, попятился к стене, медленно поднимая руки. Карпов приблизился и прошипел ему на ухо: -Слабо тебе вернуть мне сестру? Живую! Тот изумлённо уставился на Стаса. В его округлившихся глазах был ужас: он подумал, что подполковник сошёл с ума. А Карпов… Ярость, закипающая в душе, одолевала и, словно тугой верёвкой, душила его. Да как же следовать совету бабы Таси?! Не хотел он быть добреньким! Хотел одного - справедливости, как её понимал: «Анька мучилась и умерла из-за этой сволочи, пожалевшей для неё лекарства. А стало быть: месть, месть и ещё раз – месть!» И он торжествовал и наслаждался моральными мучениями этого жалкого эскулапишки, который возомнил себя вершителем судьбы его сестры… Рука поднялась непроизвольно, а палец привычно и легко лёг на курок. Грохнул выстрел…