На перекрестке дорог.

Наступил долгожданный спектакль «Рыцарь и Принцесса», которого все ждали с нетерпением. История рассказывала о подвигах юноши по имени Вэлиант. Король поручил юному рыцарю сопроводить принцессу Айлин в замок ее отца. По пути на них нападают и похищают юную леди. Вэлиант отправляется на ее поиски и понимает, что его сердце навеки отдано принцессе Айлин. И в конце своего путешествия рыцарь узнает правду о себе, что он является законным наследником трона страны Туле и обретает счастье рядом с принцессой Айлин. Роль рыцаря Вэлианта исполнял Генри Миллс, а его возлюбленную играла Грейс Джефферсон. Зрители с замирание смотрели на исполнение школьников. Мери-Маргарет была горда своими подопечными, все ее ученики полностью отдались своим ролям. Им тоже нравилось участвовать в спектакле, они получали удовольствие от выступления на сцене. Каждый из учеников хотел, чтобы родители гордились ими, чтобы их труды и репетиции были не напрасными. Эмма увлеченно смотрела на выступление детей. Спектакль был интересным и увлекательным, даже присутствие рядом мадам мэр не напрягало ее. Мери-Маргарет, как руководитель, хорошо поработала над постановкой, да и дети вложили в свой труд немало сил. С лица Эммы не сходила нежная улыбка, глядя на выступление Генри. Из него вышел настоящий доблестный рыцарь. Свон была горда сыном и с нетерпением ждала момента, когда сможет обнять и поздравить его. Регина ощущала присутствие ненавистной блондинки, и старалась игнорировать ее. Миллс была не рада появлению Эммы в VIP-зоне, но ради Генри решила сделать вид, что ей все равно. Она не хотела расстраивать сына перед выступлением, ему и так хватало сейчас волнения. И Генри безупречно играл свою роль на сцене. Было видно, что ему нравится играть на сцене, и Регина была очень рада за него. Искоса поглядывая в сторону Свон, мадам мэр видела улыбку и блеск в глазах, несмотря на полумрак в ложе. Миллс до сих пор не могла разобраться в себе, и это сильно раздражало ее. После аварии между двумя что-то изменилось, но что именно... мадам мэр не могла понять. Миллс не чувствовала себя виноватой в случившемся, но была благодарна за спасение сына. Ей было немного не по себе видеть блондинку в инвалидном кресле, это навевало неприятные воспоминания. Регина видела ненависть и презрение в зеленых глазах, и это не вызывало в ней бурную радость, а даже наоборот, угнетало. Ссоры уже не доставляли никакого удовольствия, только сильнее раздражали и злили брюнетку. Куда делась ее ненависть? Откуда взялась тревога за Свон? Но, несмотря на это, Миллс хотела выгнать ее из города. И не только из-за сына, но и ради собственной безопасности. Когда спектакль закончился, зрители стали аплодировать, вставая со своих мест. Миллс тоже захлопала с гордой улыбкой на лице. Она увидела, как Генри поклонился зрителям вместе с остальными учениками. С его лица не сходила счастливая улыбка, но она пропала, когда мальчик повернул голову в сторону ложи, где были его мамы. Миллс это насторожило и что-то заставило ее посмотреть на соседку. Когда она повернула голову, то открыла рот от изумления. Эмма, прилагая усилия, пыталась встать на ноги. Когда ей удалось самостоятельно подняться с кресла, Свон захлопала в ладони, присоединяясь к аплодисментам других зрителей. По ее лицу было видно, как тяжело было стоять без посторонней помощи. Миллс сразу поняла, что Эмма раньше так не делала, ошеломленное выражение лица Генри было тому подтверждение. Мадам мэр не сводила с Эммы настороженного взгляда. Затем шок сменился страхом, когда Эмма пошатнулась, сделав неосторожный шаг. Регина неосознанно подскочила к ней и обхватила руками талию, не давая девушке упасть. Руки Свон обвились вокруг шеи мадам мэр и тем самым была вплотную прижата к телу брюнетки. Непонимающий взгляд зеленых глаз встретился с растерянными карими омутами. Обе женщины ощущали чужое дыхание на своем лице; обе чувствовали, как сильно бьется собственное сердце, как горели руки от прикосновений к бархатистой коже. Эмма и Регина завороженно смотрели друг на друга и не спешили разрывать столь неожиданные объятия. - Спасибо, - затянувшееся молчание первая прервала Свон. Ее голос звучал хрипло и неуверенно. - Не за что, - ответила Миллс, сглотнув ком в горле. - Ты в порядке? - Да, - уже более уверенно произнесла Эмма и немного отстранилась от брюнетки. - Помоги мне сесть. Миллс кивнула и помогла девушке сесть обратно в инвалидное кресло. Эмма вдохнула с облегчением, но внутри всю ее трясло от страха. Когда она потеряла равновесие, то сильно испугалась. Падение могло усугубить и без того ее тяжелое положение, но помощь мадам мэр оказалась кстати. Эмма была крайне удивлена, ведь она не думала, что Миллс спасет ее от встречи с полом. - Спасибо тебе еще раз, - сказала блондинка, избегая смотреть в сторону Миллс. - Тебе не стоило вставать, - упрекнула Регина, нахмурившись. - Тем более, самостоятельно. Ты могла покалечить себя. Может ты и не заметила, но Генри испугался. Будь уверена, что он бежит сюда вместе с мисс Бланшар, чтобы убедиться в том, что ты в порядке. - Я... просто не удержалась, - честно призналась Эмма. Она устала от опеки, это угнетало ее. Друзья заботились о ней, но иногда их забота душила и сдавливала в тисках. Порой девушке казалось, что Грэм и Мери-Маргарет обращаются с ней, как с ребенком. - Мне захотелось немного свободы, я устала от пристального внимания. - О тебе заботятся, - заметила Регина. Она была удивлена признанием Эммы, но виду не показывала. Ей стало любопытно, хотелось понять, что творится в душе помощника шерифа. - Внимание Генри тоже вам надоело, мисс Свон? - Я благодарна друзьям за помощь и поддержку, но порой они бывают... навязчивыми, - ответила Эмма. Свон удивило, что она вдруг решила открыться человеку, которого ненавидит. Но сейчас... она чувствовала доверие к мадам мэр. - Вы когда-нибудь злились на то, что вы можете что-то сделать сами, но вам не дают? Потому что считают, что эти дела могут вам навредить. - Кажется, я понимаю к чему вы клоните, - вопрос блондинки заставил Миллс вспомнить свое прошлое. Особенно то время, когда ее жизнь была под жестким контролем родной матери. - Это действительно злит. - Я не настолько беспомощна, чтобы за меня все делали, - проворчала Эмма. - С Генри все иначе. Только рядом с ним я могу быть собой. Единственно, он боится сделать мне больно, поэтому осторожничает, если не уверен в чем-то. - Потому что вы ему небезразличны, - в этих словах чувствовалась горечь и боль. Регина не хотела этого говорить, но словами сами вырвались из уст. Она не хотела показывать свою обиду и ревность, но Эмма разглядела их. - Вы можете гордиться собой, мисс Свон. Но учтите, я не дам вам забрать у меня сына. Он все, что у меня есть. И я буду бороться за него до самого конца. - Опять мы вернулись к тому, с чего началось наше общение, - устало покачала головой Свон. - Вы, наверное, ослепли, раз не видите очевидного. - Поясните, - настороженно произнесла Регина. - Генри не хочет выбирать между нами, - ответила Эмма. - Потому, что мы обе ему дороги в разной степени. Во мне он видит друга, вы же, мадам мэр, навсегда останетесь матерью, которая усыновила его и вырастила. Да, между вами произошло недопонимание из-за книги сказок, но сейчас все встало на свои места, разве нет? - Вас это не касается, - грубо ответила Миллс и с вызовом посмотрела в зеленые глаза. В них появились искорки, а на губах ехидная ухмылка, что заставило брюнетку сильнее нахмуриться и скрестить руки на груди. - Знаете, после случившегося, я возненавидела вас, - призналась Эмма. - Я винила вас в своих бедах и проблемах. Но сейчас... вы забавляете меня, мисс Миллс. - Я вам не клоун, - зло прошипела Регина. - Не клоун, - согласилась Эмма на полном серьезе. - И я не это имела в виду. Думали, что я не догадаюсь, что вы оплачиваете мое лечение? - С чего вы взяли? - мадам мэр попыталась отмахнуться, но это было бесполезно. - Почему вы это делаете? - спросила блондинка. - Поначалу я злилась, но потом решила, что так я быстрее встану на ноги. - Все-таки не смогли отвернуться от моей благотворительности? - съязвила Миллс. - А причина проста, так я быстрее от вас избавлюсь. - Вот как? - удивленно подняла брови Эмма. - Инвалидом вы будете вынужденны остаться в Сторибруке, - объяснила свои мотивы Миллс. - А, встав на ноги, у меня больше шансов избавиться от вас. Вы ведь не думали, что я настолько благородна? - Вы очень корыстны, - усмехнулась Свон. Слова брюнетки ничуть не удивили ее, но почему-то неприятно задели за живое. - Не зря вы занимаете пост мэра. Вам даже удалось замять дело о ДТП. Как вам удалось договориться с прокурором? Взятка? Шантаж? - У меня свои методы, - с обворожительно улыбкой ответила Регина. Новая перепалка не доставляла ей никакого удовольствия, на душе появился неприятный осадок. - Что-то мы с вами тут задержались. Мне помочь вам выехать отсюда? - Сама справлюсь, - с фальшивой улыбкой сказала Эмма. Свон своими силами открыла дверь и покинула ложу, чувствуя спиной прожигающий взгляд карих глаз. Непонятный разговор высосал из нее все силы: сначала все было нормально и мирно, но под конец ситуация приняла неприятный оборот. Регина стала проявлять агрессию, а ссориться снова, Эмма не была настроена. Ей надоели терки и распри, их ругань никогда добром не кончалась. Один раз дело дошло до драки, и если бы не вмешательство Грэма, обе могли попасть в больницу с травмами. Эмма чувствовала, что устала от вражды и ненависти, вся ее жизнь и так сплошная борьба. Но Миллс умела выводить Свон из себя, вызвать в ней эмоции и каждый раз, девушка не могла сдержать себя. Сейчас, покинув ложу, Эмма поняла, что не поддалась на провокацию, проигнорировала вызов. Это был нонсенс. На лице Эммы появилась довольная улыбка. Эта была победа и первый шаг к окончанию вражды. - Эмма! Свон повернула голову и увидела взволнованных друзей и Генри. Те быстро направлялись к ней, и Эмма помахала им рукой. Мальчик крепко обнял ее, как только подошел. Он тяжело дышал и весь дрожал. - Я видел, что ты встала. Ты в порядке? - Со мной все хорошо, - ответила Эмма и погладила сына по спине. - Твоя мама была рядом и помогла мне сесть обратно. Она отругала меня за мое безрассудство. - Правильно сделала, - поддержал свою приемную маму Генри. - Кстати, а где она? - Я здесь, - вся компания, за исключением Эммы, обернулись на голос. Регина подошла к Генри и крепко обняла его. - Ты был бесподобен на сцене. Я горжусь тобой. - Спасибо, - Генри был тронут словами матери и обнял ее в ответ. - Я рад, что тебе понравилось. - Смотри, парень, как бы твоя партнерша не влюбилась в тебя по-настоящему, - подмигнула мальчику Эмма. - Ты был слишком хорош в своих доспехах. - Эмма, не смущай его, - шикнула Мери-Маргарет. - А что я такого сказала? - притворно удивилась Свон. Грэм сдержанно улыбнулся, а школьная учительница закатила глаза. - Спасибо, Эмма, - Генри довольно улыбнулся, все еще находясь в объятиях матери. - Может, мы все вместе отметим мой успех? Грэм и Мери-Маргарет насторожились, а Эмма и Регина напряглись. Предложение мальчика загнало обеих женщин в тупик. Каждая из них думала, как мягче отказать, чтобы не сильно обидеть сына. - Прости, я не смогу, - первым отказался Грэм. - У меня ночное дежурство. - А мне надо еще разобраться с декорациями, - присоединилась к нему Бланшар. - И решить пару вопросов с директором. Прости, Генри. Было видно, что мальчик расстроился, и это еще больше стало угнетать его мам. Эмма тоже хотела отказаться от предложения, но язык словно прирос к небу. Регина была не в лучшем состоянии, у нее только стали налаживаться отношения с сыном, и портить их снова она не хотела. - Мам? Эмма? - Генри с надеждой уставился на женщин. - Может, отпразднуем завтра? - неуверенно предложила Эмма. - Сегодня уже поздно, тебе нужно хорошо отдохнуть. - Ты, наверное, устал. Мисс Свон права, тебе надо отдохнуть, - присоединилась к ней Регина. - Обещаете? - Генри взял Эмму за руку, а другой обнимал свою приемную мать. - Я хочу отметить свое выступление вместе с вами. Эмма и Регина переглянулись. Они поняли, что не могут отказать Генри, не в этот раз. Ему было важно, чтобы обе матери разделили его успех, порадовались вместе с ним. - Хорошо, - согласилась Миллс. - Завтра мы отпразднуем твое выступление. - Вместе, - с вымученной улыбкой добавила Свон. - Ура! - обрадовался Генри и порывисто обнял обеих мам. Мери-Маргарет и Грэм с искренним сочувствием посмотрели на Эмму. Им удалось избежать общения с мадам мэр, в отличие от подруги. Они могли надеяться, что вечеринка на троих обойдется без приключений.