Школа сумасшедшего режима

Это был провал. Хотя, если разобраться, не все так уж плохо, дети ведь повеселились, главная задача выполнена, но… — Чем ты вообще думал? Вода была холодной, а еще мыльной, жесткой. Руки давно уж покраснели от стирки, но стопка испорченных костюмов, казалось, не уменьшалась. Стирать пришлось прямо в школе, после конца праздника, ибо вероятность того, что он сделает это дома, была равна нулю, да и в стиральную машинку нельзя запихнуть — все разного цвета, полиняет еще. Подняв голову, Джек хмуро взглянул на своих надзирателей, один из которых был насмешлив и весел, а другой — устало смотрел куда-то в сторону, чуть ли не зевая. — Может, вы все же домой пойдете? Или поможете. — Не, Рапунцель твердо сказала все проконтролировать, навести порядок, так что давай, быстрей три. Справиться с декорациями было легко, все вместе управились, потом Фроста послали стирать, Хэддок должен был гладить, а на Данброх свалили снятие елочных игрушек, что она уже сделала. Возмущения были, но не принимались. — А ты прямо мисс Ответственность. — Ну, по крайней мере в людей ничем не кидаю. — Может хватит уже? Иккинг остановил начинающуюся перепалку одной фразой, весьма эффективной, между прочим. — Конечно, во всем я виноват, — пробурчал под нос Джек, что осталось неуслышанным. Однако скучать долго не пришлось, ибо воображение подкинуло неплохую такую идейку для размышления. Когда он пришел в это место, то представлял себе скучные будни, наполненные сидением допоздна над тетрадками, и хмурых коллег, с которыми не о чем поговорить за чашкой кофе. Что ж, надо признать, что ошибался. В этой школе было много интересных и ярких личностей, каждый из которых был прекрасен по-своему и ни капельки не скучен, обо всех успело составиться мнение. Начать, пожалуй, следовало с главы всего этого, с мисс Дикабрис, вечно занятой успешной женщины и заботливой матери. Внешне она казалась холодной, отстраненной, сухо указывая на недостатки сотрудникам, когда выходила из своего кабинета, но все это меркло по сравнению с тем, как она общалась с Лилли. Улыбка, расцветающая на тонких губах при виде рыжей девчушки, была прекрасна, да и сама дочурка была умна, училась прилежно, а эти манеры… Сестры Разенграффе казались абсолютно разными, но вместе составляли единое целое. Непоседливая, шумная и энергичная Анна прекрасно сочиталась с серьезной и старательной Эльзой, этакая игра пламени и льда, но было бы неправильно сравнивать старшую сестру с чем-то настолько холодным и твердым, ведь она так же не была лишена эмоций и чувств, пусть и редко их проявляла. Юджин, ставший первым другом, производил впечатление знатного разгильдяя, но где-то глубоко внутри был несчастен. Так бывает, что людям легче притвориться, делать вид, что все в порядке и веселить других, чем выговориться кому-то. Его можно было сравнить с бенгальским огоньком, таким же задорным, но быстро сгорающим. Пожалуй, Рапунцель, этакий солнечный зайчик, когда-нибудь сможет до него достучаться, ведь они оба действительно заслуживают этого. Союз Иккинга и Астрид был немного ожидаемым, но казалось, что эти двое никогда друг с другом не заговорят, такие серьезные стесняшки, что жуть просто. Интересно, если они все же поженятся, их дети будут такие же зануды? При сей мысли Джек просто не смог удержаться от смешка. — Что смешного-то? — Мерида непонимающе наклонила голову, сидя на ближайшей парте. — Да так, ерунда. Данброх. Синонимом к её характеру может быть порох, взрывающийся от любого огонька, но горящий не так уж долго. Будто цундере, неприветливая к посторонним, но добрая и понимающая для друзей. Интересно, а стал ли он её другом? Мог ли стать чем-то вроде…спутника по этой запутанной дороге жизни? Однако с таким предложением к ней лучше не обращаться, все выстроенные отношения полетят к чертям, а этого очень не хотелось. — Все, — с удовлетворением произнес Фрост, выжимая последнюю вещь — чью-то шапку. — Хэддок, принимай. Уже практически заснувший педагог зевнул, прикрывая рот ладонью, и начал складывать еще мокрую одежду в пакеты, намереваясь просушить и привести в порядок дома, а утром отвезти благодеятельнице. Завершив сие действие, он попрощался со всеми и удалился, тихо и незаметно, как и всегда. Действительно, его детям трудно в этом мире будет. — А ты настоящая хозяюшка, оказывается, — усмехнулась Мерида, спрыгивая на пол. — Интересно, а готовишь так же медленно и плохо? — Хочешь проверить? Она рассмеялась, словно сама эта мысль была до невозможности нелепой, но в глазах на миг мелькнуло нечто непонятное. — Кстати, чего осталась-то? Могла бы давно уже свалить. — А ты бы перекинул свою работу на отзывчивого Иккинга, да? Нет, так дело не пойдет, — разминая затекшие суставы, Данброх потянулась, почему-то напоминая кошку. — А теперь пора по домам. — Ты обо мне слишом плохого мнения. — Тебе так кажется. Взаимные подколки и шутки были привычной составляющей их общения, но сегодня они слишком устали для активных соревнований по остроумию. — Денек был насыщенным, — надевая свитер на рубашку, произнес Джек. — Тебя подвезти? — Спасибо, сама как-нибудь справлюсь, — выуженные из кармана пуховика ключи блеснули при свете люстры. — Не забудь двери закрыть. Она молча постояла несколько минут, будто ожидая чего-то, а затем как-то нерешительно двинулась в сторону выхода. Сегодня был последний рабочий день, завтра все официально могли разъехаться по домам, так что до конца каникул они могли больше не увидеться. Печально, но радость от встречи с семьей помогла бы пережить это, да и общаться с друзьями можно было бы в интернете, или по телефону. A пара недель — не такой большой срок. — Постой. Мерида резко остановилась, задержав ладонь над дверной ручкой, и обернулась, встечаясь взглядом с вполне серьезным Фростом. Сердце забилось чуть быстрей, а ноги почему-то стали ватными. Неужели все-таки скажет? Нет, пожалуйста, только не сейчас. Завтра утром её ждет самолет в Шотландию, это признание могло бы все усложнить, посеять мысли, что стоит остаться, а это никак нельзя. — Ты забыла обувь сменить. На улице гололед, как-никак. Данброх машионально посмотрела на ноги, обутые в легкие балетки, отмечая, что действительно не подумала об этом, а затем до нее дошло осознание ситуации. Вспыхнув до кончиков ушей, злясь на саму себя и на этого клятого математика, она выскочила наружу, громко хлопнув дверью. Джеку осталось лишь удивленно стоять в опустевшем зале, не понимая, что же он сказал не так. Ведь фраза звучала нейтрально, чуть по-дружески, но все же с заботой, а эта рыжая хлопушка почему-то рассердилась. — Женщины, — проворчал он, закатывая глаза. Будто ему легко балансировать между дружбой и своими симпатиями, следить, чтобы лишнего не ляпнуть. Поправив воротник и окинув взглядом помещение, Фрост подобрал со стола ключи от зала, намереваясь замкнуть ими двери и передать после вахтеру. Что ж, хорошее времечко он провел в этих стенах, хоть и бесконечная бумажная работа надоедала. Здесь нашёл друзей, новые впечатления и море эмоций, начиная от злости и заканчивая бесконечной радостью. Здорово было попасть сюда, узнать всех этих разных, но таких хороших людей, а ведь вместе им работать ещё долгое время, что не могло не радовать. Легкий щелчок выключателя нарушил тишину, и комната погрузилась во тьму. Школа Блэкфокс официально была закрыта до конца каникул.