Глава 27
11 декабря 2015 г., 19:16
Я никогда не придавал особого значения снам. Мне часто снится разная чушь, да и запоминаю плохо. Но этот отпечатался в самых мелких деталях. Буквально врезался в память. Лица, шум, запахи, ощущения, голос N, его взрослая внешность.
Я позже по памяти нарисовал ту семью в своем альбоме. Нарисовал N в татуировках, во сне он выглядел лет на двадцать пять — двадцать семь. Такой шикарный молодой мужчина, даже привлекательнее, чем в действующие девятнадцать. А я, наверное, во сне был такой же, как сейчас. Своего лица я не видел.
В вещие сны я не верю, возможно, это было сообщение из параллельной вселенной, в которой я и N вполне можем быть счастливой семейной парой. К тому же мы столько говорили накануне о свадьбах, невестах и моем желании скорее жениться, что такие сновидения вполне закономерны.
Мне очень хотелось кому-то рассказать об этом чудесном сне. Но кому я мог рассказать? Только N. А он уже достаточно из-за меня настрадался, чтобы выслушивать о нелепых посланиях из соседних миров.
Какая же спина у него была во сне — широкая, загорелая, с четким рельефом. Карамельная кожа и эти татуировки. Он был нереально сексуален и красив. И скорее всего, примерно так он и будет выглядеть через пять-семь лет. А губы — этот вкус я ощущаю до сих пор.
«Как жаль, блондинчик, что ты не девушка, у нас могло бы что-нибудь получиться.
И достанется мой мальчик какому-нибудь очередному чудаку на букву «м». А что я могу сделать? Помогу разобраться, подсказать, «как старший товарищ», на кого не стоит тратить время. Он же тоже имеет право стать невероятно счастливым. Пусть не со мной, но точно с хорошим человеком. Может, ему девушку поискать? Если у Феликса получится перерождение, значит, и из N можно сделать натурала. Тем более, что он сам считает себя бисексуалом. Шансы велики. Решено, буду помогать другу с устройством личной жизни с хорошим человеком, пол не важен».
На обеде у родителей мама сразу заметила, что я где-то витаю. Я вспоминал сон.
— Сынок, у тебя случилось что-то хорошее? Ты встретил девушку?
— Да нет, мам. Все как обычно!
— Ты выглядишь счастливым. Расскажи, пока папы нет. Кто она?
— Нечего рассказывать.
— Когда ты нас познакомишь?
— Мам, как только у меня появится невеста, я вас познакомлю. Я же обещал.
— Я чувствую, ты ведь кого-то встретил, почему скрываешь, она замужем? — мама-психоаналитик, мама шарит и умеет задавать правильные вопросы.
— Нет.
— У нее есть дети?
— Нет!
— У нее финансовые проблемы и ты боишься, что папа ее не одобрит?
— Да нет же, мама, все не так!
— Так в чем же дело, сыночек? Я переживаю.
«Маман не успокоится, нужно срочно выдать какую-нибудь правдоподобную версию».
— Это все произошло в другом городе, далеко отсюда, мы вряд ли еще встретимся, поэтому не стоит строить планы.
— Но ты почувствовал что-то особенное, правда, Дима?
— Возможно, мам. Я не хочу об этом говорить.
«Она чего хочет? Чтобы я сказал, что, наверное, запал на блондинистого парня? У нас был секс, и мне все понравилось? И теперь мы созваниваемся? Ну, нет уж, маман!»
От продолжения разговора меня спас звонок в дверь. Вернулся отец. Мама вышла его встречать. Я был очень раздражен, мне хотелось сбежать под любым предлогом.
Через пару минут вошли улыбающиеся родители. Папа сиял.
— Димитрий, тебя можно поздравить? Ты скоро нас познакомишь с будущей невесткой?
— Что? Нет! Вы все неправильно поняли.
— Твоя мать-доктор и большой специалист, она в этом больше тебя разбирается. Не спорь!
Папа вел себя как обычно. Его не переубедить, но он был действительно очень рад «новости».
— Папа, мама, я не пациент, не нужно меня «разбирать».
— Сын, ты не переживай. Совсем не важно, сколько лет твоей избраннице, что она живет в захолустье и нищете, даже если она страшненькая, плохо говорит и неотесанная, но произвела на тебя впечатление, мы ее примем как родную. Всему научим, финансово вас поддержим. Главное — ты встретил будущую жену. Мы с мамой очень рады. Ждем скорейшего знакомства. Надеюсь, ты пригласишь в Петербург свою избранницу на новогодние праздники и представишь ее нам.
«Убейте меня кто-нибудь! Вот я попал! А ведь их теперь не переубедить. Придется либо нагло врать, а потом „бросить“ вымышленную девушку, либо, шокировав все семейство, рассказать про блондина, в которого я даже не влюблен. Это разобьет им сердце, и, очень вероятно, отец этого не сможет принять. Никогда!»
Остальное время семейного обеда родители без моего участия обсуждали, где будет свадьба и кого приглашать на банкет. Я сидел с отрешенным видом, будто бы говорили не обо мне. Покидал родительский дом я под каким-то прессингом.
«Надо блондину нажаловаться, что они меня достают расспросами. Может, что подскажет, он же умный мальчик».
Декабрь приближался к экватору, новых запоминающихся девушек в моей жизни не появлялось. Я старался, знакомился, занимался с ними сексом. Но нет, ничего.
У меня появилось еще одно новое хобби-индикатор. Если девушка заводила меня меньше, чем N, я даже с ней не продолжал знакомство. Не пытался склонять к сексу. Зачем? Мне все равно не понравится.
Так же я рассматривал повсюду молодых и симпатичных парней, задавая себе вопрос: «хочу ли я поцеловать вот этого?»
Ответ всегда был однозначным: нет!
Кроме легкой тошноты, мой организм ничем не отзывался.
«Что же со мной не так? И какого черта я ТАК хочу блондина?»
