За закрытой дверью

Все еще никакой выдержки. Рони, опять прости.

Хмурый Артур толкнул плечом дверь и зашел в комнату, шурша пакетами. Мерлин удивленно выглянул из кухни и вопросительно выгнул бровь. - Я сдаюсь, - оповестил парня Артур и вынул из первого пакета мишуру и кинул ей в Мерлина. - Еще ноябрь! – возмущенно откликнулся Эмрис, подходя ближе и заглядывая в оставшиеся два пакета, доверху забитые рождественскими украшениями. Артур явно побывал не в одном магазине. - Я сказал точно так же неделю назад, - кивнул Артур, снимая куртку и начиная выпутываться из шарфа, все же, ветра в Англии не щадили никого, - но меня окончательно сломала та злосчастная круглосуточная кофейня. И их рождественский плейлист. И то, что украшения продаются теперь на каждом углу. - Украшения продаются еще с конца сентября, - покачал головой Мерлин, ловя удивленный взгляд Артура, - ты что, не знал? - Может, просто не сильно обращал внимания, - пожал плечами блондин, прокручивая в голове сколько раз натыкался взглядом на красно-зеленые украшения и бантики в различных местах и как упорно их игнорировал. Рождество уже давно перестало быть чем-то волшебным, поэтому к этой предпразничной суете Артур относился с легким снисхождением. До этого года и до этой чертовой кофейни. Ладно, бариста, имя которой Артур так и не прочитал на бейдже, оказалась остроумной и явно сильно пришибленной на тему праздников – еще ни разу её головной убор не повторился, а Пендрагон ходил в кофейню как на работу – очень часто. Да и набирали в этой кафе персонал явно по одному критерию – сменщик, зеленоглазый кудрявый паренек, оказался таким же очарованным идеей праздника и иногда забывался, начиная подпевать рождественским песням, от которых у Артура же уже начала болеть голова. И подумать только, это же еще даже маркетинг не вошел в свою агрессивную фазу продажи бесполезной праздничной фигни. Фигни, которой теперь у них три пакета и это явно не конец. Артур устало вздохнул. Мерлин уже успел навести бардак, вытряхнув все покупки на пол и теперь радостно шурша упаковками. Выглядел он подозрительно по-щенячьи счастливым для человека, первой реакцией которого было возмущение. - А ёлка будет? – внезапно спросил Мерлин, поднимая свои огромные голубые глаза на Артура и смотря так, что тот на секунду растерялся. Ну нельзя быть настолько очаровательным, ты же взрослый мужик со щетиной, багажом комплексов и ядовитым характером. Нельзя, но вот прямо перед ним сидит Мерлин и совмещает в себе все вышеперечисленное, наплевав на законы логики. Катастрофа. - Будет, - очередной раз капитулировал Артур. – Но давай дождемся Моргану, иначе она нам точно не простит. Мерлин даже оторвался от распутывания гирлянды, чтобы выразить свою заинтересованность во внезапно всплывшем факте. - Все настолько плохо? – сдержанно поинтересовался Мерлин. - И даже хуже, - кивнул Артур, - обычно, она рисовала план по украшению всех ёлок в доме начиная с октября. План, Мерлин! У нее были зарисовки и списки, и если вдруг она не находила того, что ей было надо – это была истерика часа на два. Ну а на время украшения, дом превращался в тоталитарную зону влияния Морганы, даже отец старался уехать куда-нибудь. Так что, - подытожила жертва репрессий со стороны сестры, - если мы не включим её в процесс украшения хотябы ёлки, то она придет и переделает все сама. Мерлин смотрел на Артура с какой-то плохо скрываемой теплотой и неприкрытой радостью, что плохо вязалось с только что прочитанной лекцией об ужасах дома Пендрагонов. - Звучит скорее весело, чем страшно, - наконец сказал Мерлин. Артур обескуражено фыркнул – ну да, что он еще ожидал. С украшениями они провозились до самого вечера.

***

То, что Артур был из тех людей, которые не всегда понимают с первого раза, было известно давно. Ну, или в нем проснулись неожиданные задатки исследователя, которому срочно нужно было сравнить. Переживать бисексульную панику оказалось не весело. То, что ему нравятся мужчины, Артур принял. Со скрипом, но принял. Конечно, немного поорал в директе Чарли на следующее утро, на что тот совершенно безжалостно ржал в голосовых. Черт бы их побрал. Но позже сжалился и все же провел воспитательную беседу, успокоив, что с Артур не первый, не последний. И чувствовать себя набитым дураком девяносто процентов времени – совершенно нормально. Даже немного полезно, чтобы не зазнаваться. Мозг переваривал новую информацию очень неохотно, а аналитический аппарат так вообще включил сирену и выл, моля так сильно его не перегружать. Девушки же никуда не делись из жизни Артура. Он столько лет очаровывался женской красотой, что просто игнорировать этот факт нельзя было. Ладно, он немного боялся, что его привычный уклад жизни летел в тартарары быстрее, чем финансисты из окон на Уолл-Стрит в двадцать девятом. И что все эти годы он себя обманывал. И еще очень много различных разношерстных тараканов, которые повылезали изо всех щелей и устроили мексиканский фестиваль в его голове. С этим надо было разбираться, поэтому буквально через неделю Артур обнаружил себя в постели очаровательной девушки на другом конце города. Это было не самое мудрое решение. - Что? – спросила Флёр, натягивая на себя футболку. Артур почувствовал себя идиотом, потому что явно последнюю фразу произнес вслух. И теперь надо было это как-то разгребать. Все же, он джентльмен, а они обычно думают, перед тем как заняться с девушкой сексом. - Я…- начал был Артур, но Флёр уже все поняла по его лицу и закатила глаза. - Уже жалеешь об этом? – она села на кровать рядом с Артуром, скрестив ноги. – Эй, ты милый, но секс на одну ночь не подразумевает продолжение отношений, так что я от тебя ничего не жду. Артур посмотрел на девушку. Пышные темные кудри сейчас были взлохмачены, а сама она была расслабленной и томной. Все же, секс с ней оказался совсем не неловким, а даже горячим. Артур вспомнил, почему она понравилась ему там, в баре. Веселая, громкая, она танцевала с бокалом Кровавой Мэри сама по себе и со всеми одновременно. Смотрела на Артура открыто и не скрывала, что он ей понравился. Артур был заинтересован с первой секунды. - Это радует, - парень разблокировал телефон, чтобы вызвать такси, но Флёр легонько шлепнула его по руке. - Нет уж, - недовольно сказала она, - я хочу знать почему решение переспать с красивой девушкой – не мудрое. Как по мне, это еще никому не вредило. Артур улыбнулся. Эта самоуверенность ему тоже определенно нравилась. - Поверь, объяснение будет звучать настолько тупо, что ты выставишь меня в одних трусах за дверь, - Артур поморщился. Он пару раз пытался сформулировать причину экспериментов, но выходило такая отборная фигня, что было стыдно даже перед самим собой. - Теперь еще сильнее хочу знать, - Флёр устроилась поудобней и приготовилась слушать. – Ой, да ладно тебе, - сказала она, замечая, как Артур не решается начать говорить. – Я отменила свадьбу своей мечты за месяц до нее, бросила жениха и теперь веселюсь. Я амбассадор странных решений, ты по адресу. - Я влюбился в друга, понял, что мне нравятся мужчины, почти переспал с парнем из бара, испугался, что мне разонравились женщины и вот я тут, - выпалил Артур. Флёр вопросительно изогнула бровь. - А раньше ты был только по девочкам? – уточнила она. - Ну да, - кивнул Артур. - А теперь и по мальчикам. Артур опять кивнул. - А почему тебе должны были разонравиться девочки? - Ну вдруг? – жалобно предположил Артур. Флёр посмотрела на него как на идиота. - Это называется бисексуальность. - Я уже погуглил, спасибо, - огрызнулся Артур, натягивая на себя одеяло. – Мне нужно было убедиться. Я сейчас уверен только в том, что Мерлин каким-то чудесным образом убивает мне не только нервную систему, но и секс, потому что я чувствую себя не счастливым, а виноватым. Хотя он ни о чем даже не знает. – Артур вздохнул и посмотрел на девушку. – Прости, тебе не должно быть дело до моих метаний. Ты потрясающая и все было круто, просто… - Просто я не человек, в которого ты влюблен, - кивнула Флёр. – Это совершенно нормально. И твои эксперименты, и то, что ты чувствуешь. - Спасибо, - выдохнул Артур. И теперь уже вызвал такси. - А почему ты отменила свадьбу? – спросил он, натягивая джинсы и пытаясь найти взглядом, куда кинул носки. - Ну уж нет, - фыркнула девушка, - об этом мы поговорим в следующей серии. - Что? – удивился Артур, даже отрываясь от выворачивания рубашки. – Какой серии? Флёр встала, подошла к своей сумке и вытащила какую-то бумажку. Порывшись в сумочке еще немного, она достала ручку и что-то написала. - Держи, - сказала она, протягивая цветастый билет, - я занимаюсь кураторством выставок и скоро будет открытие одного проекта. Зови туда своего ненаглядного. Артур удивленно посмотрел на билет, а потом на девушку. И снова на билет. - Ого, прикольно. Если не быть мудаком, можно дружить с теми, с кем спишь. - Это была разовая акция, - укоризненно посмотрела на него Флёр, но её губы подрагивали, еле сдерживая улыбку, - но меня умиляет тот факт, что ты хочешь со мной дружить. - Мы не в младшей школе, - проворчал Артур, направляясь к двери. – И спасибо. Ты правда потрясающая. Флёр широко улыбнулась и махнула рукой. Весь оставшийся путь до дома Артур тоже улыбался.

***

У Мерлина не было ни одного логически обоснованного ответа, почему он опять позволил уговорить себя прийти на вечеринку. Ладно, они все это заслужили. Они сдали огромный проект по кельтской мифологии, в которой сначала месяц разбирались, ломая язык и мозг, а потом еще месяц судорожно рисовали. Они правда огромные молодцы, вся группа (хотя Уриенс, по скромному мнению Мерлина, мог бы стараться и получше, а не бегать курить через каждые десять минут, саботируя всю работу). Поэтому они все и оказались в «Авалоне». Мерлин уже час сидел в углу на диванчиках и изредка перекидывался парой слов с подлетающей к нему Гвен. Вот кто чувствовал себя тут отлично. Гвен танцевала так, будто это был последний вечер в ее жизни. Мерлин вообще не представлял себе, откуда в таком хрупком теле может быть столько энергии. Ланселот, появившийся буквально десять минут назад, теперь танцевал рядом и смотрелся так потрясающе гармонично рядом с девушкой, что сложно было представить, что когда-то было по-другому. Мерлин даже немного завидовал. - Мерлин, иди напейся, молю, - сказала внезапно появившаяся рядом с парнем Гвен. Она уперлась руками в бока и сумела выглядеть достаточно устрашающе, чтобы Мерлин поднялся с места и двинулся в сторону бара. И это при том, что на ней было полностью блестящее платье. Удивительная женщина. Вообще, о том, чтобы напиться Мерлин раздумывал с первой секунды, как переступил порог клуба. Но больше, конечно же, хотелось обратно в свою комнату к ноутбуку с нетфликсом, ленивым сэндвичам и Артуру. Точно, Артур. Вот почему Мерлину срочно надо было напиться и никак нельзя было обратно. Чувства к Артуру начинали пугать. Они и до этого не особо сильно способствовали душевному равновесию Мерлина, но тут что-то совсем все покатилось по наклонной. Резко изменившейся Артур теперь был пусть таким же язвительным козлом, раскидывающим вещи по всей комнате, но теперь будто открылся. Перестал выгораживать стену из подручных средств и иногда так тепло смотрел на Мерлина, когда думал, что тот не видит, что аж сводило пальцы, а по телу табунами бегали мурашки. Мерлин нервничал. Он уже такое проходил и ему вообще не хотелось повторения. Потому что Артур – бэд бой. А умным мальчикам не нравятся бэд бои. Умным мальчикам нравятся такие же умные мальчики, способные выстраивать нормальные отношения, а не хреначить палкой как рамапитек по самым больным местам в порыве гнева. Но, видимо, Мерлин не умный мальчик, потому что ему капец как нравится Артур. Только подойдя к бару, Мерлин узнал человека за стойкой – это был Гавейн. Такой же лохматый, небритый и улыбчивый, каким Мерлин его запомнил в те пару раз, когда они пересекались. Правда, обычно Гавейн уже был жутко сонным, потому что дело бывало ранним утром, когда тот забрасывал Пендрагона в общагу, требовал свою порцию кофеина и укатывал на своей Пежо в рассвет. Мерлин почему-то думал, что Гавейн должен в этот момент пафосно курить и слушать Led Zeppelin. Как видно, Мерлин вообще любит романтизировать людей. - Опа, кто здесь, - радостно прокричал Гавейн, заметив замершего в нерешительности Мерлина, - какими судьбами? - Одногруппники, - скривился Мерлин, неопределенно кивая головой в сторону танцующей массы, - они явно хотят моей смерти. - Нет, Мерлин, они хотят веселиться, - покачал головой Гавейн, - что тебе налить, мой дорогой друг? - Я не разбираюсь в этом всем, - Мерлин окинул взглядом огромную барную карту, больше похожую на скатерть, - так что избавь меня от мук выбора. Иначе я случайно выберу какую-нибудь совершенно мерзопакостную фигню, ты расскажешь Артуру, а он потом будет еще месяц надо мной глумиться. Гавейн рассмеялся и через минуту перед Мерлином стоял круглый стакан, доверху наполненный чем-то красным. С края стакана изящно свисала апельсиновая корка. Безотходное производство, потрясающе. - На вкус как ёлка, - чуть отхлебнув, оповестил бармена Мерлин. Тот вопросительно изогнул бровь. – Ну, не то чтобы я любил жевать ёлку, но знаешь… - Это Негрони, - снисходительно произнес Гавейн, - но твой вариант с ёлкой тоже хорош, как раз будет повод запихнуть его в рождественское меню и накрутить цену в три раза. - Банкротство этому заведению явно не грозит, - покачал головой Мерлин, - кстати, а смена Арту… - закончить фразу он не успел, потому что к нему подлетел Ланселот, дергая за руку и начиная что-то говорить про то, что если Мерлин пришел, то пусть собирает свои яйца в кулак и идет на танцпол и не расстраивает одну прекрасную даму его сердца. - Я пью, Ланс, - лениво отбивался Мерлин, тряся стаканом перед лицом приятеля, - для того, чтобы танцевать, следует сначала надраться, а я пока только в процессе. - Зануда, - закатил глаза Ланселот и сел на ближайший барный стул, - ладно, давай значит сначала надеремся. Мне текилы, - обратился тот к Гавейну. - Свой человек, - радостно отозвался бармен и на секунду исчез из поля зрения, чтобы снова появиться с огромной прозрачной бутылкой и ледяным шотом. Бокал Мерлина опустел непозволительно быстро, в голове теперь приятно шумело. Он лениво переругивался с Ланселотом по поводу новой выставки в Тэйт Модерн, когда рядом нарисовался Уриенс с другом. В руках у них было по два стакана с чем-то непонятным, но они радостно включились в разговор при первом же упоминании Хэ Янг. Через пять минут Мерлин уже пожалел, что поднял эту тему. Будучи слишком занятым спором о функциональном контексте и глубине создаваемого искусства из предметов быта, Мерлин схватил чужой стакан и отпил от него большой глоток, практически приканчивая напиток. Друг Уриенса, кажется Бран, Мерлин не расслышал его имя, заметил это слишком поздно и попытался что-то сказать, но передумал. Только теперь кидал на Мерлина обеспокоенные взгляды. Минут через пять Мерлина начало подташнивать. Он схватился рукой за стойку, пытаясь слезть со стула, но ноги будто стали ватными. Тошнота подходила к горлу и тут же отступала. - Эй, друг, ты как? – спросил заметивший что-то неладное Ланселот. - Не знаю, - пробормотал Мерлин, пытаясь совладать со своими длинными конечностями, - кажется, немного перебрал. Давно не пил. – Мерлин зажмурился, пытаясь дышать ровно. Возможно, если не видеть этих огней, то будет легче, хотя бы немного, но… Тошнота и резко начавшаяся головная боль внезапно отступили и Мерлина будто накрыло волной. Звуки отошли на задний план, мир стал мягким и гибким, а он сам никогда не чувствовал такой легкости. Зеленый луч света, мягко скользивший по его пальцам, выписывал незнакомые руны, складывающиеся в какие-то слова, прочитать которые никак не получалось – буквы с хихиканием разбегались по его ладоням, спрыгивая на колени, а потом на острый пол. Мерлин чувствовал, как его кто-то хлопнул по спине и хотел было отвернуться, но внезапный блик, скользнувший между пальцев, превратился сначала в птицу, а потом в белоснежного дракона, уютно устроившегося у него на ладони. Дракон мурлыкал что-то очень знакомое и странно-тревожное, заставляющее Мерлина дрожать от переполнявшего еще счастья и ужаса одновременно. Мир вокруг продолжал крутиться. - Гавейн, - позвал парня уже успевший с ним познакомиться Ланселот, - он сидит не двигается. - Что? – Гавейн приблизился к парням и посмотрел на замершего Мерлина, стеклянным взглядом уставившегося на свои руки, - Что с ним? - Я не знаю, - Ланс нахмурился и дернул Мерлина за руку. Тот медленно перевел на него взгляд и завис, - я отходил к Гвен, а когда вернулся, ребят уже не было, а Мерлин сидел так. - Мерлин, как ты себя чувствуешь? – потряс его за плечо Гавейн. Мерлин перевел взгляд на него глупо улыбнулся. Чуть отклонив голову, он протянул руку и смазано провел по щетине Гавейна. - Как серый. Потому что острый, - уверенно выдал Эмрис. - Блять, ебаный ты нахуй, - прошипел Гавейн, вытаскивая из кармана телефон, - я звоню Артуру, этого придурка чем-то накачали. - Как? Кто? – Ланс растерянно оглядывался. – Десять минут назад все было нормально, как это могло произойти. И ты уверен? - Я знаю как это говно работает, - отозвался Гавейн, нервно листая список контактов, - и в душе не ебу как это произошло. Работал, прикинь. И вообще, это твой приятель, вы тут вместе сидели. - Я… - начал было Ланселот, но Гавейн его раздраженно перебил: - Да не похуй, веришь, нет. Лучше отведи его умыться. Это не поможет, но хоть немного в чувство приведем. Ланселот практически взвалил Мерлина на себя и потащил через толпу. Мерлин же бездумно переставлял ноги, будто плывя в облаке, а в его голове скакали строчки песни, отыгравшей еще пару минут назад, но заевших, будто кто-то специально зажевал кассету. Мерлину казалось, что он сходит с ума. Его несло по оранжевому течению вверх, и это было настолько прекрасно, что не хватало сил остановится и глотнуть воздуха. Мир искрился золотом и говорил голосом Артура. Мерлину было холодно и жарко одновременно, одежда горела на нем огнем и больше всего ему хотелось отбросить её и сомнения и вжаться носом в родную шею, чтобы снова почувствовать себя дома, хотя прежде он там никогда не был. Прошло больше получаса, с того момента, как Ланс опустил дрожащего Мерлина на пол в мужском туалете и присел рядом, позволяя не шевелящемуся и, кажется, практически не дышавшему другу прислониться плечом. И когда Ланселот уже практически сожрал себя изнутри от беспокойства, распахнулась дверь и влетел встрепанный Артур. За ним, уверенно, но с выражением крайнего беспокойства на лице, зашла Моргана. Гавейн попытался её остановить, за что был награжден ледяным взглядом. Мерлин будто ничего этого и не заметил. Он продолжал шептать те же самые заевшие строчки и пытаться найти в них тот самый смысл. Смысл ускользал. Мне все равно, что ты думаешь, если это касается меня. Мне все равно, если ты касаешься, мне все равно, все равно если касаешься. Касаешься. Касаешься меня. - Мерлин. – Артур присел возле парня, сжимая его плечо и легонько встряхивая. – Дурачье, ты как умудрился то? - Все равно, - пробормотал Мерлин, удивительно осознанно ловя взгляд голубых глаз, - ты касаешься меня. - Придется потерпеть, - вздохнул Артур, приобнимая парня за талию и тяня вверх. Мерлин повис безвольной куклой в руках Артура, почему-то дернулся, но не из плотного кольца рук, а наоборот, еще ближе к блондину. И уткнулся носом ему в сгиб шеи. Артура слегка тряхнуло от такого откровенного прикосновения, не смотря на беспокойство, из которого он, кажется, сейчас состоял целиком. - Касаться, - тихо выдохнул Мерлин, заставляя Артура снова вздрогнуть, но тут же взять себя в руки и потащить к выходу из клуба. Служебному, конечно же. Чем меньше людей видят Мерлина в таком состоянии – тем лучше. Пока Артур загружал Мерлина в машину, Моргана хмурилась и нетерпеливо крутила ключи от машины на пальце. - Он сам, или… - начала она, поворачиваясь к Гавейну, - да и вообще, что это такое? - Скорее всего перепутал стаканы, - покачал головой стоящий рядом Гавйн, - не думаю, что у кого-то была цель его накачать. Когда я последний раз к ним подходил, Мерлин был в большой компании, но вроде все были его знакомые, - парень задумчиво почесал щеку и тряхнул копной волос, - надо будет еще поспрашивать ребят. Моргана кивнула и обхватила себя руками. На улице было прохладно, а она в спешке вылетела в одном платье, забыв про пальто. - А ты… с Артуром? – осторожно спросил Гавейн, жалея, что не захватил косуху. Так бы мог предложить даме, а теперь стоит как дебил и мерзнет зазря. Девушка перевела полный осуждения взгляд на собеседника и, чуть искривив губы произнесла: - Я его сестра. - Оу, - заметно повеселел Гавейн, - так ты Моргана. - Учитывая, как хорошо я знаю своего брата и его любовь жаловаться, скорее всего ты представлял меня в огне, с рогами и вилами, - хмыкнула девушка. Судя по реакции Гавейна, начавшего хитро улыбаться, так оно и было. - Своих не сдаем, - гордо произнес парень, но их прервал Артур, устало сообщивший что, Мерлин почти цел и огромным трудом запихнут на заднее сиденье и, чисто теоретически, они уже могут ехать, если Моргана соизволит сдвинуться с места и сесть за руль. - Еще увидимся, - на прощание улыбнулась Моргана, садясь в машину. - Надеюсь, - задумчиво ответил Гавейн, наблюдая за выезжающей с парковки чёрной Инфинити. В самой машине обстановка была слегка нервная. Мерлин, удобно устроившийся сначала на сидении, теперь плавно перетекал всеми конечностями на сидящего рядом Артура. Артур, в свою очередь, не знал, что с этим всем счастьем делать. С одной стороны, Мерлин снова не боялся касаться его, бормотал что-то про то, что Артур такое красивое кресло, а потом объявил, что желтый свет в окне ему не нравится, он липкий, а еще сопел ему в шею и цеплялся за руки. С другой же, все действия Мерлина были не осознанными, что потом могло не очень положительно сказаться на их итак натянутых взаимоотношениях. Поэтому Артур усиленно притворялся мебелью, иногда жалобно посматривая на Моргану в зеркало заднего вида. - Я вам не мешаю? – ехидно спросила Моргана, останавливаясь на перекрестке. Мерлин только что заметил сверкающую огромную вывеску за окном и потянулся к окну через Артура, буквально ложась на него всем корпусом. - Да неееет, - сдавленно протянул Артур, которому локоть Мерлина больно давил на коленку, - ты наоборот, придаешь моменту пикантности. - Всегда знала, что твои предпочтения странные, - поддержала игру Моргана, но вдруг перешла на серьезный тон. – Не хочу тебя пугать, но кажется, Мерлину завтра будет очень неловко. Если хочешь, я побуду с вами. - Я позвоню, если все будет совсем плохо, - благодарно улыбнулся сестре Артур. Когда они уже подъезжали к общаге, Моргана как-то печально вздохнула и выдала то, что потом грызло Артура до глубокой ночи. - Ты вообще можешь звонить просто так.

***

Весь следующий день Мерлин провалялся в кровати мечтая себе врезать. И причем непонятно за что. В голове была такая каша из пережитого, что вычленить какие-то отдельные эмоции и более-менее связанные мысли не получалось. Артур периодически появлялся рядом, задавал вопросы на отвлеченные темы и вообще вел себя максимально настороженно. Чем, если честно, подбешивал Мерлина. Помнил он все кусками, поэтому Артуру утром пришлось в общих чертах описать ситуацию, по большей части съехав на то, что никто особо ничего не понял, но Мерлин вел себя почти прилично, ни на кого не кидался, в машине не блевал, грязные секреты не рассказывал, а очень жаль. Мерлину было прям интересно, на сколько хватит выдержки Артура, чтобы не начать стрелять пулеметной очередью из шуток категории «б» про всю эту ситуацию. Судя по слегка виноватому выражению лица Пендрагона во время их смол токов, тот был уже на грани и еле сдерживался. Ну да, мудацкую натуру никуда не спрячешь. Впрочем, Мерлин не жаловался. (Ну если только иногда). Только после обеда, когда Артур уже практически ушел на смену, Мерлин соизволил подняться и пойти наводить себе кофе. - Надо позвать Моргану, - буркнул он, высыпая кофе в кружку прямо из банки. – Меня бесит, что вроде как Рождественское настроение, а ёлки нет. - Можно завтра, - через минуту ответил Артур, набирая сообщение, по всей видимости, сестре. - Мне кстати сказали, что в Примарке отличная новая коллекция рождественских украшений, - закинул удочку Мерлин, как бы ни на что не намекая. - Это был реальный человек, или с тобой опять шкаф пиздит? – отозвался Артур и только потом прикусил себе язык. - Что? – непонимающе посмотрел на него Мерлин, а потом опасно сощурил глаза. - Что? – невинно отозвался Артур и покинул комнату в рекордно короткие сроки. Даже, кажется, шапку забыл. - Вот ты гад, - крикнул ему в спину Мерлин. Из-за двери раздался смех, и парень сам улыбнулся. Вопрос с чувствами к Артуру все также оставался нерешенным. Он помнил, как его вело от одного только запаха Артура, как сильно хотелось обнять его, вжаться всем телом и так замереть. Если глюки до момента прихода Артура были слегка абстрактными, то после, единственное что он помнил – один огромный момент, полностью наполненный золотым светом, голосом Артура и прикосновениями. Мерлин не знал, что он там успел наговорить за все это время и, по правде говоря, не горел желанием выяснять. Пусть это будет просто странный эпизод, который и был, и не был одновременно. Когда-нибудь они об этом поговорят. Но точно не в ближайшее время. Из мыслей Мерлина выдернуло уведомление на телефоне. Разблокировав, он увидел очередную реакцию на его сториз от Уилла. Во-первых, блять, он еще и сториз вчера постил. Во-вторых, какого хрена Уиллу надо. Второй раз подряд. Merlininthedark: ? Will_low: я удивлен Merlininthedark: Можно было удивляться молча Will_low: Эй, я просто хотел спросить как дела Мерлину очень захотелось побиться обо что-нибудь головой. Ну нельзя объявляться через два года после расставания и спрашивать «как дела». Это фу, моветон, отвратительное поведение, кибербуллинг. Вообще, тогда ситуация была максимально тупая. Мерлин влюбился в Уилла потому что это был единственный нормально относившийся к нему парень. Да и вряд ли это была влюбленность, скорее привязанность, приправленная нуждой в заботе и чем-то, что может стать родным. А у Уилла было время экспериментов. Совершенно идиотская мысль была сойтись, два года мучать друг друга, а потом окончательно рассориться практически на пустом месте, вываливая все старые обиды, недомолвки и осознание собственной беспомощности. Поэтому они имели, что имели: совершенно нелепый разговор спустя такое количество времени, который грозил закончиться очередной катастрофой. Merlininthedark: Не дождешься Will_low: О боги, Мерлин, не устраивай сцен, мы же все выяснили Но ладно, на самом деле возможно мне немного стыдно И я бы хотел чтобы наше общение совсем не заглохло Merlininthedark: То, что мертво, умереть не может Уилл прислал целую подборку гифок с закатывающимися глазами. Мерлин ехидно хмыкнул. Ладно, бесить Уилла было все так же весело. Все-таки они очень долго были лучшими друзьями. Will_low: Ладно, я признаюсь, что вел себя как придурок, но мне было семнадцать и возможно в тот момент работала одна извилина Merlininthedark: Работала? Все, прекращаю. Просто это немного неожиданно, что ты решил написать именно сейчас. И немного неловко. Will_low: Аналогичное чувство. Но ты же уже не злишься? Merlininthedark: Много чести. Ладно, у Мерлина были все права беситься, потому что позже вскрылось, что все это время Уилл спал с их общей подругой. С которой, кстати, встречается до сих пор – Мерлин до сих пор был подписан на профиль Уилла. Возможно, стоило уже отпустить эту ситуацию, потому что в данный момент Мерлин не чувствовал никакой злости. Только странную тоску по старому другу, которого действительно иногда не хватало. Он умудрился растерять практически всех близких ему людей, и врятли это говорило о том, что он хороший человек. Они немного поговорили об учебе, о работе Уилла, о том, что никто из них не собирается обратно в Эладор даже на праздники и вообще на самом деле они жутко давно там не были. Merlininthedark: Наш разговор не настолько неловкий, как я мог предполагать Will_low: Это значит, что мы снова на связи ? Merlininthedark: Думаю, да. Мерлин закрыл приложение и задумался. Потом снова открыл, зашел на профиль Уилла и пролайкал пару десятков фотографий. Это все было как-то по-взрослому – разговаривать с бывшим и не чувствовать желание огрызаться, а тем более устраивать драму. Хотелось, чтобы у всех было все хорошо. И у него тоже. Он посмотрел на аккуратно застеленную кровать Артура, гору мишуры и табун чашек с недопитым кофе на подоконнике. А может, у него уже все хорошо?

***

Моргана вплыла в их комнату, держа в одной руке огромный термос, а в другой раздутый пакет, из которого выглядывало подозрительно много мишуры. Артур тяжело вздохнул. - Это я и глинтвейн, - оповестила всех присутствующих Моргана. Присутствующих было две штуки в наличии. Может быть, три, учитывая размеры искусственной ёлки, которую Мерлин и Артур собирали битый час. Теперь весь пол был усыпан пластиковыми иголочками, почему-то агрессивно отваливающимися во время сборки. Моргана, обычно носящая исключительно чёрный, сегодня изменила своей традиции и пришла в огромном красно-зеленом свитере, явно мужском и потрепанном жизнью. И удивительно, так она смотрелась еще более женственной, и даже, скорее, мягкой. - Мерлин, покажи мне все красные и золотые украшения, что есть, - скомандовала девушка, протягивая брату пакет, - а это дополнительная гуманитарная рождественская помощь. Я предчувствую, что у вас будет совершенно сиротский наборчик. Мерлину стало немного обидно за свое богатство. Он-то последние пару дней чувствовал себя драконом на золоте, когда ему на глаза попадались коробки и пакеты с украшениями. - А ты, - продолжила Моргана, тыкая в Артура пальцем, - марш за мной на кухню. Мне нужны чистые кружки. Артур посмотрел на Мерлина и скорчил лицо, как бы говоря, что он предупреждал. Мерлин же пожал плечами и зарылся в пакет, изучая содержимое. На данный момент, связь с реальностью у него была потеряна. - Мне кажется, ты празднуешь что-то кроме рождества, - полушепотом сказала Моргана, когда они очутились на кухоньке. - Ну да, - кивнул Артур, - мою полную капитуляцию. - Перед чем? – Моргана критически осматривала полку с посудой на предмет кружек, которые смогли хотя бы частично удовлетворить её королевские потребности. Пока таких она не видела. - Тебе честно, или как другу? – поинтересовался Артур, прислоняясь бедром к столу. - Мне честно, Мерлину как другу, - хмыкнула сестра и наконец достала пару кружек. Осталось найти третью. - Перед рождественским настроением и гетеросексуальностью, - Артур постарался произнести это как можно более непринужденно. Но очень сомневался, что вышло. Моргана резко развернулась, держа в руках какую-то совершенно ублюдскую розовую кружку, которую Артур, он может поклясться, никогда раньше тут не видел. Иначе бы давно выкинул этот кошмар. Что она вообще тут делает? - Ты что, только понял? – Моргана от неожиданности даже забыла, что они до этого разговаривали тихо. Но тут же перешла на шепот. – Нет, ты серьезно? Это же было абсолютно очевидно. Артур непонимающе уставился на сестру. Он явно что-то пропустил в своей жизни. - А ты… - Я думала, что ты со мной об этом просто не говоришь только потому, что до сих пор сидишь в шкафу, - Моргана наконец поставила на стол кружку, которой до этого размахивала в опасной близости от шкафчиков. – А ты оказывается просто тупой. Артур промолчал. Слишком хорошо знавшая его Моргана, сразу же что-то заподозрив, склонила голову на бок и выжидающе на него посмотрела. Артур прокашлялся. - Ну, мне надо было проверить, - начал он. Моргана прислонила руку к лицу. - Артур, только не говори мне… Ты придурок? - Мерлин ничего не знает, это был не он, - поспешно успокоил сестру Артур. - Тогда я знать не хочу, как проходила твоя проверка, - выдохнула Моргана. Потом подумала и добавила: - Или хочу. - Катастрофически, - буркнул Артур, скрещивая руки на груди. – Но зато теперь у меня есть несколько новых знакомых. - Кошмар, ты поехал трахаться, а завел друзей, - простонала Моргана. – Ты абсолютная катастрофа. - Я согласен, что он катастрофа, но почему на этот раз? – спросил Мерлин, внезапно появившийся в дверях. Артур от неожиданности отшатнулся к окну и чуть было не навернулся. Моргана же испуганно вздрогнула, но тут же вернула себе самообладание. - Потому что родился, - ответила она и наконец разлила глинтвейн по чашкам. Комната наполнилась пряным запахом специй и цитрусов. Наряжала ёлку Моргана, благоразумно отправив Артура художественно присобачивать мишуру везде, где ему взбредет в голову, но изредка контролируя этот чистый поток праздничной энергии строгими «Артур, тебе вместе с чувством такта и чувство прекрасного в детстве отбили? Это что за инсталляция?». Мерлин же рисовал гуашью на окнах, периодически отвлекаясь на то, чтобы рассказать Моргане о все том же многострадальном проекте, который они так удачно отметили. Темы клуба все благоразумно избегали. Тогда-то Артур и вспомнил, про пригласительный. - Кстати, Мерлз, как на счет сходить на одну выставку? – слезая со стула, аккуратно спросил блондин. – Мне тут пригласительный перепал, подумал, что захочешь. На Артура уставились две пары изумленных глаз. - Проверь ему температуру, - сказала Моргана, отворачиваясь к ёлке и раздумывая, где лучше всего будет смотреться очередная золотая снежинка. - Ты? Выставки? Пригласительный? – Мерлин замер с кисточкой наперевес. – Прости, у меня сейчас шаблон порвался. Артур вздохнул, подошел к своему рюкзаку, достал оттуда картонку и отдал Мерлину. Вещественные доказательства, так сказать. - Оу, это совсем скоро, на следующей неделе, - пробормотал Мерлин, - еще и на открытие. Откуда у тебя это? И да, конечно же я пойду, кто в здравом уме отказывается от такого. То, что Мерлин начал так тараторить означало лишь одно – он был немного в шоке, растерян, но очень счастлив. В груди Артура потеплело. - Новая знакомая пригласила. Она куратор, - туманно ответил Артур. Однако, Моргана все же совершенно не изящно подавилась глинтвейном. - Полезные связи, - отозвалась она, оглядываясь в поисках термоса. Артур подумал, что прибьет её позже. – На самом деле я давно думаю, о том, как было бы здорово что-то организовывать, - внезапно грустно сказала она. Артур с Мерлином переглянулись. - Что? – деликатно уточнил Артур. Он, конечно, помнил, насколько трепетно Моргана всегда относилась к праздникам, как основательно подходила к их подготовке. Наверное, только благодаря ей в их доме происходило хоть что-то положительное. Не будь Морганы, Артур уверен, он с отцом пересекался бы только за обеденным столом и то, только для того, чтобы очередной раз поскандалить. – Ты же на экономическом. - А то ты не знаешь, чья это идея, - зло отозвалась сестра. – В идеальном мире, я бы хотела своё агентство. Устраивала бы праздники. Набрала бы штат, сначала бы занимались какими-нибудь корпоративами, потом расширились бы, а еще неплохо было бы свадьбы… - она осеклась. – Жаль, конечно. - Ты всегда можешь этим заняться, - аккуратно вставил Мерлин. Артур и Моргана посмотрели на него одинаково грустными взглядами. - Фамилия моя как? – насмешливо спросила Моргана. – То-то же. Это у Артура смелости хватило взбунтоваться, а я… - она поджала губы. – Он же уже все придумал, распланировал. Я ему сердце разобью. - И себе жизнь, - неожиданно жестко сказал Артур. Моргана подняла на него взгляд. – Это все его личные трудности, что он там себе напридумывал. - Артур, - вздохнула Моргана, - давай не сегодня. Такой замечательный вечер. Я наконец, как будто дома. И Артур послушно замолчал, признавая правоту сестры. Этот разговор мог подождать. Да и Артуру теперь было над чем подумать. Неожиданно многое стало ясно. За всей этой бравадой Артур иногда забывал, насколько хрупкой и беззащитной может быть Моргана. И что отец слеп в своих попытках причинить им добро. И что на самом деле все сложнее, чем кажется. Но это все сейчас было не очень важно. Потому что они зажгли гирлянду, вскрыли пачку с имбирным печеньем и включили первый попавшийся рождественский фильм. Моргана озвучила то, что крутилось у них всех троих в головах – они были дома.

***

Мерлин остановился посреди улицы и достал телефон из кармана. Посмотрев на экран истерично дребезжавшего телефона, Мерлин увидел кто так настойчиво звонил ему уже третий раз. Он задумчиво поднял голову и посмотрел в серое ноябрьское небо, а потом, что-то для себя решив, уверенно нажал на отбой. Мерлин впервые за много лет не поднял трубку, когда звонил отец. Потому что у него все хорошо. Потому что шансы на искупление закончились. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, парень зашагал к мигающими всевозможными огнями кофейне. Он заслужил порцию приторно-сладкого кофейного приза. Мир продолжал крутиться.