Гарри Поттер и сила, которой он лишился

Оттери-Сент-Кэтчпоул. Нора. Кухня Молли. — Мама, — Джинни была в отчаянии. — Я не знаю, что делать. Молли отвернулась от плиты и села за стол рядом со своей единственной дочерью, лёгкий взмах её палочки заставил чайник наполнить кружки. — Что, Джинни? — Гарри, — она отпила чай. — Я не знаю, смогу ли я справиться с тем, что с ним произошло. Я имею в виду, не то, чтобы я ненавидела сквибов или что-то в этом роде, но я не знаю, смогу ли я… быть одинокой. Молли почувствовала, как желчь поднимается в её горле при мысли о смешении крови Прюэттов/Уизли с бессильным сквибом… — Джинни, мы не говорим о каком-то случайном сквибе, мы говорим о Гарри. Ты любила его ещё до встречи с ним; ты обязана ему жизнью. Наша семья обязана Гарри столькими жизнями… он связан с нашей семьёй всем, кроме фамилии. — Я всё это знаю, мама, — отвращение Джинни к самой себе начало давить на неё ещё больше. — Просто меня пугает мысль о том, что его пропавшая магия заразит меня, если мы с ним… — она начала плакать. — Я чувствую адскую боль в животе, просто думая о том, что я буду делать, если мы на самом деле… Молли обняла свою единственную дочь. — Все будет хорошо. Я никогда в действительности не считала, что Гарри является правильным вариантом для тебя, даже когда ты была заинтересована в нём. Есть много других волшебников. Я видела, как Невилл Лонгботтом смотрит на тебя. Невилл бы гораздо лучше подошёл тебе. Учитывая наши родословные, он с лёгкостью мог бы когда-нибудь стать министром магии… Лондон. Около магазина «Чист и Лозоход Лимитед». Гарри Поттер был противен сам себе. Слабый, как котёнок, нуждающийся в помощи двух маленьких женщин, даже когда надо было просто пройти от выхода из больницы Святого Мунго к автомобилю Грейнджеров. Эмма выудила ключи из кармана и нажала кнопку на брелоке, который отпер двери автомобиля. Очень круто. Ей придётся запомнить, что ни в коем случае нельзя позволять Артуру Уизли использовать его, иначе он разнесёт автомобиль на части в считанные секунды. Как только они благополучно устроили Гарри на заднем сиденье, Эмма Грейнджер села за руль, а Гермиона расположилась на заднем сиденье с другой стороны. Она нерешительно взяла его за руку. — Я пыталась дозвониться до твоих тёти и дяди, но они больше ни разу не ответили. Ты поживёшь у нас некоторое время, по крайней мере, до того, пока не вернёшь свою магию. Верну свою магию? Ты же слышала Поппи, Гермиона, она не вернётся. — Спасибо, Гермиона, миссис Грейнджер. Это очень многое для меня значит. Мне жаль, что я стану обузой для вас. — Если ты хочешь поблагодарить нас, Гарри, то никогда больше так не говори. Дэниел и я не считаем помощь другу Гермионы обузой. Гермиона жива только благодаря тебе. Мы перед тобой в долгу, который никогда не сможем отплатить. — Миссис Грейнджер, так ведь это из-за меня Гермиона когда-либо была в опасности. — Вздор. Мы не потерпим подобных мыслей в семье Грейнджеров, Гарри. Я изучила отношение волшебников к значению крови. Насколько безопасно молодой грязнокровке находиться в вашем мире? — Эмма проигнорировала резкий вдох от обоих пассажиров на заднем сиденье. — Какое сострадательное милосердие она могла ожидать от молодого мистера Малфоя и его друзей, если бы не встретила тебя в Хогвартс-Экспрессе в первый же день? Гарри просто упрямо посмотрел вперёд. — Ладно, возможно, вы правы, но тусоваться со мной само по себе означает быть в смертельной опасности. Эмма поймала его взгляд в зеркале заднего вида. — Честно говоря, Гарри, — Гарри был поражён тем, насколько её тон напоминал Гермиону. — Погибло много людей, с которыми ты никогда не встречался. Мы выписываем «Ежедневный Пророк». И я могу соотнести случаи «терроризма», сообщаемые в наших новостях, с нападениями, описанными в прессе волшебников. По моим подсчётам, за последние шесть месяцев произошло, по меньшей мере, пятьдесят пять убийств, совершённых вашим Лордом Волан-Де-Мортом и его людьми. Знал ли ты их всех? Тусовались ли они с тобой? Не было ничего хуже, чем пытаться спорить с кем-то, кто был прав и имел неоспоримые факты на своей стороне. Так вот от кого набралась Гермиона. — В любом случае, что бы ты хотел на обед? Дэниел сейчас занят, и его пока не будет с нами. Малфой-Мэнор. Тронный Зал. — Мой Лорд, — Питер Петтигрю медленно вошёл в комнату, боязливо ожидая разрешения высказаться. — Докладывай, Червехвост, — Реддл был великодушен сегодня, он победил, и больше никто не мог стоять на его пути. — Мой Лорд, Поттер по-прежнему жив. Его магическая сущность исчезла, но он жив. Ужасающий смех эхом разнёсся по всей комнате. — Избранный превратился в грязного магла? Чудесная новость, Червехвост. Где он скрывается? — Он находится в доме своей грязнокровной шлюхи, милорд. Мне пойти и убить их? — Нет. Он больше не представляет угрозы. После того, как я полностью возьму его под свой контроль, я думаю, что хотел бы держать его как домашнее животное, кастрированное, конечно же. Его грязнокровку забавы ради можно использовать в качестве моего личного охранника, до тех пор, пока я не позволю Поттеру убить её его собственными руками. Это действительно чудесная новость, Червехвост. Сообщи моим Пожирателям смерти, что Поттер не был убит. В любом случае, ему нанесён колоссальный ущерб. Косой Переулок. Ужастики Умников Уизли. Джордж Уизли был глубоко смущён. Он до сих пор не понимал, как рассказать Фреду о его случайном свидании с Гермионой, не говоря уже о последствиях этого свидания. Фред не вернулся наверх в свои апартаменты вместе со своим братом-близнецом прошлой ночью, сказав, что он собирается отправиться в Нору, чтобы поговорить о делах с Роном. После его встречи с Гермионой, Джордж не хотел противостоять ни Рону (который был готов любить ведьму с густыми каштановыми волосами даже без ответных чувств с её стороны), ни, тем более, Фреду, поэтому он остался в магазине. Рано утром Фред прислал ему сову, сообщив, что у него в девять утра встреча в Гринготтсе, и он прибудет лишь к концу дня. Джордж провёл своё утро в пополнении запасов на полках. Точнее говоря, он всё утро прокопался в одной и той же полке. Звонок в дверь вырвал его из тумана и предупредил, что кто-то входит в магазин. Он поднял голову вверх, чтобы встретиться взглядом с Дэниелом Грейнджером. — Мистер Грейнджер, Фред… — Я знаю, кто ты, мистер Уизли. И я знаю, что ты сделал с моей маленькой девочкой. Есть только три причины, по которым ты не умрёшь прямо сейчас. Моя дочь тебя почему-то любит. Она сказала мне, что ты женишься на ней первого августа. И я уважительно отношусь к твоему отцу, хоть и не представляю, как он отреагировал на твой поступок, если, конечно, он знает об этом. — Мистер Грейнджер, я… — Я не хочу слышать твои тупые отговорки, Уизли. Ты опьянил мою маленькую девочку, чтобы без всяких проблем изнасиловать её. Сейчас она вынашивает твоего ребёнка. Позволь мне объяснить тебе кое-что. Если ты причинишь ей боль, я сделаю больно тебе. И я имею в виду боль физическую, а не психологическую. Ты знаешь, чем я зарабатываю на жизнь, Уизли? — Вы зубной врач. — Ты только вдумайся. Я очень многое знаю о боли. Ты и представить не можешь, что я могу с тобой сделать. Так что обращайся с ней как с богиней, чтобы мне не пришлось приводить угрозу в исполнение… — Дэниел Грейнджер развернулся на каблуках и без лишних слов вышел из магазина. Во что, чёрт возьми, вляпался Фред? Во что он меня втянул? Дерьмо, дерьмо, дерьмо!