Гарри Поттер и сила, которой он лишился

Хогвартс. Отделение старост Гриффиндора. Спальня мальчика. 21 мая. Гермиона медленно проснулась, нежась в тёплой постели, с счастливым осознанием того, что её любимый лежит рядом с ней. Его глубокое ритмичное дыхание говорило ей, что он ещё спит. Этим утром она почувствовала небольшой укол разочарования. Они всё ещё не закрепили брачные отношения, несмотря на её готовность сделать это. Несмотря на все её намёки. Несмотря на то, что она отчаянно упрашивала его заняться с ней любовью. В очередной раз его проклятое благородство удержало их обоих от того, что они так хотели сделать. Их ночь вовсе не была целомудренной; нет, это далеко не так. Они исследовали тела друг друга пальцами, губами и языками. Гермиона готовилась к этому через книги в течение нескольких лет, и считала себя хорошо разбирающейся в мужской анатомии. По крайней мере, из того, что она знала по фотографиям. Её исследования привели её к изучению учебника человеческой сексуальности, а также порнографии, как магловской, так и волшебной. Она считала себя хорошо разбирающейся в теме. Возможно, в теории, так как прошедшая ночь показала, что на практике всё было совсем по-другому, даже по сравнению с её исследованием самой себя. Когда она взяла его в руку, то никак не могла оценить его относительный размер. Возможно, Луна и Миртл шутили с ней. Он изучил её груди; она обнаружила, как сильно она наслаждалась вниманием, что он уделял им. Когда он руками довёл её до оргазма, она растеряла все когнитивные мысли, сменившиеся одной фразой, раз за разом проходящей через её голову: лучше, чем от кольца, лучше, чем от кольца, лучше, чем от кольца, ЛУЧШЕ, ЧЕМ ОТ КОЛЬЦА! Придя в себя, она вернула любимому долг, поразившись, каким грязным, но в то же время не менее увлекательным был этот вариант. Вместе они слезли с кровати и направились в ванную, чтобы смыть с себя соки любви, всё время поддерживая контакт. Затем они вернулись в постель, обнявшись и тихо разговаривая до тех пор, пока их не настигли чары Морфея. Как бы она не противилась, ей нужно было вставать. Ей необходимо было идти на завтрак, чтобы она смогла нормально сосредоточиться на занятиях. Выбравшись из кровати так тихо, как могла, она стала искать свою ночную рубашку. Но та как сквозь землю провалилась. Последний раз она видела ночнушку в момент, когда Гарри стягивал её с неё, но куда он мог её деть? Отказавшись от поиска, она приняла единственно возможное в данной ситуации решение — добраться до своей комнаты обнажённой; медленно открыв дверь, она убедилась, что в их гостиной нет Рона или Невилла, которые запросто могли решить подождать друзей там. К счастью, там никого не было. Добравшись до её собственных комнат, она приняла душ и оделась, и, проверив, что Гарри ещё спит, направилась на завтрак, а затем на занятия. Хогвартс. Квиддичное поле. 24 мая. — Невилл, Колин, хорошо, что вы пришли. Извините, что так рано, просто мне ещё нужно со многими сегодня повидаться. — Тебе стоит только попросить, Гарри. Что мы должны сделать? — Невилл, я доверяю тебе свою жизнь. Что ещё более важно, я также хотел бы попросить тебя и остальных остаться здесь. Невилл застыл. — Это и мой бой тоже, Гарри, — тихо ответил он. — Мы все будем стоять за тебя! — Я знаю, что ты это сделаешь, Колин. И это такой же твой бой, как и мой, Нев. Я бы никогда не оскорбил вас, предполагая иное. Существуют причины, по которым я прошу вас это сделать. Это легче показать, чем пытаться рассказать. Невилл, брось в меня какое-нибудь заклинание. Неважно, что, трансфигурируй меня, обездвижь меня, брось проклятие, короче, сделай что-угодно. Невилл поднял палочку и попытался бросить в Гарри заклинание Агуаменти. Ничего не произошло. — Видите? Колин, иди и встань напротив меня у дальних колец, а затем запусти в меня заклинание дальнего действия. Добежав до назначенного места, Колин повернулся и наколдовал Авис. Стайка из семи или восьми маленьких щебечущих птичек дважды обогнула его голову, прежде чем он направил их на Гарри. Когда стайка подлетела на расстояние в 25 футов от Гарри, то попросту растворилась в воздухе. Колин побежал назад, широко раскрыв глаза в замешательстве. — Вот почему никто не может пойти со мной. Если кто-то из вас будет рядом, он не сможет колдовать. С одной стороны, Пожиратели смерти не смогут проклясть меня издалека. С другой — будут беззащитны и не смогут атаковать меня любым магическим способом. Будет лучше, если вы будете ждать до тех пор, пока я не подам сигнал, — Гарри вытащил из наплечной сумки маленькую серебряную коробку и пару омниноклей. — Невилл, это тебе, — он вручил ему серебряную коробку. — Это то, чем мы собираемся выиграть войну. Когда я направлюсь вниз по склону холма к воротам, я хочу, чтобы ты нажал на этот переключатель под цифрой 1, — он продемонстрировал принцип работы и появилась вспышка зелёного света. — Зелёный означает, что всё хорошо. Когда я достигну первых Пожирателей смерти, нажмёшь на переключатель с цифрой 2, — он также показал, что будет при нажатии на второй переключатель, вспышка от которого была красной. — Красный означает опасность, — Гарри протянул Колину омнинокли. — После того, как ты поможешь Невиллу с пультом — без обид, Нев, но это магловская вещица, и волшебники могут с лёгкостью сбиться через несколько нажатий — я хочу, чтобы ты всё время держал глаза на мне. Если я по какой-либо причине упаду или погибну, скажи Невиллу нажать на вот эту кнопку, — он вернул переключатели в исходное положение и указал на ещё одну кнопку. - Как только ты нажмёшь на эту кнопку, все должны ОПУСТИТЬСЯ ВНИЗ. Лежите на земле, пока весь шум не прекратится. — Включить пульт, нажать на первый переключатель, чтобы показать, что всё хорошо, на второй, когда появится опасность, и на соседнюю кнопку, если ты упадёшь. Проще простого. С чем ты его соединил, Гарри? — спросил Колин, который, очевидно, понимал, о чём идёт речь. — Поверьте мне, вам не захочется это знать. Просто убедитесь, что все пригнутся к земле. — Я не понимаю, но я сделаю это, Гарри. — Спасибо, Нев. Есть ещё одна вещь… Крайстчёрч, Новая Зеландия. Отель «Латимер». Вестибюль. Грейнджеры и Нарцисса Малфой вернулись из последнего «тура» по имуществу Поттера (где стало очевидно, что эти посетители должны были рассматриваться как владельцы), поняв, что все его предприятия работали исправно и приносили хорошую прибыль. Не было никаких оснований для того, чтобы кто-то из Великобритании мог их отнять. На пути к комнате отдыха, которая была отведена для их пользования (этот отель также являлся имуществом Гарри) они остановились у крытого бассейна. Там был Драко, ухаживающий за очередной молодой женщиной, проживающей в отеле. Трое взрослых улыбнулись друг другу и направились к скоростному лифту, с помощью которого добрались до пентхауса. Они вошли в комнату, заведя разговор о предстоящей битве. — Так или иначе, всё закончится завтра. — Юный Поттер может победить. К сожалению, мы не в силах ему помочь, как бы нам ни хотелось. — Он победит, — взрослые слегка удивились, услышав голос Драко. Они не заметили, как он вошёл. — Он всегда побеждает. На Рождество я увидел его взгляд, который говорил о том, что он твёрдо намерен покончить с этим. Я видел этот взгляд много раз прежде, когда он всё время разрывал мои планы в клочья, заставляя меня их съесть. Я не знаю, что он задумал, но этот псих Реддл и его приспешники точно захотели бы остаться в постелях. Хогвартс. Отделение старост Гриффиндора. Спальня мальчика. 24 мая. 23:45. Гермиона сознательно держалась подальше от Гарри весь день. Она знала, что он искал её, но ей необходимо было подумать в одиночестве. Увидев, что общая гостиная пуста, она подошла и встала у двери в его спальню. Она осторожно вошла, бесшумно закрыв за собой дверь. Слыша его глубокое ритмичное дыхание, она поняла, что он уже спит. Она сняла с себя одежду, когда её глаза привыкли к полумраку. Он лежал на спине, левая рука прикрывала его глаза, а из приоткрытого рта доносилось негромкое похрапывание. Голая, она скользнула в постель, а затем оттолкнула плед и простыню в изножье кровати и оседлала его. — Гермиона? Что? — Послушай меня, ты, эгоистичная задница! Ты дразнил меня с этого проклятого кольца на протяжении целых девяти месяцев! Завтра ты собираешься выполнить своё предназначение и, возможно, умереть. Ты без тени сомнения знаешь, что я люблю тебя… — Конечно, знаю… — Заткнись, пожалуйста! Я ещё не закончила. Я скажу тебе, когда ты снова сможешь говорить. Я знаю, что ты любишь меня. Единственное, что мешает нам полноценно быть мужем и женой — эта грёбаная церемония! ПРЕКРАСНО. Я, ГЕРМИОНА, БЕРУ ТЕБЯ, ГАРРИ, В МУЖЬЯ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ТЫ НЕВЫНОСИМО БЛАГОРОДНЫЙ СТАРОМОДНЫЙ БОЛВАН, НЕ ЗНАЮЩИЙ, ЧТО НУЖНО ДЕЛАТЬ С ДЕВУШКОЙ, КОТОРАЯ СИДИТ НА ТЕБЕ. В ГОРЕ И В РАДОСТИ, В БОГАТСТВЕ И В БЕДНОСТИ, ПОКА СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ НАС! — прокричала она. Она нуждалась в успокоении. Она смотрела в его глаза, а в её собственных стояли слёзы. — Теперь твоя очередь. — Я, Гарри, беру в жёны Гермиону, несмотря на то, что я тебя недостоин и никогда не буду достоин. В горе и в радости, в богатстве и в бедности, пока смерть не разлучит нас, — он улыбнулся ей той улыбкой, которую она так любила видеть. — Я должен поцеловать невесту? — Ты наконец, сделаешь то, что положено в первую брачную ночь, а иначе я буду сидеть на тебе и плакать всю ночь, мистер Поттер. Он притянул её к себе для поцелуя. Этой ночью он так и не уснул…