Контракт

Течка снова началась ровно в срок. В тот день Дин почувствовал дискомфорт и лёгкую тяжесть внизу живота ближе к вечеру. В начале не хотелось ничего, но он знал, что завтра с утра его скрутит возбуждение. Кастиэль последние несколько дней ходил какой-то нервный и часто поглядывал на него. Дин знал, что он ждёт начала, чтобы, наконец, улететь в Пекин. У него абсолютно не было плана. После того, как Сэм рассказал об отъезде Каса, Дин перестал думать о том, как пережить эту течку. И всё-таки ему было грустно, что Кастиэль улетал из-за него. С другой стороны, это было даже немного забавно – на этот раз побег совершал Кас. Вечером Дин решил дожидаться его в гостиной, чтобы сообщить о начале эструса, но Кастиэль всё понял сам: войдя в дом, он уловил лёгкий запах свежескошенной травы с терпкими нотками. Стараясь не дышать, Кас пробежал мимо пролёта в гостиную и пулей метнулся в свою комнату, набирая по пути номер Бенни и сообщая ему, что им нужно срочно уехать в аэропорт, и чтобы тот подал машину. Второй звонок был Габриэлю, когда он укладывал последние вещи в практически собранный заранее чемодан. Сообщив брату о срочной эвакуации, Кастиэль схватил поклажу и поспешил вниз, бросая Джоди и абсолютно растерянному Дину, что уезжает на несколько дней. - Кас! – услышал он крик парня, но не остановился, желая поскорей уехать как можно дальше от него, пока ещё есть силы это сделать. Уже сидя в машине, Кастиэль позвонил Джоди лично и сообщил, что Дин волен делать что угодно и уходить из дома на несколько дней, если того пожелает. Но при этом настоятельно просил не звонить ему и не сообщать ни о каких ЧП, связанных с омегой. Кастиэль снова начинал злиться, накручивая самого себя, что всё повторится вновь. Он был уверен, что уже сегодня ночью Дин уйдёт из особняка и, как и в прошлый раз, будет искать удовлетворения своих физиологических потребностей вдали от дома. Ревность снова поднималась и подкатывала к горлу. Хотелось кричать и крушить всё вокруг от безысходности. Он не мог запретить Дину проводить свою течку с другими альфами, и не мог предложить помощь сам, уверенный в том, что тот ненавидит его до сих пор и ни за что в жизни не согласится на подобное предложение. Это только рассыпало бы в прах и без того хрупкий, и всё-таки мир между ними. Но в то же время, он не мог и остаться, не хотел смотреть, как это всё происходит практически на его глазах, под его носом. Кастиэль понимал, что на этот раз бежит сам, но это было единственным способом сейчас находиться вдали от желанного омеги. Уезжая на другой конец света, он постарается хоть немного отвлечься от душащей его ревности и злости. Дин стоял посреди гостиной абсолютно растерянный и убитый. Безумно хотелось плакать. Кастиэль уехал и вернётся только когда всё закончится. Было обидно, что он вот так взял и бросил его, не сказав почти ни слова. Душа слёзы и стараясь не обращать внимания на тянущую боль внизу живота, Дин отправился в свою комнату. На тумбочке возле кровати светился входящим вызовом телефон. - Да, Сэмми? – упавшим голосом сказал он. - Дин, ты как? Гейб рассказал, что у тебя началась течка. Он только что уехал в аэропорт вместе с Касом. Я могу приехать, если хочешь. - Не надо. Я пока норм. - Уверен? Я всегда на связи, ты же знаешь, просто позвони, ладно? - Хорошо. Спасибо. Дин ещё посидел немного в интернете, пока не зашла Джоди и не спросила, будет ли он ужинать. Есть абсолютно не хотелось. Она тоже сказала, что готова помочь, если потребуется, в любой момент, даже ночью. Дин поблагодарил Джоди и решил лечь спать пораньше. Делать было абсолютно нечего, даже по телевизору шла полная фигня. * На утро Дин проснулся от приятного аромата, разливающегося по всему особняку. Пахло морем и горькими водорослями. Обострившимся из-за течки обонянием, он чувствовал, что этим запахом пропах буквально каждый миллиметр дома. И он казался самым приятным сочетанием на свете, хотелось вдыхать его снова и снова. Боль ушла, и на её место пришло пока ещё лёгкое возбуждение. Дин повернулся в постели и понял, что возбуждение не такое уж и лёгкое: член стоял колом, а скольжение по простыне вызвало у него тихий стон. А ещё зверски хотелось есть. Помнится, от ужина он вчера отказался, так что пришло время наверстать упущенное и плотно позавтракать. Спустившись вниз, он увидел Джоди, что-то напевающую в гостиной, вытирая пыль с полок и камина. - Дин? – удивилась она. - Ты так смотришь на меня, будто призрака увидела, – улыбнулся он. - Ты уже вернулся или ещё не уходил? – спросила Джоди. - А я должен был куда-то уйти? – не понял тот. - Ну… - замялась женщина. – Я была уверена, что ты снова убежишь из дома. - Я не дурак, Джоди, - покачал головой Дин. - Кастиэль после прошлого раза наверняка предупредил охрану о рецидиве и усилил их бдительность во время своего отъезда. - Ты всё же дурак, Дин, потому что Кастиэль ничего не говорил охране, кроме того, чтобы те не контролировали твои действия и передвижения в его отсутствие, – как-то грустно сказала та. - Что? Кас хотел, чтобы я снова сбежал? - Не хотел. Но и запрещать тебе не видел смысла. - Он настолько мне доверяет? Из-за того, что я не спалился в прошлый раз? - Нет, Дин, из-за того, что он понимает, что если ты захочешь – он не сможет тебя удержать. - Вот только я не хочу. Это слишком опасно! - В прошлый раз ты так не считал, – хмыкнула Джоди. - В прошлый раз я четыре дня проспал в номере мотеля, просыпаясь только чтоб пожрать, отлить и выпить очередную таблетку. - Что? – удивилась та. – И ты ни разу… - Ни разу, Джоди. Я после Каса вообще "ни разу"! Я такими темпами снова девственником стану! – уже начинал веселиться Дин. – И я так понимаю, раз меня сегодня не ждали, то завтрак мне придётся готовить самому? - Ох, Дин, пойдём. Хоть ты и говорил, что умеешь готовить, но кухню я тебе не доверю. Это моя территория и, пока я жива, туда вход запрещён! - Значит, я буду пробираться туда ночами, когда тебя нет, – засмеялся Дин. - Увижу хоть один след твоего присутствия – получишь половником по лбу! - Тогда лучше не стоит так рисковать, -они оба залились смехом. За завтраком, Дин снова ощущал этот аромат. Аромат альфы. Кастиэля. Ещё немного пахло лесом и сталью. Скорей всего, это запах Бенни, он часто бывает в доме. Коулом в особняке не пахло, он, как правило, торчал на воротах, прозябая в сторожке. Ещё в воздухе летали слабые карамельные нотки, выдавая теперь уже редкое присутствие Габриэля. Запах Джоди Дин почти не ощущал. Омеги плохо чувствуют друг друга, пока не принюхаются почти в упор, так уж устроен их нюх. Но Касом пахло больше всех. Дин задумался о том, что все три предыдущие течки он провёл вне этого дома, и поэтому так сильно ощущал этот аромат впервые. Та близость и запах от платка не шли и в сравнение с концентрацией, что летала сейчас в воздухе буквально вокруг него. Это заставляло задуматься и погрузиться в воспоминания, связанные с обладателем аромата. - Дин, с тобой всё в порядке? – спросила Джоди. – Выглядишь взволнованным. - Скорее возбуждённым, – усмехнулся тот. - Ты выпил таблетку? - Нет, – опустил глаза Дин. - Но почему? - Я сегодня обнаружил, что их осталось всего 2. Мне не хватит. Я думаю выпить, если станет совсем плохо. Попробую продержаться так. - Ты можешь попросить Кастиэля, чтобы он распорядился привести тебе ещё одну упаковку. - Не надо. Не хочу его ни о чём просить. Он и так мне сильно помог с этим. - Дин… - Хватит, Джоди. Я, правда, не хочу быть ему должен ещё больше. Я и так не представляю, сколько он на меня потратил за это время. Почти целый год он кормил меня, одевал, заметь не в секонд-хенде, дал мне эти таблетки, подарил мне золотой браслет с изумрудами. И с того раза, ни разу даже голоса не повысил! Да я, благодаря ему, всё это время жил как у Богов за пазухой! - Ты тоже многое сделал для него, – сказала Джоди. - Да, он говорил. «Келун». - Я бы сказала, что и не только это. - Вот только ты ещё не начинай, а! Мне Сэм с Габриэлем уже намекали про якобы симпатию со стороны мистера Новака к моей скромной персоне. Брось, Джоди. Ну, может, я и скрашиваю отчасти его досуг своим присутствием, но и всё. Никаких розовых соплей. - Просто подумай об этом когда будет время. Кастиэль никогда и ни для кого не делал столько, сколько для тебя. * Дин вернулся в свою комнату, действительно задумавшись над словами Джоди. И всё-таки они не доказывали её теорию о трепетных чувствах мистера Новака. Кас мог просто испытывать к нему отцовские чувства или относится как к младшему брату. Как к домашнему питомцу, в конце концов! Мы в ответе за тех, кого приручили. Любимым зверушкам тоже покупают вкусные корма, красивые комбинезончики и даже золотые ошейники со стразами, иногда их выводят погулять, предварительно одев бирку с именем, чтобы похвастаться перед другими такими же заводчиками. От этого сравнения Дину стало как-то не хорошо. Что бы там не испытывал к нему Кастиэль, но сам он всерьёз привязался к нему и обжился в его доме. И если уж сравнивать себя с бродячим псом, подобранным на улицах, отмытым, отогретым и откормленным, то впереди его ждала перспектива оказаться снова на улице, выставленным вон наигравшимся хозяином. А ещё расстраивало и то, что такие заводчики, как правило, не испытывали никакой сексуальной привязанности к своим питомцам. Ну, конечно, если они не извращенцы в конец. С этими мыслями Дин плашмя упал на кровать, зарываясь носом в подушки. Аромат Кастиэля начинал действительно сводить его с ума. Бельё пахло кондиционером и это давало воспалённому телу хоть немного отдохнуть от давления запаха альфы на организм. Член, из-за набиравшей обороты течки, начинал болеть от перенапряжения, задница ныла так, что хоть волком вой, а жар во всём теле, казалось, заставлял гореть даже волосы. Перед глазами стояли синие, как два океана глаза, взъерошенные волосы и чёрные, словно космос, крылья. Кастиэль. Почему он вспоминал именно его? На свете столько альф, а Дин думает о том, кого так долго считал врагом! Наверное, это из-за этого проклятого запаха, которым провонял весь дом. Кас улетел, бросил его одного в таком положении! С другой стороны, что было бы, если бы он этого не сделал? Если бы он был сейчас здесь, рядом? Дин застонал от мысли о том, что Кастиэль мог бы сейчас сидеть внизу в гостиной, в своём любимом кресле у камина. Можно было бы просто выйти в эту дверь, пройти по коридору, спуститься по лестнице, зайти в гостиную и… Что «и…» Дин додумать не успел – в его дверь кто-то тихо постучал. Или скорее даже поскрёб. За дверью стоял альфа. Дин почувствовал это своей пятой точкой, в прямом смысле этого слова. Запах - дерево и сталь. - Дин, можно к тебе зайти? - Ты уже зашёл, Бенни, – Дин сел на кровати лицом к двери, свесив ноги. - Парень, я помочь тебе хочу, – охранник закрыл входную дверь и щёлкнул замком. Это действие напрягло Дина. - Уходи, Бенни, мне не нужна помощь. - Брось, малыш, никто не узнает, а тебе станет легче, – подошёл тот ближе. – Я же вижу, что тебе хочется. Мне тоже! Твой запах просто с ума меня сводит! – он приблизился к Дину, наклонился и втянул воздух вблизи его волос. - Это опасно. Если Кас узнает… - Тссс. Кас не узнает. Мы ему не скажем. От такой близости с альфой у Дина просто дыхание перехватило, а шёпот Бенни гонял мурашки по всему телу. Он посмотрел ему в глаза, когда те находились уже так близко от его лица, а их губы вот-вот должны были встретиться. Радужку Бенни залила чернота зрачка, но контур был виден. Серо-голубой - не синий! И запах: лес, сталь. Не море, не горькие водоросли! - Нет, – выдохнул Дин в его приоткрытые губы и упёрся обеими ладонями тому в грудь. - Дин… - Нет, Бенни, пожалуйста, уходи, не надо! – он стал отползать назад. Тот переставлял руки по бокам от него, следуя за ним. - Дин, нам обоим станет легче, – шептал Бенни. – Тебе понравится, обещаю. Я буду аккуратен. - Уходи! – начинал рычать Дин. Ему было очень тяжело противостоять напору альфы, но он не хотел, чтобы именно Бенни «помогал» ему. Дина словно молнией ударило, когда он осознал, что больше всего на свете сейчас хотел бы, чтобы на месте Бенни оказался другой альфа: взъерошенный синеглазый ангел, с тёплыми, но сильными руками и шершавыми, но такими нежными губами. – Уходи! Я не буду с тобой спать! Дин боялся, что Бенни не послушает или не услышит его, что тот уже окончательно одурел от его запаха и больше не контролирует себя. Что сейчас с него просто грубо сдерут домашние штаны и с силой разведут ноги, не обращая внимания на его просьбы. Но ещё больше Дин боялся, что не сможет сопротивляться, и сам станет разводить их шире, чтобы, наконец, почувствовать в себе хоть что-то, что принесёт долгожданное облегчение и удовольствие. Лёжа под этой грудой мышц, Дин боялся самого себя, что инстинкты возьмут верх, и он совершит самую страшную глупость, о которой будет потом жалеть, возможно, всю свою жизнь. Но у Бенни оказалась поистине крепкая выдержка. Прижав почти полностью омегу к кровати и оперевшись своим стояком о такой же его, он всё же отстранился и сел на кровати. - Прости, малыш. Я не хочу на тебя давить. Я не знал, что настолько тебе противен, что даже во время течки ты нашёл в себе силы сказать «нет». - Ты мне не противен, Бенни. Просто… просто я не могу. Я и сам толком не понимаю, что со мной, но… Не могу и всё. Прости, – Дин сел и подтащил ближе ноги, обнимая себя за колени. - И ты прости, что так налетел на тебя. Ладно... Но если что - ты знаешь, где меня найти, – подмигнул тот и встал с кровати. - Спасибо, – прошептал Дин. - Обращайся. Бенни ушёл, а Дин ещё долго сидел и пытался понять, что же всё-таки произошло. Он хотел Каса и только Каса! И это пугало. Он представлял его на месте Бенни. И ему нравилось то, что он видел! Возможно, это было просто под воздействием запаха и гормонов, и без них Дин бы этого не чувствовал? Он попытался успокоиться, встал с кровати, походил по комнате и уселся обратно. Затем он решил принять душ, лучше контрастный. Там, для очищения головы от всех этих гормональных влияний хотя бы на некоторое время, Дин довёл себя до разрядки. Дважды. Вернувшись, он лёг на кровать и стал вспоминать и фантазировать, наблюдая за своей реакцией. Для начала он вспомнил глаза Кастиэля: синие, глубокие, тёплые и нежные. Они манили его, приглашая окунуться и утонуть в этом омуте спокойствия. Волосы Каса: когда те были растрёпаны как в образе ангелочка на Хэллоуине или после сна, когда они проснулись вместе в самолёте, - Кас в такие моменты выглядел просто потрясно! Хотелось запустить ладонь и взъерошить их ещё сильнее. И Дин представил, как делает это: как его пальцы касаются чёрных прядей и скользят по ним, таким приятным на ощупь, наверняка пахнущих морем. От этого дыхание Дина стало чаще, а сердце забилось быстрее. Далее... Губы Кастиэля: светлые, пухлые, как будто обветренные и потрескавшиеся, но нежные и бархатистые на ощупь. Дин помнил то короткое прикосновение к ним своими губами. Они были тёплыми и немного влажными. Дин представил, как снова целует Каса, но не разрывает поцелуй так быстро, а прижимается сильнее, разводя губы, пуская его язык в свой рот. Он почувствовал, что снова возбуждается: его член начал твердеть, а колечко мышц ануса стало влажным от смазки. И последний штрих - руки Кастиэля. Они были тёплые и нежные. Дин помнил их, когда те застёгивали замочек на его браслете, когда, чуть позже, держали его ладонь в своих. Он представил, как эти руки скользят по его телу, как ощупывают каждый миллиметр кожи, проводят дорожку от подбородка до пупка, затем чуть в бок и, задевая тазовые косточки, заходят за спину, опускаясь ниже, сильно сжимая ягодицы, притягивая его ближе. Дин взвыл. Его член снова стоял колом, а на простыне образовалось пятно от смазки. Все эти мысли, воспоминания и фантазии чертовски возбуждали его. Кастиэль нравился ему - сейчас уже было бессмысленно это отрицать. Дин хотел его. Желал снова ощутить на себе его прикосновения, его поцелуи на коже, его член внутри себя. Не выдержав, Дин вскочил и подбежал к сумке, рывком открыл боковой кармашек и выдернул оттуда баночку. Открыв крышку дрожащими руками, он высыпал на ладонь сразу две оставшиеся таблетки и рывком закинул их в рот. Дин знал точно, что одна не поможет: он находился в ЕГО доме, где всё просто кричало о НЁМ, где всё пахло ИМ. Это всё сильнее сводило с ума, и больше всего на свете Дин хотел сейчас просто отрубиться. Стать овощем, травой, как говорил Сэм, но только отключить, наконец, эти чёртовы гормоны, пока они не полились из ушей, расплавляя мозг, и не выжгли дыру на месте его задницы. Дойдя до кровати, он снова рухнул на неё плашмя. Давление в паху отступало, розовый туман из головы уходил, но на его место приходил другой, более монохромный и бледный. Перевернувшись на спину, Дин уставился в одну точку на потолке и, прежде чем окончательно потерять связь с реальностью, успел на выдохе прошептать «КАС». * - Дин? Дин, я захожу, чем бы ты там не занимался, – Джоди с опаской заглянула в комнату Дина. Меньше всего она сейчас хотела застать омегу в процессе самоудовлетворения, но в комнате оказалось тихо и темно. – Дин? Дин, ты что, спишь? - она подошла к кровати и увидела мерно посапывающего парня. – Просыпайся, соня, а то останешься без ужина. Давай, Дин, я уже собираюсь уходить. Тот не отвечал на её зов. И даже когда она стала тормошить его, он тоже не откликнулся. От тряски из рук Дина что-то выскользнуло и упало на пол. Джоди подобрала пузырёк. «Седастин». Флакончик был пуст. - Дин, что же ты натворил? - ахнула она и схватилась за сердце. Мальчишка напился подавителей. Но он не должен был валяться в отключке! Джоди знала, что от этого препарата можно превратиться в зомби, но на полутруп Дин сейчас не был похож, скорее уж на настоящий, благо, что дышал. Первой мыслью было позвонить 911, но Джоди не была уверена, что это хорошая идея. Две таблетки – не смертельная доза, а больше у Дина не было: утром он говорил об этом. Сейчас мог помочь только Кастиэль – он знал об этом препарате всё, ведь его выпускает именно "Кристо фарм". Вытащив телефон из кармана своих джинсов, она стала судорожно набирать номер из записной книжки. Гудок, другой, третий... Нет ответа. Вторая попытка, третья… - Сукин ты сын, Кастиэль! Твой парень тут в полной отключке, а ты корчишь из себя обиженного ревнивца! Поняв, что от старшего Новака толку сейчас мало, Джоди набрала младшему. 10:17 АМ Пекин. Китай. - Кас, возьми чёртову трубку! Мне уже действуют на нервы эти переливы. - Это Джоди. Я же просил её не беспокоить меня из-за выкрутасов этого мальчишки! – Кастиэль со злостью нажал сброс и отключил звук. - А ты не думал, что с этим мальчишкой могло произойти что-то серьёзное, раз она звонит даже после твоей просьбы? – не унимался Габриэль. - Что с ним может произойти? Нагулялся, вернулся, и теперь она до него добудиться не может? – фыркнул Кастиэль, но на душе действительно заскреблись кошки. Джоди, наверное, и правда не стала бы звонить просто так. Кас решил ответить на очередной звонок, но на этот раз телефон заиграл у Габриэля. - Да, Джоди, – тот не стал раздумывать о причинах, а сразу же принял вызов. Сначала он молча слушал, а затем его брови полезли на лоб. Это насторожило Кастиэля. Видимо, действительно, случилось что-то серьёзное. – Так, стоп! Успокойся! Он ведь просто спит, да? Что он делал до этого? Злился? С кем-то ругался? Может что-то употреблял? Джоди, Дин что-то пил? Алкоголь? Кас, вытаращив глаза и смотрел на Габриэля, затаив дыхание. С Дином, правда, что-то произошло! - Ты уверена, что их было только две? – продолжал допрашивать Габриэль. – Тогда оставь парня в покое. Не знаю, что у него там стряслось, но такое бывает. Если он не обдолбался или не напился, то через сутки - двое прочухается и будет как новенький. Да, Джоди, не стоит пока звонить 911. Я сейчас позвоню Сэму, он приедет, и будет караулить его всю ночь. Если что не так – он вызовет скорую. Всё, отбой, звони если что. Что передать? Оу, с удовольствием. Габриэль положил трубку и развернулся к брату, зло уставившись на него. - Ты идиот, Кастиэль! Твой парень закинул в себя две таблетки седастина и валяется сейчас без чувств дома, а ты тут строишь из себя говно на палочке и подозреваешь его во всех грехах мира! - Зачем он это сделал? И почему без чувств? Седастин же оказывает резко-седативное влияние при передозировке, а не лишает сознания полностью. Кас готов был хоть сейчас сесть в самолёт и рвануть обратно в Бостон, но понимал, что толку от него там не будет никакого. Дин и сам очухается рано или поздно, а вот течка ещё не кончилась, и от присутствия его рядом с текущим омегой лучше точно не будет никому. - Перенервничал, видать. Не знаю, что у вас там стряслось. Джоди говорит, он абсолютно трезв, уж она-то в этом хорошо разбирается! - Почему он не ушёл? - Потому что ты дурак, Кас, и Джоди просила тебе передать это же! И раз уж он всё-таки рассказал свой "секрет" кому-то ещё кроме Сэма, то я думаю, теперь можно просветить и тебя. Он не трахался в свою прошлую течку с левыми альфами, а, как прилежный мальчик, проспал все четыре дня в мотеле на окраине Бостона. С тех пор, как я об этом узнал, мне не даёт покоя всего один вопрос: как ты не смог этого понять? Ты что, нюх потерял? От Дина не несло чужаками! Разве ты не заметил этого, когда он вернулся? - Я не принюхивался, – обиженно отвернулся Кастиэль, но в душе у него вдруг стало тепло: Дин не спал ни с кем, он просто ушёл, чтобы не провоцировать его своим запахом. А он напридумывал себе столько всего! - Ну ты и балбес, Касси. - Возможно, но я не мазохист. Я был уверен, что он был с другим альфой и не собирался убеждаться в этом. Мне и так было не по себе, знаешь ли. А вот ты ужасный брат, Габриэль, ты знал правду и не сказал мне! - Дин просил Сэма даже мне не говорить. Он слишком гордый омега, чтобы оправдываться перед тобой. - Да, я уже не раз убедился в этой его черте характера, - Кастиэль закрыл глаза и сжал пальцами переносицу.