Контракт

Проснулся Дин ближе к полудню, когда за окном уже вовсю светило яркое солнышко и валил поистине волшебный снежок. Крупные хлопья, медленно падающие с небес и густо покрывающие всё вокруг, придавали картине за стеклом абсолютно сказочный вид. Вот и наступило настоящее Рождество. Дин потянулся в кровати и ощутил лёгкую тяжесть на своём левом запястье. При дневном свете браслет выглядел ещё красивее, чем вчера в ночной полутьме. Зигзаг красного золота с вставками ярких треугольных изумрудов в каждом звене переливался и завораживал. Дин невольно вспомнил вчерашний вечер: их разговор с Кастиэлем, истории и весёлый вечер на колёсах перед этим. Сэм и Габриэль, объявившие о желании заключить союз и новая тачка брата. А ещё очередной розыгрыш младших, въевшийся в память коротким, но не менее приятным воспоминанием: их с Касом поцелуй. Мистер Новак не целовал его… тогда, в день их "знакомства". Возможно, именно поэтому сейчас это лёгкое прикосновение губами других губ вызывало такой трепет. Дин не мог не признаться сам себе, что ему понравилось и, возможно, он даже хотел бы повторить этот поцелуй. И это же пугало. Ведь это сам мистер Новак: альфа, старше его на целую жизнь, изнасиловавший однажды, оставивший метку против его воли, применивший силу, чтобы подчинить! Сейчас, спустя время, особенно после вчерашней исповеди Кастиэля, всё это уже не казалось Дину таким противным и обидным. Из памяти постепенно стирались негативные моменты, оставляя только воспоминания о доброте и заботе за всё это время. Кас искренне раскаивался вчера, и Дин готов был ему всё простить. Нужно было вставать. В гараже его ждала грязная Импала, а в желудке гулял ветер. Дин был уверен, что у Джоди сегодня выходной - праздник всё-таки - так что уже приготовился взяться за готовку сам, но спускаясь по лестнице вниз, услышал тихое пение женщины, и не смог не расплыться в улыбке. - Доброе утро, Джоди. - Уже день, милый. Вы с Кастиэлем оба любите поспать, – тоже улыбалась в ответ та. - Кас ещё не встал? – удивился Дин. - Нет, ты сегодня первый. Хочешь есть? - Спрашиваешь! Но, почему ты сегодня здесь? Я думал, у тебя выходной, ведь Рождество же! – он сел за стол. - Я заскочила ненадолго, чтобы вы с Кастиэлем не умерли с голоду, – рассмеялась Джоди. - Хей! Я вообще-то умею готовить! – возразил Дин. - Я вырастил Сэмми! Уж яичницу и тосты я смог бы сделать и сам! - И ты готовил бы и для Кастиэля тоже? – удивилась Джоди. Она прекрасно знала, как тот к нему относится. Дин только пожал плечами, давая понять, что не видит в этом ничего такого. Глаза у Джоди от удивления полезли на лоб, но вслух она ничего не сказала. Поставив перед ним тарелку с завтраком, она обратила внимание на украшение. - Красивый браслет. - Да, Кас вчера подарил, – щёки Дина покраснели. Он живёт в этом доме уже больше полугода, но так и не смог привыкнуть к тому, что его балуют. Брови Джоди снова поднялись в удивлении, и она отвернулась, чтобы Дин не смог увидеть её счастливую улыбку. Это был явный знак внимания со стороны Кастиэля. Он мог ничего не дарить Дину, или подарить что-то более простое и дешёвое, но он проявил инициативу и выбрал довольно красивый и дорогой подарок. Вкупе со всем остальным, что Джоди уже давно подмечала за Касом – это был ещё один, довольно явный признак того, что Дин ему не безразличен. Это очень радовало женщину: Кастиэлю давно пора было задуматься о личной жизни. Было кое-что ещё, что не укрылось от её глаз – реакция самого Дина на этот подарок. Он не снял его, не убрал, а самое главное - вообще принял. Это давало надежду на то, что у этой истории может быть вполне счастливый конец. Дин, незаметно для себя, растапливал давно заледеневшее сердце Кастиэля, но, так же неосознанно, и сам привязывался к нему. Закончив с завтраком, Дин всё-таки пошёл в гараж. Его Детка, после долгого общения с Сэмом и вчерашней вечерней прогулки, выглядела очень пыльной. Отогнав машину в помывочный блок, Дин окатил её водой из шланга, а затем мыльной пеной из распылителя, после чего взял губку и стал тщательно растирать моющее средство по всей поверхности Импалы. Когда крыша и бока были отдраены, Дин приступил к протирке капота, практически ложась на машину, чтобы дотянуться почти до лобового стекла, ставя ноги шире. Через полминуты он услышал знакомый свист, переходящий из музыкального в одобрительный. - Вот это зрелище! Мокренький омежка в такой компрометирующей позе. - Отвали, Бенни. - Что ты делаешь? – спросил тот. - А на что похоже? – огрызнулся Дин. - Да я вижу, что ты машину решил помыть, только зачем? У нас обычно внешним видом автопарка Коул занимается. Он же и чинит, если что. Я только катаю, – расплылся в улыбке Бенни. - Я свою Детку всегда сам мою, и чиню, если надо. Никому не позволю к ней даже пальцем прикоснуться. - Понял, понял, не горячись! Помощь, как я понимаю, тоже не требуется. - Не, я сам, спасибо. Дин стал смывать мыло с машины струёй воды из шланга, затем насухо вытирать поверхность, особо тщательно протирая стёкла и зеркала. Всё это время Бенни стоял в сторонке и наблюдал за ним, насвистывая всё ту же мелодию. Закончив с Импалой, полностью удовлетворённый результатом, Дин отправился в дом, где в коридоре увидел сидящего на пуфе и завязывающего шнурки Каса. - Привет, – на этот раз решил первым поздороваться он. Кастиэль оторвался от своих ботинок и задрал голову вверх, расширяя глаза и приоткрывая рот от представшей перед ним картинки. Дин стоял, улыбаясь до ушей, отведший душу, проведя последние пару часов в обществе любимой машины. На влажных волосах ещё оставались капельки воды и пены. На нём были тёмные джинсы, на поясе которых болталась, завязанная за рукава рубашка, и светло-серая футболка, промокшая насквозь, отчего облегала стройное и довольно подтянутое тело с бусинками сосков, просвечивающих через мокрую ткань. Кас невольно сглотнул, засмотревшись на это прекрасное тело, и медленно поднялся с пуфа, вытягиваясь в полный рост, но всё ещё оставаясь чуть ниже омеги на пару сантиметров. - З-здравствуй, Дин, – заикаясь, поприветствовал он того в ответ. - Уходишь? - Да. Нужно кое-что сделать в офисе, пока есть время. Думаю, я вернусь к ужину, – говоря это, Кастиэль блуждал взглядом по телу Дина, пока его внимание не привлёк браслет на его левом запястье. Он улыбнулся, радуясь тому, что тот так и не снял его подарок, – Иди наверх, Дин, ты весь мокрый, ещё простудишься. - Да, мамочка! – козырнул тот и быстрым шагом направился к лестнице, взлетая по ней и удаляясь в сторону своей комнаты. Кастиэль, наконец, свободно выдохнул и, продолжая улыбаться, вышел из дома. К ужину он действительно вернулся. И к последующим ужинам старался возвращаться пораньше, воскрешая их с Дином традицию совместного принятия пищи по вечерам, и иногда по утрам. Дин был уверен, что это означало то, что тот, наконец, больше не сердился за его побег. * Когда рождественские каникулы подошли к концу и Кастиэль с Габриэлем снова стали проводить больше времени в компании, Дин решил наведаться к Сэму, чтобы обсудить детали их приближающегося торжества. Кас только как-то сказал, что отмечать заключение союза младших братьев было решено в особняке Новаков, но у Дина оставалось ещё куча вопросов. «Наверное, стоило сначала позвонить, а не заявляться к брату вот так внезапно, как сейчас», – подумал Дин, уже стоя на крыльце дома Габриэля и Сэма и втапливая кнопку звонка. Вскоре он убедился в правдивости своих мыслей. Сэм с порога предупредил, что у них не прибрано, потому что они не ждали гостей. Дин рассмеялся, что у такой Саманты, как его брат, всегда всё лежало по полочкам, и что он абсолютно не верит в то, что тот сильно изменил этой привычке, живя с альфой. В доме действительно был относительный порядок. Не считая некоторых предметов, которые так и бросались в глаза, отчего Дин всё больше впадал в состояние шока. Всё началось в коридоре около входной двери, за которой висела небольшая голова лося из стали, на рогах которого болтался кожаный клёпаный ошейник. Дин точно знал, что собаки у Сэма с Гейбом не было, но спрашивать о назначении сего атрибута не рискнул, памятуя об извращённых пристрастиях этих двоих. В гостиной на спинке дивана лежало нечто чёрное, кожаное с множеством пряжек и ремней, чего Сэм очень быстро решил убрать куда подальше, густо краснея. Здесь же, на журнальном столике, стояли несколько свечей и подставка с полу-догоревшей аромапалочкой, а в углу комнаты валялась куча каких-то красных лент. Пройдя на кухню, Дин с опаской сел за стол, вспоминая разговор о «злачных местах» квартиры Габриэля, где эта безумная парочка успела отметиться на всех поверхностях. Он огляделся по сторонам и его взгляд сразу же упал на полку со специями, где среди баночек с солью, перцем и другими приправами, стояла полупустая бутылка лубриканта. Сэм не заметил брезгливого взгляда брата, так как стоял к нему спиной и наливал кофе. - Сэм, вы готовитесь к торжеству? – прочистив горло, решил начать интересующий разговор Дин, отводя взгляд от бутылки и переводя на висевший в углу жёлтый фартук с большим количеством рюшек и лент. - Да, разве Кас не рассказывает тебе? – Сэм, как ни в чём не бывало, поставил на стол две кружки с кофе и вазу с печеньем и конфетами. Дин тут же схватил одну, развернул и закинул себе в рот. - Он сказал, что мы будем отмечать у нас. Ещё говорил, что вы хотите кого-то пригласить, но пока не решили кого именно. - Да, именно так. Мы решили позвать Ханну с Бальтазаром и Чарли. - Почему именно их? – поинтересовался Дин. - Ну, во-первых, потому, что это самые близкие друзья Новаков: Джоди – няня Габриэля, поэтому решено отмечать у вас, Чарли – его лучшая подруга, а Ханна и Бальтазар близкие друзья семьи. А во-вторых, все они знают правду о вас с Касом. Мы хотели, чтобы всем было комфортно в этот день. Вам не придётся играть в семью, а тебе колоть сыворотку, которая может раньше времени начать течку. У тебя же, как раз, на конец февраля вроде выпадает. - Да. Спасибо, – Дин был приятно удивлён таким раскладом. – А медовый месяц? Решили уже куда отправитесь? - Пока не совсем. Я бы хотел поехать в Европу: замки, интересные места, история. А Гейб хочет целый месяц жариться на солнце и купаться. - Ну ты и зануда, Сэмми. Это же медовый месяц! Успеете ещё насмотреться на развалины! На годовщину поедете на камни смотреть! - Да, может ты и прав, – рассмеялся Сэм. – Мы, кстати, не сразу полетим. - Что значит не сразу? – удивился Дин. - Мы полетим, когда у тебя закончится течка. - Что? Причём тут я? - Послушай, Дин, Кас хочет улететь на этот период в Пекин. Габриэль полетит с ним. Нужно ещё раз навестить завод и это хороший повод не пересекаться с тобой в эти дни и дать тебе свободу выбора. Он доверяет тебе, и уверен, что ты будешь аккуратен, – как-то грустно закончил Сэм. - Аккуратен? Это потому, что в прошлый раз я нигде не засветился? Так что ли? - Сэм вместо ответа молча кивнул. - Сэмми, я не засветился, потому что все четыре дня провалялся в номере под действием таблеток. Я ни с кем не… - Что? Ты сбежал из дома, чтобы тупо уединится? Быть подальше от Каса или... В чём твоя проблема, Дин? – Сэм был в шоке и ничего не понимал. - Я сбежал из дома, чтобы потрахаться! Но потом понял, что это чертовски несправедливо по отношению к мистеру Новаку, и что если попадусь на горяченьком, то хорошо не будет никому. Ни мне, ни Кастиэлю такая реклама не сдалась, вот почему я напился таблеток и лёг спать. И если ты хоть словом обмолвишься об этом Гейбу или тем более Касу, то я больше никогда в жизни не стану тебе доверять. - Почему ты не хочешь рассказать Кастиэлю всё сам? – удивился Сэм. - Я сказал ему, что его репутация в тот раз не пострадала. Этой информации для него вполне достаточно. Не думаю, что ему есть дело до того, каким образом это вышло. - А если есть? - Не неси бред, Сэмми. Ему важна его репутация, он ведь большая шишка. Он был в бешенстве, когда узнал, что я сбежал, а потом ещё месяц со мной почти не разговаривал. Я ушёл из-под его контроля, я четыре дня пропадал безвести, без средств связи, я поставил под сомнения всю его охранную систему – ещё бы ему не беситься! - И именно поэтому он подарил тебе этот браслет? – Сэм ткнул пальцем в зелёно-золотую ленту на запястье брата. - Ты знал о том, что он это сделает? – удивлённо спросил старший. - Нет, Дин. Просто дедукция. Не думаю, что такое дорогое украшение ты мог бы позволить себе сам или тебе смог бы подарить кто-то другой. Если только у тебя не появилось тайного богатого поклонника. Дин смущённо уставился на браслет. - Я сам не знаю, зачем он это сделал. - Когда это произошло? Последний раз мы виделись на Рождество, и на тебе его не было. - Это произошло той же ночью. Мы вернулись домой почти в полночь, потом болтали долго, он рассказал мне свою историю, я ему про нас. А потом он подарил это, – Дин кивнул на запястье, - и сказал, что это мелочь, по сравнению с тем, что дал ему я. - Дин, а ты не думал, что он имел в виду не только «Келун»? – осторожно попытался намекнуть Сэм. - Да иди ты. Вы с Габриэлем уже задолбали сводить нас. Я ещё припомню вам омелу! И про самолёт не забуду, поверь! - Но ты не снял его, – посмеявшись, сказал Сэм. – Почему? - Он красивый, – подумав, сказал Дин и пожал плечами. - Он нравится тебе. - Да. - Я сейчас не о браслете. - СЭМ! * Это был замечательный день: солнышко светило в окно и пели птицы, чувствуя приближение тепла. До весны оставалось всего две недели, а сегодня был большой праздник, который отмечал весь мир. День тепла, любви и счастья, парочек и настоящих пар. В этот день принято признаваться в любви, дарить друг другу маленькие открытки-валентинки, цветы и шоколадные конфетки в виде сердечек. А ещё в этот день люди предпочитают создавать семьи: некоторые пары подтверждают свою любовь официально и получают документ о создании союза. Именно таким сегодняшний день был и для Сэма с Габриэлем. Два любящих сердца, два человека, решивших раз и навсегда скрепить свои отношения, чтобы после пронести их через всю жизнь. Их утро началось, как и всегда, с поцелуя и слов о любви. Затем они вместе приняли душ, долго целуясь и лаская друг друга, пока оба не достигли разрядки, обновляя никогда не тускнеющую метку. Позавтракав, они взяли свои паспорта и отправились в нотариальную контору. Широкий коридор, пурпурно-бежевые стены и большая витражная дверь в кабинет нотариуса. Габриэль был здесь чуть меньше года назад, когда его старший брат Кастиэль заключал союз с Дином Винчестером. А теперь он сам стоит перед этими дверьми с самым любимым человеком на свете, и уже через несколько минут они станут семейной парой. Их союз, в отличие от старших братьев, настоящий, истинный, основанный на безграничной любви и желании быть вместе всегда. Девушка-омега в строгом красном платье вышла им на встречу и распахнула двери, приглашая войти. За столом сидел всё тот же улыбчивый альфа, который сразу же подскочил со своего места и подлетел к Сэму с Гейбом. - Винчестер и Новак. Снова. У меня дежавю? – он обнял Габриэля, как старого приятеля. - Да, Лекс, это я и мой возлюбленный - Винчестер-младший, брат пары Каса. Сэм немного растерялся от такого приветствия, но на него тут же налетел юрист, стискивая в объятьях так же, как перед этим Гейба, при этом обнюхивая и косясь на его метку. - Не обращай внимания, Сэмми, мы с Лексом сто лет знакомы - учились вместе на юридическом. Он, правда, был на пару курсов старше меня. - О да, Габи был тем ещё пройдохой. А потом пропал куда-то, а когда вернулся, то мы почти и не виделись. - Это были трудные времена, – Габриэль решил не вспоминать о своём загуле из-за разбитого сердца в годы учёбы. - Ладно, парни, сегодня я – ваш купидон! – хлопнул в ладоши нотариус и снова расплылся в улыбке. - Боюсь, ты немного опоздал, приятель, – рассмеялся Габриэль. – Твои коллеги пронзили нам сердце больше полугода назад, а сегодня мы пришли получить свои заслуженные документы об этом светлом и радостном моменте. Правда, любимый? - притянул он Сэма и страстно поцеловал в губы на глазах у веселившегося нотариуса. - О да, я вижу, что вы настоящая пара. Я бы даже сказал истинная, – довольный увиденным, смеялся юрист, подписывая документ и ставя на него печать. – Что ж, господа Новаки, да осветят Боги ваш союз, да сохранят вашу любовь и не дадут ей с годами угаснуть, да подарят вам крепкое и здоровое потомство, – попрощался он. – Привет Кастиэлю и Дину, надеюсь у них всё тоже прекрасно. - Спасибо, Лекс, – ребята забрали документы и отправились к машине. - Я люблю тебя, Сэмюэль Новак! - Я люблю тебя, моя истинная пара, Габриэль! В особняке их уже ждали. Первым навстречу семейной паре вылетела рыжая бестия, накинувшись на обоих сразу, чуть ли не снося с ног. - Поздравляю! Поздравляю! Это случилось! Вы вместе! Вы пара! Вы семья!!! – верещала Чарли, расцеловывая обоих парней в щёки. - Сэм, Габриэль, наши искренние поздравления! – пожал им руки Бальтазар. Ханна обняла ребят, оставляя красные следы от помады на лицах. - Мой брат, теперь ты семейный человек. Ты должен знать, что я счастлив за тебя. Мои поздравления, мистер Новак, – обратился Кастиэль к Сэму и пожал руки обоим мужчинам. - Слишком много Новаков! – фыркнул Дин, выходя из-за спины Каса и улыбаясь паре. – Поздравляю, братишка, твоя мечта иметь семью сбылась! Габриэль, теперь ты мой брат тоже, хоть мне иногда и хочется тебя убить. Все рассмеялись и пошли в обеденный зал, где уже крутилась Джоди, накрывая на стол. - Сэм, Габриэль, мои милые мальчики, я так рада за вас! – бросилась она на шеи парням. – Вы такая замечательная пара! Я уверена, что вы будете прекрасной семьёй. Мои искренние поздравления, и прошу за стол. Ужин проходил в радостной обстановке. Гейб и Сэм не разделялись ни на миг, постоянно обнимая и целуя друг друга, держа руки под столом всё время сжатыми в крепкий замок. С этого дня они настоящая семья, а это значит - вместе и навсегда. Кастиэль и Дин были рады за братьев: те выглядели такими счастливыми, что как будто светились изнутри от своих чувств. Кастиэль поймал себя на том, что тоже хочет вот так сидеть и сиять от любви вместе со своей парой. С Дином. Он никого больше не хотел видеть в этой роли, его сердце уже давно принадлежало именно этому омеге, точно так же, как сердце его брата принадлежало Сэму. Вот только, в отличие от Габриэля, его любовь не была ответной, и это не давало пламени гореть так же ярко как у того. Кас посмотрел на Дина. Тот сидел на полу, облокотившись на диван, и болтал с Ханной. Он был прекрасен сегодня: голубые джинсы и белая рубашка на выпуск, расстёгнутая на пару верхних пуговиц, оголяя пустую шею и краешек какого-то рисунка под левой ключицей. Возможно, именно это Дин и имел в виду, когда говорил о следе на теле после бесшабашных времён из своего прошлого. Кастиэлю безумно захотелось увидеть этот рисунок целиком, отогнуть белоснежную ткань рубашки, заглянуть под ворот, провести пальцем по татуировке, а затем повторить этот путь губами и языком. Но этим мечтам никогда не суждено было сбыться. Дин никогда не допустит его к себе так близко и не позволит притронуться, тем более так интимно. Одно лишь во всём этом недоступном образе грело душу Кастиэля – браслет. Дин ни разу не снял его с той самой ночи, как Кас застегнул замочек на его запястье. Уже почти два месяца он носил его подарок, который так сильно подходит к его глазам. Первой убежала Чарли, сославшись на то, что её кое-кто уже заждался дома. Габриэль потом рассказал, что она уже четыре месяца живёт с некой Дороти, и у них, вроде как, всё серьёзно. Джоди, убрав всё со стола и загрузив посудомоечную машину, тоже распрощалась, расцеловав напоследок Гейба и Сэма. Затем ушли Бальтазар с Ханной, после чего стали собираться и голубки, объявив о том, что у них впереди ещё их первая семейная ночь.