Как не влюбиться в соседа

Через пару дней болезненных ощущений в некоторых частях тела практически не ощущалось. Придя домой после учёбы и наскоро поев, я отправился на подработку в бар «Riva». Бар-менеджеру, равно как и одногруппникам в универе, ещё два дня назад в качестве объяснительной была поведана ужасная история пищевого отравления просроченными сосисками. И от менеджера, и от одногруппников были сполна получены пожелания скорейшего выздоровления, сочувствие, а заодно и право пару дней отлежаться дома.  — Всем привет! — крикнул я при входе в бар. — Габби! Дружище! Ты как? В порядке? — посыпались со всех сторон вопросы от моих коллег по этому заведению. — Да, со мной уже всё в порядке, так что я готов к труду и обороне, — ответил я на все сразу. — Вот и отлично! Тогда подменишь Дайя? — спросил меня Джей, наш бар-менеджер. — Сэм будет тяжело одной справиться. — Что, подменить Дайске? Но Вы же раньше не доверяли мне работу бармена, — удивился я.  Раньше я выполнял обязанности официанта. Дайске — или же сокращенно Дай — студент по обмену из Японии, учится в Гарварде и временно подрабатывает в «Riva». — Я на тебя рассчитываю, Габби, — сообщил мне Джей, скрываясь в одном из подсобных помещений. — О'кей, я понял. Буду стараться! — кричу ему вдогонку.   С наступлением вечера бар постепенно наполнился народом. К ночи здесь вообще некуда будет яблоку упасть. «Riva» популярное заведение, не смотря на свои относительно небольшие размеры. Возможно из-за постоянных выступлений разнообразных малоизвестных рок-групп, качественной выпивки не заоблачных цен, дискотеки и своевременного обслуживания. Именно поэтому официанты сейчас со всей возможной скоростью собирают заказы, а бармены не менее быстро стараются удовлетворить вкусы клиентов. Если что, то это была небольшая реклама «Riva». — Габби! Быстрей давай! Сэм тяжело! — кричит Джей. — Да-да, я уже бегу за стойку, — вдохнул я последние глотки чистого воздуха и вернулся в душное помещение бара. — Не бездельничай!   — Эй, я не бездельничал, а выходил подышать воздухом, здесь же так накурено, что дышать не возможно, — пытаюсь оправдаться я. — Быстро!  — Да иду я, — захожу за барную стойку и готовлюсь колотить нечто экзотическое. — Добрый вечер! Что будете заказы... вать...  Спутать Лео с кем-то другим, тем более в Бостоне, было невозможно. Он сидел за стойкой на другом её конце.  Только этого мне ещё не хватало! Почему из всех баров в Бостоне он выбрал именно этот?! Вроде «Riva» заведение не экстра-класса.   Какой-то парень слева, как мне кажется, уже минуты две несмело просил себе текилу, но слова его звучали глухо и где-то на фоне декораций. Треснувший в руках бокал, который методически протирался до блеска чистым полотенцем, вернул меня в реальность. — Чёрт... Что? Ах да, текила... Простите. Вот только уберу осколки, — бормочу себе под нос. Я проворно юркнул за барную стойку и, сев на пол, прислонился к ней спиной. Ну почему, почему снова он?! Почему он просто не может исчезнуть из моей жизни? Разве я о многом прошу? Тяжело вздохнув, я собрал осколки. Не успел я подняться на ноги, как мое имя произнес голос с до боли знакомым акцентом.   — Привет, Габриэль.  Зараза, он заметил меня! Сделав вид, что не слышал, я шмыгнул в подсобку, закрыл дверь, сполз по ней и сел на корточки. — Габби, а заказ? — Сэм. — Габриэль!? Подожди! Не убегай! — Лео. Сердце билось часто-часто, в горле стоял ком. — Открой дверь! Давай поговорим! — не успокаивается бывший сосед. Сзади упорно барабанили, всё это сильно походило на сцену из фильма ужасов, когда маньяк с бензопилой ломится в дверь. — Не веди себя как девушка! Открой!  Зачем он это делает? Если заметил меня, почему просто не ушёл из бара? — Нам нужно поговорить! — просит Лео. Боже, о чём, ну о чём нам с тобой говорить?!  Барабанная дробь в дверь прекратилась.  — Хорошо, если не хочешь не надо открывать. Мне плевать.  Уходишь? Вот и славно.  Я приоткрыл дверь, выглянул наружу, как вдруг чья-то рука распахнула дверь настежь и так же стремительно захлопнула ее. Лео... Ну а кто же ещё это мог быть? Ну не Сэм же, хотя я оставил ее одну за барной стойкой. Ой, попадет мне. Кстати, возвратимся к Лео. Он буквально впечатал меня в стену подсобки. — Мы все равно поговорим, хочешь ты этого или нет. Итак... Я очень сожалею. Мне не нужно было торопиться. Я был очень груб. Прости. Мне не хотелось обижать тебя. Я не хотел причинять тебе боль. Je t'aime, Gabriеl.  Во время его пламенной тирады желудок сделал пару сальто, в животе пронеслось целое стадо слонобабочек, а в голове прогремел атомный взрыв, сердце стучалось о грудную клетку, как сумасшедшее.  Что... Что он такое говорит? Что, к чёрту, всё это значит? Почему он так близко? Почему он что-то шепчет мне по-французски? Почему я так хочу его поцеловать? Боже, я сейчас умру. Почему он так смотрит на меня? Не в силах больше выносить эту пытку, я оттолкнул его. — Габриэль...    — Я.... Мне нужно работать… Я пулей вылетел из подсобки, зашёл за стойку и, постаравшись взять себя в руки, начал обслуживать заждавшихся и уже порядком разозлившихся клиентов. Да еще и Саманта на меня уже косится. Не думать о нём, не думать, не думать! Я должен работать. Смешав какой-то заковыристый коктейль — надеюсь, никто не отравится, — повернулся к клиенту и поставил напиток перед заказчиком, и тут мой взгляд задержался на угловом столике, за которым разместился Лео. Выглядел он довольно мрачно. Вот и как мне работать, если он тут маячит постоянно? Через час он всё ещё сидел за своим столиком.  Ох, неужели он собрался сидеть тут до конца моей смены? Тоже мне, сталкер.  Кое-как доработав смену и получив от бар-менеджера небольшой нагоняй за рассеянность, я попрощался со всеми, переоделся в обычную одежду и вышел на улицу через чёрный ход. Домой лучше добираться окольными путями, он наверняка караулит меня на выходе. Хотя, может он уже и забил на всё. Но ведь он так яро доказывал мне, как я ему нравлюсь... Ох, я ничегошеньки не понимаю!  Погрузившись в размышления, я не сразу заметил, что за мной идут две тёмные фигуры и ещё одна преградила путь. Грубо схватив меня за локоть, чья-то рука вырвала меня из размышлений.   — Смотрите, ребята, кто тут у нас? Ай-яй-яй, нехорошо такому милашке гулять одному так поздно ночью. Эй, малыш, ты меня слышишь вообще? Эй! — слышу пьяные голоса. — Эй, в чём дело? Что вам надо? Вы кто вообще? — сопротивляюсь я. — А вот сейчас и познакомимся, сладкий, — пошло ухмыляется один из преследователей. Спина наткнулась на холодную кирпичную стену, отступать было некуда. Меня снова будут насиловать? Я что, вырабатываю какие-то особые феромоны?! Чёрт, а дело-то плохо.  — Эй, уберите руки! — кричу я. Ага, так они меня и послушали. Мне с ними не справиться. Я от Лео-то вырваться не смог, не то что от этих. Я зажмурился и приготовился к худшему, как вдруг по переулку разнёсся голос. У говорящего был плохой английский и неподражаемый французский акцент: — Эй, ребята, вам не стыдно приставать к ребенку? Откройте глаза шире! Разве не видно, что вы ему противны?  — Что?! Вали отсюда! — огрызаются парни. — Убери от него свои грязные лапы! — подошел Лео к прижавшему меня к стене и сильно сжал его руку.   — Аааа! Моя рука! Сволочь, да как ты посмел?! Проучите его, ребята!  Двое из них рванули на моего неожиданного защитника. Лео быстро справился с первым, а потом сильно ударил второго по лицу. Он хотел наброситься на третьего, но сзади его схватили  и повалили на землю. Я стоял и не мог вымолвить ни слова, даже не вырывался, только сердце сжималось при виде того, как эти ублюдки избивают Лео.  — Нет... Нет, Лео...  Это прозвучало так тихо, что никто не мог меня расслышать. Внезапно послышался топот и крики, два крепких мужика в форме бежали в нашу сторону.  — Эй, валим отсюда. Кто-то вызвал копов. Я почувствовал сильный толчок и полетел на землю. Ко мне подлетел Лео, схватил меня за плечи и что-то спрашивал. Наконец я вышел из ступора.  — Лео, я... я в порядке. Всё нормально, они ничего мне не сделали, правда. У тебя кровь идёт. — И тут меня прорвало, и я затараторил, перебивая сам себя:  — Боже, Лео, а ты то в порядке? О чём это я? Конечно, ты не в порядке. Так, нужно вызвать такси. Они ничего тебе не сломали? Да где же этот чёртов мобильник?!  Мою бурную истерику прервали крепкие объятия. В первые секунды земля просто ушла у меня из-под ног, а потом я вцепился в его куртку, прижался и прошептал куда-то ему в шею:  — Прости. Прости меня. Ты пострадал из-за меня. Мне так жаль. — Тише. Успокойся. Все хорошо. Я уткнулся носом ему в грудь. — Вставай. Я отведу тебя к себе.  — Хорошо.  Дорогу до его дома я не запомнил. Все, что тогда имело для меня значение — моя ладонь в его руке. Когда мы вошли в квартиру, я окончательно успокоился. Да… Что-то я совсем быстро сменил гнев на милость, хотя недавно даже слышать о Лео не хотел. — Проходи. Я сделаю нам обоим кофе, а ты, если хочешь, можешь принять душ, — сказал мой спаситель. — Эй, кофе и ванна подождут, сначала надо разобраться с твоими ранами. Где у тебя аптечка? Нет, даже не вздумай мне перечить! — быстро пресек я попытки Лео избежать страшной участи быть вымазанным в зеленку. — Просто скажи, где она, и сядь.  — У меня её нет. — Как это, у тебя её нет? Ах, да, ты ведь только въехал. Так...   Я отправился в ванную. Вернулся оттуда с маленьким пузырьком. Снял с пузырька колпачок, поднес пузырёк к лицу и вдохнул запах.  — Мммм, у тебя приятный одеколон.  — Ты собираешься продезинфицировать мои раны? — удивленно спросил Лео. — Ну да, он же содержит спирт, а раны нужно продезинфицировать.  — Вообще-то я «Spigo» покупал за 140 евро за 100 мл в Провансе... Это Profumo di Firenze Odori**. — А мне параллельно, что он стоит 140 евро, ты для меня дороже и важнее.   Поняв, что сказал, я покраснел и отвёл взгляд. Вся решительность куда-то подевалась. Достал из кармана чистый аккуратно сложенный носовой платок, я окропил его одеколоном.  — Ладно, сиди спокойно, немного пощиплет, — принялся за дело я. — Айй! — Чёрт, я же сказал, не дергайся! —  прикрикнул я на Лео. — Не так уж это и больно. Блин, Лео, тебе же не 5 лет, потерпи ещё чуть-чуть. Вот и всё.  Я достал из сумки пластырь, который когда-то давно купил и на всякий случай носил с собой, и заклеил моему французу рассеченную бровь.  — Ну, вот и все. Так что ты там говорил о ванной? Пожалуй, это то, что мне сейчас нужно. Я недолго. Горячие струи воды помогли расслабиться, словно смыли с меня все напряжение, принесенное сегодняшним днём. Вдоволь понежившись под душем, вышел из душевой кабины и обнаружил на тумбочке чистую одежду и полотенце. Я невольно улыбнулся. Он может быть милым, когда захочет. Но, кажется, теперь я буду считать милыми даже все его выкрутасы. Ну да, вот они, первые признаки влюблённости: он меня спас, я ему вечно благодарен, — всё прямо, как в какой-нибудь сёдзё-манге. Как-то я напрочь забыл о недавних событиях. Натянув чистую одежду, я вышел  из ванной, на ходу просушивая волосы полотенцем.  — Спасибо за одежду. И за кофе.  Плюхнулся я на диван, взял одну из чашек и отхлебнул горячего напитка, потом украдкой взглянул на него и чуть не поперхнулся кофе. Он улыбался и смотрел на меня так... так... так, что у меня сердце пропустило удар. Поскорее я отвел глаза и сделал вид, будто меня ужасно интересует кофе в моей чашке. — Я сяду рядом? — спросил вдруг Лео. — Да, конечно...  — Как дела в университете?  — В универе? Все хорошо. Правда, я пару дней там не был из-за... плохого самочувствия.  Чёрт, ну зачем я напомнил об этом?!  — Вот как... —  пробормотал Лео, а потом поинтересовался: — Хочешь виски? — Нет, я, пожалуй, откажусь.  Повисли неприятные минуты молчания. А потом он предложил нечто странное:  — Габби, не хочешь снова жить вместе?  — Переехать? Сюда? К тебе?  Я был застигнут врасплох таким поворотом событий. В смысле, мы же теперь не сможем быть просто соседями.  Ууу… Как все сложно… Почему я вообще об этом думаю?! — Ну да. Ты бы мог занять любую комнату. Ну, то есть не лучше ли жить в такой квартире чем в той дыре?  — Эй, опять ты со своими буржуйскими замашками? —  возмутился я. —  Это была вполне нормальная квартира, и мне она нравилась, между прочим.  — Ладно, не злись, я не хотел задеть твои чувства. Просто я хочу, чтобы ты всегда находился рядом со мной. Ведь ты мне нравишься.  От нежных слов ёкнуло сердце. Думаете, я мог бы отказаться, даже если бы хотел? Как-то все очень странно происходит. Казалось бы я должен ненавидеть Лео за то, что он сделал, а нет: он мне уже нравится.  — Я не против...  Он улыбается, и я улыбаюсь в ответ. Затем одновременно мы тянемся друг к другу. Звонок в дверь прервал наш поцелуй, когда его губы были в каком-то сантиметре от моих. Какой облом… — Лео, звонят.  — Пусть...  — Что значит пусть? Иди открой, я никуда не денусь.  Бормоча что-то себе под нос — лично мне показалось, что это были какие-то изощрённые французские ругательства и проклятия в адрес звонившего в дверь, — Лео пошел открывать, а я уселся по-турецки на диване и навострил уши. *Je t'aime - Я тебя люблю **Profumo di Firenze Odori - Духи Запахи Флоренции