The White Bikini

      Губы Реджины тут же накрыли губы блондинки, прежде чем та успела что-то сказать, а руки судорожно стали тянуть вверх подол платья, ладони скользили по задней стороне бёдер. Эмма застонала, так как Реджина проникла рукой под её мокрое платье и рывком стянула трусики вниз. Она тут же сильно сжала задницу Эммы, не давая ей вышагнуть из них. Эмма откинула голову назад, её руки вцепились в плечи Реджины, пока губы той скользили вниз по шее. Правая рука брюнетки юркнула между бёдер Эммы.       - Реджина, - промурлыкала Эмма, когда пальцы её жены скользнули во влажные складки и начали теребить клитор, играясь с ним. – Малышка, может, нам стоит подождать, пока мы не вернёмся в номер и... ох, бляха, как же это приятно.       - Да, дорогая, - промурчала Реджина в ответ и ловко и легко вошла в Эмму двумя пальцами, при этом целуя её шею, пробираясь к губам. – Мы сейчас будем трахаться, моя дорогая.       - Где?       - Прямо тут, - снова промурлыкала Реджина, прежде чем захватила нижнюю губу Эммы своими губами и стала её посасывать, а большим пальцем круговыми движениями продолжала массировать клитор. – И когда мы вернёмся в отель, в наш номер, я хочу показать тебе, как сильно я тебя люблю, а затем ещё раз, - выдохнула Реджина, сильнее и глубже проникая в Эмму, – и ещё раз, ну, а потом ещё один разик.       Ноги Эммы практически подкосились, когда брюнетка вынула из неё пальцы и провела ими по её лобку, оставляя влажные следы, прежде чем вытащить руку из-под платья. Реджина сладко рассмеялась и подняла пальцы к губам, и облизала их. Эмма прикусила нижнюю губу, наблюдая за своей женой, которая мурчала от удовольствия, пробуя её вкус на своих пальцах. Эмма застонала, когда Реджина толкнула её в кресло, сумка с их вещами упала на пол.       Эмма затаила дыхание, как брюнетка стянула с себя мокрое платье, ставшее ещё более грязным, когда та бросила его на пол. Блондинка сильно сжала челюсти, когда увидела, что под платьем на Реджине ничего не было, кроме белых крошечных стринг.       - Боже, ты прекрасна, - прошептала Эмма, пытаясь дышать. – Иди сюда.       - Нет, - сказала Реджина и дразняще улыбнулась. – Встань! – когда Эмма выполнила, что жена ей сказала, Реджина придвинулась к ней, два пальца подцепили лямки и потянули их по плечам, а затем вниз по рукам. – Повернись.       Эмма медленно повернулась, её глаза закрылись, когда Реджина расстегнула платье и дёрнула его вниз. Она стонала каждый раз, когда губы брюнетки касались её спины. Она откинулась на Реджину, когда та выпрямилась и обвила руками её сзади. Эмма повернула голову и встретилась в поцелуе с Реджиной на полпути.       Сердце Эммы билось как у загнанной лошади и не потому, что её жена – её жена – заставляла чувствовать всё это, а потому, что они были посреди джунглей в паре метров от водопада. Они никогда ещё не занимались сексом вне дома, только лишь несколько раз в мерседесе Реджины ночью, после очередного ужина, который заканчивался на заднем сидении машины. Теперь же всё было совсем по-другому, и Эмма нервничала сильнее, чем могла предположить.       - Реджина...       - Да, любовь моя?       - Я... я не знаю, смогу ли я...       - Никто нас не потревожит, - прорычала ей в ухо Реджина, её руки скользили вверх по животу блондинки, пока не накрыли обнажённую грудь и по-собственнически сжали в ладони. – Каждый знает, что сегодня всё только для нас, они уже спустились и плавают. Машины не приедут за нами, как минимум, ещё час, и я... я жду не дождусь, чтоб трахнуть мою жену, с которой мы только что поженились. Есть возражения?       - Н-нет.       Реджина повернула Эмму к себе лицом, её голос был нежным, а в глазах плескалась забота. Взгляд был полон любви и желания.       - Ты в порядке?       - Да-да, всё хорошо.       - Нет, это не так.       - Ты же знаешь, что я всегда хочу тебя, Реджина, - прошептала Эмма и пробежалась рукой по влажным волосам брюнетки. – Всегда, но это? – она коротко рассмеялась, оглядывая шатёр. – И ты же знаешь, я не могу заниматься с тобой любовью, когда я стою на ногах. Ты касаешься меня, и я просто...       - Ты просто что?       - Даже когда ты просто целуешь меня, то я чувствую себя так, будто земля уходит у меня из-под ног.       Реджина ничего не сказала, а лишь крепче сжала Эмму в объятиях. Они слегка покачивались. Смех вдалеке заставил их оторваться друг от друга, и Эмма первой рассмеялась, прерывая возникшую тишину. Реджина оставила поцелуй на её губах, лбу, а затем и на кончике носа, прежде чем поднять сумку с их вещами.       Остановить то, что они начали – это одно дело, а вот остановить те чувства, которые возникли между ними, когда они прыгнули в водопад – другое. Они не могли держаться друг от друга на расстоянии, так что они постоянно целовались, и когда они всё же вышли из шатра, то все их ждали около минивэнов. Несмотря на то, что машины приехали на пятнадцать минут раньше положенного времени, девушки медленно пошли по дорожке к ним.       Они не вернулись в отель, а вместо этого поехали на местный частный пляж, который располагался около высоких скал. Не только Грэм делал фотографии, у Бабушки, да и у Коры и Кэтрин, тоже были фотоаппараты. Руби кричала каждые пару минут, чтобы невесты встали то в одну позу, то в другую, но их ничто не волновало. Они просто растворились друг в друге; всё, что они видели, это взгляд напротив, который отражал их состояние – любовь.       К тому времени, когда они погрузились в минивэн, с Руби и Кэтрин, сидя позади них, солнце уже начало садиться, и всё о чём девушки могли говорить, это об их планах на вечер и то, что уже поздно. Несмотря на трескотню их друзей, Реджина и Эмма были сосредоточены друг на друге. И Эмме всю дорогу до отеля приходилось шлёпать Реджину по рукам, которые лезли куда не нужно, пока водитель вёз их по ухабистой дороге.       Эмма не была уверена, что когда они вернутся, то всё будет в порядке, но их ожидал сюрприз. Ресторан был подготовлен к вечеринке, и люди, которых они даже не знали, подходили к ним и поздравляли, после того как Руби отбила микрофон у местного певца, которого пригласили петь сегодня вечером в отеле, и объявила о молодожёнах толпе.       Эмма даже и мечтать не могла, что их день превратится в такое, но она была невероятно счастлива. Реджина была счастлива. Их семья, друзья и просто незнакомцы были счастливы отметить празднование любви между Эммой и Реджиной.       И это всё, что имело значение. Любовь. Любовь, которую они никогда не испытывали, и любовь, которая продлится до конца их жизни, вечно.

[X]

      Реджина довольно зарычала, когда прижала жену к стене около двери в их номер, её губы атаковали губы блондинки, её руки яростно блуждали по телу девушки. Её потребность так и не была удовлетворена ранее. Несколько часов они пили, ели и танцевали. Несколько часов она боролась с тем, чтобы удержать свои руки при себе, чтобы не накинуться на свою невесту, не поцеловать её, не заняться с ней любовью. Это была какая-то сумасшедшая потребность у Реджины - добраться до Эммы.       Она провела недели за неделями, планируя их помолвку, свадьбу. Недели планирования того, по какому сценарию всё может пойти: если вдруг они не смогут провести церемонию у водопада или на пляже. Недели планирования и всего остального сводились к одному единственному моменту – моменту, когда Эмма скажет «да».       - Реджина, - пробормотала Эмма ей в губы. – Малышка, мы должны войти внутрь.       Она рассмеялась и воспользовалась карточкой, которую ей пару минут назад дала Кэтрин, прежде чем они ушли с вечеринки, чтобы открыть дверь их номера для новобрачных. Они снова начали целоваться, даже толком не зайдя в номер, пальцы Эммы уже вовсю боролись с замком на чёрном платье Реджины, прежде чем они, наконец, закрыли дверь.       Реджина остановила её и выскользнула из платья, положила карточку на маленький столик около двери и взяла свою жену за руки. С улыбкой на губах она повела Эмму в спальню.       - У тебя ещё один сюрприз, Реджина?       - Нет, - она улыбнулась и помогла Эмме выбраться из её платья: медленно, несмотря на то, что она с ума начинала сходить, как только увидела обнажённое тело блондинки. – Никаких больше сюрпризов. Только ты, - она прошептала и обвила руки вокруг Эммы и поцеловала её мягко, - и я.       - Хорошо, - ухмыльнулась Эмма, ложась на постель и утягивая за собой брюнетку. – Мне очень даже понравился твой последний сюрприз, Реджина.       - Правда?       - Очень-очень, - прошептала Эмма, её руки сильно сжали попку Реджины, прежде чем она потянула стринги девушки вниз. – Кроме того, я тут подумала, когда мы вернёмся домой, то я хочу трахнуть тебя одним из наших страпонов, когда в тебе будет затычка.       Реджина застонала. Она тоже об этом думала и хотела, чтобы Эмма это сделала. Она приподнялась над Эммой, помогая ей снять с себя трусики, и снова оседлала блондинку, потираясь своим клитором о лобок Эммы, и начала жадно целовать её.       Она могла почувствовать вино на губах и языке Эммы. Реджина простонала и позволила Эмме перекатить их, пока Эмма не оказалась сверху и не поползла вниз к животу Реджины. Эмма поёрзала и оказалась между ног Реджины, и тут они посмотрели в глаза друг другу. Это был чудесный момент.       Реджина обожала такие моменты, потому что когда они случались, то для них будто не существовало остального мира, были только они вдвоём и никого больше. Реджина пробежалась пальцами по волосам Эммы, прежде чем охватить её рукой за шею и дёрнуть бёдрами ей навстречу, давая ощутить, насколько она была горячая и влажная для неё. Она снова стала извиваться под Эммой и притянула её к себе вниз, чтобы вновь поцеловать. Поцелуй был медленным, полным обещания и любви.       Эмма посмотрела на неё, когда они разорвали поцелуй, обе дышали тяжело, пока что они всего лишь прижимались друг к другу. Эмма улыбнулась и подняла руку, и так же, как это сделала раньше Реджина, прошлась по её волосам, оставляя поцелуи по всему лицу: лоб, щёки, нос, подбородок и, наконец, губы. Реджина воспользовалась тем, что Эмма сейчас расслабилась, и перекатила их снова. Она прижала пальчик к губам Эммы, прежде чем та смогла запротестовать.       - Каждый день, - пробормотала Реджина, целуя её шею всё ниже и ниже, - я влюблялась в тебя всё больше и больше, - сказала она, слегка покусывая ключицу блондинки, а затем выпрямилась и села на колени в ногах Эммы. – Каждый день ты показывала мне, как ты тоже меня сильно любишь, иногда это были просто взгляды, - она подняла голову, чтобы посмотреть Эмме в глаза, – поцелуи, - брюнетка опустила голову и снова прошлась губами по ключицам, оставляя засос слева, – или просто касанием.       Реджина стала поглаживать левое бедро Эммы, её ногти слегка царапали кожу блондинки, вызывая у неё горловой стон. Брюнетка так и не отрывалась от тёплой, мягкой и сладкой кожи.       - Каждый день, - продолжила Реджина, её пальцы пробежались по внутренней стороне бедра, поднимаясь к горячему центру, и она почувствовала дрожь в ногах Эммы. – Каждый день, что я с тобой, я не видела своего будущего без тебя. Я знала ещё год назад, когда мы в первый раз встретились, что однажды я женюсь на тебе, - проговорила она, её дыхание перехватило от нахлынувших эмоций. - Я знала, ещё задолго до нашей встречи, что ты где-то есть и ждёшь меня. Я никогда не верила в судьбу, пока не встретила тебя.       Эмма запустила руки в волосы Реджины и притянула брюнетку вниз, обрушиваясь на её губы страстным поцелуем. Пальцы Реджины так и оставались в паре сантиметров от клитора Эммы, она потерялась в поцелуе, который был наполнен жаром и голодной страстью. Когда Реджина оторвалась, она прикусила нижнюю губу Эммы и улыбнулась широко, прежде чем начала спускаться к груди Эммы.       - Каждый день ты удивляла меня, Эмма, ты удивляла меня так, что я даже представить себе не могла такие вещи. Каждый день я чувствовала, что страсть между нами растёт всё больше и больше, любовь моя. Растёт так, что казалось, дальше уже некуда.       - Реджина...       - Каждый день, что я была с тобой, любила тебя, казалось, что всё происходит как будто в первый раз, - выдохнула брюнетка, её губы зависли над одним из затвердевших сосков, прежде чем она обхватила его губами и стала сильно посасывать. – Каждый день, когда я мечтала о нашем совместном будущем, ты знаешь, что я видела?       - Меня и тебя? – пробормотала Эмма, и Реджина рассмеялась, кивая головой, прежде чем пройтись влажным, горячим язычком по ложбинке между грудями блондинки, чтобы заняться другим соском.       - Тебя и меня, - повторила она. – И когда-нибудь ещё и ребёнка, - тихо сказала она, уверенная в том, что Эмма не услышит её, но Эмма остановила её руку, которая уже проникла во влажные складки девушки и нежно начала массировать клитор.       - Реджина? – спросила Эмма, её глаза расширились от удивления. – Ребёнок? Ты и я?       - Когда-нибудь, - кивнула Реджина. – В любое время, когда ты будешь готова. В любое время, когда мы будем готовы.       - Когда-нибудь, - мягко повторила Эмма, беспокойство начало уходить из её глаз. – Мне нравится это.       Реджина улыбнулась и оставила нежный любящий поцелуй на её губах, прежде чем снова вернуться к груди. Поддразнивая один из сосков кончиком языка, она снова положила руку на внутреннюю сторону бедра около горячего центра, а затем скользнула во влажные складки. Больше не было никаких слов, она целовала, покусывала и проводила мокрые дорожки на коже, спускаясь вниз к плоскому животу Эммы, а затем устроилась между её ног.       Каждый раз она лениво, неторопливо и поддразнивающе проводила языком по складочкам блондинки. Каждое движение языка заставляло её жену издавать шумные вздохи и стоны. Эмма извивалась под языком брюнетки и сильно сжимала в кулаках простыни, спина выгибалась, и бёдра подавались навстречу Реджине, молча прося большего. Реджина резко выдохнула, её дыхание ударило горячей волной по чувствительному клитору Эммы, и брюнетка, раздвинув складочки пальцами, вошла языком в блондинку.       Она со стоном вынула язычок из Эммы и заменила его пальцами, войдя сразу двумя в дырочку. Её глаза метались от извивающегося тела Эммы до её лица, смотря на неё, на то, как она вот-вот кончит. Реджина согнула пальцы и покрутила ими внутри своей жены, её взгляд опустился на свои же пальцы, смотря, как они глубоко входят и выходят из Эммы. Когда она медленно вытащила их, они были скользкими и мокрыми, это заставляло сильнее намокать саму брюнетку и хотеть большего.       Зафиксировав свой рот на клиторе Эммы, она сосала и дразнила, покусывала и лизала. Она знала, как долго она может дразнить Эмму прикосновениями, пока та не станет её умолять о большем, но сегодня это было больше чем поддразнивание, это больше, чем мольба. Реджина чуть отстранилась, вдыхая мускусный запах своей жены, своей любовницы, своей лучшей подруги и партнёра. Она чувствовала, как внутренние стенки Эммы сжимаются вокруг её пальцев, как сильно она зажмуривает глаза. Она вынула пальцы и тут же быстро до основания вогнала их обратно внутрь.       Она провела мокрую дорожку языком по внутренней стороне левого бедра и остановилась на несколько секунд, прежде чем оставить поцелуй на чувствительном, пульсирующем клиторе, а затем провести такую же дорожку по правому бедру. Она держала пальцы внутри Эммы и стала целовать её, поднимаясь вверх, пока не достигла губ. Они целовались дико и похотливо, пока Эмма не задрожала под ней, её бёдра двинулись навстречу пальцам Реджины, вынуждая ту двигать рукой.       Реджина резко выдохнула, когда Эмма начала насаживаться на её пальцы, в этот раз она не стала дразнить. Реджина простонала в рот Эммы, её бедро давило на руку, чтобы пальцы ещё глубже оказались в Эмме.       Как часто бывало на Карибах в тёплые вечера, внезапный шторм пришёл сюда, гром потряс здание, но ничего, даже какой-то там шторм, не смог их отвлечь друг от друга. Обе покачивались на самом краю, чувствуя, что разрядка вот-вот придёт, у них был свой шторм, один на двоих.       - Реджина...       - Эмма, - простонала она, и прижалась к её лбу своим, обе дышали с трудом, быстро, прерывисто, трахая друг друга с бесконечной страстью и несдержанно.       Эмма громко простонала, её оргазм прошёлся волнами по её телу, и Реджина грубо и сильно поцеловала Эмму, так как собственный оргазм практически готов был вырваться наружу, так что она стала ещё сильнее и быстрее трахать пальцами Эмму, пока их тела не задрожали от сильнейшего оргазма.       Даже не дав им восстановиться, Эмма перекатила их и ухмыльнулась, забираясь на бёдра Реджины. Реджина лишь улыбнулась своей прекрасной и бесконечно любимой жене, руки пробежались вверх по её бёдрам, прежде чем с силой сжать упругий зад.       - Ненасытная.       - Всё только для тебя. Всё и всегда.

[X]

      Реджина лежала на покрывале и завязывала лямки своего белого бикини, её глаза блуждали по толпе, пока не остановились на её жене, которая сейчас была в воде с Руби.       Реджина была счастлива, даже счастливее, чем когда-либо за всю свою жизнь; счастливее, чем тогда, когда они в первый раз были вместе с Эммой. Она посмотрела на своё обручальное кольцо на левой руке и улыбнулась, прежде чем снова посмотреть на Эмму, которая уже шла к ней через пляж. Она села на покрывало, вода сбегала по её светлым волосам и спине. Эмма дотянулась до шляпы с огромными полями и натянула её себе на голову, вздыхая.       - Освежилась? – спросила Реджина с хрипотцой в голосе. Её рука накрыла руку Эммы и чуть сжала. – Милая?       - О, да, - широко ухмыльнулась Эмма, и в её глазах отражалось желание Реджины: наклониться и поцеловать друг друга. – Где твоя мама?       - В бассейне вместе с Грэмом. У неё иррациональный страх перед акулами.       - Но здесь же нет никаких акул.       - Она убеждена в обратном, - Реджина улыбнулась. – Ты сегодня видела Кэтрин?       - Руби сказала, что она отсыпается и у неё дикое похмелье. И Кэтрин очень просила, чтобы её не беспокоили без уважительной на то причины. Та вчерашняя вечеринка продолжалась всю ночь.       - Да, тогда это всё объясняет.       - Бабушка тоже отсыпается, - сказала Эмма, и они так и не разъединили руки, так что она большим пальцем слегка поглаживала Реджинину руку. – Вчерашний день был просто невероятным, Реджина.       - Да, - улыбнулась брюнетка и, подняв руку Эммы к лицу, поцеловала её костяшки. – Абсолютно невероятным. Вчера был самый лучший день в моей жизни.       - В нашей жизни, - ухмыльнулась Эмма. – Я люблю тебя, Реджина.       - Я...       - Напитки новобрачным? – спросил бармен, внезапно появляясь в паре шагов от них и протягивая им маленький поднос с двумя бокалами коктейля «sunset». – Ну, что вы, не нужно так стесняться, - он улыбнулся, когда они приняли напитки, которые не заказывали.       - Спасибо, - сказала Эмма и чуть покраснела.       - Вы двое отличная пара, - искренне сказал он, улыбаясь. – Желаю вам любви и счастья на всю оставшуюся жизнь.       - Спасибо тебе, - Реджина улыбнулась и приподняла бокал, салютуя ему. – И спасибо за напитки.       Он коротко махнул им рукой и ушёл. Эмма рассмеялась и отпила напиток. Глаза Реджины прошлись по телу её жены, взгляд обещал ни много, ни мало, а повторение сегодняшней ночи: страстной и наполненной любовью. Для Реджины всё как будто только начиналось, каждое касание вызывало бесконтрольную страсть, которая горела между ними, словно и не было года их отношений.       Всю остальную неделю дни они проводили, валяясь под солнцем или в воде, а ночью в постели, часами занимаясь любовью, пока не обнимались обессиленные настолько, что даже не могли поднять руку. Единственное, на что они были способны, это просто уснуть счастливыми до невозможности.       К тому времени, когда они вернулись в Бостон, они начали говорить о ребёнке, но как только они официально скрепили свои отношения, заново принесли клятвы в суде, эти разговоры отошли на задний план. И причиной этому послужило, что Эмма получила работу младшего редактора в «Boston Globe», на Реджину навалились новые клиенты, так что они часами засиживались в офисе и практически не виделись друг с другом.       И так продолжалось до сентября, пока Реджина однажды не пришла пораньше домой, измотанная и нуждающаяся, как минимум, в одном бокале вина, и обнаружила Эмму, сидящую на диване уже с бокалом вина в одной руке, а в другой с документами. Реджина быстро сбросила туфли, налила вина себе и уселась рядом с Эммой. Казалось, что прошла вечность с тех пор, когда она целовала её, касалась её, занималась с ней любовью.       - Ты как, любовь моя? – прошептала Реджина и наклонилась к Эмме, чтобы поцеловать её поцелуем, далёким от целомудренного, именно так, как она обожала это делать. – Новый проект?       - Что-то вроде этого, - сказала Эмма, слегка кивая, и протянула ей документы. – Я тут размышляла.       - О чём?       - Я хочу ребёнка, Реджина.       - Я думала, мы решили поговорить об этом, когда всё успокоится, разве нет? – спросила Реджина. – Не то, чтобы я напугана тем, что ты хочешь об этом поговорить, но ты же знаешь, какая круговерть сейчас в наших жизнях и...       - Они меня сегодня выпнули, - сказала Эмма в пустой бокал и допила последний глоток вина. – Они урезали бюджет или что-то типа того, неважно. Перед тем как поехать домой, я заехала в больницу, - продолжила она и махнула на документы перед ней. – Я взяла их, чтобы побольше узнать о том, что нам предстоит, если мы захотим родить ребёнка.       - Ох, Эмма, - вздохнула Реджина, и притянула к себе жену, в глазах которой стояли слёзы. – Мне жаль. Я знаю, что это не работа твоей мечты, но ты была близка к этому. Мне жаль, что так вышло. Тебе хотя бы выплатят увольнительные? Это так?       - Реджина...       - Если нет, то мы поборемся, Эмма. У тебя ж подписан контракт на год. Они должны тебе за...       - Реджина, всё в порядке. Мне плевать. Ты знаешь, почему? – спросила Эмма, и Реджина помотала головой отрицательно. – Потому что я восприняла это как знак. Знак того, что нам пора уже начать строить нашу собственную семью, вместе.       Сердце Реджины забилось как бешеное. Она поставила бокал на кофейный столик рядом с бумагами и притянула Эмму к себе на колени.       - Ты, правда, хочешь начать строить нашу семью?       - Да, хочу.       - Ты или я...       - Можно мне?       - Ты уверена?       - Да, - улыбнулась Эмма и пробежалась пальцами по волосам брюнетки, сладко поцеловав при этом её в губы. – Я могу побыть фрилансером, а ты можешь продолжать работать дальше, ты делаешь это лучше всего на свете. Это судьба, Реджина.       - Да?       - Да.       - Итак, - Реджина улыбнулась и скользнула руками под белую футболку Эммы, её ладони гладили гладкую кожу на пояснице. – Когда ты хочешь заделать ребёночка?       - У-у меня приём на следующей неделе, - прошептала Эмма и подняла руки, чтобы Реджина медленно стянула с неё футболку. – В среду.       - Хмм? - Реджина бросила футболку назад, её губы стали скользить по ключицам Эммы. – Мне нужно будет освободить этот день.       - Реджина?       - Да, дорогая?       - Что ты так рано делаешь дома? – спросила Эмма, и Реджина лишь рассмеялась, расстёгивая лифчик блондинки.       - Я устала, я очень устала. Я ушла с работы пораньше, потому что ты на прошлой неделе сказала, что мы слишком перегружены на работе и можем там же отбросить коньки. Я думала об этом сегодня в обед, когда у меня была очередная встреча. И ещё ты сказала, что нам нужно уделять больше времени друг другу.       - Теперь будем.       Она улыбнулась и освободила свою жену от лифчика.       - Да, будем.       - Реджина? – остановила её Эмма, когда та начала играться с её полувозбуждёнными сосками, а затем рассмеялась, а брюнетка продолжила своё дело: дразнить её. Эмма запустила руки в волосы Реджины и чуть оттянула её от себя. – Я люблю тебя.       - И я тебя люблю, - прошептала Реджина, её улыбка повторила улыбку Эммы, прежде чем они встретились в горячем поцелуе. Внезапно брюнетка перестала чувствовать усталость, которая была у неё, когда она пришла домой.

[X]

Год спустя...       - Хэй, - Эмма улыбнулась и обвила талию Реджины сзади. – Пахнет вкусно, - прошептала она, пока Реджина замешивала соус в миске. – Лазанья?       - Да, - улыбнулась также Реджина, тая в объятиях жены. – Он заснул?       - Да, - промурчала Эмма, начав мягко целовать свою жену в шею. – Он был беспокойным, но в итоге всё равно уснул. Что даёт мне и тебе, - продолжила она, пока Реджина медленно поворачивалась в объятиях, - чуть больше часа.       - Эмма...       - Соус может подождать, - сказала она, развязывая фартук, который был на Реджине. – Я – нет.       Реджина рассмеялась и позволила отвести себя в спальню. В течение нескольких месяцев, после того как у них родился сын Генри, и у них не было и шанса остаться наедине и заняться любовью, к тому же Эмма ещё восстанавливалась и сбрасывала лишний вес, который набрался во время беременности, так как хотела вернуться к своим прежним параметрам. Реджина не давила на неё, ожидая, когда она будет готова, и относилась с пониманием и безграничным терпением.       Оплодотворение прошло успешно только со второго раза, и они тут же получили подтверждение, что Эмма беременна. Их жизнь начала понемногу меняться. Теперь их дни наполнились тем, что они ждали ребёнка, и как только они узнали, что это будет мальчик, начали готовиться к его появлению.       Их планы на вторую годовщину и поездку на Ямайку были отложены, потому что Эмма была на восьмом месяце беременности. Она была не готова к перелёту, потому что уже была близка к тому, чтобы родить. Вместо этого они провели целую неделю около их собственного бассейна, Реджина ходила в белом бикини, которое видело лучшие времена своей жизни. Она носила его каждый день, пока её перевозбуждённая жена, в которой явно бурлили гормоны от беременности, не разорвала их в один прекрасный день и не сказала, чтобы та больше не одевала эти бесполезные верёвки.       Даже после этого Реджина по каким-то причинам, которые она сама не знала, не стала выбрасывать его, а сохранила. Она купила новый, такой же белый и такого же кроя, но он всё равно не был похож на первый. Этот не помнил того, что было с ними пару лет назад. Но новый точно сохранился в их памяти, связанный уже с другими событиями: Реджина сидела в нём за спиной Эммы в родильном бассейне семь с половиной часов, рожая вместе со своей женой.       - Шшш, - захихикала Эмма, когда Реджина со всей силы накинулась на неё, прижав к стене около их спальни. – Не разбуди его.       Реджина помотала головой и скользнула руками на задницу Эммы, поднимая девушку на руки и неся её оставшееся расстояние в спальню до кровати. Реджина не сказала вслух, что она очень сильно скучала по Эмме, по их времени, которое они проводили один на один, но действия говорили намного больше, чем слова. Она считала, что Эмма знает, как сильно брюнетка ждёт этого, особенно в последние три месяца: два из них – с рождения Генри, а ещё месяц до этого, потому что Эмма была ворчливой и постоянно не в настроении.       Реджина раздевала жену, целуя её обнажавшуюся кожу сантиметр за сантиметром, целуя каждую растяжку на бёдрах, которые остались от беременности. Она прижималась губами к одной на пару секунд, а затем переходила к другой, и всё повторялось. Эмма остановила её и встала на колени на кровати, расстёгивая короткое чёрное платье Реджины.       - Медленно – это хорошо, - сказала Эмма, её зубы раздразнивали сосок брюнетки, пока она стягивала платье вниз. – Но «медленно» - это не то, что нам сейчас нужно.       - Нет?       - Нет.       Реджина резко втянула воздух и позволила Эмме торопливо её раздеть и забраться на себя. Сердце Реджины билось как у загнанной лошади, когда Эмма оседлала её бёдра, дьявольски соблазнительно двигаясь и прижимаясь к ним. Реджина остановила её, когда блондинка потянулась к прикроватной тумбочке, чтобы выбрать одну из их игрушек.       - Нет, - промурлыкала Реджина, она перекатила их и распласталась на Эмме. – Сейчас только мы, любовь моя. Только мы.       - Только мы.       Они занимались любовью, пока не услышали плач за стенкой их двухмесячного Генри. Реджина сказала Эмме, что та может остаться в постели, и поцеловала уже засыпающую жену в нос, прежде чем пойти в комнату сына. Она завязала халат и взяла сына из кроватки, прижимая его к своей груди и гладя его по спинке.       - Мамочка тут, малыш, - пошептала она, целуя его в макушку, и вдохнула глубоко его запах. – Ты голодный, Генри? Ты голодный, не так ли? Мама спит, так что нам надо быть потише, - она сказала это, вышла из комнаты и пошла на кухню.       Она вытащила одну из бутылочек, в которую Эмма недавно сцедила своё молоко, и подогрела немного в микроволновке. Они снова прошли в её и Эммы спальню и тихо уселись в постели рядом с их спящей женой и мамой. Реджина завороженно смотрела, как Генри пьёт молоко, что даже не заметила, как проснулась Эмма от своего короткого сна и стала за ними наблюдать, не сказав ни слова. Любовь светилась в её глазах.       - Ты так потрясающе смотришься с ним, Реджина, - прошептала Эмма и, передвинувшись, положила голову на колени брюнетки. Её пальчики гладили ручку сына, прежде чем она провела одним пальцем по его полной щёчке. – Так потрясающе.       - Ты тоже, любовь моя.       - Ты когда-нибудь думала, что наши жизни повернутся именно в эту сторону?       - Да, но только реальность превосходит все ожидания.       - Что ты думаешь, если в июне мы поедем отдыхать вместе с ним? – спросила Эмма, и Реджина улыбнулась и убрала бутылочку от жадных губ Генри. – Ему будет почти что год. Или для него это будет слишком?       - Нет, конечно же, нет, - ответила Реджина, Эмма села рядом с ней и положила голову на плечо брюнетки. – Это будет непохоже на наш обычный отпуск. Мы должны будем за ним приглядывать.       - Да, - Эмма улыбнулась, поцеловала её в щеку и наклонилась, поцеловать Генри в лобик. – Да, сейчас всё будет даже лучше, потому что мы вместе. Там, где всё началось.       Реджина повернулась, потирая спинку Генри, и встретилась с Эммой в коротком, но сладком поцелуе, который заставил их улыбнуться. Слёзы счастья блеснули в их глазах. Она поцеловала свою жену ещё раз, а потом и макушку Генри.       Лучше. Реджина даже представить не могла их жизнь ещё более лучше, чем у них сейчас была, но не могла дождаться, чтобы увидеть, что же произойдёт дальше. Конец.